Прочитайте онлайн Единственный способ | Часть 10

Читать книгу Единственный способ
2316+906
  • Автор:
  • Перевёл: И. М. Лаврова
  • Язык: ru

10

Агнес слышала, как подъехал автомобиль и хлопнула дверца. Она выглянула в окно гостиной, и ее губы сжались от злости. Энтони открыл кованую калитку и по-хозяйски прошел через сад к парадному входу в ее коттедж.

После ночи в отеле «Ломбардия», когда Агнес будто зрелая слива упала Энтони прямо в руки, ее жизнь превратилась в хаос. На следующий день за ланчем она встретилась со своим сводным братом, и, как только Агнес упомянула имя Энтони Форнари, Роджер побелел как полотно, а через несколько минут Агнес была в курсе произошедшего. Вся история, поведанная ей Энтони, оказалась правдой. Дело могло показаться смешным, если бы не его последствия, столь трагичные для Агнес. Поэтому, когда Энтони позвонил ей в офис, Агнес сказала, что принимает его предложение. Ею руководили любовь к отцу и чувство вины, которое она испытывала из-за наследства Бруно.

В уик-энд по настоянию Энтони они посетили ее отца. Известие о грядущей свадьбе произвело эффект разорвавшейся бомбы. Энтони очаровал Гектора и Хелен.

Зато после ланча с Лестером Агнес ощутила себя ничтожеством. Неприятный разговор о ее замужестве был неизбежен, однако Агнес, хоть и готовилась к нему, не смогла вразумительно объяснить ему причину столь поспешного вступления в брак с Энтони Форнари. Лестер мужественно, с улыбкой выслушал ее и выразил пожелание остаться друзьями.

В середине недели Агнес неожиданно обнаружила, что Энтони уже успел переговорить с председателем правления ее банка — ее отпускали в трехмесячный отпуск.

Энтони позвонил в дверь. Сегодня они улетали в Италию, а на завтра была назначена свадьба.

— К сожалению, — печально пробормотала Агнес, отпирая замок.

— Не верю своим глазам — ты живешь в деревенском доме с розами под окном! Это на тебя не похоже, Агнес!

— Ты ничего обо мне не знаешь! — выпалила она, задетая его насмешливым тоном.

При виде Энтони ее сердце забилось чаще — они не виделись с прошлого воскресенья. Зеленая спортивная рубашка подчеркивала прямые широкие плечи, узкие вельветовые брюки облегали стройные бедра и длинные ноги. Мужчина не должен так хорошо выглядеть, подумала Агнес, это несправедливо.

— Насколько я помню, я знал тебя очень хорошо.

Черные глаза полюбовались ее лицом и с чувственной нежностью обвели точеную фигуру.

— Я готова, — буркнула Агнес и взяла стоявший у двери чемодан. — Можно отправляться.

Она не хотела приглашать Энтони в дом. Агнес знала, что их брак будет расторгнут, как только собственность Бруно перейдет к Энтони. Она любила свой дом, купленный три года назад, и ей очень нравилось подновлять и украшать его. Агнес не хотела, чтобы, когда вернется, воспоминания связывали этот дом с Энтони.

— Это весь твой багаж? — поинтересовался Энтони, дугою изогнув бровь. — Завтра утром мы поженимся и проведем в Италии по меньшей мере остаток лета. Где твоя одежда? В такой крохотный чемодан все не могло поместиться.

— Давай объяснимся сейчас, Энтони. Мне не нужна никакая особая одежда для гражданского бракосочетания. Речь идет о деловом соглашении, которое будет разорвано при первой возможности. Платье, что сейчас на мне, вполне подойдет. Оно легко стирается, быстро сохнет, как и остальная одежда, что у меня в чемодане. Для того чтобы лежать на пляже в течение трех месяцев, много одежды не нужно, а мне больше нечего будет делать, поскольку ты выхлопотал мне продолжительный отпуск. Я понятно объяснила?

Агнес была настроена воинственно. Если Энтони думает, что она собирается вести светскую жизнь, разыгрывать роль любящей жены и как хорошая девочка забираться в супружескую постель, его ждет горькое разочарование.

— Агнес, ты можешь ходить нагишом, если захочешь, мне очень понравилось бы.

Энтони усмехался, а его глаза чувственно ласкали ее тело. У Агнес захватило дух.

— Я совсем не это подразумевала, — парировала она.

— Я пошутил, Агнес. Я понял, что ты имеешь в виду. Деловое соглашение.

Агнес готовилась к спору и была удивлена, что Энтони так легко согласился. На какое-то мгновение она даже почувствовала разочарование. А чего я ожидала? — спросила себя Агнес. Он не хотел видеть меня своей женой пять лет назад и вряд ли горит желанием жениться на мне сейчас.

С этой скорбной мыслью она вышла и закрыла на ключ дверь своего уютного коттеджа.

— Как ты собираешься поступить с этим домом? — спросил Энтони, подхватывая одной рукой чемодан и другой обнимая Агнес за талию.

— Никак не собираюсь, — сдержанно ответила Агнес. — Я намерена через три месяца снова приступить к работе.

Пусть Энтони не думает, что все будет так, как ему хочется, злорадно рассудила она. Он влияет на мою жизнь во всем: он очаровал моего отца, уговорил моего босса, став клиентом нашего банка. Прибегнув к помощи шантажа, он хочет жениться на мне, но ничто не поможет ему снова затащить меня в постель!

— Пожалуй, он несколько маловат, но мне кажется, я смогу к нему привыкнуть, — пробормотал Энтони.

— Что ты имеешь в виду? — насторожилась Агнес.

— Родная, поскольку мы сочетаемся браком, все мое — твое, а все твое — мое.

— Ты шутишь!

— Если ты предпочтешь коттедж особняку, — Энтони пожал плечами, — я не стану возражать.

Он насмехается! Агнес обуяла ярость, ее голос срывался от злости:

— Но... но ты только что согласился со мной, что наш брак — всего лишь сделка.

— Я очень хорошо тебя понимаю, — сухо произнес Энтони. — Ты раздуваешь огонь, а я мешаю тебе. Пусть это будет деловое соглашение или что там еще. Если возникнет необходимость, мы будем жить вместе так долго, как того потребует дело. А теперь расслабься. Погода прекрасная, солнце светит, а завтра будет еще лучше. Садись в машину, и поехали.

Энтони помог ей сесть в автомобиль, поставил чемодан на заднее сиденье и занял водительское место. И как мне вообще могло прийти в голову, что я могу противиться Энтони, отказать ему? — удивилась Агнес. Я люблю его, и, возможно, поэтому уязвима. Собственное бессилие заставляет меня постоянно бросать Энтони вызов.

Энтони завел мотор, повернулся к Агнес и снова улыбнулся ей.

— У меня для тебя в аэропорту сюрприз.

— Надеюсь, ты преподнесешь мне такой же сюрприз, как и в прошлый раз. Женишься на ком-нибудь еще... — не без сарказма отозвалась она.

Энтони окаменел, улыбка исчезла, а темные глаза напряженно смотрели вперед, следя за дорогой. Агнес заметила, как на скулах Энтони выступили розовые пятна.

— Нет, на этот раз я женюсь на тебе, — наконец сказал он смущенно. — У меня нет выбора.

Агнес хотела было вступить в спор, но передумала. Она устроилась на сиденье поудобнее и погрузилась в размышления. Энтони шантажом вовлекал ее в брачный союз, и Агнес была уверена, что приносит эту жертву ради своего отца. Она ни на минуту не задумывалась о том, какие чувства испытывает Энтони. Он любил свою первую жену, а сейчас стоит перед выбором — довериться Агнес или жениться на ней. Единственной альтернативой была возможность вступить в схватку с конкурентами в борьбе за компанию.

— Еще не поздно, Энтони. У тебя нет необходимости вступать в брак. Ты можешь доверять мне. Ты получишь наследство Бруно. Я не предам тебя, — попробовала воззвать к его благоразумию Агнес.

Большая загорелая ладонь легла на ее бедро.

— Прости, Агнес, — мягко произнес Энтони. — Но я должен на тебе жениться. — Он слегка сжал ее ногу, и рука вернулась на руль.

Нога все еще горела от прикосновения, и Агнес в оцепенении молчала. Она закрыла глаза и осталась наедине со своими мыслями. Он извинялся. Он жалел ее или себя?

Агнес долго размышляла, что же думает по поводу их брака Энтони, а когда открыла глаза, машина уже приближалась к аэропорту.

— И где же долгожданный сюрприз? — поинтересовалась Агнес, ее нервы находились на пределе.

— Скоро увидишь, — не глядя на нее, ответил Энтони, направляя машину к терминалу аэропорта и отстегивая ремень безопасности. ~ Выходи.

Агнес решила не обращать внимания на его высокомерную манеру обращения. Она лишь посмотрела на Энтони, но выразительный взгляд пропал даром, так как Энтони уже вышел из машины и стоял спиной к Агнес. Она выбралась из машины скорее поспешно, чем элегантно, выпрямилась, поправила рассыпавшиеся по плечам каштановые волосы и огляделась.

Энтони стоял в нескольких шагах от нее. Он помахал кому-то рукой, и как из-под земли возник маленький морщинистый человечек и поймал брошенные ему ключи. Этот мужчина показался Агнес знакомым. Она подошла к Энтони, а тем временем человечек вытащил ее чемодан с заднего сиденья, передал его Энтони и сказал что-то по-итальянски. Агнес злилась, потому что никак не могла вспомнить, где же видела его раньше. Мужчина криво усмехнулся, и она вспомнила.

— Ах это вы! — слетело с ее губ, но мужчина уже садился в автомобиль. — Это тот самый человек, что приезжал за твоими вещами. Энтони! Я помню его! — Агнес сияла от удовольствия, что наконец вспомнила.

— Да, символическая кастрация! Не думаю, что сейчас подходящий момент для подобных воспоминаний, если учесть, что завтра у нас с тобой свадьба.

Агнес успела забыть, как однажды вырезала гульфики из всех брюк Энтони, и от неожиданного воспоминания щеки ее разгорелись. Агнес решила, что от злости, а не от смущения.

Энтони смотрел на нее с любопытством.

— Я, вероятно, заслужил, если учесть сложившиеся тогда обстоятельства. Забудь. Я уже забыл, и давай мне твой паспорт, пора двигаться.

Ошеломленная тем, что Энтони впервые признал свою вину, Агнес начала рыться в сумочке, вытащила паспорт и, бормоча что-то, протянула Энтони.

— Умница.

Он подхватил Агнес под руку и повел к дверям аэропорта. Агнес семенила к самолету, стараясь не отставать от Энтони, и не переставала удивляться его непоколебимой, заносчивой уверенности в себе.

Они с легкостью прошли таможенный досмотр. Агнес наблюдала, как Энтони приветливо улыбается стюардессе, ожидающей их у трапа, а глупышка вовсю кокетничает с ним. Когда же приблизилась Агнес, стюардесса просто оскалила зубы.

Войдя в самолет, Агнес застыла от изумления.

— Сюрприз, сюрприз! — оглушила ее какофония голосов.

Агнес открыла от удивления рот, огромные глаза распахнулись еще шире. В салоне сидела вся ее семья, включая бабушку! Энтони уверенно обнял изумленную Агнес за талию.

— Вот мой сюрприз... Я подумал, что тебе будет приятно увидеть твоих близких на нашей свадьбе.

Агнес попробовала улыбнуться, а глаза продолжали осматривать салон. Отец, его жена Хелен, ее единокровная сестра Патриция, муж Патриции и их сын, жена Роджера Линнет и трое их дочерей — все были на борту самолета. Но более всего Агнес была удивлена присутствию Дика.

В суете приветствий никто не заметил, как люк закрыли и командир корабля объявил о готовности к взлету. Только сейчас Агнес вспомнила об Энтони. Он умудрился как-то незаметно усадить ее в кресло и даже пристегнул ремнями безопасности.

— Почему ты не предупредил меня?! — накинулась на него Агнес, не опасаясь, что ее услышит кто-нибудь еще, кроме Энтони, — двигатели работали на полную мощность. — Я полагала, это будет быстрое гражданское бракосочетание, а развод наступит еще быстрее! Зачем вмешивать в это дело мою семью?!

Темные глаза Энтони оказались совсем близко, он нежно обнял Агнес за плечи.

— Я итальянец, и семья для меня значит очень многое. У меня теперь нет семьи, поэтому я даже не мог представить, что и твоих родственников не будет у нас на свадьбе.

Его теплое дыхание заставило сердце Агнес биться быстрее. Она внимательно посмотрела на Энтони, но он отвел взгляд, чтобы не выдать себя.

— Но и Дик здесь, я думала...

— Он твои давний друг, — объяснил Энтони.

Его широкие плечи, скрытые спортивной рубашкой, невольно притягивали взор Агнес, она нервно сглотнула. Но, к ее счастью, раздался хлопок вылетающей пробки: открыли шампанское.

Ремни безопасности были расстегнуты, и все пассажиры наслаждались роскошью и комфортом частного самолета. У Агнес, сидевшей на маленьком мягком диване, было ощущение, что Энтони приклеился к ней. Через тонкий шелк платья она чувствовала жар его ноги и от волнения чуть не выбила из рук официанта поднос с бокалами, когда тот предложил ей шампанского. Ей нужно было срочно освежиться...

Полет превратился в вечеринку. Шампанское лилось рекой, произносились тосты за будущих новобрачных. А Энтони тем временем обнимал и целовал Агнес — к восторгу всех гостей. Недовольна была лишь сама Агнес, и, как только представилась возможность незаметно выскользнуть из объятий Энтони, она поднялась с дивана.

Ее перехватила Линнет и обрушила на нее поток информации — ее дочки должны были играть роль подружек невесты на предстоящей свадьбе. Эту новость Агнес слышала впервые. Она осушила бокал и далее не пропускала ни одного тоста.

Когда Гектор поднял бокал и произнес тост за своего сына Роджера, который, к сожалению, отсутствовал по причине занятости, Агнес настороженно посмотрела на Энтони, который в другом конце салона разговаривал с Диком. Энтони повернул голову, их глаза встретились, он приподнял бокал и холодно улыбнулся Агнес. Она выпила еще пару бокалов шампанского, с удовольствием съела несколько тартинок, и ее нервы слегка успокоились. Она даже не заметила, как самолет приземлился.

— Тебе хорошо? — спросил Энтони почти нежно, когда они шли к ожидающим их автомобилям.

— Как никогда. — Агнес широко улыбалась — беспокойство оставило ее где-то над Атлантикой, примерно после четвертого бокала шампанского. — Куда мы едем? Или это тоже сюрприз? — беспечно спросила она.

Энтони усадил ее на заднее сиденье роскошного лимузина, за рулем которого сидел шофер в униформе. Плюхнувшись рядом с Агнес, Энтони с небрежной обыденностью обнял ее за плечи и притянул к себе.

— Мы едем в наш новый отель, он расположен на побережье в часе езды от Рима. Тебе это подходит?

Сейчас Энтони мог позволить себе быть снисходительным. Он поздравил себя и еще крепче прижал к себе послушное тело. Агнес принадлежит ему. Она здесь, в машине, у него на родине, а завтра она будет и его женой перед Богом. Чего еще желать?

— Агнес? — позвал он, когда лимузин остановился, но ее глаза были закрыты: Агнес спала. Энтони разбудил ее поцелуем. — Пойдем, нас ждут.

— Я, кажется, слишком много выпила, — пробормотала Агнес, торопливо поправляя растрепавшиеся волосы.

Энтони наблюдал за ней с обезоруживающей искренней улыбкой, которую Агнес не видела уже несколько лет. Не переставая удивляться, она вышла из машины. И как ей только могло прийти в голову, что, выйдя за Энтони замуж, она не ляжет с ним в постель, если от простой улыбки ее сердце трепещет? Ноги не слушались, и Агнес с благодарностью оперлась на Энтони, когда тот сильной рукой подхватил ее за талию.

К ним подошел какой-то человек, и Энтони представил его:

— Познакомься, это Паоло. Он моя правая рука, а завтра будет шафером на нашей свадьбе.

Агнес взглянула в глаза улыбающемуся темноволосому мужчину.

— Рада с вами познакомиться.

— И я рад, что наконец увидел вас. — Паоло говорил по-английски правильно, но с довольно сильным акцентом. — Жаль, что встречаемся мы впервые.

— Прекрати, Паоло. Это моя женщина.

Они вошли в просторный холл отеля. Родные сразу же окружили Агнес. Энтони объявил, что всех ждут роскошные номера, и отдал портье распоряжение проводить гостей. Сам же Энтони взял Агнес за руку и повел к лифту. Двери раскрылись будто по мановению волшебной палочки, и Энтони потянул Агнес внутрь замкнутого пространства.

— Паоло — очень симпатичный, — проронила она, чтобы хоть что-то сказать.

— Это подразумевает, что я — нет? — мягко спросил Энтони.

— Ничего подобного! — Агнес ощущала неловкость, ей стало тесно в маленьком закрытом лифте.

— Расслабься, Агнес. Я пошутил. Паоло нравится всем женщинам. Но беда в том, что и он всех любит.

Когда Энтони был в хорошем расположении духа, противостоять ему было невозможно, и сдержанная улыбка тронула губы Агнес. Она легко поверила, что Паоло — дамский угодник. Приятен собой, явно не лезет за словом в карман, судя по одежде не испытывает материальных затруднений — во всем мире девушки ценят этот джентльменский набор.

— А ты, конечно, нет. — Агнес решилась поддразнить Энтони.

Он потянулся к руке Агнес, и их пальцы переплелись. Энтони смотрел серьезно, черные глаза пронизывали ее лицо.

— Нет, мне нужна одна женщина. И она у меня есть, — прошептал он, выводя Агнес из лифта.

Сердце Агнес опять бешено заколотилось, и, к своему удивлению, она почувствовала, что ведущая ее рука придает ей уверенности.

Через минуту она стояла посреди элегантно обставленной гостиной и не могла скрыть удивления.

— Энтони, у меня нет слов! Великолепно! Эта гостиная больше моего дома. Здесь можно жить.

Он устроил ей небольшую экскурсию по апартаментам. С огромного балкона спальни открывался живописный вид. Кровать была неимоверных размеров, а в ванной комнате обнаружились душ на двоих и изумительной красоты мраморная ванна.

— Я рад, что тебе здесь нравится, — сказал Энтони. — Мне только жаль, что я не смогу сегодня здесь с тобой остаться. Наберись терпения, завтра начнется новая жизнь, — объявил он с заносчивостью чрезвычайно уверенного в себе человека. — Удовольствие превзойдет любые ожидания, я тебе обещаю.

Агнес вздрогнула. Энтони по-прежнему считает ее бесхарактерной и легко доступной. Сам же он весьма завидный жених: потрясающе красивый, убийственно сексуальный, богатый, светский, отличный любовник — устоять перед сочетанием всех этих качеств просто невозможно. Агнес казалось, что нет на свете женщины, которая не сочла бы за счастье при первой же возможности прыгнуть к нему в постель. И мысль, что Энтони считал ее одной из многих, беспокоила Агнес.

Она дернула плечом и прищурившись посмотрела на Энтони. Уж слишком он самоуверен. Пожалуй, надо заставить его немного поволноваться.

— В том случае, если я останусь здесь. В конце концов, я могу и передумать. Привилегия женщины — менять свое решение.

Ни один мускул не дрогнул на мужественном лице Энтони.

— Ты, конечно, можешь уйти, — заговорил он тихо и вкрадчиво, — но ты не сделаешь этого. — Пальцем Энтони приподнял лицо Агнес за подбородок и добавил: — Это вторая причина, по которой я пригласил твою семью на церемонию бракосочетания. Ты можешь бросить меня, но их ты не оставишь... Я слишком хорошо тебя знаю, Агнес.

Она поразилась собственному тупоумию. Поверить в сказку, рассказанную ей на борту самолета! Вторая причина имела под собой гораздо больше оснований. В это мгновение Агнес ненавидела Энтони.

— Ты настоящая свинья, — прошипела она.

Энтони жестким взглядом впился в нее.

— Это тебе не поможет. Я уже говорил, что не стану с тобой спорить. Так что и не пытайся начинать. — Большим пальцем он погладил ее полную нижнюю губу, и Агнес не смогла справиться с трепетом, пробежавшим по ее телу. — Ты хочешь меня, а я — тебя, поэтому прекрати бесполезные споры. Для нас обоих этот брак неизбежен.

— Нет! — запротестовала Агнес, но ее тело необъяснимо тянулось к Энтони, как мотылек тянется к огню, а взгляд золотистых глаз тонул в чувственном омуте его взора.

— Да! — Энтони улыбнулся одними губами и опустил руку.

Он жаждал Агнес как никогда, но решил пока не дотрагиваться до нее. Не сейчас! Он уже совершил одну ошибку и не собирался ошибиться снова. Он не прикоснется к Агнес до тех пор, пока не наденет на ее палец обручальное кольцо.

— У меня еще дела, но я вернусь к девяти, и мы будем вместе обедать. Если тебе что-нибудь понадобится, обратись к Паоло или к администратору. — Энтони быстро поцеловал Агнес в губы и вышел.

Напряжение и отчаяние, вызванные неспособностью противостоять Энтони, привели Агнес в крайнюю степень смятения. Она мерила шагами комнату. Кто она? Женщина или девка? Всего несколько часов назад она считала брак с Энтони простой формальностью. Но было достаточно одного его прикосновения, взгляда, чтобы она растаяла, как лед на солнце. И он, черт бы его подрал, знал это!

К восьми часам вечера Агнес потеряла всякое терпение. Ей в номер доставили подвенечный наряд и охапку нарядов для подружек невесты. Патриция и Линнет с дочерьми прибыли следом. Агнес неподвижно стояла посреди комнаты, а женщины наряжали девочек в свадебные белоснежные кружева. Патриция тем временем поясняла, что идея принадлежит Энтони.

— Он такой предусмотрительный! — соловьем заливалась она.

У Энтони уже был определенный опыт, поскольку он женился во второй раз, а Агнес из упрямства хотела, чтобы все было просто и обыденно. Но Энтони пожелал видеть Агнес в подвенечном платье, поэтому и попросил Патрицию подобрать подходящий для этого случая туалет. Отец Агнес, Хелен, Линнет, бабушка — все как один были за настоящую свадьбу.

Агнес, чтобы хоть как-то усмирить негодование, напустила в ванну теплой воды и недолго полежала в ней. А потом отправилась приводить себя в порядок перед свиданием с Энтони. Она достала из шкафа синее шелковое трикотажное платье, надела и встала перед зеркалом. Юбка заканчивалась намного выше колен, и Агнес недовольно разгладила облегающую ткань на бедрах. То ли она поправилась, то ли платье село после стирки.

Макияж занял всего несколько минут, прическа и того меньше — Агнес просто зачесала волосы назад, и они свободно упали до самой талии. Без пяти минут девять она взяла сумочку и спустилась в холл, где ее немедленно окружили родственники.

Подошедший Паоло галантно поцеловал руку Агнес.

— Вы выглядите потрясающе. А где Энтони?

— Не знаю... — растерялась она, и в то же мгновение сильная рука обвила ее талию.

— Я здесь, Паоло. Можешь не беспокоиться, присмотрю за моей дамой.

Сердце Агнес на мгновение остановилось. Она медленно повернулась к Энтони и улыбнулась ему. Он притянул ее к себе и поцеловал прямо в губы.

Пульс Агнес разогнался до скорости света, когда она ощутила сквозь одежду прикосновение восставшей мужской плоти.

— Ты помешан на сексе! — зло прошипела Агнес, пытаясь оттолкнуть Энтони. — Как ты посмел просить Патрицию покупать для меня подвенечное платье!

Последовал еще один долгий страстный поцелуй, заставивший Агнес замолчать. И, когда Энтони позволил ей перевести дыхание, сил противоречить жениху у Агнес уже не осталось. Не имело значения, как часто он касался ее, реакция следовала всегда одна и та же, время ничего не изменило.

— Что ты делаешь? — едва слышно спросила Агнес.

— Не то, что мне хотелось бы, — прошептал Энтони ей на ухо и медленно ослабил объятия.

Агнес была готова провалиться сквозь землю. Как он посмел вести себя подобным образом в присутствии ее семьи?! Ее глаза метали в Энтони молнии. Он был одет в превосходно сидящий белый смокинг, узкие черные брюки, подчеркивающие стройность фигуры. Великолепный образец идеального мужчины. Он полностью контролировал свои чувства и поступки, и это придавало еще больше притягательности его мужскому обаянию.

— Ты выглядишь потрясающе, Агнес. Я самый счастливый на свете мужчина.

Через два часа после обеда Агнес пришла к заключению, что он удался. Жаль только, она не помнила, что ела. В элегантно обставленном зале был накрыт длинный прямоугольный стол для всей компании. Агнес сидела рядом с Энтони во главе стола. Она улыбалась, мило болтала, а про себя молилась, чтобы вечер скорее закончился. Агнес чувствовала себя кошкой на раскаленной крыше. Если Энтони еще раз дотронется пальцем до ее губ, якобы для того чтобы предложить ей попробовать то или иное яство, она его откусит.

Обед подошел к концу. Энтони во всеуслышание назвал Агнес своей любовью на все времена и провел пальцами по ее груди, делая вид, что поправляет непослушную прядь волос. Агнес посмотрела ему в глаза.

— Ты так добр ко мне. Энтони, — с улыбкой произнесла она и что было силы пнула его под столом ногой по голени.

Энтони запрокинул голову и громко рассмеялся.

— Агнес, тебе нет цены!

Бесценной Агнес себя не ощущала, скорее она чувствовала ярость и отчаяние, что поддается на изобретательные уловки Энтони, задавшегося целью постоянно держать ее в возбуждении.

— Эй, что за шутка?! Мы тоже хотим посмеяться! — выкрикнул Паоло.

— Это личное, очень личное, — ответил Энтони и нежно посмотрел на Агнес. — Это наш секрет. Я правильно говорю, дорогая?

Для всех сидящих за столом слова Энтони не представляли особого интереса, но для Агнес были предупреждением. Это их личная война, но ничто не должно расстраивать мирного течения вечера. Агнес взяла бокал и осушила его, избегая взгляда Энтони.

— Кстати, Энтони, тебе надо уйти до полуночи, — заметил Гектор, когда подали кофе. — Считается плохой приметой, если жених видит невесту в день бракосочетания до начала церемонии.

— Я обеими руками за традиции, — заверил его Энтони. — Поэтому ровно в полночь я отправлюсь в свою холостяцкую спальню.

Он скорчил грустную мину, и все, кроме Агнес, засмеялись. Она же смогла лишь выдавить напряженную улыбку. Как они все могут так обманываться? — удивлялась она. Как они не видят ложь, скрывающуюся за этим умным выразительным лицом?

Агнес чувствовала себя загнанной в угол. Она с облегчением вздохнула, когда на маленькой сцене заиграл оркестр и Дик пригласил ее на танец.

— Мы еще не успели с тобой поговорить, — сказал он и, мельком взглянув на Энтони, добавил: — Если ты, конечно, не возражаешь.

— Конечно, он не возражает, — ответила за Энтони Агнес и вскочила.

Ей было необходимо хоть на несколько минут избавиться от гнетущего присутствия Энтони. Схватив Дика за руку, она буквально потащила его на танцевальную площадку, где уже кружились несколько пар. Агнес положила руки на плечи Дика и почувствовала облегчение.

— Слава Богу! — выдохнула она и в первый раз за этот вечер неподдельно улыбнулась. — Как я рада тебя снова видеть, Дик! Я не знала, что ты тоже приедешь.

— Энтони позвонил мне на прошлой неделе и сообщил хорошую новость. Моя любимая девочка выходит замуж! Как я мог отказаться? К тому же твой жених — мастер уговаривать. Я сомневаюсь, что кто-либо посмел бы ему отказать.

— Ты верно говоришь, — с чувством произнесла Агнес. Улыбка исчезла с ее лица.

— Не такой ответ я ожидал услышать от влюбленной женщины. Что случилось. Агнес?

— Ничего, — пробормотала она, не желая вмешивать Дика в свои проблемы.

— Ну давай же, это я, твой давний приятель. Я знаю тебя лучше, чем ты сама. Я весь вечер наблюдал за тобой. Ты смеялась через силу, и улыбка у тебя натянутая. Ты на себя не похожа. Ты всегда была естественной...

Слезы заблестели в глазах Агнес. Она неожиданно почувствовала, что ей просто необходимо с кем-то поделиться своими бедами.

— Спасибо за поддержку, Дик. Ты прав.

И, пока они кружились по площадке, Агнес рассказала другу о завещании Бруно и обо всем, что произошло после его смерти.

— Бруно преподнес тебе подарок, — сухо заметил Дик. — Даже после смерти от него нет покою. Но это не твоя проблема, Агнес. Тебе просто нужно спросить себя, любишь ли ты Энтони. Все остальное не важно. Поверь мне, я знаю.

— Да, я всегда любила его, — сдержанно призналась Агнес, ее голос был полон печали. — Но Энтони никогда меня не любил. Я заблуждалась, и ты знаешь, что в результате произошло. Он влюбился в другую.

— Не уверен в этом, — задумчиво проронил Дик. — Энтони Форнари — итальянец до мозга костей. В то время он сделал бы все, лишь бы облегчить участь умирающего отца. Он очень долго скрывал от отца сексуальные наклонности Бруно. Женитьба, которую одобрял отец, представлялась Энтони хорошим поступком. Что же касается любви к той женщине, он, возможно, и думал, что любит ее, но мужчины так же, как и женщины, часто ошибаются в своих истинных чувствах.

— С каких это пор ты стал так хорошо разбираться во взаимоотношениях полов? — сухо осведомилась Агнес.

— С тех пор, как совершил ошибку в отношении Бруно. Это могло стоить мне жизни.

— Но ты же любил его. Я была вместе с вами. Я помню.

— Нет, это была дружба, безрассудная страсть. Мы долго не расставались, потому что Бруно, как доминирующая личность, все время уверял меня, что мы влюблены друг в друга. Но однажды на какой-то вечеринке я понаблюдал за его поведением и, к своему удивлению, обнаружил, что он мне безразличен, я даже не ощущал ревности. Я понял: то, что я чувствовал, не было любовью. Теперь я знаю разницу. Видишь, Агнес, мы все можем совершать ошибки.

— Спасибо, конечно, но мне легче не стало. Энтони любил свою жену. Он до сих пор не выносит даже упоминания о ее смерти.

— Но ее уже нет, Агнес. Она больше не встанет между вами. Энтони нужна женщина из плоти и крови. — Дик слегка отстранился от Агнес, довольно долго рассматривал ее и с чисто мужской удовлетворенностью произнес: — А ты именно такая! Посмотри на Энтони — он наблюдает за тобой как ястреб.

Агнес чуть повернула голову и увидела, как Энтони встает из-за стола, не сводя с нее глаз.

— Поверь мне, Агнес, ты нужна ему. Мы долго говорили с Энтони на прошлой неделе. Я уверен, он любит тебя, даже если не хочет это признать. Не упускай свой шанс.

— Шанс на что? — прервал их беседу низкий мелодичный голос Энтони. — Ты, Дик, слишком долго танцуешь с моей невестой. Разреши...

— Пожалуйста. — Дик усмехнулся и, наклонившись, легонько чмокнул Агнес в кончик носа. — Давай же, — прошептал он, прежде чем уступить партнершу по танцу Энтони.

— Этот парень точно голубой? Я видел, как он смотрит на тебя, — поинтересовался Энтони, обвивая сильной рукой ее талию и крепко прижимая Агнес к своему сильному телу.

Она запрокинула голову и посмотрела в глаза посерьезневшему вдруг Энтони.

— Ревнуешь к Дику?

— Я не так глуп. Если бы твой ближайший друг не был геем, я ни за что не пригласил бы его.

Агнес рассмеялась.

— Рад, что развеселил тебя. Я пытался сделать это весь вечер.

Энтони слабо улыбнулся и поднес руку Агнес к губам. Он долго целовал ее пальцы, прежде чем вступить в плавный ритм танца.

— Ты действительно пытался меня рассмешить? — удивилась Агнес, подумав, что он скорее хотел соблазнить ее. Тонкой рукой Агнес обвила шею Энтони и стала нежно теребить черные шелковистые волосы на его затылке. — А мне казалось, что ты дразнишь меня... — Она прижалась щекой к груди Энтони.

— Берегись, Агнес! — прохрипел Энтони, крепче прижимая ее к себе. — Ты играешь с огнем.

Ее чувствительная плоть немедленно отреагировала, соски напряглись, как почки весной, острое физическое желание стремительно нарастало.

— Я не играю, — прошептала Агнес и в свою очередь спросила: — А ты?

Однажды Энтони уже сыграл на ее чувствах. У нее не было оснований считать, что на этот раз все будет иначе. Агнес, затаив дыхание, ждала ответа. Дик посоветовал ей рискнуть. В конце концов, Франческа умерла, а Энтони полон жизненных сил.

Энтони посмотрел Агнес в глаза долгим, пристальным взглядом.

— Я никогда не играю, — мрачно произнес он и плотно прижал Агнес к своей отвердевшей плоти. — Думаешь, мне нравится ходить в таком состоянии и страдать по тебе? Между нами всегда была сильная связь, и мы не в силах что-либо изменить. И так будет всегда.

— Не всегда, — возразила она.

— Нет, даже тогда, — признался Энтони.

Он хорошо понимал, что имеет в виду Агнес. Ему было неприятно вспоминать о своем поступке. Но в то время он был слишком самонадеян и, приняв решение, что пора жениться, взялся за дело с тем же рвением, с каким занимался бизнесом. Энтони был абсолютно уверен в себе и ни на минуту не сомневался, что поступает правильно. Он желал доставить удовольствие отцу, и ему казалось, что счастливым станет и он сам.

Агнес не поверила ему. Энтони все время играл, он ничем не гнушался, чтобы достичь своей цели. Она дала волю застарелым злости и обиде:

— Не лги! Я не забыла, как ты назвал меня отвратительной похотливой дрянью, а еще шлюхой!

Правильные черты лица Энтони исказились, боль мелькнула в темных как ночь глазах.

— Я был отвратителен сам себе, Агнес. Заявление Бруно, что он собирается на тебе жениться, привело меня в ярость. В глубине души я, конечно, понимал, что он лжет. И, несмотря ни на что, я должен был с тобой встретиться, лично убедиться. Когда я увидел тебя — нежную и желанную, я забыл обо всем. Я не мог противиться охватившей меня страсти, в этот момент ничего, кроме тебя, не существовало. Я изменил своей невесте и ненавидел себя за это, но выместил злость на тебе. Поверь мне. И, если я своей грубостью причинил тебе боль, прости.

«Если»... Да он почти убил ее, и даже не понял, что сделал... И все же, всмотревшись в печальное лицо Энтони, Агнес поверила в его раскаяние.

— Я никогда не хотел причинить тебе боль. Завтра наша свадьба... — Энтони попытался улыбнуться. — Давай попробуем забыть о прошлом и станем думать о будущем.

Он гладил ее спину и все крепче прижимал к себе. Агнес готова была сдаться.

— Пожалуйста! — Энтони просил впервые в жизни.

Он был последним глупцом, когда упустил эту женщину. Он наслаждался сексом с ней и в то же время уговаривал себя полюбить девушку, подходящую, по его мнению, на роль жены. Теперь он понимал: любовь — это иллюзия, а страсть — реальность. Энтони мгновенно возбуждался при виде Агнес, и ему это не нравилось. Но больше он не будет остолопом и не отпустит Агнес, чтобы потом страдать без нее. Он не мазохист.

Глаза Энтони потемнели. Агнес точно знала, чего он хочет, о чем просят его глаза, пронизывая ее насквозь бездонными черными зрачками. Чтобы успокоить, Агнес положила руку на грудь Энтони и ощутила неровное биение его сердца. Он желал ее, и Агнес тоже хотела его. Она повзрослела и больше не считала Энтони богом, непогрешимым идолом, но все еще продолжала любить его.

Агнес хорошо понимала, почему он женится на ней. Энтони не мог доверять ее слову, боялся, что она продаст акции кому-то еще. Энтони никогда никому не доверял. Но был вопрос, который действительно беспокоил Агнес. Готова ли она забыть всю горечь и боль и принять то, что предлагает ей Энтони? Это по меньшей мере три месяца сексуального удовольствия, и, возможно, за это время Энтони узнает ее лучше и полюбит. Может, действительно рискнуть?

— Агнес, — Энтони склонился к ее лицу, — что ты мне ответишь?

Отказаться? Она заглянула ему в глаза и была поражена неподдельным волнением, которое Энтони и не пытался скрыть. Так что же, согласиться и, насладившись совместной жизнью, через несколько месяцев покинуть Энтони с гордо поднятой головой? Но для этого надо было быть зрелой и сильной.

— Да...

Больше Агнес ничего не удалось сказать — Энтони впился в ее губы.

— Это переходит в привычку, — засмеялся где-то рядом Паоло. — Оторвитесь же друг от друга!

Энтони вздохнул и поднял голову. Он слегка ослабил объятия, но рука все еще продолжала обвивать тонкую талию Агнес.

— Дорогая, мы, кажется, устроили представление, — прошептал он, осторожно отводя длинную прядь волос с лица Агнес.

— О Боже! — воскликнула Агнес и зарделась.

Она неожиданно поняла, что музыка давно уже не играет, а все присутствующие с любопытством наблюдают за ними. Агнес попыталась высвободиться из объятий Энтони. Он усмехнулся, сомкнул руки в замок на талии Агнес и тихо, чтобы не слышали окружающие их гости, произнес:

— Паоло прав. Уже поздно, и мне нужно оставить тебя. Если я и буду когда-нибудь счастлив, этот день наступит завтра... — И он лукаво улыбнулся ей.

Щеки Агнес горели так сильно, что, ей казалось, они освещают весь зал. Опершись на руку Энтони, она шла к столу на дрожащих ногах. Агнес навсегда отказалась от мысли, что сможет противиться Энтони.

— Да, старина, если у меня и были какие-то сомнения относительно поспешности брака, то сегодня они окончательно рассеялись. — Гектор похлопал будущего зятя по спине. — Но прими мой совет на будущее: постарайся быть более осмотрительным.

— Я буду стараться, сэр!

Мужчины обменялись понимающими улыбками.

— А вы, пожалуйста, присмотрите за Агнес до завтрашнего утра. — Энтони поцеловал Агнес в бровь. — Тебе пора спать, дорогая. Уже поздно.

Агнес не нуждалась ни в присмотре, ни в напоминании о позднем часе. Но кто знал, что можно от нее ожидать, после устроенного ею только что представления?