Прочитайте онлайн Жирдяй (СИ) | Глава 2 Слияние ужасно

Читать книгу Жирдяй (СИ)
2416+970
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 2

Слияние ужасно

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Уровень: 0

Ум: 1

Сила: 10

Ловкость: 1

Телосложение: 3

Свободные баллы: 0

Текущий уровень жизни: 63\65.

Текущий уровень энергии: 27\27.

Текущий уровень бодрости: 41\100.

— Давай! Давай! — рывок, толстая жирная рука цепляется паутину переплетенных корней, огромное тело натужно волочится следом.

Ваша сила повысилась на единицу!

— Да-а-а-а! — протяжный крик больше напоминающий животный рык прокатился среди деревьев.

Вздернув руку, я вцепился в толстую ветку дерева, и сам не веря, не доверяя собственным выкладкам и теориям, начал вздыматься вверх. Согнувшаяся в колене нога уперлась голой пяткой в податливую почву, сиплый выдох, усилие… и я встал! Встал во весь рост! На обе ноги!

— Я стою! Я стою! — бессвязно срывалось с моих губ.

Хотелось вздеть руки над головой и возвестить всему миру о моей немыслимой победе!

Вот только никому меня не услышать…

Время дневное, я проснулся много часов назад. И ничего не изменилось. Не было предложения выбора, не было доступа к информации, я по-прежнему не мог встать. И стиснув зубы, я вновь принялся ползти, двигаясь вдоль ручья, против его течения, вздымая свою тушу вверх по пологому склону засыпанному еловыми иголками. Сантиметр за сантиметром. Вверх и вверх.

И вот я здесь. Покорив вершину холма и покорив собственное тело! Я стою на ногах! Хрипло дыша, колыхаясь всем телом, но стою! Держась рукой за ствол дерева, но стою!

Но радость быстро улетучилась, когда я наконец-то осознал, что именно вижу с вершины поросшего деревьями холма и с высоты своего тела. А видел я на удивление много. Много чего странного…

Примерно в полукилометре от крохотного перелеска «приютившего» меня прошлой ночью, виднелся населенный пункт. Вернее сказать остатки населенного и довольно необычного пункта. На ближайшей стороне ко мне виднелась дико покосившаяся… изба? Древняя русская изба? Я не специалист по старым постройкам. Но это точно из той оперы.

Бревенчатые стены, соломенная двухскатная крыша, небольшой навес над крыльцом. Остатки невысокого дощатого забора вокруг дома. Какие-то сарайчики…

Тут я понял, что это не мир Нормалити. Это не копия современного мира. Если только это не какой-нибудь музей посвященный древней средневековой культуре. Только в таком случае можно было найти оправдание для существования данной сонной деревушки в современных реалиях. Но… я не видел проводов протянутых над землей, а ведущая от домов узкая дорога представляла собой грунтовку. Протоптанная среди целины дорога… это точно не асфальт.

Но вот дальше, за домом, просматривалось еще кое-что. Сначала я увидел лишь громадное черное пятно выжженной земли. Затем различил какие-то тлеющие обломки, от которых вздымался серый дым. А потом я узрел лежащую посреди уничтоженной деревни нечто большое и черное. С характерными очертаниями чего-то очень современного и летающего. Самолет. Но не гражданский, судя по торчащему в небо хвосту. Больше смахивает на военный громадный истребитель, если те торчащие по бокам штуковины на самом деле многочисленные пушки. Вот уж точно — вооруженный с ног до зубов. Вернее от носа до хвоста. Это уже похоже на мир будущего, упавшего на мир прошлого.

И тут я снова рухнул на свое жирное пузо! Ноги подкосились, потеряли силу и согнулись как былинки…. Я уткнулся лицом в землю.

Да почему?!

Бодрость на нуле? Почему?

А вот и справка, незнамо откуда вылезшая и пояснившая, что при перегрузе бодрость постоянно падает. Даже если просто стоять, не выполняя никаких действий.

Ежики-коржики! Я как первобытный человек еще не привыкший стоять на задних лапах! Хотя куда там — я хуже! Я больше ползаю как пресмыкающееся!

Хорошо хоть я упал так удачно, что не скатился вниз, оставшись на вершине. И мог продолжать обозрение окрестностей. Холмики, впадины, что-то вроде неглубокого оврага, дальше выжженные дымящиеся поля. Кое-где растут деревья, кое-где они явно посажены людьми, выстроившись в ровный ряд на краях полей. Защита посевов от ветра? Или плодородного слоя почвы? Не знаю, я далек от этого…

Но больше всего меня напрягала не сельская местность, виденная мною раньше только в фильмах, играх и на картинках в редких бумажных книгах. Меня напрягало отсутствие людей. И животных. Я здесь уже долгое время, но еще не видел ни единого признака фауны, будь она разумна или просто жива. Где коровы? Или лесные волки? Где бабочки или сверчки? Синее-пресинее небо пусто. Только редкие клочки облаков медленно плывут куда-то, неспешно подгоняемые ветром. Но в бескрайнем небе нет птиц. Нет самолетов. Нет драконов, обещанных для подмира волшебства в Ковчеге 5.0.

Ладно,… на время забудем о животных. Сосредоточимся на таких же несчастных как я — на цифровых переселенцах. Какой я там по счету? Многомилионное число… и где они все? Забудем даже о многих миллионах. Сосредоточимся еще конкретней и локальней — пусть будет только один миллион людских воплощений переброшенных сюда. И где они?

На этот вопрос ответа у меня не было.

Зато имелась идея о своих дальнейших действиях — я пойду к поселению. Меня туда тянуло как человека домашнего, не привыкшего обитать в диких лесных дебрях. Меня туда тянуло ради информации — вдруг узнаю что-нибудь, покопавшись в обломках и пепле. И меня туда тянуло ради высокого столба серого дыма, вздымавшегося в небо и хорошо различимого с большого расстояния. Если в эту местность попал кто-нибудь еще, этот «кто-то» обязательно увидит дым. И воспримет его как ориентир, направившись на него. Там мы и встретимся.

Кстати, один ответ я все же получил — вчерашний толчок земли, воздушная волна и грохот. Наверняка это были последствия падения воздушного судна на мирную деревушку. И я искренне надеюсь, что в то время там не было никого живого.

Пока я лежал словно слизняк, моя бодрость восстановилась. Но куда медленнее, чем обычно. И я подозревал, что причиной такой неспешности, является тревожно мигающая шкала «голода». Я начинал терять силы из-за подступающего голода. Мне срочно надо что-нибудь съесть. Срочно. И я по-прежнему не собирался пробовать на вкус попавшиеся на пути странные темно-фиолетовые мелкие ягоды, один белесый гриб и сосновые шишки. Рискну, только если не останется другого выбора. С моими крохами жизни нельзя решаться на столь безумный поступок. С жаждой проблем не было — я вдоволь напился перед тем как приступил к ползучему штурму склона.

А это что?

Палка. Толстая сучковатая палка метра в два длиной. С парой пожухлых листиков и остатками коры.

Тяжело привстав на колено, я подцепил палку, уперся ее концом в землю и встал. Эврика! Получилось куда лучше, чем было раньше. Перед взором мелькнула надпись, сообщающая, что благодаря палке, мой перегруз снижен на пять килограмм.

О! Это уже лучше! А если две палки взять? На манер лыжника?

Покрутив головой, я, к сожалению, никакой другой палки не нашел. А когда взглянул на уже имеющуюся, не увидел ровным счетом ничего. В смысле — никакой информации. Не высветились строчки о прочности, уроне, весе, типу, материалу, столь привычные для всех игр с полным погружением. Я видел просто палку. То есть ровным счетом то же самое, как если бы находился в реальном мире и таращился, к примеру, на стол. Только визуальный осмотр собственными глазками. Вообще супер…

А я сам?

Опустив взгляд ниже, я осмотрел свое тело. Все печально знакомо. Толстый жирный кабан, по фигуре смахивающий на воздушный шарик с зачем-то приделанными ногами, руками и головой с двумя подбородками. Что впечатляло больше всего — я был абсолютно наг. Голый, если выражаться просто. Рука скользнула по голому бедру и заду. Даже трусов не дали! Я самый настоящий дикарь. Жирный Адам без фигового листочка.

— Господи! — с надрывом произнес я — Если там есть селяне или крестьяне или хуторяне… уже не знаю,… но пусть они сначала поговорят, а потом за вилы берутся при виде голого жирдяя идущего к пепелищу! Понимаю что я не эталон мужской красоты, но убивать за это не надо!

Господь не ответил. Но на душе стало легче. И опираясь на палку, я осторожно шагнул вниз по склону. Падать и кувыркаться по выступающим острым камням жутко не хотелось. Мне предстоит преодолеть около пятисот метров до увиденного мною уцелевшего дома.

Вспоминать, как я добирался до окраины, не хотелось. Я просто добрался. Дошел, добрел, дополз и дотянулся до цели. И вот я здесь, с несколько просевшей после пары неудачных падений жизнью и с новым прогрессом в виде еще одной единички силы пополнившей мои характеристики. Сила стала равняться одиннадцати пунктам, а с деревянной опорой посохом я, можно сказать, почти стал человеком. Около самой окраины, в пяти шагах от дома, я упал на землю. Нет, я вовсе не пытался строить из себя толстого потного разведчика хамелеона. Просто так бодрость быстрее восстанавливались, да и привык я уже…

Полежал минут пять, перевел дыхание, повтягивал носом запах дыма, поглазел по сторонам. Ничего живого. Даже курицы нет, а ведь вроде как, в деревнях всегда были курицы. Или гуси? Да хоть страусовые канарейки! Плевать! Но где хоть одна птаха? Самолет, конечно, рухнул, взорвался, уничтожил почти всю деревню, но неужто прям все живое погибло?

Хорошо хоть домишко один уцелел. Хотя явственно покачивался изредка и зловеще поскрипывал, намекая, что долго он не простоит и вскоре развалится по бревнышкам.

— Э-э-эй! Есть кто живо-о-ой?! — мой громкий крик не вызвал ни малейшего ажиотажа. Разве только устоявшая после удара с воздуха развалина заскрипела еще гнусней и покачнулась. Никто не прокричал в ответ. Нигде не закаркала ворона, из-за угла не вывалился обожженный зомби,… но это уже мое воспаленное воображение такие картинки рисует. Хоть кто его знает,… что тут да как…

Но от шока я еще не отошел. Лежу в травке-муравке и легонько трясусь. А чтобы совсем уж в студень дрожащий не превратиться, надо вставать!

— О-о-ох, грехи мои жирные, тяжкие… — прокряхтел я, при помощи посоха вздымая свою тушу — Что у себя дома я один одинешенек жил, что в этом мире общения ноль. Разницы никакой… так нахрена ж менять надо было? Хозяева-а-а! Я иду!

Дверь открывать не пришлось — она смирно лежала у крыльца, и не пыталась ничего перекрывать. По ступенькам так же подняться удалось без особых проблем, особенно когда я цеплялся за перила.

И вот я внутри… изба не русская! Ну, мне как дилетанту так кажется. Не помнится мне, чтобы в русских избах были встроенные в стену каменные очаги. Если верить сказкам, тут должна быть белая большая печь — прародитель всех кроватей с обогревом и кухонный комбайн одновременно. Комната только одна. Потолок низкий, дощатый. Связки каких-то сухих растений на стенах. Перевернутый стол, вдоль стен широкие скамьи, скомканный полосатый половичок у моих босых ног. Глиняные осколки там же. Не напороться бы…

Чего нет так это трупов. Уже хорошо. А это что-то вроде местных фотографий — на одной из стен имелась простенькая картина в тоненькой рамочке. К ней я и подшкребся, гулко стуча посохом в пол. И вновь окаменел. На картинке изображена пестрая компания. Людей я узнал, вот эти зеленые клыкастые громилы — это, наверное, орки. Стройные улыбчивые люди с длинными заостренными ушами — тут и гадать нечего. Эльфы. Некоторые из изображенных рыл облачены в железные доспехи. И шлемы! И плащи! И сапоги железные! А у некоторых и гульфики кажись из нержавеющей стали! Другие присутствующие в коже, в ярких шелках, в странных туфлях с загнутыми носами. Над их головами витает несколько светящихся шаров, в землю упираются мечи и копья.

— Это не нормально! — проскрипел я — Волшебством попахивает! И каким боком сюда впихивается валяющийся за домом космический истребитель?! Буду надеяться, что это местные ролевики себя запечатлели… зеленые,… перед тем как улететь обратно на Венеру!

Убедившись, что хозяев нет, я подчинился еще одному инстинкту современного человека — надо бы прикрыть срамоту! Длинный полосатый половичок подошел как нельзя кстати. В него я и задрапировался, скрыв свою отнюдь не атлетическую фигуру под слоями плотной материи. Опять никакого информационного сообщения от системы, но чувствовать я стал себя гораздо увереннее.

Посох, бесформенное полосатое «пончо»… еще бы бороду отрастить и я превращусь в мудреца, проповедующего отказ от диет и аскетизма. Облачившись, поспешил опуститься на одну из стоящих вдоль стен скамью и перевел дух, неожиданно новым для себя цепким и жадным взглядом оглядывая невеликое помещение. И откуда только во мне это проснулось?

На стене рядом с очагом имелись полочки. Пустые. В очаге ничего кроме горстки пепла. Но неподалеку аккуратно сложены полешки. Еще в очаг вмурован железный крюк, а внизу что-то вроде низенькой дырявой табуретки из железа. На крюке висел небольшой котел. Тоже железный, закопченный. И все. Больше ничего внутри дома не имелось. По наитию осмотрел пол, но ни малейшего намека на подпол не обнаружил. А жаль — там ведь должны были быть соленья, к примеру,… огурчики, помидорчики. Подняв голову, уткнулся взглядом в голый потолок. Стоп,… а крыша ведь «углом», двухскатная, соломенная. То есть — должно было остаться пространство между потолком и самой крышей. И как же хозяин туда попадает? Явно не отсюда. Вариант был только один, и я заторопился наружу, поддерживая свое одеяние. Хоть бы бечевку какую-нибудь найти, да подпоясаться.

Лестница, старомодная, деревянная, крепко сколоченная, нашлась сразу за углом. Рядышком с небольшим бочонком на две трети наполненным водой, в чем я не замедлил убедиться. Лестница уже была приставлена к стене, верхним концом упираясь в прикрытое пуками соломы квадратное отверстие. Прочное творение плотника выдержало мою тушу, а бодрости хватило, чтобы добраться до верхней ступеньки. Здесь я и остановился, достигнув чердака наполовину. Задница и пузо наружу, плечи и голова внутри. Да чтоб тебя! Здесь явно не соблюдают права толстых мужчин! Пытаться пропихнуться я не стал — а вдруг застряну намертво? И найдут потом вернувшиеся домой жители торчащую из окна жирную задницу едва прикрытую полосатым пончо… нет уж. Сломать тонкие бревна каркаса и толстые жерди я так же не стал даже и пытаться. Не сработает с моей силушкой.

Сквозь редкие щели, в царящем здесь полумраке, я разглядел небольшой чердак и окончательно перестал дергаться. Чердак был пуст. Лишь у самого входа, рядом со мной, лежала пара небольших мешков, какие-то обструганные палочки, треснутый глиняный кувшин и небольшая груда соломы. Или сена? Как разобрать?

Долго думать я не стал. Уцепив один из мешков за угол, подтащил его к себе — на вид в нем килограмм десять, не больше. Но бодрость скакнула вниз резко, хотя я даже не поднимал его. Вытащив мешок наружу, позволил ему упасть. Повторил операцию со вторым мешком, выбросил жердочки, схватил кувшин и неуклюже спустился вниз по скрипящей лестнице.

Почти спустился, когда перед глазами высветило:

Ваша сила повысилась на единицу!

Ваше телосложение повысилось на единицу!

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Уровень: 0

Ум: 1

Сила: 12

Ловкость: 1

Телосложение: 4

Свободные баллы: 0

Текущий уровень жизни: 57\70.

Текущий уровень энергии: 27\28.

Текущий уровень бодрости: 23\100.

Вот как понять принцип?

Где логика?

Я бы понял, если бы баллы характеристик мне повысили, когда я поднимался по лестнице. Но мне выдали сразу два балла, когда я спускался! Причем и силу и телосложение!

Покачав головой, я преодолел последнюю ступеньку и уселся на землю. Подтащил к себе мешок, развязал длинную бечевку вокруг его горловины. И сразу же попытался эту бечевку обвязать вокруг своего пояса. Бечевки не хватило.

Ежики коржики!

Развязал бечевку на втором мешке, неумело связал обе завязки вместе, обхватил себя бечевой вокруг выпуклой талии. Есть! У меня появился тонкий пояс, надежно скрепивший пончо. Теперь можно не бояться спонтанного раздевания, если забуду придерживать полосатый коврик.

Мешки…

В обоих мешках обнаружилось зерно. Наверное. Как еще назвать эти тоненькие желтоватые продолговатые семена? Это что-то злаковое. Может быть пшеница. Или ячмень. Или эльфийский бабаюн-горох. Но это злак. Логика подсказывала, что на чердаке деревенского дома вряд ли станут хранить отраву целыми мешками, если только мужик не затеял чего дурного против тещи-терминатора.

Да и ждать я уже не мог — шкала голода заполнилась полностью. Я начал голодать! Физически не ощущал ничего, но бодрость восполнялась куда медленнее, а тратилась куда быстрее. Жизнь почти не восстанавливалась.

Взяв пару зернышек, закинул их в рот и жадно схлопнул челюсти. Зернышки не поддались, насмешливо перекатываясь между моими скрипящими зубами. Выплюнув каменные зерна обратно на ладонь, злобно посмотрел на них, после чего мой взгляд сполз на стоящий у стены бочонок с водой.

Вода плюс зерно — замоченное зерно. Станет мягче. Замочить можно в глиняном кувшине. А еще есть котел. Котел…

Вода плюс зерно плюс котел плюс огонь — каша. Кажется именно так.

Котел в наличии. Дрова я видел. Огонь я тоже видел — как-никак на пепелище сижу. Место? Подальше от этого накренившегося дома, что продолжает опасно покачиваться, а из стен ползут щепки. Еще я видел железную решетку в очаге. И в кино видел, как обкладывают для чего-то очаг камнями. Главное все успеть до того, как я начну помирать с голода. Что смешно — с моей-то жирной тушей. Но логика у Ковчега своя. Он видит во мне не жирдяя, а перегруженного человека.

Встав, я принялся оттаскивать мешки подальше от дома. Сидеть сиднем и ждать появления спасателей смысла нет. Хочешь жить — начинай действовать. Я не обученный выживанию человек. Я домашний толстяк. Но я уже смог кое-чего добиться. Кое-чего достичь. И надо продолжать в том же духе.

Несмотря на факт, что я никогда в жизни не разводил настоящий костер из настоящих дров, удалось мне это без особого труда. Первым делом я вытащил из готовой рухнуть хибары котелок, решетку и полешки. Все это разместил на земле, в полешки запихнул несколько пучков соломы, после чего с пыхтением добрался до самого края пепелища, где аккуратно подпалил от пары рдеющих углей еще один пучок соломы и, поспешно вернувшись обратно, поджог сложенное топливо. Заходить дальше и осматриваться среди обугленных обломков я не решился — я не факир, чтобы безбоязненно ступать босыми ногами по горящим углям.

Спустя двадцать минут я, обжигаясь и хватая ртом воздух, жадно приступил к трапезе. Вкус имелся. Пресный. Но когда я запихивал в рот разваренное и лишь немного остуженное зерно, то вовсе не рассчитывал познать исключительный и восхитительный вкус какого-либо деликатеса. Мне требовалась еда. Много еды. Чтобы заглушить голод психологический — рассудок хоть понимал, что моя личность и тело состоят больше не из белков, углеводов и прочих элементов, но чувство голода от этого меньше не становилось. И тот факт, что теперь я всего лишь набор хитро сложенных массивов информации, не играл особой роли. И чтобы прекратить голод воплощения. После первой пригоршни зерна шкала «голода» неохотно начала отступать обратно к нулю. Процент за процентом. А я продолжал вкушать манну чердачную, с хлюпаньем и чавканьем пережевывая еду. Да, наверное, я был похож на самую настоящую и крайне голодную свинью. Ну и пусть. Сейчас меня волновало только насыщение.

Еще через десять минут сваренная порция зерна закончилась. А шкала «голода» радостно пожелтела, опустев чуть больше чем наполовину. Запив еду водой из глиняного кувшина, я счастливо выдохнул. И тут же снова насупился, поняв, что опустошенный котелок с примитивной кашей отнюдь не означает успешное окончание дня.

Первым делом я пересыпал зерно из одного мешка в другой. Успешно. Места хватило. Один из мешков полностью опустел, став практически невесомым. Критически осмотрев его и пощупав крепкую мешковину, я закинул мешок за плечо, будто рюкзак. Отпустил руки. Мешок упал на землю.

Черт,… а в других играх срабатывало — любые вещи, включая заплечные мешки, щиты, мечи, секиры или автоматические винтовки, сами собой «прилипали» к спине. И тем самым активировали инвентарь… и позволяли парой жестов или кликов перемещать любые вещи в мешок или из мешка. Иногда даже облегчали ношу — на что я и надеялся. Вдруг обычный мешок, скажем, снижает вес переносимого груза процентов на десять или хотя бы на пять. Система считала, что я перегружен и мне не помешало бы «исчезновение» десяти процентов от сорока с лишним килограмм проклятого веса прижимающего меня к земле, словно неумолимая гравитация.

Нужны лямки, если я собираюсь соорудить нечто вроде заплечного мешка. Материал надо искать. Я может и сплел бы из травы жгуты или травяную веревку, но как-то не чувствовал в себе уверенности, что способен на такое свершение. Пришлось снова вставать и напоминать себе — движение жизнь. Я боролся сейчас не с физической усталостью, а с въевшейся в каждую клеточку моего мозга ленью. С желанием существовать благодаря современным технологиям — вживленному в пальцы интерфейсу управления, со старомодным пультом, в конце концов. Щелк — и пицца на дом доставлена. Щелк — закуплены прочие продукты. Щелк — оплачена квартплата и коммунальные расходы. Щелк — получена работа и по завершению отправлена еще одним щелчком заказчику. Щелк — вызвана медсестра или скорая помощь. Щелк — и вскоре зайдет улыбающаяся массажистка, быстро и умело могущая вправить вечно болящий позвоночник.

А здесь, щелкай хоть пальцами, хоть ластами, хоть зубами… ничего не произойдет. Все надо делать как в древнюю старину — ручками. Когда чтобы отправить письмо, надо было сперва долго писать сам текст, затем запечатывать в конверт, облизывать и наклеивать марку и нести до почтового ящика. И это еще самое легкое.

Подогревая себя подобными размышлениями, опираясь на посох, я шлепал себе потихоньку вокруг дома, пытаясь увидеть что-нибудь полезное. Иногда останавливался и ворошил концом палки кучки пепла. Находил лишь осколки глиняной и стеклянной посуды, полусгоревшие деревяшки, камни. Ничего хорошего не попадалось. А в центр я зайти все еще не мог — слишком уж горячо там было.

— Привет! — радостный и эмоциональный выкрик чуть не убил меня. Я едва не обмочился от страха. Попытался подпрыгнуть, но не смог оторвать свою тушу от земли. Обернувшись, не увидел никого живого. Закрутился по сторонам, для чего-то выставив перед собой посох как меч.

— Я здесь! Меня зовут Леся! Я в кустике спряталась! Смотри, шевелится!

Остановившись, я уже несколько более спокойно обозрел окрестности и вскоре действительно увидал странно дергающий густой кустик. Из-за него показалась тонкая рука и усиленно замахала.

— Вижу! — крикнул я, ощущая нахлынувшую радость. Все-таки я здесь не один — Привет, Леся. А я Жирдяй! Выходи, чего спряталась?

— А зовут тебя как?

— Жирдяй и зовут — развел я руками, как-то не особо желая после столь странного прозвища называть настоящее имя — Выходи! Кушать хочешь? У меня есть зерно и котелок. Можно кашу сварить.

— Кушать хочу!

— Так выходи!

— Не могу… я голая! Из одежды у меня только собственные волосы и закрывают они меня только от макушки до плеч! У тебя нет еще одного такого… такой… одежды.

— Нет — не выдержав, я рассмеялся от идиотской ситуации — А этот отдать не могу. Зато у меня есть два мешка из-под зерна. Они не очень большие, но если как-то приспособить… еще могу дать прочную бечевку — я похлопал себя по пузу — Правда не знаю, получится ли что-нибудь сообразить.

— Давай все что есть!

— Сейчас… — развернувшись, я тяжело захромал к затухающему костру — Сейчас принесу! Ты не поверишь! Так рад тебя видеть!

— А?! Ты что видишь меня сейчас?! Сквозь куст?!

— Да нет! Это я к слову! Я просто рад, что ты здесь! Что я не один!

— Я тоже рада! Не представляешь, как жутко было! Особенно ночью! Спала на дереве. А с утра, с той же ветки увидела густой дым и пошла туда. И вот я здесь!

— И хорошо! — осторожно высыпав зерно прямо на землю, я зашагал обратно, направляясь к притихшему, но не замолкшему кусту — Вот, держи. Два мешка. Еще острый сучок. И вот бечевка.

— Спасибо! А сучок зачем?

— А вдруг дырку проковырять в мешке придется? Или шов распустить.

— Ясно! Сейчас попробую что-нибудь сообразить. Жирдяй… ой, неудобно тебя так называть. Может по-другому как-нибудь? А то будто оскорбление звучит.

— Я жирдяй и есть. Чего тут неудобного. Слушай, Леся, ты сюда вчера попала?

— Угу!

— Когда примерно?

— Не знаю! Часов то у меня не было!

— Но перед темнотой? Потом сообщение про успешный перенос, предложение выбрать имя.

— Верно! Все так и было. Я вбила имя, почитала сообщения. Встала на очередь на информацию.

— А какое тебе число дали? В очереди?

— Что-то восьмизначное, начинающееся с семерки. Очень большое число.

— Ясно — подытожил я, пытаясь придумать, какой еще вопрос задать — А у тебя выбор был? В Преддверии?

— Насчет мира? Так я давно уже выбрала! Можно ведь было заранее определиться. С миром, с внешностью воплощения, с местом появления. Я лично выбрала Нормалити, Австралия, Сидней. Высокая стройняшка девушка с белокаменной кожей, шикарным бюстом, изумрудными глазами и пышными густыми волосами. Ну и прочие детали по мелочи. А потом уже и забыла, Ковчег ведь был пока заморожен, только доступ к личной матрице имелся. Жила себе спокойно, работала. А потом БУХ! — резко повысила голос Леся — И я здесь. Голая, выглядящая, так же как и в настоящем мире. Только зря время потратила!

— Понятно… — задумчиво произнес я, стоя спиной к кустику.

— И это ведь не Нормалити? И уж точно это не Австралия!

— Не знаю — честно ответил я — Тут не разберешься. Деревня средневековая, но рухнул на нее чуть ли не космический аппарат. В избе была картина с эльфами, орками, людьми. Все в доспехах, коже и шелках. Холодное оружие, магические шары светятся над головами. Не поймешь, короче. Все запуталось. А что самое странное — у меня в настройках написано, что этот мир называется Слияние. Я о таком даже и не слышал. А ты?

— Слияние? Нет. Всего ведь три мира было. Фантастический и страшный, нормальный и милый, древний и волшебный. Как-то так.

— Ничего… — вздохнул я — Разберемся. Потихонечку со всем разберемся.

— А ты сам, какой мир выбирал? Если тоже Нормалити, то может все в порядке и мы просто в какой-нибудь глуши?

— Я вообще никакой мир не выбирал — признался я — Даже и не вспоминал о Ковчеге последнее время. Лесь, а ты помнишь, почему ты здесь оказалась? Как ты сюда попала и почему?

— Неа! Я уже думала об этом, пока на ветке сидела голышом. Последнее что помню — я в ванне, собираюсь принять душ перед сном. А потом БУХ! — снова повысила голос Леся — И я здесь! А ты?

— Фильм смотрел! Про подземную мафию девятого уровня — покопавшись в памяти, ответил я — На самом интересном месте вдруг темнота, а следующее воспоминание — я уже здесь.

— А день какой был? Вечером или днем?

— Третье сентября. Поздно вечером.

— И у меня так же… третье сентября. Вечером. Ой, мамочки…

— И папочки… — снова вздохнул я.

— Третьего сентября случилось что-то очень плохое? Там, на Земле? Да?

— Не обязательно. Просто это последнее что мы помним. Может в тот день делалось последнее копирование воспоминаний. Ты долго там еще?

— Почти закончила!

— Лесь, а почему Нормалити? — невольно заинтересовался я — Не хотела быть закованным в суперсовременные доспехи штурмовиком и исследовать радиоактивные пустоши? Ну, или волшебницей со светящимся посохом…

— Хотела. А потом передумала. Я не конкурентная.

— В смысле?

— Помнишь слоганы миров? Их постоянно в рекламе крутили.

— М-м-м… напомни-ка.

— Новые миры, новые возможности, новый старт. Первый шаг одновременно для всех. Все на равных! Я подумала, подумала и передумала. Я ведь не боец. Локтями толкаться не умею. Поэтому решила жить обычной жизнью.

— Понял — кивнул я, на самом деле сообразив, к чему ведет моя новая знакомая.

Ковчег 5.0 даровал общий старт для всех. Тем самым заранее искореняя проблемы «ветеранов» и «новичков». Как не крути, а это игра. Два мира из трех. Только Нормалити выпадал из общей канвы, являясь обычным миром, где не надо воровать, изучать, находить, воевать и прочее. В Нормалити нет уровней для персонажей. Нет боевых умений. Нет магии. Более того — мир сознательно отброшен в прошлое. В конец далекого двадцатого века.

А вот остальные два мира это именно игры. Персонажи развиваются, получают уровни, покупают или создают экипировку, сражаются с драконами или пытаются уничтожить пораженного радиацией монстра.

Но как зачастую бывает, стоит тебе только зарегистрировать в игре, создать персонажа и вжать кнопку старта, первое что ты видишь на какой-нибудь городской улочке — какого-нибудь донельзя крутого прокачанного игрока в эпической экипировке, с солидным счетом в банке, водящего дружбу чуть ли не с богами и давным-давно получившего всевозможные достижения и охмурившего всех красавиц игрового мира. Ну или красавцев. Он играет уже давно, знает всех и вся, состоит в крутейшем клане помогающем ему во всем.

И как такого игрока догнать? Как сравняться с ним?

Почти нереально. Особенно в играх последнего поколения, где развитие персонажей практически бесконечно.

Отсюда и бесконечное нытье на игровых форумах, чатах, в самой игре и в прочих местах.

Ковчег 5.0 эту проблему решал раз и навсегда. В день старта все людские воплощения появлялись здесь одновременно. Разом. В течение двух часов. Одинаковый старт для всех. Одинаковые условия. А дальше уже судьба и успешность каждого зависела только от него самого. От деловитости, от того насколько быстро схватывает и насколько быстро действует. Все зависит от человека — некоторые после появления в новой игре сидят целый день на заду и шевелят только языками, что-то вяло обсуждая и что-то вяло прикидывая. А другие уже и вокруг все оббежали, все осмотрели, команду собрали, палок для оружия наломали, первого кабана забили и зажарили, первые травы собрали и попробовали из них что-нибудь сварить…

Шанс дан всем одинаковый. Успеешь его использовать — молодец. Не сумеешь — кто ж тебе виноват?

Если оценить меня в этом ключе — я безнадежный неудачник. Целые сутки я даже на ноги подняться не мог. Куда уж там бегать, изучать, находить и побеждать… едва-едва досюда доплелся.

Леся так же не из людей действия, судя по всему. Добилась еще меньшего, чем я.

— А вот и я!

Обернувшись, я впервые увидел девушку. И не удержался от смешка. Нет, она выглядела нормально — обычная девушка. Средняя,… наверное. Не особый я специалист по женскому полу. Но я бы сказал так — еще бы чуть-чуть блеклости и ее можно было бы назвать серой мышкой. Если же добавить на личико яркого макияжа, из нее получится очень привлекательная женщина. Единственное «яркое» пятно — ее глаза резко выделяющиеся и сразу замечаемые. В общем, сейчас она выглядела смешливой и симпатичной. А засмеялся я при виде ее «одежды».

Из двух совсем небольших мешков и бечевки Леся умудрилась соорудить мини-юбку и топик. Все было несколько мешковато и непрезентабельно. Зато прикрывало самые важные места, а в данный момент это самое главное.

— Такая вот я настоящая, без улучшений внешнего вида через конструктор — улыбнулась девушка — Смешно выгляжу да?

— На меня посмотри — фыркнул я, указывая на обтягивающее мою тушу полосатое одеяние.

— Ты прям как сумоист!

— Кто-кто?

— Честно! — весело сверкнув глазами, заверила меня Леся — Они тоже ходят в полосатых халатах и такие же большие как ты. Класс!

— Сумо… борцы сумо ходят в кимоно — хмыкнул я — Или как там эти одеяния называются. Но да — похоже. Вот только они сильные, а я из-за глюка Ковчега без палки почти ходить не могу. Поэтому, Лесь, если я вдруг упаду, не надо визжать и пугаться.

— А что за глюк?

Несколько минут пришлось потратить на объяснение нелепой ситуации, в которую я попал. Сочувствия не получил — новая знакомая заливисто хохотала. Обижаться я не стал, позволив Лесе отсмеяться. Смех полезен. И спокойно дождался от нее закономерного вопроса:

— Что делать будем?

— Разбираться с ситуацией — пожал я пухлыми плечами — Давай так — ты готовишь себе кашу из зерна и воды, а я пока что потихонечку поброжу вокруг пепелища. Вдруг найду чего-нибудь полезного. Топор там… или книгу.

— Я с голоду умираю прямо! Спасибо! Я, как только поем, сразу начну тебе помогать. Жирдяй… блин, неудобно мне тебя называть!

— Жир! Так и называй. И обижаться не стану. Все, я потащился на разведку. А ты кашеварить.

— Ладушки! А на тебя варить?

— Нет. Я уже успел поесть. Так что наедайся сама. И посматривай по сторонам.

— Так ведь нет никого?

— Нет никого — согласился я — Я тоже целые сутки никого не видел. Ни людей, ни зверей. А потом ты появилась. Значит, может еще кто-то появится. Вот и посматривай. Если зверь какой-нибудь — не кричи. А то подманишь зверюгу к себе. У тебя ведь было сообщение про «не умирайте»?

— Угу!

— Вот и не будем торопиться проверять каков тут рай или ад.

— Поняла! Каша, поддержание огня и разведка.

— Кстати, когда ты выбирала облик для своего воплощения в Нормалити — глаза решила не менять, да? — заметил я.

— В смысле?

— Ну, ты ведь говорила, что выбрала себе девушку с белой кожей, густыми волосами, пышным бюстом и изумрудными глазами. Правильно?

— Да…

— Я и говорю — глаза решила оставить как есть. Они ведь у тебя зеленые презеленые.

— У кого зеленые глаза?

— У тебя!

— У меня карие глаза!

— Не-е-ет — озадаченно протянул я — Либо после переноса сюда я стал дальтоником, либо цвета путаю. Но тогда и трава здесь карего цвета. Потом что листва на деревьях и трава точно такого же цвета как твои глаза, Лесь. Я серьезно.

— Вот это да… — ошарашенно взглянула на меня девушка зеленющими глазами — Здесь нигде зеркала нет?

— Не видел. Но за домом есть бочонок. Загляни в него и сможешь на свое отражение полюбоваться в воде. Только у дома долго не стой, Леся! Он качается, не дай Бог на тебя рухнет!

— Хорошо!

Явно озадаченная моим комментарием насчет ее зеленых глаз, она заспешила в указанном направлении. А я, рухнул на землю, не дожидаясь полного истощения бодрости. Бросил перед собой палку — метра на три вперед — и пополз к ней, стараясь не помогать ногами, ибо лелеял мечту, что заметив потуги несчастного жирдяя, система смилостивится и даст еще немножко силушки. Добравшись до посоха, снова отбросил его вперед. Так и двигался, нацелившись на переставший дымить участок пепелища, где я еще не побывал. Остывшего пепла хватало и здесь, так что вскоре я окончательно превратился в чумазого «трубочиста». Остановившись за два шага до цели, немного полежал, отдохнул, а затем медленно встал. Сделал два шага и удивленно замер.

Ваша сила повысилась на единицу!

Вот какого…

Я ведь не перенапрягался. Не выдавливал из себя последние крохи бодрости. Не пытался сделать невозможное. И мне все равно дали еще одну единицу силы! Уверен, какая-то логика в этом есть, но уловить я ее не могу.

Перестав ломать голову над неразрешимой задачей, я приступил к поиску. Обилие разбитой глиняной и стеклянной посуды начинало уже раздражать — черепки и осколки попадались на каждом шагу. И да — они резали босые ноги, если я на них случайно наступал, отнимая небольшое количество жизни. Надо срочно искать какую-нибудь обувь.

Спустя полчаса поисков, я немного посидел, восстановился, а затем тяжело зашагал к костру, вокруг которого суетилась женская фигурка. Подошел я как раз к моменту, когда Леся пережевывала последнюю порцию каши, блаженно закатив при этом глаза. Будто изысканное лакомство уплетает…

— Вот — выдохнул я, вываливая свои находки — Один странный железный обод, наверное, от бочки. Три десятка гвоздей — размеры разные, но вдруг сгодятся на что-нибудь. Еще нашел целую тарелку, но очень грязную. Больше пока ничего.

— Гвозди, обод и тарелка — задумчиво наморщилась девушка — На ум пока ничего не приходит. Как их использовать? Ну, с тарелкой все понятно, ее я сейчас почищу и помою.

— С водой у нас не очень. Ручей есть, но в полукилометре отсюда.

— А колодец не пойдет?

— Колодец?

— Вон! — тонкий пальчик указал на обгорелую груду коротких бревен обрамляющих дыру в земле — Раньше ведь воду из колодцев брали люди. Ведро с цепью туда опускали, потом вытаскивали…

— Я понял — перебил я Лесю, сразу придя в движение и передумав сидеть у костра — Пойду, проверю.

— Я с тобой!

Приблизившись, я все еще не мог с уверенностью заявить, что это именно колодец. Убедила меня в этом Леся, первая увидевшая железную цепь обмотанную вокруг одного из бревен. Цепь толстая, чуть с ржавчиной, свободный конец уходил в глубокую дыру.

Схватившись за цепь, я напрягся, потащил на себя и понял, что мне это не под силу. Ну-да — вес цепи, вес ведра, вес воды налитой в емкость. Килограмм тридцать? На помощь пришла Леся и совокупной силой мы все же победили тяжелую цепь, принявшись вытаскивать ее метр за метром. Вскоре моя бодрость ушла почти в ноль, я вцепился в цепь, опустился на землю, уперся ногами в одно из бревен и вновь потянул, проклиная себя, что не додумался до этого раньше.

Ваша ловкость повысилась на единицу!

Ваша сила повысилась на единицу!

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Уровень: 0

Ум: 1

Сила: 14

Ловкость: 2

Телосложение: 4

Свободные баллы: 0

Текущий уровень жизни: 57\70.

Текущий уровень энергии: 27\28.

Текущий уровень бодрости: 23\100.

— О! — хором произнесли мы.

— тебе что дали? — сообразил я — Мне ловкость и силу.

— А мне телосложение и силу.

— Твою мать! — крайне эмоционально изрек я — По какому принципу система дает поощряющие баллы характеристик? Тебе до этого что-нибудь давали?

— Угу. Ловкость, когда я на дерево взбиралась. И еще силу, и ловкость когда я с дерева наполовину спустилась, а потом спрыгнула.

— Вот ведь… налегли! И-и-и раз! И-и-и раз!

Последний раз звякнуло, что-то гулко «бамкнуло», отпустившая цепь Леся бросилась вперед, запустив руки в яму, что-то ухватила, и с натугой вытянула большущее ведро.

— Полное почти до краев! — обрадованно заявила девушка — Водичка чистая-пречистая! И свежестью пахнет!

— С водой проблема решена — подытожил я — Но каждый раз доставать ведро вдвоем и на пределе сил…

— Подкачаемся заодно! Кстати — ты прав, мои глаза зеленые. Я в шоке! И цвет точно такой же, как я выбирала для своего воплощения. А вот форма глаз отличается — я выбрала себе широко распахнутые, но с восточным разрезом и длиннющими ресницами. А сейчас форма глаз почти как у меня прежней, но цвет сменился на зеленый. Так я ничего и не поняла, что произошло.

— Хотите, я поделюсь догадкой? — зычно вопросили за нашими спинами.

На это раз я сумел подпрыгнуть. Леся взвилась куда выше меня, заодно опрокинув столь трудным путем выуженное из разрушенного колодца ведро. Стоя посреди лужи, я обернулся.

И увидел какой-то дикий и радостно улыбающийся кошмар.

Мужчина, не особо богатырской стати, лет за сорок, ближе к пятидесяти, если судить по внешнему виду. Средний рост, среднее телосложение. Прикрыты только чресла — какой-то черной блестящей материей.

— Здравствуйте, люди! — еще шире улыбнулся пришелец, показывая нам пустые ладони — Мы пришли с миром!

— Ага… — оторопело кивнул я, не сводя пораженного взгляда с мужика.

— Здрасте! — пискнула Леся, смотря туда же.

Кошмар заключался в левой руке и нижней части лица мужчины.

Первым делом в глаза бросалась именно левая рука. Вернее ручища, огромная, толстая, мускулистая до предела, с вздутыми венами и ярко зеленой кожей. Рука как у Халка. Абсолютно не подходящая к телу своего владельца.

И затем уже я заметил рот — из-под человеческих губ выпирали острые длинные клыки, а сами губы отличались темным цветом, будто по ним мазнули темно-серой помадой.

— Интересно, да? — ничуть не смущаясь нашим вниманием, осведомился мужчина — Я хотел играть в мире волшебства. И хотел играть огромным диким орком — громилой с толстыми мускулами и зеленой кожей. Частично у меня это получилось. Хе!

— Охренеть! — выдал я — Ой! Простите!

— Ничего — усмехнулся тот, демонстративно сжимая и разжимая пальцы зеленой ручищи — Я сам был в шоке первые часы. Если бы не помнил, что самолично создавал в игровом конструкторе модель вот этой зеленой ручонки, то мог бы и свихнуться к чертям. А так нормально! К тому же процесс продолжается. Да! Меня зовут Каа!

— Процесс продолжается? — повторил я — А! Меня зовут Жирдяй! А это Леся.

— Хорошо, что есть эта милая девушка — вздохнул Каа.

— То есть?

— А вот — мужик отшагнул в сторону, и я понял, почему он сказал «мы» — Знакомьтесь. Пантера.

— Всем привет. Я Пантера! — белозубо улыбнулась сидящая на самом настоящем кресле девушка с черными как смоль длинными волосами и глазами с яркими янтарными зрачками. Миловидное личико. Улыбающиеся жизнерадостные глаза. И отсутствующие руки и ноги… Господи!

Рук нет больше чем по локоть, ног по колени… Тело прикрывает та же блестящая черная ткань что и у ее спутника.

— Бедная — всхлипнула Леся, бросаясь к девушке — Что же это…

«Калеки в виртуальном мире грез?» — мелькнуло у меня в голове и, слава Богу, не сорвалось с дурного языка.

— Подозреваю, что Панти давно уже хочет в туалет — громогласно изрек Каа — Но смущается и терпит! Надеюсь, что Леся ей поможет, да?

— Конечно, помогу! И вымыть тебя надо срочно! — затараторила Леся — Такая красивая и такая грязная! А ручки…

— Отрастут! — абсолютно не переживая улыбнулась Пантера — Мудрый Каа ведь уже сказал — процесс продолжается. Кстати, а среди вас Маугли нет? Жирдяй больше подходит на роль медведя. А ты Лесь мало тянешь на Шер Хана.

— Спасибо — поблагодарил я за лестное сравнение с сильным хищником — Процесс продолжается… Ребят, я персонажа не создавал, уникальных черт ему не давал. Может, поясните?

— Сутки назад моя ручища была зеленой и мускулистой только досюда — Каа ткнул себя ребром ладони посередине бицепса — А теперь рука изменилась по самое плечо. И клыки выросли. У Пантеры рук и ног не было в мире реальном, но теперь ее культи медленно отрастают. Примерно по паре сантиметров в день. Если у Леси, как я успел подслушать, глаза раньше были не зеленые, значит, еще вчера, они были привычного тебе цвета, но со временем изменились. Ты просто этого не увидела. Я к тому же еще и подрос сантиметра на четыре за сутки. А выбранный мною орк был ростом в два метра десять сантиметров. Проблема только в одном — в еде! У меня шкала голода и жажды заполняются в турбо режиме! У Панти та же беда. Короче, ребят — у нас идет регенерация и трансформация. Я не знаю, почему с самого старта мы не приняли выбранный заранее облик, но сейчас эта ошибка медленно исправляется самим Ковчегом 5.0. И снова же непонятно, почему он не может это исправить за секунду.

— Охренеть! — повторил я.

— Обалдеть! — поддакнула Леся — Ребят, вы воды нам достанете? Нам надо мыться! А как воду достанете, будьте добры прогуляться отсюда подальше, пока я Панти мою.

— Любят они командовать, да? — подмигнул мне Каа, сбрасывая с плеча толстую лиану, другим концом привязанную к чему-то очень сильно напоминающему кусок толстенной древесной коры поверх которого поставили реальное автомобильное кресло — Поможешь воду достать? Моя рука только на вид такая сильная. Почти…

— Помогу, конечно — кивнул я, нагибаясь за цепью — Что значит «почти»?

— Орки ведь от рождения плюс десять силы получают — ответил Каа — У меня в персональной информации так и написано черным по белому — все характеристики по единичке, а сила на десятку.

— Я тебе так завидую! — признался я — И у меня к тебе столько вопросов.

— Как и у меня к тебе — кивнул Каа — Сейчас водички достанем, прогуляемся вокруг этого милого пепелища и обменяемся знаниями. А девчата между собой поболтают. Кстати, деревню не ты часом спалил?

— Нет! Ты что!

Вместе ухватившись за цепь, мы дернули, и я понял, что в принципе, Каа и без моей помощи справился бы. Но не став филонить, приложил все свои скудные силы. Легко подхватив полное ведро и удерживая его на весу одной рукой, Каа прислушался к веселому смеху девушек, наклонился ко мне и с явным облегчением доверительно сообщил:

— Хорошо, что Леся есть. Панти стеснительная. И только-только в себя приходить начала.

— Это да — согласился я — От чего приходить в себя?

— А ты как думаешь? Представь, БАЦ и ты очутился в лесу без рук и ног? Голый. Никто не откликается. Мечта жизни сломана — ведь Панти мечтала, что в новом мире у нее будут руки и ноги. Можешь себе представить, что она испытала, когда оказалась в Ковчеге, а ее тело осталось прежним? И что она лежит голым обрубком среди лесных зарослей.

— Мля… — сипло выдохнул я — Я бы, наверное,… даже и не знаю.

— Вот и я про тоже самое. Если бы я вовремя на нее не наткнулся… и если бы не доказал, что регенерация началась и идет полным ходом… — кивнул Каа и потащил ведро с водой к девушкам — А вот и вода! Купайтесь на здоровье! А мы пока с Жирдяем пройдемся по разрухе местной.

Глядя ему вслед, я подумал: «Пантере повезло. А если другие инвалиды вот так же… в лес. Или в пустыню. И никого рядом. Что тогда?». Мир Ковчега… ты жесток.

Удивившись моей медленно походке, Каа не удержался от вопроса. И пока медленно шли вокруг пепелища, медленно сужая круги и поднимая облачка пепла, я повторил свою историю, присовокупив к ней приключение Леси. Узнав о моей сильнейшей проблеме, Каа только головой покачал и пару раз щелкнул клыками. Затем настала его очередь рассказывать.

Внимательно слушая и одновременно поглядывая вокруг, я убедился, что наши истории во многом схожи. Он так же очнулся голый, в лесистой местности, где-то километрах десяти отсюда. «Пообщавшись» с системой, он понял что случилось, подивился своей зеленой руке и, прекратив бездельничать, начал действовать. Нашел небольшое озерцо, утолил жажду, проверил, нет ли в нем рыбы, но с этим ждало разочарование. Еще где-то часа через три он услышал странное тихое всхлипывание в густых зарослях. Так состоялось его знакомство с отчаявшейся Пантерой. Ночевали они у ствола лесного древесного великана. Утром, Каа забрался на верхушку дерева и мгновенно обнаружил густой черный дым вздымавшийся вверх. Довольно далеко от них, но не став переживать, Каа отодрал от приютившего их дуба толстый и широкий пласт коры при помощи острого камня. Этим же первобытным инструментом перерубил лиану, соединил вместе с куском коры, и примитивная волокуша была готова. Так и потащил дальше Пантеру, отчаянно смущавшуюся своей наготы и временной беспомощности. По пути они сделали две находки. Сначала наткнулись на несколько кустов с зелеными и красными небольшими ягодами. И хотя ягоды росли на одних и тех же кустах, зачастую на одной ветке и, соприкасаясь боками, они разительно отличались не только цветом но и вкусом. Красные были сладкие, немного терпковатые. Зеленые абсолютно безвкусные, если не считать легкий горьковатый привкус. А вот наполнявший их зеленый сок в легкую окрасил язык и пальцы рук, причем так хорошо, что оттереть зеленые пятна удалось только приложив большие усилия. И те и другие ягоды Каа с Пантерой доставили с собой.

Вторая же находка была куда более странной, неожиданной и чем-то пугающей.

Обходя очередной бурелом, Каа заметил блеск металла среди переплетенных ветвей. И поняв, что возможно им улыбнулась удача, он мигом остановился и отправился на изучение.

Машина. Они нашли остов машины с бензиновым двигателем. Без колес, без стекол, без фар и прочих некоторых деталей, но с двигателем и с креслами в салоне.

На этом месте повествования я рухнул на землю в очередной раз. Каа пришлось остановиться самому, но не свои слова:

— Покраска кузова нулевая! — возбужденно говорил он, размахивая своими столь разными руками — Электрик! Будто вчера покрасили. Ни единой царапины — а ведь она под завалами деревьев! Посреди леса! Но не это странно. Понимаешь, я руку протянул, чтобы пощупать капот — вдруг, думаю, мне это только чудится от стресса. А тачка — раз! — и рассыпалась! В пыль мать ее! Все железные и пластиковые части — в порошок! А затем и пыль бесследно растаяла! Я так в шоке и застыл, глядя на кучу оставшихся запчастей! Обшивка кресел почему-то целая, а внутренний каркас исчез,… знаешь… в тот момент, я дико испугался! И почему-то лангольеров Стивена Кинга вспомнил! Помнишь? Которые поедают весь мир прошлого? А потом успокоился — лес-то на месте, деревья шелестят, покачивают ветвями. Обшивку с кресел забрал, так мы одежкой разжились. Но и эта ткань… а ведь это тоже какой-то пластик или другой искусственный материал под внешний облик натуральной кожи заточенный… ты посмотри!

В месте на «набедренной повязке» куда указал Каа, виднелась большая дырка.

— Два часа назад эта дырочка была максимум размером с кончик указательного пальца — заметил Каа — И дырка расширяется постоянно. И еще несколько таких же дыр появилось. Думаю, к вечеру, я снова буду щеголять голышом, как и Панти. А на твоей одежке есть проблемы?

— Не-е-ет — удивленно протянул я — Мой половичок целый. Новых дыр не появилось.

— И, похоже, что это натуральный материал, да? Хлопок. Или полотно… понимаешь, куда я клоню? Сказать, что машина от ржавчины рассыпалась — так ведь там запчасти в движке были и из нержавеющей стали в том числе. А пластик? Его что термиты за секунду сожрали? В общем, тихий ужас. Я вот и думаю — может все железное и пластиковое в пыль изничтожается Ковчегом по какой-то причине?

— Нет. Цепь от колодца, котелок, гвозди найденные мною, железные ободья на бочке — они целехонькие. Следы ржавчины кое-где есть, но в остальном изделия крепкие. И в пыль рассыпаться даже не думают.

— Точно… как-то из головы выпало, что десять минут назад цепь в руках держал. А машина! Сама по себе! Представляешь, посреди девственного векового леса наткнуться на раритетную машину с новейшей покраской!

— Да уж,… а про это тогда что скажешь? Это ведь истребитель? Или бомбардировщик. Самолет какой-то короче.

— Да… современный летательный аппарат. Обгорелый до жути. Уже шарился там?

— Угли только-только остывать начали — качнул я головой, поднимаясь на ноги.

Ваша сила повысилась на единицу!

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Уровень: 0

Ум: 1

Сила: 15

Ловкость: 2

Телосложение: 4

Свободные баллы: 0

Текущий уровень жизни: 64\70.

Текущий уровень энергии: 28\28.

Текущий уровень бодрости: 93\100.

— Блин! Я не могу въехать, как именно даются характеристики персонажа! Тебе давали бонусы?

— О да! Моя сила теперь равна двадцати трем, выносливость восьми, а ловкость шести пунктам. Это за марафон с волокушей дали. Но принцип… логики я не нашел.

— Как и во всем нас окружающем — пожал я плечами — Углубимся в пепел?

— Давай. Вдруг найдем что-нибудь отличное или просто хорошее!

Нашли мы немного и ничего «отличного» там не было. Еще несколько десятков гвоздей — грубых, зачастую четырехгранных. Еще несколько предметов посуды, большей частью глиняных. Удача улыбнулась в самом конце, когда мы наткнулись на присыпанный землей кусок грубой материи. Смешно, но обгорелая тряпка ничего не прикрывала. Очередную добычу первым увидел я и невнятно заохал, тыча в нее пальцем. Метрах в двадцати от нас, на частично сгоревшем лугу, стояло два обрезанных куска древесных стволов, в каждом из которых имелось небольшое дупло.

— Что это? — удивленно спросил Каа.

— Древний улей! — торжествующе завопил я — Статью про них писал! Улей где живут пчелы делающие вкусный мед!

— Мед?! Это и надо было говорить! Вперед!

Каа с воодушевлением рванул вперед, я заковылял следом. Добрался до цели с опозданием в полминуты, когда будущий орк уже снимал верхнюю часть улья, оказавшейся съемной.

— Пчел нет! — возвестил Каа — Мед есть! А пахнет-то как! А на вкус… — правая рука залезла внутрь, выбралась назад с пальцами покрытыми желтой густой пленкой, послышалось восторженное — М-м-м-м-м! Вкусно-то как!

— А мне! Мне! — заторопился я, пихая в улей руку. Вытащил. Облизнул — О-о-о-о! Ме-е-ед! Вкуснятина!

— Девчонки обрадуются — улыбнулся Каа и тут же помрачнел — Но я не это имел ввиду, когда говорил «отличная находка». Ты здесь постой, а я пока к девушкам сбегаю. Пусть кувшины все вымоют дочиста и меда в них наберут. Он же просто идеальная еда на первое время — сытный, вкусный.

— Давай — согласился я — Слушай! А что значит «отличная находка» в твоем понимании?

— Меч-кладенец или автомат Калашникова с цинком патронов! Не все такие добрые как мы, друг Жирдяй! А у преступников так же иногда бывали имплантированы устройства для копирования личности в мир Ковчега. И надо быть готовым к не очень приятной встрече! Сейчас вернусь!

Каа умчался на приличной скорости, а я… даже задумываться не стал о его мрачных предсказаниях. Эта идея мне уже приходила в голову, особенно когда я понял, что никто из вездесущей и всезнающей команды поддержки любого виртуального мира не спешит мне на помощь. А ведь помимо поддержки, эти самые команды всегда осуществляли самое главное — глобальный контроль игрового мира. Молот Бога незримо висящий над головой каждого игрока. А в мире Слияния сейчас явно не все в порядке с поддержкой и контролем.

Я не стал высказывать свою мысль вслух, чтобы не омрачать радость новых товарищей. Но окончательно уверился в своей мысли, когда узнал, что несколько долгих часов безрукая и безногая девушка плакала в лесной глуши и никто так и не пришел к ней на помощь. Пусть наверху свихнулись и решили серьезно изменить и ужесточить игровые правила. Пусть именно поэтому они не пришли на помощь к жирному толстяку валяющемуся на пузе — ведь у меня была лазейка и я ей воспользовался. Я сумел увеличить показатель своей силы, сумел встать на ноги. Но что делать Пантере? Ведь ноги и руки хоть и отрастают, ей надо питаться, надо пить. И самое страшное — надо ободрение. Потому что окажись я в лесу в подобном состоянии… я бы сошел с ума очень быстро. От ужаса, нахлынувшего горя, отчаяния, безнадежности и краха всех надежд.

Я не верил что там, «наверху» сейчас сидят такие вот «жестокие» боги. Мне почему-то казалось, что никто сейчас не наблюдает ни за мной, ни за моими друзьями, ни за кем либо еще из появившихся в этом мире. Мы оставлены сами по себе и при этом вокруг нас происходит что-то необычное, а порой и страшное.

Падающие на средневековые деревни суперсовременные самолеты, рассыпающиеся в прах стальные машины.

С завистью поглядев на быстро бегущего Каа, я с размахом бросил палку далеко в поле, несколько раз выдохнул и рванулся вперед. Ох,… перегрузки осталось всего ничего. Но я все равно бежал так медленно, словно сквозь вату или спрессованный воздух. Бодрость резво бежала вниз, толстые ноги глухо топали по земле, полосатое пончо развевалось… зрелище наверняка впечатляющее. Заметив впереди корягу, я с силой оттолкнулся от земли, попытавшись перепрыгнуть препятствие. И зацепился ногами…

Ваша ловкость повысилась на единицу!

Ваша сила повысилась на единицу!

Сообщение я прочитал находясь в свободном падении. Тяжело грохнулся на землю, упершись руками в землю приподнялся, выругался… и замер от испуга… весь мир вокруг меня окрасился в темно-красные цвета… Автоматически я покосился вниз и тяжело сглотнул, увидев торчащий из земли острый каменный осколок. Плоский как кинжал,… взглянув на уровень жизни, я сглотнул еще раз — осталось ровно два хита жизни.

В моих ушах эхом отдавалось: «НЕ умирайте! НЕ умирайте! НЕ умирайте!». Вот черт… Ежики коржики…

Ме-е-едленно приподнявшись, я аккуратно сел, перед этим убедившись, что не опущу свой толстый зад на какой-нибудь очередной острый предмет. И в этой напряженной позе замер, непрестанно косясь на уровень своей жизни.

Три пункта… багровый свет перед глазами едва-едва рассеялся. Уже лучше. Поняв, что жизнь хоть и медленно, но исправно восстанавливаются, я продолжил ожидание.

Получается, всей своей огромной массой летящей на ускорении, я врезался грудью в каменное острие торчащее из земли. И это едва не стало для меня фатально. Больше таких глупых шуток повторять нельзя.

До сего момента я относился ко всему происходящему как к игре. На подсознательно уровне я не отнесся к этому миру со всей серьезностью. И следовало как можно быстрее донести всю ошибочность подобной точки зрения до своего мозга и до мозга моих друзей. Надо вести себя как в реальном мире — бояться наступить на стекла, бояться исследовать разваливающиеся дома и бояться падать. И вести себя так надо, по крайней мере, до тех пор, пока не поступит ободряющая новость типа «Умирайте спокойно, ребята! Все в норме!».

А еще… мне было жутко стыдно.

Стыдно до боли в затылке и покалывания в руках. Просто я вспомнил, как совсем недавно бился на земле, словно подстреленная птица, чуть ли не рыдал и едва не обмочился от страха. Как кричал и выл. А ведь девушка с броским именем Пантера… ей пришлось куда хуже. Она изначально не могла рассчитывать на то, что сумеет встать на ноги и пойти — ног ведь нет! Стыдно-то как…

Мне пора становится сильнее, взрослее и смелее. И умнее…

С чего начать? С чего-нибудь простого. Например, с принесения пользы. И учитывая особенности окружающего нас мира, на данный момент мой неглупый разум куда менее важен, чем моя физическая сила. Глубокие размышления полезны лишь в случае, когда располагаешь большим запасом времени и находишься в безопасности. И когда есть запас провизии хотя бы на пару дней. В данный же момент мы ничем не отличаемся от обезьян или первобытных людей собирателей занимающихся поиском пищи с рассвета до заката и все равно никогда не имевших излишков.

Жизненные хиты достигли десяти пунктов. И я неспешно встал, смотря на мир Ковчега уже совсем другим взглядом. И прекратив смотреть на пустяки, сосредоточился на главном куше — на возвышающемся среди пепла и обломков корпусе закопченного летательного аппарата.

Не космическое судно. Просто крайне современный и явно не гражданский самолет. Судя по плавным хищным обводам, это очень быстрый хищник. Но размеры… чуть не с большой авиалайнер рассчитанный на триста пассажиров. Самолет рухнул прямо в центр деревни, но, падал явно не вертикально, это больше смахивает на крутое снижение, будто пилот до последнего мгновения пытался выправить машину. На это указывала глубокая и широкая борозда тянущаяся по земле и проходящая через редкие остатки разметанных и больше чем на половину сгоревших домов. Самолет лежал на брюхе, что еще больше подтверждало мою теорию о снижении. Носовая часть превратилась в бесформенный комок металла, центр металлического корпуса пошел волнами, жутко деформировался. Хвост уцелел сильнее всего. И там имелся широко распахнутый грузовой люк — или как он там назывался.

Осторожно ступив на еще теплую ребристую поверхность нижнего пандуса, я вгляделся во внутренности рухнувшего самолета. Клубы дыма, тихое потрескивание, смутные очертания чего-то. Еще десять минут назад, до памятного падения, я бы задержался у входа надолго. Теперь же шагнул вперед, не теряя осторожности и стараясь передвигаться как на лыжах, не отрывая ног от пола. Буквально через минуту состоялась первая «самолетная» находка. Человеческий скелет. Из густого слоя пепла на меня весело скалился череп. Выглядывали еще какие-то кости. Маленький шажок в сторону и у моих ног из осыпающегося пепла «выплывает» еще одна груда костей.

— Десантный отсек? — прогудели за моей спиной.

— Похоже — согласился я, даже не вздрогнув, ибо услышал шаги задолго до того как Каа задал вопрос — И десантники еще здесь. Ну, или экипаж. Не успели спрыгнуть? Были мертвы еще до падения? Шли на таран деревни преднамеренно и весь экипаж состоял из смертников?

— Это вряд ли — фыркнул перерождающийся в орка мужик — В смертников я еще поверить могу. Но вот в преднамеренное принесение в жертву суперсовременного самолета рухнувшего не на секретный исследовательский центр, а на средневековую деревушку с бревенчатыми домами…

— Это глупо — принял я возражения — Авария. Но почему экипаж не спрыгнул? Не было парашютов? Я уже пять черепов насчитал.

— Оппа! — нагнувшись, Каа выхватил из пепла длинную винтовку с оптическим прицелом и футуристическим дизайном.

Ш-ша-а-ах…

Оружие в долю секунды рассыпалось в прах.

— Вот это блин дела… — протянул я.

— И не гово…

Бум!

Каа провалился в пол по пояс. Нутро самолета заскрипело, на наши головы полетели обильные «песчинки», сверху образовалась большущая дыра расширяющаяся так быстро, что я попросту не мог проследить за ее краями взглядом. Спустя меньше чем минуту мы остались стоять посреди «чистого поля». Долбанный самолет попросту испарился,… рассыпался в невесомую пыль унесенную ветром либо осевшую на землю.

— Если не везет, то не везет по крупному! — в сердцах высказался Каа.

— Кто знает — пожал я плечами, опускаясь на колени и принимаясь просеивать пепел перемешавшийся с землей.

— Даже если найдем что-нибудь, упор все равно надо делать на примитив созданный собственными руками — заворчал Каа, опускаясь рядом со мной — Мало приятного, если после первого выстрела автомат рассыплется в пыль у тебя в руках.

— Кто знает — повторил я — Если передо мной появится пещерный саблезубый медведь, я все же предпочту выпалить в него из крупнокалиберной винтовки, прежде чем он подбежит ко мне на расстояние удара. Пусть даже только один раз, но выстрелить, а потому уж браться за каменный томагавк.

— Это да,… а ты оптимист! Каменный томогавк… тут дубинами бы обзавестись. Нож… в пыль! — в руках Каа рассыпался крайне «зубастый» ножик, я такие только в фильмах про спецназ или десант видел.

— У меня еще один остаток черепа. Часть глазницы и пара зубов. Даже скелеты в пыль рассыпаются. Каа, ты у нас мудрый. Скажи, человеческие кости, сколько веков могут сохраниться и не рассыпаться?

— Ну, ты спросил! Откуда мне знать! Я ведь не археолог. Но, думаю как минимум лет двести.

— А я думаю, что даже больше. Вот и подумай, почему человеческие кости рассыпаются в пыль прямо у нас на глазах.

— Ты это к чему? Рассыпаются в пыль,… есть идея?

— Есть. Идея безумная, но уж, какая есть. Сложенная из всего что было.

— Поделись! О! Ложка! Деревянная и целехонькая! Неужели десантники на скоростном самолете пользовались деревянными ложками? Может они эстетами были?

— Это из деревни на которую упал самолет. Странно, что она не сгорела, но хоть какая-то добыча.

— Так что там у тебя за идея?

— Я ведь написанием статей занимался раньше. На всевозможные темы. Включая серьезные работы на серьезных людей. Я писал, а они опубликовывали под своим именем. Мне деньги, а им слава. Так вот, я это к тому, что изрядно подковался на таких темах как будущее, судьба человечества, судьба планеты. Такие статьи и работы всегда были популярны — особенно на фоне бардака с экологией в последние годы.

— Ты к делу подходи! О! Половинка тарелки… лучше бы я половинку пистолета нашел.

— Патрон! Каа, это ведь патрон, да? Настоящий, да? — в моей дрожащей руке тускло поблескивал патрон. Пуля, гильза — все как в фильмах показывают.

— Патрон! Настоящий кажись! — выдал заключение Каа, выхватив у меня находку — И не рассыпается! Не новенький, есть пара потертостей, пара царапин, патина на гильзе. Но не рассыпается! Класс! Судя по размеру — от автомата какого-нибудь хитрого. Сам патрон тоненький, но длинный. Пуля острая. Давай еще искать!

— Ищу — улыбнулся я, продолжая просеивать руками пепел — Пока ничего.

— Так что там за идея? И вот этот вот не рассыпающийся патрон туда вписывается?

— Еще как — кивнул я — Просто идеально.

— Поведай.

— У меня все время крутилось в голове слово «Слияние». С нолем и тремя шестерками.

— То еще число! Дьявольское!

— Вот-вот. Но это я думаю просто совпадение. Мрачное, но совпадение. Так вот, поняв, что мы все оказались в одном и том же мире Слияния, вселенной Ковчега, я начал пытаться прикидывать, что к чему. Выбора нам почему-то не дали. Просто закинули всех подряд в один мир. Слово «слияние» так же говорит за себя. Как я думаю, все три мира просто «слили» в одну мензурку, небрежно перемешали и в получившийся дикий раствор добавили всех нас. Барахтайтесь мол как хотите в этом токсичном месиве.

— Мрачненько… но до этого я и сам мог додуматься. «Слияние» ведь написано.

— Да. Тут каждый додумается. Поэтому и название такое выбрали — чтобы сразу было понимание ситуации. Но вопрос не в том, что миры слили, а в том, КАК именно их слили? Сначала я начал думать, что весь мир разбили на регионы — Россия например, стала зоной ядерного будущего, Австралия осталась миром Нормалити, на Аляске зародилась магия и прочее. Но потом понял, что все равно не сходится картинка, если оценивать наши находки и девственную природу. И я попытался придумать, каким еще образом можно соединить три столь разительно разных мира. И понял, что будь передо мной такая задача, я бы все соединил последовательно, с разным временным буфером.

— У-у-у-у… а ты брат и правда, мозговитый… я уже запутался.

— Все просто. Три мира выстроены в цепочку. Каждое звено — это один мир. Всего три звена. Пространство между звеньями — время. Которое идет только вперед. Вот тебе и результат.

— Я все равно не понял!

— Ну, смотри… я начал прикидывать, какой мир был бы первым. И выбрал бы Нормалити — рядовой современный мир, в котором мы все до этого жили. Я бы закинул в этот уже запущенный мир кучу ядерных бомб и подорвал бы их к чертям, устроив последнюю великую мировую войну.

— Жестоко,… а потом?

— Потому прокрутил бы своей жестокой божественной ручкой стрелки на циферблате. И спустя тридцать-сорок лет получил бы постядерный мир с мутантами, радиоактивными пустошами и руинами старых городов. И с горсткой пытающихся выжить людей. Вот тебе и здравствуй мир Фантастического Будущего — второй из трех имевшихся ранее миров во вселенной Ковчега.

— Теперь до меня начало доходить,… а третий мир?

— Просто надо прокрутить таймер еще сильнее, на десять или двадцать веков вперед. И вот тебе еще одно возможное попадание в цель — мир Магии. Высокие технологии исчезли, большая часть знаний потеряна, оставшееся неуничтоженным оборудование со временем превратилось в труху. Дальше уже фантазия. Люди мутировавшие из-за радиации со временем превратилась во всяких там эльфов, орков, гоблинов. Развили экстрасенсорные возможности организма, пробудили в себе дар управлять стихиями природы — огнем, водой, землей. И вот тебе, пожалуйста, самая настоящая магия. Человечество отринуло старый путь и пошло новым — развивая не технику, а себя. Не стали восстанавливать утраченные знания. Или не смогли. Именно в этот момент появились мы. Голые, чужие этому миру, пытающиеся выжить, копающиеся в пепле и земле. Понял?

— Услышать услышал. Понять… пока что в голове не укладывается.

— Это только мои догадки и фантазии — предостерег я — Идея порожденная моим шокированным и мало информированным разумом. Все может быть совсем не так. Считай, что я просто предложил идею для общего обмозговывания. Но кое-что сходится. Рассыпающиеся в пыль самолеты и машины, к примеру. Ведь если взять за основу мою идею, эти машины давно должны были проржаветь и сгнить. Гниет все. Даже пластик. Просто для этого нужно очень много веков.

— А вот это? — Каа затряс перед моим лицом патроном — Целый! Не сгнил!

— Про это тоже думал — кивнул я — Тут уже фактор хранения. К примеру, если я закопаю патроны в сырую землю и откопаю их через тридцать лет… я может даже следа от патронов не найду, потому как они давно заржавеют и превратятся в пригоршню бурой земли. Но если я сначала патроны погружу в густое машинное масло, затем заверну в промасленную же тряпку, положу в сухую стеклянную банку с плотной крышкой и залью банку слоем резины или смолы… понимаешь?

— Да. Во втором случае патроны останутся целыми и боеспособными очень долго время. Лет сто как минимум. Или больше. А если законсервировать их на специальном складе…. И то же самое относительно других «современных» вещей из прошлого. Машины, самолеты.

— Верно. Это все-таки игровой мир. Поэтому мы нашли целый патрон. Может, найдем… трактор, к примеру, в каком-нибудь заваленном бетонном гараже. Или винтовку. Или машину подлежащую ремонту. Считай это игровым бонусом за старательность и упорство. Просеяли мы стог пепла, и нашли патрон-иголку.

— А если глобально прикинуть… магия и винтовки? Драконы и самолеты в небе? Устоявшие небоскребы рядом с бревенчатыми избушками?

— Да — кивнул я — Именно так.

— Но тогда почему и машина и самолет рассыпались у нас на глазах? Почему не давным-давно?

— Аварийная активация — напомнил я — Мир был запущен в экстренном порядке. Внезапно. И нас закинули сюда почти сразу же после активации. А затем запустили выборочный таймер для всех предметов определенного типа. Упомянутую тобой бревенчатую избушку не тронули, а вот время для машины ускорили в десять тысяч раз. Пока мы стояли внутри самолета, для нас прошла одна минута, а для самолета шесть тысяч лет. Или шестьдесят тысяч лет. И он рассыпался, сгнил прямо на наших глазах. В игровом виртуальном мире это вполне выполнимо программным путем.

— А где все звери? Монстры? НПС — то бишь персонажи управляемые искусственным разумом? Они все где?

— Появятся — почти со стопроцентной уверенностью ответил я — Мир продолжается запускаться. Некоторые процессы уже завершились — леса, моря и пустыни появились. Сама планета. Другие процессы продолжаются — перенос людей, уничтожение путем времени «лишних» предметов. Другие процессы еще не начались — появление животных, появление «местных» жителей. Все еще впереди и это вопрос времени. Как в библии — и создал Бог мир за семь дней.

— И знать бы еще как именно зовут местного «Бога»! — зло пропыхтел стоящий на карачках Каа — И от какой именно психической болезни он лечится! Это ведь нарушение всех наших прав! Пусть мы теперь живем в компьютере, но все же!

— Мы не знаем, что случилось на самом деле. Почему мы здесь? Что с Землей? Что будет дальше? Много вопросов и мало ответов. Поэтому… давай просто попробуем выжить?

— Отличная идея! Еще патрон! Еще один! Но калибр другой… пистолетный патрон?

— Нам все сгодятся! И как бы я был рад любому ножу…

— И ботинкам!

— Вот в этом сомневаюсь — улыбнулся я — Могу с большой натяжкой поверить, что в этом мире винтовочный патрон мог сохраниться на протяжении скольких-то тысяч лет. Но чтобы ботинки…

— Ну, тогда лапти! Или деревянные французские башмаки! Или японские гета! Нам все сойдет!

— Веревки, ткань, инструменты, оружие, продовольствие… нам нужно все без исключения. Запастись бы самым необходимым, чтобы спокойно принять главное решение.

— Главное решение? Прямо мороз по моей почти позеленевшей коже от таких громких слов… и что за решение?

— Как жить дальше? Это главный вопрос. И надо решить какой дать на него ответ. Жить где? Жить чем? И еще множество вопросов.

— Надо искать людей! — убежденно ответил Каа — Нормальных людей. Вместе выживать легче.

— Вместе всегда легче,… если люди именно нормальные. Каа, я нашел пластиковую рукоять от ножа. Рукоять треснутая, оплавленная, но не рассыпается. Надо?

— Надо! Пригодится! Для чего-нибудь…

— Хорошо. Отложу на это бревно обгорелое. К патронам. Насчет людей… тут уже можно говорить не к людям, а к оркам, эльфам, гномам, обычным «человекам» и прочим расам. Ты ведь продолжаешь превращаться.

— Ага! — Каа скривил серые губы в клыкастой усмешке — Превращаются…

И тут вдруг Каа повел себя несколько неадекватно. Сначала замер, затем вдруг запрокинул голову и в голос дико заржал, трясясь всем телом и хлопая себя ладонями по бокам. Тут смех резко прервался, он снова замер и, схватившись за голову сокрушенно выдавил:

— Мать твою! Мля-я-я-я-я-я… гребаный конструктор!

— Ты в порядке? — осторожно поинтересовался я, прекращая ковыряться в пепле — Или шок накатил?

— Да какой там шок! Хотя да — я в шоке! В новом шоке! Жирдяй, ты об этом еще не думал, да? О конструкторе персонажей?

— А что про него думать? Я ведь не изменял внешний облик своего цифрового воплощения. Каким был таким и остался — крайне жирным толстяком. Потому я и Жирдяй.

— И тебе повезло! Очень сильно повезло, дружище!

— Думаешь?

— Знаю! Смотри, мы вспомнили про две категории людей — тех, кто изменял свой облик и про тех, кто туда даже не заходил. Ты не меняешься, мы медленно принимаем выбранный облик. Трансформируемся и регенерируем.

— Ну да. И то и то неплохо.

— А третья категория?! У меня друг есть, так же подписанный на Ковчег. Мы вместе работали. Так я ему похвастался, что выбрал себе орка и потратил на создание его законченного облика целую неделю! В день по несколько часов корпел над каждой деталью!

— Значит, будешь эталонным орком — пожал я плечами.

— Буду! А мой друг мне с радостной ухмылкой сообщил, что хоть в конструктор и заходил разок, но все его достижения в моделировании своего воплощения заключатся в крайне вывернутом носе, больше смахивающим на дикий свиной пятак! А друг моего друга ради прикола забабахал своему персонажу крайне длинные ноги, все остальное оставив нетронутым! Так же в сети читал, что некоторые «умельцы» делали лицо краснокожим, а тело оставалось с белой кожей. Или наоборот. Кто-то делал тонюсенькие ножки и толстенные руки — тоже ради прикола. Кто «вылеплял» крохотную головку посаженную посреди широченных плеч! А женщины? Ты читал их отзывы о конструкторе? Большая часть упирается не в законченный ими облик, а в том, что они попросту прилепили своему воплощению громадные зады и огромные груди! Или надутые губы! Тоже ради долбанного веселого прикола! Ради «хи-хи-хи» над сделанными скриншотами выложенными в сеть! И надо молиться, чтобы большая часть таких шутников, не сохраняла свои манипуляции над обликом воплощения! Но я млять уверен — почти все щелкнули на ответ «да», когда система спросила — «а надо ли сохранить ваши дебильные уродские поигралки с собственным воплощением?» Господи!

— Боже! — поддержал я, в полном обалдении шлепаясь в пепел и невольно прикрывая глаза от шока — Для системы это сохраненный и сознательно выбранный внешний облик. Его она и воплотила при переносе. И сейчас ты превращаешься в зеленого мускулистого орка, Леся становится белокожей зеленоглазой красоткой,… а у некоторых появляются свиные носы, искореженные туловища, гротескные груди и оттопыренные зады необъятных размеров… мамочки…

— А кто им виноват?

— Каа! Эти люди же не знали! Им просто захотелось поиграть в конструкторе! И за краткий миг веселья теперь всю оставшуюся жизнь носить на себе крест за это? Да за что?! За какие грехи?!

— Надеюсь, что в дальнейшем все будет исправлено — пожал плечами Каа.

— Дай-то Бог! — поддержал я, подцепляя в пепле какой-то предмет — О! Еще патрон! И опять совсем другой…

Подстегиваемые азартом, мы разошлись словно старатели на золотом прииске. Не заметили, как пролетело два часа, а шкала жажды изрядно наполнилась, требуя срочного пополнения водного баланса в цифровых телах. Смешно, парадоксально, но спорить с жесткими игровыми законами не получится. К тому же мы полностью проверили толстый слой пепла на том месте, где недавно высился закопченный металлический фюзеляж самолета.

Нашли много чего, из разных эпох, от банально бытовых предметов, до вещей боевого предназначения.

Патроны — двадцать семь штук. Разный калибр, для разного типа оружия. Я специально запомнил точное количество патронов, чтобы попытаться потом вычислить хотя бы грубый приблизительный процент придуманного мною «фактора сохранения». Но потом понял, что это попросту невозможно — ведь я не знал сколько всего патронов было на самолете изначально. Но, думается мне, никак не меньше пары тысяч штук, если учитывать еще боезапас для самолетных пушек. Два найденных нами патрона просто поражали своими размерами — с ладонь длиной. Наверняка из авиационной пушки. Хотя кто его знает…

Еще нашли один ствол от какой-то винтовки. Целехонький. Не оторванный, а будто бы снятый с оружия. С мушкой, ровный, прочный. Я особого смысла в находке не видел, но Каа заявил, что в будущем может и пригодится вещица.

Насчет другой находки мы оба сошлись в мнении, что это просто супер вещь. Граната. Мы нашли боевую гранату. Ребристый пузатый корпус, колечко чеки, густой слой смазки сверху. До этого я и предположить не мог, что гранаты тоже покрывают смазкой. В любом случае у нас появилось грозное одноразовое оружие. В теории. Она могла не сработать, могла оказаться учебной или могла взорваться сразу же как только выдернут чеку. То есть прямо в руках решившего ее метнуть смельчака.

В пепле обнаружился и нож — пластиковая рукоять целехонька, а вот лезвие ножа похоже на швейцарский сыр. Мелкие дырочки, зазубрины. Для нарезки салата может и не сойдет, а если ударить «пыром» вполне нормально.

Еще я нашел прочный шлем, с остатками помутневшего и некогда прозрачного забрала, с полу стёршимися буквами и цифрой «5» на затылке. Внутри болталось несколько проводов, ремешок для крепления на подбородке отсутствовал. А сам шлем ничего — крепкий. Ни единой трещинки.

Целых пять странных нагрудных знаков полностью закопченных. Вроде и целы, но что изображено на значках мы не поняли. Надо оттирать золой, водой и тряпкой. Вечерком и займемсянога сЈись значки обычной булавкой закрепленной сзади.

Так же мы стали гордыми владельцами нескольких стопок посуды. Тарелки, кружки, ложки, всЈки, покрытый слоем сажи чайник из пока непонятного нам металла. Посуда не только из глины и дерева, но и из металла, причем на некоторой посуде проглядывались глубоко выдавленные длинные серийные номера. Впервые в жизни я узнал, что даже на посуде серийные номера иногда ставят. Это уже современное, из самолета.

Собрали пару десятков метров проволоки с остатками поплавившейся изоляции. Десяток метров тоненького, но очень прочного троса. Несколько разбитых и покореженных огнем электронных плат с абсолютно непонятными «чем-то». Может транзисторы, может конденсаторы или реле. Для меня — дикий лес. Для Каа тоже. Но взяли.

Из «обыденного» — уже не вызывающего восторга гвозди, что-то вроде погнувшегося зубила, и несколько столь же искореженных ободьев от бочек. И тряпки. Куча разных тряпок, всех как один черных от сажи, с большими дырами и обгорелыми краями. Разбирать не стали, решив оттащить все к колодцу и там уже попытаться разобраться.

И больше ничего. Пепелище и есть пепелище. Бесформенные сплавившиеся комки, черепки, осколки, пепел, жирная сажа, сухая грязь и прочий бесполезный мусор. Единственное что меня отчасти вдохновила, так это находка металлической тоненькой папки со сгоревшими листками бумаги внутри. Ее я открывать не стал и Каа запретил. Если там и уцелело что-то, это надо проверять без спешки.

Нагрузившись добычей, увешанные мотками проволоки и троса, мы зашагали обратно к колодцу. Я шагал столь же легко, как и будущий орк Каа. За время, что я копался в поисках сокровищ, мне дали еще четыре силы, две ловкости и две выносливости. Очень приятный и своевременный подарок. Теперь я мог позабыть о вынужденных падениях на землю. На данный момент характеристики моего воплощения выглядели следующим образом:

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Уровень: 0

Ум: 1

Сила: 20

Ловкость: 5

Телосложение: 6

Свободные баллы: 0

Текущий уровень жизни: 78\80.

Текущий уровень энергии: 30\30.

Текущий уровень бодрости: 54\100.

«Приподнялся» не только я один, но и Каа, так же получивший несколько подарков от Ковчега.

— Как думаешь, кашу девчата уже….

Б-Б-БАХ!

Громкий удар, сухой треск, а затем дикий грохот… прямо на наших глазах многострадательная покосившаяся избушка рассыпалась по бревнам, превратившись в гору обломков.

— Ох…

— Н-на… н-на… — попытался я зашевелить ставшими непослушными губами — Н-надеюсь, ч-что…

— Мы целы!

— Мы в порядке-е-е!

Два женских голоса прозвенели над сгоревшей деревней и только тогда я смог сделать вдох полной грудью. Навалилось дикое облегчение, хотелось заорать что-то радостное и глупое.

— Ф-ф-фух… — выдохнул Каа — Обошлось! Ну… теперь у нас очень много дров!

— Как будто их раньше мало было — улыбнулся я, обходя торчащий из земли огрызок сгоревшего столба — Черт! А ведь в избе лавки были, стол, картина, сушеные травы на стенах…

— Не подумали мы — согласился Каа — Надо было раньше вытащить все на улицу.

— Зато мы подумали! — засияла улыбкой подбежавшая к нам Леся, забирая у меня ком спутанных тряпок — Вернее Панти об этом подумала. А я вытащила две лавки, стол, картину и даже несколько пучков травы. Ну и кинжал, десять серебряных монет, золотую цепочку, два красных драгоценных камня типа рубинов, одно серебряное колечко, семь патронов и один пистолет!

— Что?! — рявкнули мы хором.

— Пистолет? — просипел Каа.

— Рубины и монеты? — пробулькал я.

— Ага! В дымовой трубе очага. Я когда последний раз зашла, вспомнила, что в одном сериале про старые времена, главный герой нашел в таком же месте тайник. Вот и заглянула! И нашла сверток! Панти сказала, что пистолет она заберет себе, когда руки отрастут! Так что сильно губу не раскатывайте.

— А туда-то я и не заглянул — сокрушенно закачал я головой.

— Нам очень повезло — согласился со мной будущий орк — Пистолет! Семь патронов! К нему, наверное, патроны… плюс найденные нами боеприпасы. Какой он хоть? Не терпится взглянуть!

— Большой! Старый! С крутящейся круглой штукой с дырочками. Из таких пистолетов ковбои раньше стреляли.

— Револьвер! Это револьвер!

— Вот бардак — вздохнул я — Рубины, золото, кинжал и револьвер… Кстати, пистолет хуже револьвера или лучше? Я на оружейные темы статей не писал.

— У револьвера механизм куда проще. Тем самым надежней. Долговечней. Кажется. Я сам не особый спец. Сейчас и посмотрим, что там за пушка!

Когда мы добрались до «базы», сначала я увидел не револьвер, а круто сменившуюся обстановку.

Прямо рядом с разрушенным колодцем появился стол, по бокам от него две лавки, на одной из которых сидела Панти, радостно нам улыбающаяся. Шагах в трех горит костер, на нем котелок с кипящей водой, из котелка торчит несколько сухих «отпаривающихся» веточек, плавают листики.

На одном конце стола стопка дочиста отмытой посуды, стоит парочка кружек, в высокий стеклянный стакан поставлено несколько ложек. На другом конце столешницы еще несколько предметов, среди которых сразу выделяется желтый поблескивающий металл. И револьвер.

Каа жадно ринулся к нему, вывалив добычу у самого стола и сцапав револьвер дрожащими руками. Поняв, что пока он не рассмотрит находку в мельчайших деталях, его от нее не оторвать и револьвер не забрать, я принял сортировать трофеи с помощью Леси. Тряпки неразобранным комом улетели к колодцу, патроны высыпались на стол в одну из больших и еще не отмытых от копоти тарелок, рядышком легли электронные платы, проволоку, и трос я убрал под стол, после чего захватил с собой посуду и пошел к колодцу. Пора отмыть почерневшую кожу от грязи. И половичок-пончо простирнуть хотя бы простым полосканием.

Полное ведро я поднял легко и одним махом вылил холодную бодрящую воду себе на голову. Тут же забросил ведро в колодец, приглядывая за бренчащей цепью. Процедуру выливания и наполнения ведра я повторил раз десять, заодно обильно смочив ком тряпок и посуду, от которых тут же потекли густые черные ручьи грязи. Выполняя просьбу Леси, достал ведро из колодца еще несколько раз, выливая ее исключительно на подставляемые девушкой тряпки.

— Это рубашка… мужская. А это что-то женское… юбка длинная? Кажется, синяя… и дырок всего ничего.

Поняв, что воды больше ей больше пока не требуется, окатил себя из ведра еще раз, после чего тяжелой трусцой убежал за беспорядочную груду бревен и, разоблачившись, хорошенько отжал свое мокрое пончо, на котором вновь проступили полоски. После чего с законной гордостью хорошо поработавшего человека вернулся за стол, по пути встретившись с изгнанным из «базы» Каа, отправленного на помывку.

Едва я сел, передо мной сразу поставили кружку.

— Чай — пояснила Леся — Самый настоящий. Я его всегда узнаю. Мы уже пили. Хороший чай, не самый лучший, но хороший. А это тебе мед — передо мной появилась небольшая тарелочка с густой лужицей светлого желтого меда — И ложка деревянная, с частично сохранившимся цветочным узором. Кушай!

— Просто обалдеть! — искренне произнес я, зачерпывая ложкой мед — Вы девушки даете! Столько всего сделали.

— Это Леся — вздохнула Панти — Я ничего не делала.

— Да конечно! — возмутилась Леся — А кто правильные советы давал? Ты молодец! А когда ручки-ножки отрастут, будешь вдвойне молодец. Кстати, Панти, ты себе какую юбку выбираешь? Красную или синюю? И та и та с дырками, но тут уж ничего не поделать.

— О! — подпрыгнул я, хватаясь за «воротник» пончо — Блин! Забыл! Неужто смыло водой… о… вот они.

Я осторожно вытащил из плотной материи пончо несколько черных иголок и положил их на стол:

— Держите. Иголки. Четыре штуки. Но ниток нет.

— Ниток я надергаю — обрадовано воскликнула девушка, хватая иголки и тут же прикалывая их на свой топик из мешковины — Класс! Спасибо, Жирдяйчик!

— И тебе — хмыкнул я, налегая на очень вкусный мед — И сколько у нас еще такого нектара?

— Два полных кувшина и один почти полный горшочек — гордо ответила Панти — Даже не думайте просить добавки! Я сторожу наши припасы! Мы уже рассчитали. Если два раз в день мед кушать, нам на две недели хватит. Если понемножку.

— Пчел в ульях нет — с сожалением констатировал я — Но и за этот «урожай» надо сказать спасибо.

— Кому?

— Да хоть кому. Тарелка каши равняется трем ложкам меда, если судить по шкале «голода». Так что кем бы ни был тот безымянный пасечник, большая моя ему благодарность.

— И тому кто спрятал револьвер в дымовой трубе — заметил подсевший за стол Каа, красуясь умытым лицом.

— Зеленые пятна — хмыкнул я.

— Что?

— У тебя на лице появились зеленоватые пятна — пояснил я — Трансформация продолжается.

— Ой! И правда! — ахнула Леся — Зеленеешь как бамбук!

— Скоро стану большим и злобным орком — Каа скривил угрожающую гримасу и громко щелкнул клыками — И тогда берегитесь!

Наш веселый смех эхом разнесся над сожженной деревней. Да уж… тот еще пикник… мы тут как в деревенской пасторали мед деревянными ложками кушаем, а в паре десятке шагов от нас быстро превращаются в прах человеческие кости.

— Что с револьвером? — поинтересовался я, бросая короткий взгляд на оружие.

Очень короткий ствол, черная пластиковая выщербленная рукоять, матово поблескивающий барабан.

— Модель не знаю — сообщил Каа — А если в целом… на пять патронов. Курок взводится, при нажатии на спуск револьвер звонко щелкает. Барабан не откидывается, там что-то вроде защелки и патроны переснаряжать можно только по одному. Дистанция судя по длине ствола минимальная, надо чуть ли не в упор стрелять, чтобы не промахнуться.

— А он стреляет?

— Не знаю. Чтобы проверить наверняка, надо зарядить и пальнуть куда-нибудь. Тогда и узнаем. Но патроны жалко. К револьверу у нас только семь штук, те, что вместе с ним завернуты были. А наши находки совсем другие. Но все патроны я сегодня переберу, почищу тряпочкой, посмотрю что к чему.

— Проверять придется — зная свою правоту, сказал я это с абсолютной уверенностью — Сегодня же. Глупо таскать с собой револьвер и верить в его смертоносность, чтобы потом, в опасной ситуации, наставить его на врага и вместо выстрела услышать лишь щелчок.

— Верно — с горьким вздохом подтвердил Каа — Придется. Один раз пальну. Ребят… раз уж мы все собрались за чаем. Что дальше делать будем? Здесь хорошо… травка зеленеет, солнышко печет. Но надо ведь решать. Так что? Будем к людям выбиваться? Или пока здесь останемся? Давайте по очереди. Только без глупых ответов типа «надо идти, потому что здесь стремно», или «остаемся! Мед ведь еще остался!». Начнем с Леси. Что скажешь, зеленоокая?

— Надо искать людей. Город. Или деревню. Но не такую деревню как это пепелище, а с живыми людьми. Только не сейчас, а когда у Панти ножки и ручки отрастут.

— Ясно. Панти?

— Я за вариант Леси. Если решим здесь задержаться надолго — что есть будем? Дров и воды в избытке. Ягоды мы находили. Но на этом разве проживешь? А мед и зерно скоро кончатся. Надо отсюда уходить в более богатые места.

— Понятно. Моя очередь? Я присоединяюсь к уже сказанному. Обождать здесь еще пару дней. Разжиться чем сумеем, а потом покидать эти прекрасные места и отправляться на поиски нового дома. Жирдяй, а ты как думаешь?

— А что думать? Здесь оставаться смысла нет. Да и глупо здесь торчать вчетвером, если где-то целые миллионы людей. И будет смешно, если это самое «где-то» находится километрах в двадцати отсюда, а мы даже не попытаемся его найти. Вот только…

— Только?

— В какую сторону пойдем? — поинтересовался я — Куда не глянь один только лес вокруг. По той дороге, что тянется от деревни? Вниз по течению того ручья на который я наткнулся?

— Вот ты сам и ответил — развел руками Каа — Ручей, как я понял, может привести к реке. А люди любят селиться рядом с большой водой. А дорога уж точно приведет к какому-нибудь населенному пункту. Так что я предлагаю топать по дороге, она хоть немного хоженая, все лучше, чем по буеракам ноги ломать.

— По дороге! — серьезно произнесла Панти.

— По дороге! — кивнула Леся.

— По дороге — пожал я плечами — Лишь бы она не уперлась в древние радиоактивные руины какого-нибудь разбомбленного мегаполиса.

— Руины? — хмыкнул Как и тут же замер и посмотрел на меня совсем другим взглядом — Радиация? Это хреново, брат. Радиация невидима. Но ведь прошли тысячелетия, если верить твоей гипотезе. Она разве не рассеялась давным-давно?

— Какая радиация? — испуганно поинтересовалась Леся — Какие тысячелетия?

— Да рассказал мне тут наш мозговитый Жирдяй одну свою идею — вздохнул Каа — Мрачная такая идея… могу пересказать, если дадите кусок сухой тряпки, чтобы я мог начать патрончики до блеска натирать. Или ты сам, брат?

— Не — мотнул я головой — Я лучше ту папку металлическую посмотрю. Со сгоревшими бумагами. Вдруг что разобрать смогу?

— Тогда я сам поведаю твою ужасную историю — кивнул Каа.

Краем уха прислушиваясь к зеленеющему другу начавшему в красках пересказывать мою идею, я осторожно открыл тоненькую металлическую папку. В воздух взлетели клочки пепла, мои пальцы окрасились черным. Бумага сгорела, что и следовало ожидать, но кое-какие клочки остались целы и я бережно начал их доставать и тут же вчитываться в буквы русского языка. Еще попадались непонятные иероглифы, но их я пропустил не глядя — подобными языками не владею. Один обрывок на английском. Интернациональная команда десантников? А черт его знает…

Набор сохранившегося текста поражал воображение, но ровным счетом ничего не давал.

«…координаты точек заправки… запас топлива составляет…».

И все. Это то, что я выдавил из английского и русского языков. Негусто.

На оставшихся листочках с абсолютно непонятным мне языком присутствовали какие-то цифры, целые столбцы цифр. Но больше я ничего понять не смог. Очистив папку от грязи, аккуратно сложил обгорелые кусочки бумаги обратно внутрь и прикрыл крышку. А затем встал и вновь направился к колодцу.

— Ты куда? — поинтересовался еще не закончивший рассказ Каа.

— Работать — вздохнул я — Напьюсь и снова к пепелищу. Вдруг найдем счетчик Гейгера. Или топор…

— Я с тобой! — подскочил мужик — Девчонки, с револьвером играть не вздумайте. Вечером покажу, как с ним обращаться. В общем, вы на хозяйстве, а мы на передовой…

Ноги и руки отрасли у Панти за два дня, полностью оправдав все наши надежды на игровую регенерацию. Они не просто отрасли, они и работали как надо. Панти встала на ноги. И сразу показала всю свою непоседливость, накинувшись на дела и проблемы.

Человек Каа стал орком Каа. Почти полностью. Теперь он представлял собой зеленокожего громилу с чудовищными бицепсами и белоснежными клыками выпирающими из-под черных губ. На коже остались редкие светлые пятна, пара пальцев выглядела не до конца оформившимися, все еще красуясь человеческими ногтями. Но еще один день и Каа навсегда утратит принадлежность к человеческому роду.

Леся изменилась столь же разительно. Как обещалось и ожидалось, она превратилась в светловолосую красотку. Рассматривал я ее куда меньше чем трансформировавшегося Каа, ибо теперь это могло вызвать подозрения в намерениях другого характера.

Я… я остался таким, каким и был. Что как-то странно. Мои колышущиеся жирные бока ничуть не опали, живот не уменьшился, подбородков не стало меньше. А ведь за два дня непрестанной беготни, работы и тренировок похудел на семь килограмм!

Обидно немного! Остальные стройнеют и хорошеют на глазах, а я остаюсь все тем неуклюжим жирдяем. Разве что щетина на лице появилась, и волосы немного отросли. В Ковчеге еще и бриться надо… и стричься… Одна радость — я теперь и ходил и бегал и прыгал и тяжести таскал. Да еще изредка получал «подарочные» плюсы к характеристикам. За два дня набралось немало.

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Уровень: 0

Ум: 1

Сила: 27

Ловкость: 8

Телосложение: 9

Свободные баллы: 0

Текущий уровень жизни: 95\95.

Текущий уровень энергии: 33\33.

Текущий уровень бодрости: 77\100.

И на третье утро с нашего появления в Ковчеге мы покинули сожженную деревню, прихватив с собой все нажитое добро, таща его на собственных спинах в сооруженных из подручных материалов мешках.

Четыре человека получивших второй шанс направлялись в неизвестность с надеждой на лучшее будущее.