Прочитайте онлайн Единорог и три короны | Часть 6

Читать книгу Единорог и три короны
3118+18193
  • Автор:
  • Перевёл: Е. Д. Мурашкинцева
  • Язык: ru

6

Рано утром Тибор и его ученица спустились в конюшню, чтобы приготовить лошадей. Камилла оделась в скромный мужской костюм черного цвета, надеясь, что в этом одеянии ее красота будет не так бросаться в глаза. Высокие сапоги из мягкой кожи, суконная треуголка и широкий серый плащ дополняли ее походный наряд.

Она с необыкновенным тщанием седлала коня, действуя с непривычной для себя медлительностью и стараясь сосредоточиться только на том, чем занималась в данную минуту, — иначе ей было бы трудно справиться с горечью разлуки, ибо покидала она людей, которых глубоко любила. А силы нужно сохранить, поскольку предстоит долгий — и в прямом, и в переносном смысле — путь. Необходимо невредимой добраться до Турина, избегая ловушек и засад со стороны тех, кто отныне знал, где ее искать; по прибытии же в столицу убедить короля, что она действительно его внучка, а главное — достойна стать полноправным членом савойского дома; наконец, она должна найти убийц своих родителей и воздать им по заслугам за отвратительное преступление.

Камилла чувствовала, что может совершить все это, однако с тревогой думала о неизвестных и неминуемых испытаниях.

И вот настала минута прощания. Девушка ощущала растерянность: знакомые места уже казались ей чужими, а будущее расплывалось в тумане. Внезапно она увидела Пьера — тот решительным шагом направлялся к ней, неся на плече маленький узелок.

— Неужели ты воображаешь, что я останусь прозябать здесь, пока ты будешь странствовать по свету? — воскликнул юноша, притворившись рассерженным.

Девушка невольно рассмеялась. Пьер единственный продолжал обращаться к ней на «ты», и ей это очень нравилось. Вот и сейчас фамильярный тон друга детства помог ей справиться с волнением. Впрочем, она тут же стала серьезной и с сожалением произнесла:

— Как бы мне хотелось взять тебя с собой! Но нам предстоит очень опасное путешествие… Было бы несправедливо подвергать риску и тебя! А твоя мать? О ней ты подумал? Ты нужен ей здесь. Нет, боюсь, это невозможно.

Кларисса поспешно вмешалась в разговор:

— За меня не беспокойтесь, наоборот, я с радостью отпущу Пьера. Я знаю, что он будет за вами присматривать. Не забудьте, ведь именно он предупредил вас о тех двух бандитах. А я буду очень гордиться тем, что он увидит Турин, нашу столицу. Какое будущее ждет его в этой глуши? А там перед ним откроются многие пути. Любая мать порадовалась бы, зная, что дети ее приняты при королевском дворе.

Камилла бросилась в объятия савоярки. Она понимала, с какой мукой славная женщина согласилась отпустить единственного сына, и была ей признательна. Поцеловав свою нянюшку в последний раз, она вскочила в седло.

Барон подошел к ней попрощаться:

— Не забывайте: для всех вы — Камилла де Бассампьер, племянница верного королевского слуги, уроженка Савойи. Постарайтесь избегать любых разговоров с незнакомцами, будь то по дороге или на постоялых дворах. Главное же — не признавайтесь, куда едете. Вот золото. Разделите его на три части для пущей надежности — если одного из вас ограбят, у вас все равно останутся деньги.

— Понятно, дядюшка.

— А еще возьмите вот эти пистолеты. Это — мой подарок. Осторожнее, они заряжены. Заткните их за луку седла.

— Спасибо за оружие, — сказала она и тут же несмело добавила: — Но золото я взять не могу, оно ваше. Мое воспитание обошлось вам недешево.

— Никто из Бассампьеров не служил королю в надежде получить вознаграждение. К тому же, — сказал старик так тихо, что только Камилла могла слышать его слова, — ты не стоила мне ни гроша, дитя мое.

Она поклонилась барону, взволнованная до глубины души. Затем, вонзив шпоры в бока лошади, помчалась навстречу своей судьбе.

Путешествие открыло перед Камиллой и Пьером совершенно новый мир — ведь оба прежде никогда не заходили дальше соседней деревни. Правда, барон дважды возил свою воспитанницу в Аннеси, но это случилось очень давно.

Пьер оказался чудесным спутником: все приводило его в восторг, а своими веселыми репликами он ухитрялся забавлять даже Тибора. Камилла уже почти забыла о нависшей над ней угрозе. Вокруг столько необычного!

Положившись на Тибора, молодые люди всецело отдались радостному чувству новизны. К тому уже венгр, к их удивлению, казалось, прекрасно знал дорогу.

А молчаливый оруженосец, отнюдь не разделявший беззаботности своих подопечных, бдительно присматривался ко всем встречным. Впрочем, на троих всадников также глядели во все глаза, и Тибор вынужден был с огорчением признать, что они вызывают повышенный интерес несмотря на все усилия остаться незамеченными. На самом деле это было очень странное трио: гигант с устрашающими рыжими усами и белокурый карлик, а посредине — слишком красивый и слишком хрупкий на вид юноша.

Тщетно оруженосец бросал направо и налево свирепые взгляды в надежде припугнуть зевак — те все равно продолжали глазеть на необычную кавалькаду. Понимая, что именно его экзотическая внешность привлекает взоры, он все же не мог принудить себя расстаться с предметом своей гордости — роскошными усами, падавшими ему на грудь, равно как и распустить рыжие волосы, связанные пучком на темени по обычаю его предков. Он знал, что облегчает этим задачу убийц, погубивших некогда его незабвенного принца. Любому шпиону из этой банды не составит труда догадаться, кто он такой.

Если бы дело было только в нем самом, он не особенно бы тревожился. Но на его попечении находилась юная принцесса, и это все меняло.

Когда они приехали в Шамбери, одно малозначительное, на первый взгляд, происшествие подтвердило худшие его опасения. Это случилось у герцогского дворца. Камилла страстно желала увидеть замок предков, и они задержались здесь на несколько минут, чтобы полюбоваться величественным строением. Внезапно Тибор почувствовал, что кто-то пристально на него смотрит.

Разумеется, он уже отчасти привык к этому, однако в глазах незнакомца не было ни изумления, ни восторга, с какими зеваки разглядывали обычно верзилу дикарского обличья. Нет, судя по выражению лица, незнакомец узнал его. А еще Тибору показалось, будто при взгляде на Камиллу в глазах этого человека вспыхнуло пламя.

Он попытался подъехать поближе, но тут перед его лошадью сгрудились какие-то люди, ему пришлось придержать коня, когда же он вновь поднял голову, незнакомец исчез.

Тем временем девушка неотрывно смотрела на старый замок, еще несколько лет назад стоявший к развалинах, но теперь восстановленный архитектором Жюваррой. Это было внушительное сооружение с высокими стенами и мощными башнями — именно здесь в течение долгого времени находилась резиденция принцев Савойских. Неужели она действительно принадлежит к этой династии, одной из самых древних в Европе, давшей стольких выдающихся деятелей? Да, она была членом этого дома, и сердце ее наполнилось чувством горделивой радости.

Но внезапно она ощутила смутную тревогу. Она подумала, что совершенно не знает своего деда, а тот, вероятно, даже не подозревает о ее существовании. Осмелится ли она прийти к нему и сказать без обиняков: «Я Диана-Аделаида, ваша внучка»? Как отнесется он к незнакомке, претендующей на столь знатное родство? Признает ее или же, напротив, с презрением оттолкнет?

Единственным доказательством ее происхождения был медальон, который она с благоговением надела себе на шею. Будет ли этого достаточно, чтобы доказать свое право называться принцессой Пьемонтской и Сардинской? Камилла уже начинала сомневаться в разумности затеянного предприятия. Внезапно ей показалось, что король Виктор-Амедей, как и любой здравомыслящий человек, сочтет ее честолюбивой самозванкой. Впрочем, разве не мог ошибиться и сам барон де Бассампьер? Положительно, вся эта история больше походила на сказку.

Девушка еще не знала, что события следующего дня целиком подтвердят — хотя и весьма своеобразно — обоснованность ее притязаний.

Но сейчас она уже ничему не верила, и только Пьеру удалось оторвать ее от горьких раздумий.

— Ну что ж, — промолвил карлик снисходительно, тоном человека, привыкшего к подобной роскоши, — совсем недурной замок. Не понимаю, отчего вы хмуритесь, мэтр Тибор? Вам не по нраву эта резиденция савойских герцогов?

Венгр не удостоил Пьера ответом, однако Камилла тоже обратила внимание на мрачный вид оруженосца:

— Что случилось, Тибор?

— Надеюсь, ничего серьезного, — пробурчал тот. — Нам пора ехать.

Покинув Шамбери, они свернули на дорогу, ведущую в Турин. Тибор принял решение остановиться на ночь в одном из постоялых дворов в долине Морьен.

Когда они миновали Монмелиан, в те годы еще находившийся под властью французов, Пьер машинально взглянул на скалу, прозванную Сторожевой, и вскрикнул от изумления:

— Смотрите, там, наверху, женский профиль!

Действительно, на камне четко выделялась голова савоярки в остроконечном чепце. Тибор перекрестился. В его стране языческие верования были еще сильны, поэтому в каменном рисунке он видел не игру природы, а дух могущественной женщины, пожелавшей воплотиться в скале. Камилла с трудом сдержала улыбку, ибо вовсе не желала обидеть своего верного оруженосца.