Прочитайте онлайн Земля неведомая | Часть 2

Читать книгу Земля неведомая
4816+14965
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

2

Красно-белый корпус флагмана Тортуги был хорошо известен в этих водах. Испанцы в последние пару лет даже перестали применять это сочетание цветов, чтобы собственные корабли береговой стражи случайно не приняли их за галеон этой отъявленной пиратки. Потому корпус большого военного галеона, бросившего якорь в гавани Сан-Хуана-де-Пуэрто-Рико, был тёмно-зелёным, с двумя жёлтыми полосами вдоль орудийных палуб. Корабль сильный, крепкий. Даже буря не смогла нанести ему существенного урона. Только и того, что треснула бизань, да на поставленном на скорую руку новом бушприте нет блинда-реи с парусом. Ну, да! Это же настоящий «испанец»: наверняка не прошло ещё и пяти лет, как он сошёл со стапелей Кадиса. И название было под стать его красоте: "Кастилец".

— Мы случайно не переборщили? — хмыкнула дама, которой двое матросов только что помогли спуститься в шлюпку. — Не будем ли мы выглядеть святее папы римского?

— Поверь, Воробушек, доны настолько любят всё броское и испанское, что ещё проникнутся гордостью за такого "соотечественника", — ответил тот, кого вполне можно было принять за капитана «Кастильца» — крепкий красавец вполне иберийского типа, одетый как настоящий идальго.

— Ну, ну, — дама в мантилье не без труда разместилась на корме шлюпки, уложив свои юбки так, чтобы те никому не попали под ноги. — Отваливай, братва. Хайме, ты с нами. Остальные, как высадимся, пусть отправляются обратно. Придёте к пирсу на закате. Если не явимся к этому времени, или заметите что-то подозрительное, значит, нас слегка задержали. Тогда действуйте по варианту номер два.

Хайме — коренастый малый, в жилах которого текла гремучая смесь индейской и испанской кровей — весело мотнул всклокоченной головой и, напевая, ухватился за свое весло. С орлиным профилем и тонкими губами, по меркам ХХ века он считался бы красавцем, но сейчас какая участь ждала бы его, кроме как быть рабом на плантациях? В лучшем случае, слугой в таверне или в богатом доме. Вот, угораздило прибиться к пиратам. Впрочем — Галка вздохнула — и невозвратное будущее, пожалуй, дало бы ему не больше, чем роль шестёрки в «цветной» банде или альфонса в курортном отеле какой-нибудь заштатной Доминиканы. Но сейчас он мог бы оказать им всем совершенно неоценимые услуги. Они уже договорились, что Дуарте и сама Галка будут совершать отвлекающий манёвр, заговаривая зубы коменданту. Они и отправились наносить ему предупредительный визит, чтобы тому и в голову не пришло самому явиться на корабль или послать какого-нибудь не в меру ретивого офицера. А вот Хайме выпадала главная задача — оббегать местные таверны и собрать любую доступную информацию. Впрочем, Галка не сомневалась, что сообразительный, "себе на уме", метис справится с этой задачей наилучшим образом.

Она с улыбкой обернулась вправо — как раз туда, где на рейде стояли линкоры. «Сан-Пабло» и "Кристобаль Колон", шестидесятипушечные плавучие крепости, истинное украшение испанского флота. Такие великаны в Мэйне появлялись крайне редко, и почти всё это были транзитные гости из Европы, которые сразу же возвращались на родину. Там шли жаркие бои, и потребность в линейных кораблях оказалась куда повыше, чем в этих водах. Но в последнее время испанцы были обеспокоены слухами о прибытии сильной французской эскадры, и потому оторвали от сердца два линкора для защиты своих заокеанских колоний. Если бы речь шла только о защите от пиратов, этих двух линкоров хватило бы с головой. Однако слухи о союзе пиратов и французов оказались правдивы, и теперь следовало ожидать всевозможных неприятностей… Линкоры, судя по их состоянию, тоже прошли через бурю, значит, явились в порт ненамного раньше «Кастильца». Команды наверняка сидят по тавернам, отмечая избавление от разбушевавшейся стихии, а капитаны выбивают из губернатора средства на срочный ремонт кораблей. Под защитой пушек форта Эль Морро можно было и расслабиться, на борту обоих линкоров наверняка осталось не более шести десятков человек — вахтенные. Может быть, старшие помощники или штурманы. А на «Кастильце»… На «Кастильце» был ценный груз.

…Дон Франсиско Хименес[Реальное историческое лицо, исполнял обязанности вице-короля Новой Испании в декабре 1673 года. ], начальник порта, встретил их с подобающим радушием. Идёт война, и любой корабль, способный дать сдачи этим английским и французским собакам, являлся желанным гостем в испанской гавани. Особенно когда у его капитана, благородного идальго дона Мигеля Калладеса, все бумаги в идеальном порядке. (Галка не без ехидной нотки думала: не будь Эшби дворянином и штурманом, мог бы запросто подрабатывать подделкой документов).

— Дон Мигель, — он учтиво раскланялся с гостями — капитаном «Кастильца» и его экзотично сероглазой супругой. — Несмотря на прискорбные обстоятельства вашей вынужденной стоянки в Сан-Хуане, я рад нашей встрече. С вашего позволения, я могу немедленно отдать распоряжение насчёт ремонта вашей бизань-мачты.

— К сожалению, я вынужден отклонить столь заманчивое предложение, — тот, кого назвали доном Мигелем, сокрушённо вздохнул. — Не позднее заката третьего дня я должен быть в Санто Доминго. Дело безотлагательное. Мы с вашего позволения лишь пополним запас воды.

— Дипломатическая почта?

— Увы.

— Жаль, что для доставки государственных бумаг приходится использовать военные корабли, — покачал крупной седой головой дон Франсиско. — Вы слышали о французской эскадре?

— Когда мы выходили из Кадиса, шёл слух о том, что французы направляют сюда три линкора, — дон Мигель подтвердил опасения дона Франсиско.

— Они уже здесь. Стоят на рейде Мартиники.

— Вы предлагаете мне опасаться нападения французов?

— Пиратов, — мрачно проговорил дон Франсиско. — Французы заключили какой-то договор с этими собаками, а от их нападения не может быть застрахован ни один корабль под кастильским флагом. И я должен в свете этого упрекнуть вас, дон Мигель, за то, что вы рискнули взять с собой вашу супругу. Пираты обычно не церемонятся с дамами.

— Донья Магдалена понимала всю опасность морского путешествия, и с самого начала выразила непреклонное желание отправиться сюда вместе со мной, — дон Мигель ласково улыбнулся своей спутнице.

Начальник порта давно разглядел совсем не испанские черты лица этой дамы, и его заедало любопытство. Лишь деликатность заставляла его обходить эту тему стороной. Но раз уж речь зашла о прелестной незнакомке, отчего бы не задать вопрос?

— Донья Магдалена — не испанка? — поинтересовался дон Франсиско.

— Видите ли, я некоторое время служил при папском нунции в Кракове. А польские дамы могут вскружить голову кому угодно, — улыбнулся дон Мигель.

Дама смущённо улыбнулась в ответ.

— Михалек преувеличивает, — сказала она. Её испанский язык и впрямь был далёк от совершенства. — Но он действительно целый год осаждал меня как какую-то крепость, и я в конце концов сдалась, чтобы поехать с ним на край света. Впрочем, я ни единой минуты не жалела об этом решении.

— Мы действительно на краю света, сеньора, — учтиво ответил дон Франсиско. — Здесь вы можете чувствовать себя как дома.

— О, вы так любезны, пан Франтишек…

Чтобы проявить ещё большую любезность по отношению к своим гостям, дон Франсиско пригласил их к обеду. Отказываться было неудобно. Правда, Галка немного напряглась, увидев огромное количество вносимых в столовую блюд. "Чёрт, — выругалась она мысленно, — а как это есть-то? Хорошо ещё, что приборов немного, а то лет на двести позже я бы закопалась во всех этих вилочках и ножичках… Так. По-быстрому вспомнила, что, чем и в каком порядке полагалось кушать на обеде у д'Ожерона!.."

Обедать у губернатора Тортуги ей довелось всего два раза — после возвращения из панамского похода и после рейда на Мериду. Решив, в случае чего, копировать более сведущего в таких делах Дуарте, Галка успокоилась. Всё-таки Жозе был сыном богатого купца, и ещё не забыл хорошие манеры. Зато комендант несколько удивлённо воззрился на очаровательную даму, не соизволившую снять перчаток даже к столу. Впрочем, вежливость не позволила испанцу задать вопрос вслух: кто их знает, этих поляков — быть может, у них мода такая? Но Дуарте — умница — опередил коменданта. Нежно взяв Галку за руку, он сказал:

— Простите, дон Франсиско. У моей жены очень нежная кожа, и от морской воды у нее случилась экзема…

Комендант лишь кивнул, полностью удовлетворенный подобным объяснением. Обед прошёл в приятной беседе, но после обеда начались вполне предвиденные проблемы. Как мало ни ела Галка, проклятый корсет давил так, что даже эти крошечные лапки перепелов и кусочки пирога оказались чрезмерными. От боли в сдавленной груди, от жары и духоты, которая настигала ее даже за толстыми каменными стенами крепости, Галке — чуть ли не впервые в жизни — стало нехорошо. Она крепилась, сколько могла, но отвечать начала невпопад, усиленно махала веером и, под конец, вынуждена была вцепиться в край стола обеими руками — так сильно потемнело у неё в глазах. Обеспокоенный Дуарте подхватил её за локоть, а комендант, увидев, как сильно побледнела дама, взволнованно воскликнул:

— Боже, дон Мигель! Вашей жене дурно! Пожалуйте вывести её на воздух!

Галка попыталась было вяло сопротивляться, но мужчины бережно подхватили её с двух сторон и помогли выйти на стену бастиона, благо, апартаменты коменданта располагались в одном из фортов. Подойдя к крепостной стене, Галка тяжело дышала, пытаясь втолкнуть в пережатые лёгкие как можно больше кислорода. Свежий воздух и ветерок довольно быстро привели её в норму, но она продолжала стоять, словно бы любуясь пейзажем. Зрелище, открывавшееся сверху, и вправду было примечательным. Гавань, корабли — и замаскированный «Кастилец», и испанские линкоры, и соседние бастионы, на которых поблёскивают начищенные пушки — можно даже примерно прикинуть их количество. А что касается крепостной стены на которой они стояли — так на ней можно не только пушки пересчитать, но и калибры разглядеть.

— Ты как, дорогая? — Дуарте, вошедший в роль любящего мужа, был донельзя предупредителен.

— Спасибо, мне уже гораздо лучше, — ответила Галка, мило улыбнувшись ему и кивнув коменданту, стоявшему чуть поодаль. — Пожалуй, можно уже вернуться в комнаты.

— Как пожелаешь, дорогая, — Дуарте поднес её руку к губам, но при этом бросил на неё взгляд, полный лукавства.

"Он, небось, думает, что я нарочно всю эту комедию разыграла! — переводя дыхание, подумала Галка, — Поносил бы корсет — понял бы, каково мне сейчас!"

Отобедав у начальника порта — не всякому капитану выпадала такая честь — наши герои отправились гулять на набережную. Всё равно следовало разведать обстановку в порту и дождаться Хайме, который пошёл по тавернам — порасспрашивать о командах двух линкоров. Слуга-метис был здесь настолько заурядным явлением, что Хайме имел все шансы на успех. Лишь бы не напоролся на своих старых знакомых, людей алькальда Порто-Белло.

— По-моему, дон Франсиско нам поверил, — тихонечко сказала Галка, обмахиваясь веером. Здесь довольно жарко, а бархатное платье было плотным, как меховая шуба. — Надо потянуть время, дать Хайме возможность добыть нужные сведения. Про воду это ты хорошо придумал.

— Про жену-полячку — тоже, — Дуарте ненавязчиво приобнял её за талию и улыбнулся.

— Солнце, если ты вздумаешь предъявлять на меня права, то сразу узнаешь, что такое жена-мегера, — Галка со смешком сложила веер и легонько стукнула его по пальцам.

— Всё-таки жаль, что ты не вышла за меня, — теперь Дуарте говорил серьёзно, без намёка на какой-либо юмор. — Ты лучший капитан из всех, кого я видел. Может, я и смирился бы с тем, что пришлось бы выполнять твои команды.

— Ты не смог бы себя пересилить, — Галка тоже заговорила серьёзно. — Да и хватило бы тебя ненадолго. Прости, но ты из тех, кто способен любить только запретное.

— То есть, ты хочешь сказать, что я полюбил тебя только за твои отказы?

— Назови другую причину.

Дуарте с силой стиснул её руку — Галке было больно, но она и виду не подала.

— Чёрт… — процедил португалец. — Никогда над этим не задумывался. А ведь это так и есть, Воробушек…

— Блин, ты меня ещё на весь Сан-Хуан Воробушком обзови! Тише!

— Будь на моём месте другой, он бы не допустил, чтобы ты стала капитаном.

— Будь на твоём месте другой, я бы давно всадила ему нож в сердце.

Дуарте, сообразив, что он своим поведением вот-вот провалит всё дело, отпустил её руку. Хотя, со стороны это слегка напоминало сцену ревности.

— Ты всегда была такой, — вздохнул он. — Либо по-твоему, либо никак. Не зря парни называют тебя ещё и Стальной Клинок. Они только удивляются, как это тебя угораздило выйти за Эшби.

— Он не заставляет меня выбирать между семьёй и квартердеком, за что я ему очень благодарна, — мрачновато проговорила Галка. — Прошу тебя, не заговаривай больше на эту тему. Иначе мне придётся жалеть о том, что я…

— …когда-то любила одного португальца, — Дуарте умел быть жесток как к себе, так и к другим. — Ведь ты любила меня.

— То-то и оно, что всё уже в прошлом…

— Но ты хочешь, чтобы я тебя любил и сейчас?

— Сложный вопрос, сходу не ответишь, — призналась Галка. — Когда-то я заставляла себя видеть в тебе только брата. Сейчас мне уже не приходится себя заставлять… Всё прошло, Жозе. И спасибо тебе за то, что ты тогда меня понял.

— Будь я проклят! — горько усмехнулся Дуарте. — Если ты имеешь в виду наш приватный разговор под фок-мачтой «Орфея», то как мне было не понять, когда ты чуть не всунула мне в брюхо здоровенную иглу!

— Ну, да, — тихонечко хихикнула Галка. — А если бы я не приставила тебе иглу к солнечному сплетению, стал бы ты выслушивать мои аргументы?… Ага, и я о том же. До тебя ведь только через полгода дошло, почему я это сделала. Кем я тогда была, Жозе? Матросом. То есть, почти никем. И какая перспектива мне светила, если бы я проявила хоть каплю женской слабости? Вы бы все подумали, что я просто баба, и моё место на кухне. Но я выбрала другой путь, а для этого мне и пришлось стать Стальным Клинком.

— Сдаётся мне, тебе для этого не довелось прикладывать больших усилий, — подцепил её Дуарте.

— Плохо же ты обо мне думаешь, — Галка покачала головой.

— Разве я не прав?

— Нет.

— Тогда прости, я ничего не понимаю.

— И не нужно, — Галка с улыбкой погладила его по руке. — Что было, то прошло. У тебя свои заморочки, у меня свои. Пусть они так и останутся при нас, хорошо?

— Хорошо, — подвёл итог Дуарте. — Что ни делается, всё к лучшему.

— А теперь…

— Да, будем прогуливаться по городу, как благонравные супруги, — невесело усмехнулся Жозе. — Вашу ручку, донья Магдалена.

— Как скажете, пан Михал, — рассмеялась Галка, подавая ему руку.