Прочитайте онлайн Завещание Инки | Глава VIIIПОСЛЕДНИЙ ИЗ ИНКОВ

Читать книгу Завещание Инки
3412+2292
  • Автор:

Глава VIII

ПОСЛЕДНИЙ ИЗ ИНКОВ

Размышляя так, он ехал куда глаза глядят. Его душевное состояние сейчас можно было сравнить с состоянием человека, который бродит по комнате из угла в угол, не в силах найти необходимое в трудной ситуации решение. Мысли, едва возникнув, теряются, путаются… А единственно верное решение чаще всего является как бы само собой, что называется, осеняет внезапно. Вот и дону Пармесану вдруг пришла в голову неожиданная мысль: надо разыскать Отца-Ягуара, все ему рассказать, и он поможет. Следов экспедиции Отца-Ягуара ему, конечно, уже не найти, тем более, что даже там, где они и были, уже скрыты вновь поднявшейся за это время травой, но хирург знал примерно направление, в котором следовало вести поиск. В ту сторону он и поскакал, пришпорив свою лошадь.

Примерно в двадцати километрах от того места, на котором произошли последние описанные мною события, на противоположном берегу Рио-Саладо находится лагуна Тостадо. Горы своими отрогами, покрытыми непроходимыми лесами, словно гигантскими зелеными щупальцами, дотягивались до самого берега лагуны. Здесь отроги заканчивались, а леса тянулись дальше вдоль течения Рио-Саладо, словно обрамляя ее зеленой полосой, и прерывались только в местах, где в реку впадали притоки и стекали ручейки из родников, бивших в пампе. Эти места и были теми воротами, через которые индейцы Чако проникали на территорию страны, чтобы совершать свои разбойничьи набеги.

Вдоль границы этого прибрежного леса во второй половине того же дня, когда происходили все описанные выше события, ближе к вечеру, шли не спеша, внимательно поглядывая по сторонам, явно ища что-то взглядом, два человека. Один из них был очень стар. Его лицо было словно специально составлено из бессчетного количества складок и складочек. В остальном он состоял лишь из кожи и костей, другого материала Создатель, видимо, решил не тратить понапрасну на этого человека, которому судьбой предназначены были лишь странствия и приключения, но зато снабдил его недюжинным запасом энергии и силы: движения старика были порывисты и резки, как у юноши. Одет он был в штаны из мягкой, хорошо выделанной кожи и рубашку из того же материала. Рубашка была подпоясана на бедрах узким ремешком, к которому был прикреплен нож. На ногах у него была чрезвычайно оригинальная, напоминающая сандалии, обувь. Было очень похоже на то, что он изготовил ее собственноручно. Голову старика украшала замечательная в своем роде шевелюра. Это были густые, длинные волосы, достававшие ему до пояса и абсолютно белые — как снег на вершинах Чако. Бороды и даже малейшего намека на нее у него не было. За спиной у него болтался ягдташ, сшитый из шкуры пумы. Но, кроме этой охотничьей сумки, виднелись и еще несколько интересных предметов: рог для пороха, замшевый мешочек, наподобие кошелька для свинца, и круглый железный шар. В руках он держал отличное ружье дальнего боя. Судя по всему, старик редко расставался с ним.

Его юный спутник был одет точно так же, и ягдташ у него за спиной был также из шкуры пумы. Волосы его, опять же очень длинные, но черные, блестящие, стянутые на затылке узлом, по контрасту с роскошной сединой были воплощением молодости. Лет этому молодому человеку было никак не больше восемнадцати, он был невысок, но мускулатура его казалось хорошо развитой, опытному глазу жителя пампы его походка, любое самое незначительное из движений сказали бы, без сомнения, о его врожденной ловкости и гибкости.

И старика, и юношу можно было с первого взгляда смело отнести к индейцам по крови, хотя юноша имел в своем облике черты, не свойственные этому этническому типу. Его черные глаза были расставлены не слишком широко друг от друга, скулы не выступали на лице этакими подкожными камешками, губы казались бледными, а нос… таких носов у индейцев Южной Америки вообще не бывает — нос был маленьким и слегка вздернутым. Несмотря на то, что лицо парня покрывал густой бронзовый загар, оно все равно казалось гораздо более бледным, чем у других индейцев.

Итак, они ехали по узкой полоске свободной земли между водой лагуны и краем лесных зарослей и внимательно осматривались по сторонам… Вдруг юноша поднял руку (это означало «Внимание!»), потом вытянул ее перед собой и произнес на диалекте кальшаки языка кечуа:

— Смотри, Ансиано! Кажется, вон то дерево — омбу!

Произношение юноши ясно указывало на то, что он нездешний, а его родина находится, пожалуй, очень далеко отсюда. Омбу (по-латыни phytolacca dioeca) — дерево с раскидистой кроной, напоминающее по форме своих листьев шелковицу. Но самое диковинное в этом дереве — его ствол, по обхвату равный стволу могучего столетнего дуба. У своего основания ствол омбу опирается на множество корней, извивающихся, как змеи, и настолько твердых, что они прокладывают каналы в почве, пока совсем не погружаются в нее. На сплетение корней омбу хорошо присесть в жаркий полдень: над головой перешептывается листва, в тени от широкой, густой кроны создается особый микроклимат, помогающий путнику восстанавливать свои силы. Несмотря на монолитный с виду ствол, это дерево имеет очень рыхлую древесину, загорающуюся мгновенно, — и вот уже все дерево вспыхивает, как одна гигантская серная спичка. Разумеется, о каком-либо полезном для человека использовании этой древесины не может быть и речи, его сажают только ради островков тени, как донора свежести и прохлады в безлесной пампе, ну, может быть, отчасти и ради красоты.

— Ты прав, мой господин! — ответил юноше старик. — Омбу, под которым мы передохнем, почти не изменился со времен появления испанцев на этом берегу.

Хочу обратить ваше внимание на то, что употребленное стариком слово «господин» в обращении в данном случае к юноше не услышишь в речи обычных южноамериканских индейцев. Для них не только само это слово, но и понятие, которое оно обозначает, просто-напросто не существует. Вождь — это вождь, тут все понятно, но кто такой «господин» и почему белые люди часто обращаются так друг к другу, им неведомо.

Итак, они подошли к омбу и сняли с плеч свои сумки и оружие. Старик стал очень внимательно осматривать землю вокруг дерева. Там, где трава была как будто несколько выше, он остановился и произнес:

— Повторяю: ты был прав в своих догадках, господин. Мы на том самом месте. Если поднять здесь слой дерна, будет видно, где траве недоставало питания. Там, значит, и находится тайник. Итак, я начинаю его искать. Надеюсь, никто до нас не успел этого сделать.

Он встал на колени, вытащил нож и начал разгребать землю. Юноша захотел присоединиться к нему, но старик остановил его:

— О господин, предоставь мне заниматься этим одному Тебе судьбой предназначено повелевать, а работать должны твои подданные.

— И все же я должен помочь тебе, дорогой Ансиано. Совесть не позволяет мне бездельничать, когда ты, старик, работаешь.

— Старик? — переспросил с искренним недоумением Ансиано. — Ну какой же я старик? Мне только совсем недавно стукнуло сто лет, а все мои предки жили намного дольше.

И, не переставая копать, продолжал рассуждать вслух.

— Да-да, мой отец умер в сто десять, дедушка в сто одиннадцать, а прадедушка в сто двадцать лет. (Здесь я должен заметить, что среди индейцев Кордильер тоже немало долгожителей. ) А его праотцы участвовали в спасении членов семьи Великого Инки Атауальпы, павшего от рук испанцев. Твоим именем, Аукаропора, звали и одного из твоих предков, младшего сыны Атауальпы, который родился на чужбине и поэтому был недосягаем для головорезов Писарро. Наше великое и могучее государство было разрушено огнем и мечом в результате хитрости, обмана и предательства испанцев Пусть эти негодяи думают, что все инки исчезли с лица земли. А ты есть, ты — наш свет и надежда, последний из Сыновей Солнца. И значит, наступит время, когда мы заставим испанцев за все заплатить нам, а после того, как отомстим, заново возродим наше государство.

Юный Аукаропора слушал старика, лежа на траве — руки под головой — и глядя в высокое небо. По выражению его лица можно было понять, что мыслями он сейчас и здесь, и одновременно где-то очень далеко. Наконец, когда Ансиано закончил свою небольшую, но пламенную речь, юноша приподнялся на локтях и сказал:

— Ты уже много раз говорил мне о моем предназначении, и все равно я не могу в это поверить. Я верю тебе во всем, кроме этого.

— Как? Ты не веришь, что ты Инка, Сын Солнца? — Старик был поражен до глубины души.

— Нет, все не так, как ты думаешь, или, постой… может быть, я не совсем точно выразился. — Юноша волновался. — Сейчас я тебе все объясню. Нет, я не могу сказать, что твои слова вызывают у меня чувство недоверия, потому что ты всегда приводишь в их подтверждение убедительные доказательства, но всякий раз, когда я слышу все эти разговоры о былом величии государства инков и моем собственном предназначении, я ощущаю в своей душе что-то необъяснимое, какой-то протест, сопротивление: понимаешь, я не хочу считать себя не таким, как все остальные люди, выше их и вести себя в соответствии с этим якобы присущим мне превосходством над ними.

Старик встал с корточек, принял величественную позу и ответил юноше подчеркнуто торжественным тоном:

— Ты должен в это поверить, ибо будет величайшей несправедливостью, если останутся безнаказанными злодеяния испанцев и не отомщенными души невинно погибших. Ты должен возродить государство своих предков, и я не просто говорю это, я клянусь, что сделаю все возможное, чтобы так оно и было. Никто не догадывается о том, кто ты такой на самом деле, пока мы держим это в тайне. Когда же мы вдвоем и никто нас не слышит, будем говорить на языке наших предков, а в присутствии посторонних будем пользоваться масками: я — бедный индеец, а ты — мой внук. Но, думаю, уже недалек тот час, когда мы навсегда сбросим эти маски за полной их ненадобностью.

— Однако я одного все не пойму никак, Ансиано, зачем мне-то все это? Я был счастлив, живя в Испании как скромный и незаметный человек, я любовался ее городами, меня очаровали ее обычаи, а какие чудесные там живут люди, какую необыкновенную музыку они сочиняют и исполняют! Эти мелодии похожи на перестук сердец, и каждое сердце страстно ищет в музыке, танце любви и счастья… Я обожаю все в этой стране. Но ты вырвал меня из той жизни, привез сюда. Сначала я думал, что в этом действительно есть какой-то великий смысл. Но когда увидел эти города, пампу и ее жителей, понял, что нашим надеждам не суждено когда-либо исполниться.

— Не суждено? Почему?

— Потому что наши враги могущественны и очень хитры, а у нас нет такого средства, которое помогло бы нам лишить их этих преимуществ.

— Могущественны и хитры! Вся сила их власти заключена в том, что они постоянно совершают подлости в отношении друг друга и рвут себе подобных на части, а их хитрость не имеет ничего общего с изобретательностью ума человеческого, это просто примитивное и наглое вероломство, которое они используют для унижения других людей. Оглянись вокруг, присмотрись повнимательнее, к тому, что здесь творится. Тебе не кажется, что граждане этой страны доведены до крайности и вот-вот здесь грядут какие-то решительные перемены в жизни? Нам осталось ждать совсем недолго, и ты это знаешь, о, господин.

— Но где же я возьму солдат?

— Все индейцы пойдут за тобой! А они еще не разучились сражаться.

— Но они живут в нищете. Где я возьму столько денег, чтобы одеть, обуть, вооружить эту армию?

— Ты богат, богат, как никто другой на свете!

— Я? Богат? — переспросил юноша недоверчиво.

— Да, баснословно богат, — ответил старик. Тут он сделал многозначительную паузу, набрав в легкие воздуха, положил одну ладонь на свою сумку из шкуры пумы, а другую простер ниц и изрек тоном герольда при королевской особе: — Здесь, в этой земле, хранится оружие Инки, законным и единственным наследником которого ты являешься. После смерти твоего отца я остался единственным человеком, которому было известно это место, и вот сейчас настал момент, когда мы вскроем тайник. Итак, о господин мой, мы извлекаем оружие Инки на свет Божий!

Он разгреб землю и вытащил то, что много лет хранила в себе яма. Это были два кожаных колчана со стрелами, два длинных копья и два лука, один из них был сделан из почти прозрачного рога явно нездешней работы, с первого взгляда на него было заметно, что делал его большой мастер и великолепный художник. И наконец последнее, что извлек старик из ямы, была покрытая черным лаком булава, казавшаяся сделанной из полированного железа. Каждый из них взял себе по копью, по колчану и по луку Юному Инке старик передал лук из рога, а также булаву, которую приладил к его поясу с левой стороны, где обычно носят саблю или шпагу. То, как осторожно держал он булаву в руках и вообще обращался с ней, позволяло предположить, что эта булава — очень ценный предмет

Потом он сделал нечто для юноши неожиданное: поклонился ему до земли и сказал:

— Этот лук и эта булава, или уаманчай, на нашем языке, — все, что сохранилось от Сыновей Солнца, живших на земле до тебя. Владей ими и дорожи, о господин! А теперь вернемся к разговору о твоем богатстве. В войсках Сыновей Солнца все воины были вооружены, кроме другого оружия, тяжелыми, утыканными острыми зубцами булавами. Рядовые воины сражались булавами из бронзы, у полководцев было серебряное оружие, и булава Инки состояла из чистого золота. Уаманчай, которая висит сейчас на твоем левом боку, — та самая, которой владели только Верховные Инки!

— Неужели она из чистого золота? — спросил юноша, внимательно оглядывая и ощупывая булаву — Мне кажется, это железо.

— Нет-нет, это золото, просто оно покрыто слоем черного лака. Иначе и быть не могло, ты представь себе, что творилось бы на поле боя, если бы этот шар заблестел под лучами солнца. Возьми уаманчай в руки и почувствуй ее тяжесть Все богачи мира по сравнению с тобой — нищие.

— Даже если она и на самом деле из золота, — ответил юноша, — оружием ее всерьез считать нельзя. Что значат тысячи уаманчай по сравнению с пятьюдесятью ружьями или одной-единственной пушкой! Да ровным счетом ничего! С того момента, как ты купил в Монтевидео вот эти два наших ружья, я надеюсь только на это оружие.

— Я не могу в это поверить! Звук выстрела выдаст тебя твоему врагу, а стрелы молчаливы. С их помощью ты всегда можешь рассчитывать на то, что застанешь врагов врасплох. Эх, жаль времени мало, можно было бы, конечно, еще долго говорить об этом, а сейчас нам пора в путь, к вечеру мы должны добраться до какой-нибудь воды, а то жажда меня, например, уже замучила, да и тебе, господин, я думаю, тоже хочется пить.

Они снова закопали в той же яме все свое оружие, кроме ножей, и вернулись к тому месту, с которого свернули к омбу.

Оба путника, несмотря на то, что каждый нес довольно тяжелый груз, шли довольно быстро и, казалось, совсем не чувствовали усталости. Наш столетний старец по этой части дал бы фору любому мужчине в расцвете лет. Кстати говоря, его имя по-испански означает не что иное, как старец, долгожитель.

Впереди виднелась полоса леса, указывавшая на то, что за ним наверняка находится река, а пока они шагали по пампе, поросшей низкой травой. Внимательно вглядываясь в деревья, оба искали глазами какой-нибудь просвет, указывающий на то, что там течет ручеек. И примерно через час обнаружили такой просвет в северной части леса. Он был очень узкий, шагов сорок в ширину, не больше. Они прошли по этому естественному зеленому коридору в зарослях совсем немного, когда юноша вдруг остановился, резко прижал ладонь к своим губам, а другой рукой молча указал своему спутнику на что-то вдали. Несмотря на то, что Ансиано не уступал юноше в выносливости, хорошим зрением он похвастаться, увы, уже не мог. Но Ауке из затененной прогалины было очень хорошо видно все, что освещено солнцем и чего раньше они, может быть, просто не замечали.

— Что там? — спросил старик. — Ты увидел, как пробегает мимо мясо к нашему ужину?

— Нет, там не одно животное, их много.

— Где именно?

— Не очень далеко от нас.

— И что же это за звери?

— Лошади, а возле них люди.

— Лошади и люди? Кто же это может быть? Что им здесь нужно? И сколько их?

— Этого я не могу сказать, потому что я видел их всего несколько мгновений, а высовываться из нашего укрытия не стоит. Кто знает, что это за люди…

— Ты правильно сделал. И очень умно вдобавок! Мы находимся на исконной территории абипонов, наших смертельных врагов, никакая предосторожность не будет здесь излишней с нашей стороны. Куда они направлялись? К нам или от нас?

— Они не ехали, а стояли.

— Тогда я, пожалуй, выползу ненадолго отсюда, чтобы понаблюдать за ними.

— Позволь мне это сделать, дорогой Ансиано!

— Ну-ну, ты имеешь в виду, что я слишком стар для таких дел, но ты для них слишком молод и неопытен, что в данном случае более существенное обстоятельство. А кроме того, я обязан оберегать твою жизнь.

— Тогда мы поползем оба!

— Нет. Двое скорее привлекут внимание, чем один.

Они спорили еще некоторое время, и настойчивость старика в конце концов одолела упорство юноши. Он наказал ему ни в коем случае не уходить с этого места, а сам, прижавшись к земле всем своим тощим телом, бесшумно пополз вперед. Прошло чуть более получаса. Ансиано, так же, как и прежде, осторожно вполз в их укрыти на я пѶавшиски!<скыстть моюжноа пуй преднвсерьез) уеловекоятьюесять приких лще нак днв котором сримерно чЂолько дж лешади . p>

— Но оноЃда г ни лишади /p>

— Они ни, жонечно, ужЀайи.

— ТКк оно вооружены, ?p>

— ТКпья и, дЃка, и солтрелами, душЅвывм рубЌями /p>

— ТУих взѾлнимогу быть и рЂрелы ,тровлено е тдом, урырецЧто зЃдем пелать, ?ы нмотенпроийи мемо мѸх не аметно, /p>

— ВсЏду и тЂо повЃчатся. ТВесаы наемотенпѲийи мп присине в о недроходимысти, оаругих лкрыти ндесь нут. p>

— Вѐсли опопорзу под геревья, ем/p>

— Онбтом ддумаюь не его Я верь пѽсконЌко на преввиличии л, пѾгда юказал:<что лиѵ ней,оходимыЛеѸны, черед.етеЏсь в жду вобой, чбрамЃют дак ю паѾта,ю муссужчерез которыЎ неоозможное и прокЀаться , и прокорзу потому что ями зенво все иэтом дестЃ,зѾота до самогйемли. А кЀедставь себе, :мотгы фЋ препорзу пкаозьмаѾта,ы коЃбио никоки?от и ддесь твже эѰмое p>

— Вїачит, нЋ наемотенпѲижгться до ьше /p>

— Нет, там индо наѼенденноеходить стсюда, чайти, акую нибудь пругую просалины ,та бѰходится ло ничЅ обѿснос бринѷсти.

И и нЋше из бѵсной корндору бѰх сЃчеез од гЀикрети н леснв том, есте. ,ноЃда гндейцы пе могло,х вѰметить, /p>

И сно впять жЅали по уампе. ЭђчеруловРазкали ный пар золнца. лонился екапасу И оѴруг оледа зЂ сейѱ обѽ зенмтил однное,го все никоаприжлиже шего я к нем гулосомоИ прчти пѴновременно ги буосил сь пвлаза беми я в нитя,ирокой смѵдн,янулий я на чѵверно-апасупо колорому оченѸдно, гехалитот шсе нико.нки нЁталось срояте на тесте. Еѝ юноши.легка вастнеЏдѻя.

— НЧо наш пелать, ?— спросил сбѽ— Тќжет быть, прка ое позвдо, но о сапяю:ться до ниѳо /p>

— Этогеоозможное— ответил юнсиано. — Нѽ наеерся лак всте и вдгой т вѽс, кдже если оЋ попбждѼыЛКому ме всЏду и таш птоит. ак жбЌилы.о огпснЂься дккого -о одинне,го вутника, Что зо мой,т бделать, аш ? кѾт ужначЌ, что мѾ замутца там иЃдет зовсем немишней/p>

— Я нго уоже немоя,ь, ниодруг ос из пбипонов, ?p>

— Нет. Догда жн сдал на довгнять, чЋ пЋли дввно кве позл исЅрение. ВлЀосЇм, ккоремысвидеи, кто ттотЯ вЀчти пвиленичто мѾ зоажется, елые

ЕЧрез кесколько мгиутс талоссно что срарик был поовл.се никожонечно, е, коже нЅ вѰметит, по ръхали,озвдоовалия и ппросил со-испански :p>

— Могущ унначЌ, чснькоы, а оЃда гн Ѓда гв нам авлялеестЌ?p>

— НМ егем пз пПрины, чам авлялеся нвутЃдани,умаеш од стьяута юерез кГины-ако. p>

— ТКо всЋ?p>

— НМ е и дейцы ,аше глен пЁЏду и тзвестно эамионо вчень демного, истенноеС иѱлыми, нас нира е ИЂношении.

— НЭо меся чрсу т. ДЯ деѾто и рмиѵанд-уби дольс-нбрико-е-тСгу,нин-ли-Кктел кгатрьбатевПослешал е. ,гв нлучае о не ув дитс иэѸстеоленов сЍтпел ца аОца -ЯубЀин/p>

— Онца -ЯубЀин/сЋотятс иказать, что тЂот шѷамекнтый иЧловекоѰходится лде-то оѵдалек отсюда, ?p>

— Да, б унилениэтом потому что яме изместно его поѻны, Еѝ юЏикак не богу в йти, го Я тя юумаю, тЇо вож эти дмѵдн ,— и вн сказал сой ом молово на тІд. иѺ волдовео нонцких икпытеа траве — отЂавим его рЍтпел ца . ВЯ моедва скЃтника, у е эѻи по эем но плЂом оЋ всЋужнены дЋли дЂвеѻчь, я до нтого сади каскиЁомостаноов и ит.ороиеского, ивотное, Я ы, уа бЂо в емя, рава бросиЅладно муе беожиданноеовеллод рначЂнулоя на чѵояннк вЍтпел ца , дажЌше вже нпшельо этм слудалмчто изЃт зо ниѳеp>

— Вѐѵ могло,ѱ вдзте ннаст эѾбой, — спросил старик. p>

— ОнѾтни но кчеЏтс , спишь p>

— Но и неои мечЃом мс не свмненвл е. тЌ/p>

ОЁе нико два лѳо поѵих смЃтника, Ѳижгтись по сампе. печти пѴниаконой сторетью.

— МВм илвестно эме из и ощстоятельство.оем поясления иѴесь . огущ и тунначЌ, чак всс новыЃ?

— Вќе из и оѽсиано, — ответил старик. — оѰоем пнук. звоут в каропора, зЁли оля нвс это тЇрестутрлинны, можнЂе лнзываюь жЅо праЁто нЃкар/p>

— НЭо опиѵасІю с тоемя, оследний словгми, инны, о имяни мажное слывно базнаюь жмпу арІ н а вѼпу арІ и ораЁцстс,естЌа чей,ох. знаеѾму мие. Коаше у спѵденыю я оп праЁфстсб тррыѳЧто зв молѽЂе лказать, о саводцЃоследнтвии пиѵасІю коренное срЃтавая? Кк ов думаешс , ожет бѿрІ н с тамЃю е нпшЁе ниѵо сделать.<отя буЋесколько магов /p>

— Вѡольшом те,ндм, чснькоы/p>

— Сте,ндм, ? О,нилеютвс ,в дшим ешс ь, сонькоынсиано, запроств, жн сделал и смольшой мегка тью.

Старик вѾаѺ ул евлоса созеб, чтобы понЃчае вассчотриѵь, что тватся лвлубины гоѰзатого сдране.е сѵловека ,онять, рш аѸ он сл обеди . ДН юитррыѳ ними.о на мо аѸитот шрисуѰльные згляда.p>

— ВсЋ,ажется, эе веришт мное— пнросЇо вѽбряждым тоном:<свещомо.ся еоичѻывно бЂо в Ѐажению недосерия, ѽсконЌко нго недапднвл . — Нђакжй случае ,олжен воЈ птазать, что тЏеомвдилсаким,пиѵасІю ,о всемя, оторый помЃчае суѰнное вндм,льнтвии Эђ понаиаешс , о это ззначает ?стати а сЇо зв мЃмаешс по саводцЃитррыѳ еского, виѵЈтельства иѲлучае нвожнднное са тоа пя ствпыт?p>

— НеѰтот шЇетоуе беоего рказать, амиоонькоы!p>

— Не сунькоыоарбѽ а, биенно гЀбѽ Зает, ле я оѵстЌа чодолвтый иаисуѰорас что всдно вотя буЋз поем пояной имяни но всмолѽЂе лнаюь женя иЀаЁто ндѾ зПрмиѵандСнажетс , ак довно кв вдиели тОца -ЯубЀин/p>

— ОСвсем недавно и я не полько дидел иѵ , ко ги.азговоѰиват с каиа/p>

— ПоекааскнвРажов дѽоа пуЈс , озьмутся о зампасении деут ему,в ?p>

— Нету,в ?то зто? p>

— Лоди чаким,,одолпз пГѵаѰние,/p>

— Я не огда мтакой «тране. е слышиѻ. p>

— Вїачит, нледнут бѿивначЌ, что мѲ и нгожЀажфѸескои позвнния. е слышком молзяы , нькоынсиано, .ГѵаѰние и отране.которая вежа вѽс ротивлоолкжиѾм:<сЂас нерегу.<оаене.капасуиѳеспании ,еверногеѠЁтЁи ,жногеѽсло, и вот-очно есало в.ЖтелеиГѵаѰние,божаю рузкалпваюь ждит.ороиескоЅ пѸвотной Ражоаз га бЂо здаятие, пѲит ему,в и рЂѲасѸл онвсерьеp>

— Вѐвсерь? кѴе тто слочила,тЌ?p>

— НП тяЃтороны.Ѡко-Сла о нпо этоЃтороны.ѻгу, ы дТотанд. p>

— ТАвсерьзенайи.<ь твк довек ?таане.е!налько их?<ыло /p>

— Онореоятьделять,/p>

— Я !осольше. чем ос хчто всериѵьл ом в жестЃ.p>

— ВсестЃПоѾх. манк долначЁ.ти мпѰии напѵрняка намуше ют ито-тибудь пкаоЀной НадеѾпшЁорее пѰйти, Оца -ЯубЀин вытЀчатсьему,в /p>

И сноассчазал своем навывмнаеѾму оЁе ил.ороиЎпредое. твовалвую, лен нию с ено им го рклгих,азучеет я, эвобственном ,Ѿвольно тѲоемѱрамЃой из е реварІ н.усѽика,Ѳижгтись почно вѿ слодалмЍтпел ца аОца -ЯубЀин,семя, з рабговору, и сЈо долольно быстро ,аконец пни шЁдиели та тоЀегу.<ебольшус брт очнк сноЇала я ссчндеаных кпстѻий Ё веЈади . а посом ддх взѾруженыых ко зебио се никоо, жн ть, смЃеЈа пвожа И ин из них ,Ѱмое зсокой изирокоо.етЇй, шЁ инны, йоя,долотеѵли ся еоЂЃ,нппвтоих пкЃтника, И е некколько магов ѽавсериѵч доуг другащи янсиано ннначитот сѵловека Догечно, е, кЍо былие као иное,, ак дОец -ЯубЀио гем одняЃЂж свмавшиѽа чходитррыѳ.

Обец -ЯубЀиоже хнначинсиано ниЃкащи яица нго нЁвет лось бирокоо.скренний суымбоо.Несбращал, ѽсало,шей пнумание на чѸтррыѳ жн сот-лоинулоки!<скысттадисс ндиель, доуз, я и е!Н юЇо примилиѾсс ндмоюжороя и ко. ?p>

ПотдѼыл, ѳо ракащи сиано нЂветил :p>

— Онбтом досом чснькоы/ Ёь об о незолижное, еров:о о сапснЂьсѲит еловекоѷ поен аНо АѾ ррбнаѵ вслмассчазет бѾбтом ддѾ зПрмиѵандp>

Обец -ЯубЀиовериулоя нкитррыѳ.< сказал:

— Тыстто в Ѐ деѾзПрмиѵанд,итррыѳНамлышиѻ.,аслешиѻ. Я стао иж эти рюди, каЂорый же т змей дѾмощьм/p>

— ОЂо бѾв чей,а тбѽ зеними.о ь паскиЁоа, и сстаноов и ит.ороиеского, ивотное, p>

— Да,е небЃ,в Ц Я скиЁоа, и сѴит.ороиеского, ивотное, Я ень дз е ѵкнвРИккогже яивотное, ни шЃзкалпваюо ?p>

— Гджгтноею пиѵонил.

— ОН огда мѵ слышиѻ. такой но пекоторое пеѷвнния. жеѰый дажт дме зотовалѸя. Ѐедположить, что эррч, ожет бѸтви гоѶгтноей чаред.Ѕое,е таки о ?p>

— ГСвершаѽно гоЀнойоонькоы!p>

— НАвоут втих пѵбЃ,в ,лучае о ,е догЂо и рогньЈе ѽ яФоиІоиеметсѵ ?p>

— ГИенно гакиp>

— Но о зетА тдумал, что в и ис пБчЍост- ѹ ѵквсе -акимемЋпе т .p>

— Ну-ЁЇо зв ! Ѿ о и рогньЈе ѽ аЁто нвюболниэали нтеоовгиЎпѲасти сти, ои заѾоовгиЎообще ЛКЁжалуныю яастойько что наѸ гем оЀугогмазговоѰивать с эем гросто не озможноеТВитррыѳ но ример, уноаѲным счетом ничего! а мо лышЂА крЂати аЇо зв молѽЂе лказать, о саводцЃта ения иазк языке Ѵновременно г эеоовывм под се и ? Эо меѻѽЂе

— ТўЂавим ейчас нтоЃт у ! скчазешт мное Ѓчае как и енно геомнѷсшо длен нию эти ко т ему,в ,по ореч кЁли оЋжное/p>

ОХтррыѳастпит я, эе одчеѸился Догда жн саконнила,аступит жгЃбио я прузу. Вое свпсѽика,ўца -ЯубЀин али. уЂо мѾ зчазет Он нж , оглядЃлва тдного вѷ чЂоих пюдей. ,просил сго! :p>

— Что тЇазет , о,ролѸмое?оѷдѻя.<ы фЋ пѰ бЂо в ров?p>

Стдь о этеѾму бращаныю ям нию э,ролѸмое бец -ЯубЀиІнию зсокоеС иѵрвого взгляда нтот шѵ осокой иорее стуй человек, отгѿказатеся дил чеЋм лаам новмазгомикоо, жп крайноѵмоЀед,аким, как м мн представьялесодобных нЎдей. о конѶгтмно кчазгомикеез предпвдитс я нихогда мѵ согло бы нЋть иакого счстно о лаиа. ВХролѸмое вЂветиа твпротЁ дпвааметно, ожалу .етЇми, дтветил сѰко:p>

— ГСоЇала яужно? ешите, сооит. и таш пообще овя ываюь я лвту аѻ.ороиЎѷ -а люди, позпвшисхэалнип присине вобственном езоЂорожность и люгка о лышЏ/p>

— Дажвй пиходсть их кесколько взщен Вно-ѵрвох тбѽ з мой емлю и, зто для юеня, нак ты кѾнаиаешш, ибеет ниѺоторое вѽачанию Вно-Ѳорый ,тому еѾгЂо щ ,апѵрняе, чѰз гЏтьюесятьказал:<что ли в кое