Прочитайте онлайн Жизнь у индейцев | IX

Читать книгу Жизнь у индейцев
4312+2158
  • Автор:

IX

Вскоре после приключения с гризли мы доплыли до деревни племени мэнданов, верстах в четырехстах ниже впадения в Миссури Каменножелтой реки, где была расположена та меховая контора, откуда мы начали свое путешествие в лодке.

Племя было не воинственным, жило в деревне, защищенной с одной стороны берегом реки, с другой — крепким частоколом бревен. Отличительная черта этих индейцев — цвет глаз и волос. Вместо черных волос и карих глаз, которыми природа наделила все индейские племена, у мэнданов волосы серебристого цвета, причем с детства и до старости, а глаза голубые.

Племя это называет себя народом фазанов; оно очень приветливо. Воюет только в крепости, когда на него нападают сиу или вороны. Численность племени доходит до двух тысяч человек.

Я познакомился с двумя их вождями: один гражданский — Волк, другой военный — Маг-то-тог-наг (Четыре Медведя). Второй просто очаровал меня своей храбростью, изяществом и вежливостью. Я нарисовал тому и другому их портреты во весь рост, чем оба были очень довольны.

В благодарность за это Маг-то-тог-наг подарил мне одежду с изображением четырнадцати битв, в которых он участвовал. Он сам объяснил мне каждый рисунок, а стоящие кругом воины подтверждали сказанное им. Все подвиги его передать трудно, и я ограничусь только двумя. На смирных мэнданов напало соседнее воинственное племя рикорри и вероломно, ночью, зверски перебило женщин, детей и юношей. В числе погибших был брат Маг-то-тог-нага. Он нашел его тело пронзенным копьем самого вождя рикорри, которое он видел, когда курил с тем калюмет мира, и решил жестоко отомстить.

Вот как он сам рассказывал об этом случае:

— Я вырвал копье из тела брата, — начал он, показывая мне длинное со стальным наконечником копье, украшенное белыми и красными орлиными перьями, — осмотрел его и поклялся отомстить, но не желая проливать кровь моих воинов, я решил сам сделать это.

Украсив себя военной разрисовкой, взяв это самое копье, я тайно ушел из племени. Осторожно пробирался я к деревне рикорри и на шестой день достиг ее. Тогда спрятался в расселине скалы и дождался темной ночи. Ночью нашел знакомый мне вигвам вождя и смело вошел в него. Вождь уже спал. Разглядев его при тлеющем свете костра, я вонзил ему в сердце копье, и кровь убитого брата моего была смыта кровью убийцы. Затем тихо и неслышно я вышел из вигвама и вернулся к своим, взяв скальп врага. Но, друг, — прибавил он, обращаясь ко мне, — вождь Маг-то-тог-наг мстит своим врагам открыто, не скрываясь. Рикорри как волк рыскал вокруг нашей деревни и подло убил женщин и детей. А потому он не заслужил честной смерти в бою и убит мною, как собака.

Второй подвиг Маг-то-тог-нага, который я записал, — это поединок между ним и вождем воронов, с которыми у мэнданов была война. Когда воины того и другого племени близко сошлись, от воронов выехал один с белым значком.

Подъехав к Маг-то-тог-нагу, он сказал:

— Вождь воронов, храбрый Гора-то-аг, вызывает на поединок великого вождя мэнданов, Маг-то-тог-нага, чтобы не проливать крови воинов нашего и вашего племен.

— Вождь мэнданов рад сразиться с великим и храбрым вождем воронов, Гора-то-агом, достойным противником, — так ответил Маг-то-тог-наг.

Получив ответ вождя мэнданов, Гора-то-аг отделился от своих воинов и на белоснежном коне помчался навстречу Маг-то-тог-нагу. Оба вождя стреляли друг в друга из ружей на скаку, но оба не были даже ранены, когда у вождя мэнданов не хватило пороху и он бросил ружье на землю. Храбрый и достойный вождь воронов сделал то же самое, и сражение продолжалось стрелами из луков. Оба вождя уже были ранены в ноги, а лошадь под Маг-то-тог-нагом упала убитой. Он стоял на земле, и храбрый Гора-то-аг тоже спешился и даже убил свою лошадь. Вскоре у него кончились стрелы, и поединок продолжался уже на кинжалах. Вдруг у Маг-то-тог-нага кинжал выскользнул, и противник ранил его в руку, но убить — не успел, вождь мэнданов вырвал у противника кинжал и вонзил ему его прямо в сердце. Я видел скальп этого храброго и достойного воина.

Женщины племени мэнданов очень красивы, стройны и скромны. Индейцы дают им очень поэтичные имена: Плакучая Ива, Лунный Свет. Полуденное Солнце, Ароматный Цветок. Мужские имена тоже очень разнообразны, но зачастую воинственны, например: Ураган, Громоносный, Серый Медведь. Когда мужчина совершает очередной свой подвиг, его имя меняется в соответствии с тем, как он себя прославил.

Мэнданы — честный, добрый народ, но и у них есть жестокие обычаи и обряды, возникшие вследствие суеверия и невежества. Так, во время одного религиозного праздника юноши целых четыре дня подвергают себя всевозможным пыткам — например, продевают палки через мускулы груди, плечей и рук. Эта церемония имеет и какой-то религиозный смысл, но вместе с тем и применяется для определения, кто из будущих воинов будет храбрее и выносливее. Потому-то каждый юноша, достигнув совершеннолетия, нетерпеливо ожидает дней своего испытания.

В религии индейцев есть очень интересное предание о всемирном потопе: вследствие страшного разлива вод все живое на земле погибло, спасся только один человек со своим семейством в большой лодке. От него и произошли все люди. В память этого события у индейцев ежегодно происходят празднества.

...Нам нужно было отправляться дальше. Прощание с племенем было дружественным и сердечным. Оба вождя, Волк и Маг-то-тог-наг, обняли меня, дети и женщины помогли перенести наши пожитки в лодку и долго еще вослед желали нам счастливого пути.

Мы уже отплыли довольно далеко, как увидели, что по берегу бежит молодой воин, сын вождя, мы приостановились, и он бросил нам в лодку какой-то сверток; он был увязан тонкими ремнями, и я с трудом его распутал. В свертке оказалась пара великолепных мокасин.

Несколько дней назад я хотел было их купить, но молодой воин сказал, что бахрома из волос — драгоценный трофей и продать он их не может.

И вот свою добычу великодушный дикарь отдает мне даром!

Это тронуло меня до глубины души.

А где-то через год я узнал, что страшная оспа истребила почти все это племя, осталось лишь несколько десятков человек.

А случилось же следующее. Один из пароходов американской компании с грузом рома и водки шел по Миссури, чтобы продать спиртное индейцам. К несчастью, на пароходе оказались два матроса, заболевших оспой. Несмотря на настояния майора Дугерти, правительственного агента по индейским делам, требовавшего, чтобы зараженный пароход не заходил в деревню мэнданов, торгаши не послушались, думая только о своих доходах...

От мэнданов зараза перешла и к черноногим, у которых она унесла двадцать пять тысяч жизней, затем к анинобоям (шесть тысяч), к воронам (три с половиною тысячи), и сколько еще других жертв пало от этой страшной болезни, никто не знает.