Прочитайте онлайн Здравствуйте, я Ваша золушка | Глава 12 Заходите, гости дорогие…

Читать книгу Здравствуйте, я Ваша золушка
3416+1612
  • Автор:

Глава 12

Заходите, гости дорогие…

    – Так. На чем мы остановились? – Марина сняла трубку с дребезжащего телефона, дала ценные указания, небрежно вернула трубку на место и продолжила: – значит, от приглашения на Осенний Бал ты не отказываешься?

    – Конечно, нет, – замотала головой Сашенька, – спасибо!

    – Замечательно, и не волнуйся, одна ты не будешь. Вот Ермаков тоже собирается. Он, правда, не любитель подобных мероприятий, но как человек сознательный приедет обязательно. Полвечера будет подпирать спиной какую-нибудь колонну, хмуриться и смотреть на часы, потом станцует пару положенных вальсов и, вздохнув с облегчением, отправится домой. В прошлом году он приехал вместе с Сотниковой, а в этом, скорее всего, явится в гордом одиночестве. Хотя, кто его знает…

    – А почему ему не нравятся такие мероприятия? – вопрос сам сорвался с губ Сашеньки.

    – Ты представляешь его в смокинге? – хмыкнула Марина. – С бабочкой?

    – Нет, – Сашенька улыбнулась. Сергея она хорошо представляла среди дремучего леса с топором в руке, небритого и опасного.

    – А мне повезло – этот феномен я наблюдала дважды, – Марина усмехнулась. – Ермаков вообще не любит помпезные вечеринки, а уж бал… Нет, это не для него.

    – Тогда зачем он едет? – удивилась Саша.

    – Я же говорю – сознательный. Во-первых, один из организаторов – его родственник, пусть дальний, но все же… Во-вторых, больше половины вырученных средств уходит на благотворительность. В-третьих, на вечере всегда присутствует много друзей и знакомых, например, та же Ника Сотникова. В-четвертых, ему по рангу положено хоть иногда участвовать в светской жизни. И так далее. Причин масса, но основные, конечно, первые две. Вот он и мучается. – Марина развела руками над столом и подвела итог: – для большинства девушек Осенний Бал праздник, а для многих мужчин – всего лишь долг.

    К своему рабочему месту Сашенька шла в приподнятом настроении – приятно, когда впереди тебя ждет столько прекрасного и удивительного. Когда на голову неожиданно сваливается настоящее чудо! Когда черная полоса сменяется белой, когда… Она остановилась, посмотрела на буфетный шкаф, полки которого были заставлены пластиковыми стаканчиками и коробочками с различными сортами чая, и изменила маршрут. Сергей уже уехал, и она может спокойно выпить кофе – не волнуясь, не заикаясь. Она может немного помечтать, представляя себя в белом платье, танцующей летящий вальс. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три…

    А кто же в этой сказке будет ее партнером, кому она обязательно истопчет мыски ботинок?

    «Сергей», – пронеслось в голове, и Сашенька пролила сливки мимо стакана.

* * *

    Федор Иванович грустил. Ну почему, почему Сашина двоюродная сестра – Света, едет в гости одна? А как же ее мамуля – легендарная Галина Аркадьевна? Так бы было замечательно – мамочка на обед, а доченька – на ужин… Уж он бы им объяснил разом, «что такое хорошо, а что такое плохо». Надолго бы запомнили… Ну, да ладно, пусть из развлечений пока будет только Светка.

    – Светка-пипетка, – процедил Федор Иванович, и глаза его сверкнули мстительным огнем. – «Любо, братцы, любо, любо братцы жить…»

    Он помаячил около окна, посматривая то на двор, то на противоположный дом, затем достал из холодильника желтую эмалированную кастрюлю с борщом и водрузил ее на плиту. Нарезал черный хлеб, укропчик и почистил большую луковицу.

    Как только под крышкой забулькало, Федор Иванович поставил на стол глубокую тарелку и в предвкушении сытной трапезы потер руки. Зачерпнув столовой ложкой сметану, он выдохнул оптимистичное «ух!» и… и, довольно причмокнув, зашаркал в коридор – в дверь позвонили, а гостя он как раз ждал. Вернее, гостью. Правда, не так скоро.

    – Здравствуйте, я сестра Саши.

    «Никакого сходства», – подумал Федор Иванович, с любопытством оглядывая с головы до ног высокую девушку. Тощая брюнетка, губы бантиком, нос вздернут. Юбчонка с рюшами – еле трусы прикрывает, и как она себе попу-то не отморозила?! Зато джинсовые сапожища чуть ли не до колен, хотя живот наружу, опять же опасно для здоровья – не лето нынче…

    – Здравствуйте, я сестра Саши, – повторила девушка, делая маленький шаг к розовому чемоданчику.

    «Вот ведь молодежь нетерпеливая пошла, – покачал головой Федор Иванович, – подумать спокойно не дадут».

    – Чего?! – громко переспросил он, вытягивая шею вперед. – Чего-о-о?

    Света недовольно поджала губы. С матерью она поругалась, потом тряслась в автобусе, проголодалась, как стая волков, еле нашла улицу и дом, а тут еще с хозяином квартиры проблемы. Надо было вечером приезжать – Сашка бы уже вернулась с работы, но с другой стороны, нет ничего хуже, чем ждать.

    «Глухой дурак», – поставила диагноз Света, а вслух произнесла:

    – Я приехала к сестре, можно зайти?!

    – А-а… понял, – Федор Иванович кивнул и пропустил гостью в тамбур.

    Пока сестрица Сашеньки снимала сапоги и короткую курточку, он неотрывно следил за ней. Ишь ты, оглядывается, улыбается… И чему радуешься, красавица? С чемоданом прикатила, уж не жить ли ты здесь собралась? Ну-ну…

    Света увидела на тумбочке рядом с журналами Сашин мобильник и рассердилась. Теперь понятно, почему эта неудачница не отвечала на звонки, вечно она забывает телефон! Как же зовут хозяина квартиры? Сиди тут теперь с ним допоздна…

    – А Саша когда придет?

    – Чего? – Федор Иванович наклонил голову на бок и почесал бороду.

    – Когда придет Саша?! – выкрикнула Света, стараясь, чтобы вышло не слишком грубо. Ей здесь жить, и хочешь – не хочешь, а производить благоприятное впечатление нужно.

    – Небось к ужину.

    – В шесть?

    – Где нравится, там и можешь сесть, – невпопад ответил Федор Иванович, подтягивая линялые спортивные штаны.

    «Глухой, как пень», – тяжело вздохнула Света.

    – А в какой из комнат она живет?

    – Нет, сосед мой не пьет, – хмыкнул Федор Иванович и, махнув рукой, мол, ты перепутала, милая, направился в кухню. И остывший борщ он съест с большим удовольствием. Съест в гордом одиночестве.

    Усевшись за стол, он добавил сметаны в тарелку, смачно хрустнул луковицей и заработал ложкой. Света, остановившись рядом с раковиной, сглотнула набежавшую слюну и покосилась на желтую кастрюлю – в животе протяжно заурчало. А ее угощать не будут? А почему?.. Сразу вспомнились наваристые мамины супчики и бульоны.

    – Я… наверное, с вами пообедаю. – сообщила Света глухому пню.

    – Чего?

    – Я, говорю, тоже бы пообедала! – крикнула Света и резко ткнула розовым ноготком в кастрюлю.

    – А-а, – протянул Федор Иванович, улыбаясь, – помой, конечно, я же не против, только спасибо скажу.

    С дурным предчувствием Света подняла крышку – пусто. На дне только три маленьких картофельных кубика и кружок морковки. И, кажется, ей теперь придется выполнять роль посудомойки… Да пропади пропадом эта кастрюля! Не за этим она приехала в Москву! Где Сашка?!

    Света поставила кастрюлю в раковину, взяла в одну руку колючую губку, а в другую бутылочку с моющим средством и мысленно взвыла. Дома по хозяйству крутилась мать, и заниматься такой гадкой работенкой не приходилось. Фу… Да как вообще моется посуда?! «Ладно, только один раз, только один раз… продержусь до возвращения Сашки, а там пусть она сама разбирается с этим чурбаном бородатым».

    «Давай, давай, красавица, старайся, – про себя приободрил гостью Федор Иванович, – труд – он всегда на пользу».

    Но Света особо усердствовать не собиралась, сполоснув кое-как кастрюльку, она поставила ее на соседний стол, вытерла руки о висевший на крючке фартук и, посчитав, что теперь-то она обед точно заслужила, решительно заглянула в холодильник. На полках стояли еще две маленькие кастрюльки, мисочка, рыбные консервы, молоко, лежали пакет с дырчатым сыром и пакет с тремя сосисками.

    – А хлеб у вас есть? – спросила она, оборачиваясь.

    – Если хочешь, можешь присесть, – радушно ответил Федор Иванович.

    – Я, говорю, хлеб есть?!

    – Есть. В булочной на углу.

    «Чего он врет-то… – не поняла Света, – перед ним же на тарелке два куска черного лежат… Жадный старикан! Наверняка, и за сосиски удавится!»

    Мелькнула мысль все же сходить в магазин – до вечера-то далеко, но сил и желания на это не нашлось… Короче, она кастрюлю помыла, и пень обязан ее покормить. Вот так! А то сам лопает, воняет луком и сметанку в борщ подкладывает, а ей что?.. Налил миску до краев и жрет с удовольствием! О… У Сашки же должны быть свои продукты – личные. Где они?

    – А в холодильнике есть Сашина полка?

    – Чего?

    – Где Сашина полка?!!

    – Ну, сходи в магазин, только ты недолго…

    Терпение Светы иссякло, она взяла пакет с сыром и пакет с сосисками, закрыла дверцу холодильника и положила добычу на стол. Нет хлеба и не надо, просто с горячим чаем тоже будет очень неплохо.

    Федор Иванович доел суп, похлопал себя по животу, отодвинул тарелку и сцапал только что почищенную гостьей сосиску. Он, конечно, сыт, но двоюродная сестра Сашеньки не получит ничего.

    От шока и возмущения Света на пару секунд потеряла дар речи. Рука этой «глухой тетери» так быстро мелькнула перед глазами, что она даже не сразу поняла, что произошло. Дядька отобрал у нее сосиску. Отобрал и сожрал! На ее глазах!

    «Самый настоящий гад», – заскрипела зубами Света. Почистила вторую сосиску, положила ее на край разделочной доски и взялась за третью.

    Но вторая сосиска была проглочена хозяином квартиры с точно такой же скоростью.

    «Это я себе чищу!»

    – Сыра мне еще порежь, пожалуйста, – вежливо попросил Федор Иванович, не спуская глаз с последней сосиски.

    «Ага, щассс», – мысленно протянула Света, скрипя зубами. О, если бы ее дальнейшая жизнь частично не зависела от этого бородатого сморчка, она бы сейчас послала его куда подальше. Но она приехала покорять Москву и на первых порах без жилплощади ей никак не обойтись.

    – Очень мне у вас нравится! – громко выпалила она и, больше не совершая ошибки, откусила почти половину сосиски.

    «Эх, не уберег», – расстроился Федор Иванович.

    Нож застучал по доске, и три тонких ломтика сыра аккуратно легли друг на друга. Света, выдавила из себя улыбку и добровольно принесла жертву на пользу собственной судьбе – «ешь, но остальное – мое». Ломтики молниеносно отправились в рот хозяина квартиры.

    – Давай еще, – потребовал Федор Иванович, облизываясь.

    Нет, одной сосиски за вымытую кастрюлю слишком мало! И разве так нужно принимать гостей?! Света поискала глазами чайник.

    – Когда придет Саша?

    – Чего?! – послышался стандартный ответ.

    – В шесть часов или в семь?!!

    – Это кто обнаглел совсем?

    – Да нет же! Я сказала – семь! Понимаете, семь!!!

    Федор Иванович встал, боком оттеснил Свету к стене, отобрал нож, брусочек сыра и проорал ей в ухо:

    – Ты чего кричишь в моем доме, ненормальная?!!

    – Так вы же глухой… – резко испугавшись, промямлила Света.

    – Сама ты глухая! А ну-ка забирай свой поросячий чемодан и уматывай отсюда! Ишь ты приехала! Ждать устали! – Федор Иванович сдвинул брови и демонстративно откусил сыр. – Нам тут с Сашенькой хорошо и никакие голопопые девицы нам не нужны! Особенно такие, как ты! Счастливого пути!

    Растерявшись, Света пискнула нечто невразумительное, вжала голову в плечи и бросилась в коридор. А мужик-то чокнутый! И агрессивный! Ноги со скоростью звука влезли в сапоги, руки скользнули в рукава куртки.

    – Я вам кастрюлю помыла, а вы… – затараторила она, но, встретив убийственный взгляд, вылетела на лестничную площадку с чемоданом в обнимку.

    – И чтоб духу твоего здесь больше не было! – выскакивая следом, взвился Федор Иванович. – А квартиру я Сашеньке завещаю, так и знай! И на мамашку твою управу найду! Ух, получите у меня! – он погрозил кулаком в пустоту и, мгновенно успокоившись, прислушался – чемодан приятно гремел вниз по ступенькам. – Так-то лучше, – с улыбкой добавил он и запихнул в рот оставшийся кусочек сыра.

    Вернувшись в кухню, Федор Иванович отодвинул тюль, посмотрел на окна Машеньки и многообещающе произнес:

    – Я на всех управу найду.

* * *

    Перебирая впечатления, скопившиеся в душе за день, Сашенька повесила сумку на крючок вешалки и направилась в свою комнату. Из ванной доносились звуки струящейся воды – значит, Федор Иванович моется. Эх, до чего же сейчас хорошо…

    Она переоделась, села на диван и замерла с мечтательной улыбкой на лице. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три… Скоро они поедут с Мариной выбирать платье, а в следующую пятницу будет бал. Дамы приглашают кавалеров или кавалеры приглашают дам. Нет, она побоится кого-нибудь приглашать…

    Последний раз она танцевала с Пашкой на концерте заезжей звезды, и он тогда прижимал ее к себе, шептал в ухо всякую ерунду…

    Сашенька обняла себя за плечи, точно замерзла, и попыталась понять, что же она к нему чувствует? Раньше Пашка так много для нее значил, а теперь?..

    – Почему тебя сегодня задержали? – заходя в комнату и вытирая волосы махровым полотенцем, спросил Федор Иванович. Тельняшка и мягкие свободные штаны делали его похожим на потрепанного ветрами морского волка. – Смотри, за переработки они должны платить дополнительно.

    – Добрый вечер, – улыбнулась Сашенька, отодвигая вопрос, связанный с Пашкой, в сторону. Конечно, чувства еще остались, но, как ни странно, душа болит уже не так сильно. До избавления осталось совсем немного. – Я сама закопалась, и время пролетело быстро… А Света не звонила? Я телефон на тумбочке оставила, а она собиралась сегодня приехать.

    – Так она и приехала, – перекидывая полотенце через плечо и засучивая рукава, ответил Федор Иванович. Уши у него покраснели. – Только побыла она немного… сосиску съела и заспешила обратно.

    Сашенька удивленно приподняла брови:

    – Как это так?

    – А я почем знаю, – ворчливо выдал Федор Иванович. – Нервная она какая-то, может, ей витаминчиков попить, а?

    – Я думала, она меня дождется, – растерянно проговорила Сашенька.

    – Видимо, торопилась… – Федор Иванович стыдливо уставился на обтрепанные кончики тапок и добавил: – Не переживай, мало ли какие у нее дела… Понимать же надо…

    – А я и не переживаю, – устало вздохнула Сашенька и закрыла глаза – раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три…