Прочитайте онлайн Воровская семейка | Глава двадцатая

Читать книгу Воровская семейка
3616+2335
  • Автор:
  • Перевёл: Ольга Косова

Глава двадцатая

Кэт поздно вернулась домой. Точнее, в загородный дом семьи Гейла. Ее единственным домом был особняк из коричневого камня в Нью-Йорке, и хозяин этого дома строго-настрого запретил ей делать то, что она собиралась сделать.

Девушка почувствовала, как тяжелый конверт с фотографиями натирает ей кожу: она засунула его за пояс джинсов. Спрятала ото всех. Холл был большим, холодным и пустым. На стенах висели портреты давно почивших Гейлов. Кэт представила, как каждую ночь они караулят, когда домой вернется хоть один из живых членов семьи.

Кэт скучала по дяде Эдди.

Ей вдруг больше всего на свете захотелось отведать его супа.

И поговорить с отцом.

Она сделала шаг вперед и снова почувствовала тяжесть конверта. Внезапно Кэт захотелось позвонить всем, кого она когда-либо знала, и велеть им прятаться, бежать. Но все ее друзья были профессиональными ворами. А они всю жизнь прятались.

— Ангус, она вернулась! — голос Хэмиша Бэгшоу звучал необычно, Кэт была уверена в этом. Он уселся на нижнюю ступеньку, ожидая, пока девушка приблизится.

Хэмиш широко улыбнулся, чавкая жевательной резинкой. В коридор вошел его брат, в руках у него была миска со льдом.

— Отлично! — сказал Ангус.

Кэт хотела продолжить свой путь, но Ангус преградил ей дорогу.

— Мы надеялись украсть минутку твоего драгоценного времени, — сказал он.

Хэмиш быстро оглядел пустой коридор и добавил:

— Поговорить наедине.

Ангус был старше брата на одиннадцать месяцев и немного выше его. Волосы обоих мальчиков были оттенка, среднего между белокурым и рыжим, а их кожа была такой светлой, словно могла запросто обгореть даже в облачный день. У братьев были широкие плечи, но тощие мальчишеские руки, и Кэт вдруг осознала, что обоим еще предстояло вырасти — и пока они были больше детьми, чем мужчинами.

— Что такое? — спросила она.

— Мы хотели поговорить с тобой еще давно, насчет… ну… недавних печальных событий, и мы просто хотели сказать…

— Постой-ка. — Кэт прервала Ангуса. — Каких еще печальных событий?

— Ну… — начал Хэмиш. — У нас были небольшие проблемы недавно…

— В Люксембурге? — спросила Кэт.

— Так старик Гейл рассказал тебе? — спросил Хэмиш. — Это было отличное дельце, отличное…

— Хэмиш! — строго сказала Кэт. Братья одновременно покачали головами.

— После Люксембурга, — признался Ангус.

— Что… — начала Кэт, но Хэмиш уже обнял ее за плечи и произнес:

— Знаешь, что мне в тебе нравится больше всего, Кэт?

— Помимо твоей красоты, — встрял Ангус, но Кэт прекрасно знала, что ни один из братьев никогда не думал о ней как о девушке.

— Да, помимо этого, — кивнул Хэмиш.

— И твоего ума, — добавил Ангус.

— Да, блестящего ума, — согласился Хэмиш.

— Ребята, — терпение Кэт начало иссякать. — Что произошло?

— Понимаешь, Кэт, дело не столько в том, что… — Ангус сделал долгую паузу.

— Сколько в том, с кем, — закончил его брат.

Ангус отошел на шаг, пристально изучая Кэт.

— Ты что, правда ничего не слышала? — Кэт отрицательно помотала головой, и Ангус опустил глаза. — Да уж, далеко ты была, ничего не скажешь…

Кэт посмотрела на братьев и еще сильнее, чем в день, когда она переступила порог кухни дяди Эдди, почувствовала: она действительно сделала это. Катарина Бишоп отошла от дел. Один раз. Ненадолго. Но по-настоящему — все это не было сном.

— Что случилось? — снова спросила она.

— Ну, все не так плохо, — сказал Хэмиш. — Просто нам не стоило…

— Так, мне что, позвонить дяде Эдди? — пригрозила Кэт.

— Мы не знали, что они монашки!

В мире воров есть правило, даже более древнее, чем псевдонимы — истина, которую не может обойти даже лучший из лгунов: нельзя обманывать честного человека. Если ты это сделаешь…

Ты пожалеешь.

— Мы в черном списке, Кэт, — признался Ангус, виновато глядя на брата. — Дядя Эдди запретил нам работать на время, но твой отец всегда был к нам так добр… Если ты скажешь, что мы должны уйти, мы уйдем. Если скажешь, чтобы остались…

Кэт стояла и смотрела на мальчишек, которые когда-то украли ее первый выпавший зуб, чтобы продать его зубной фее. На двух парней, которые стащили тиранозавра Рекса из Музея национальной истории — вынося по одной косточке за раз.

— Ребята, дядя Эдди запретил всем нам соваться туда.

Кэт развернулась и направилась прочь по огромному пустому коридору.

— Вы в деле!

Когда минуту спустя Кэт вошла в библиотеку, она сразу почуяла неладное.

Во-первых, Саймон был бледнее обычного. Во-вторых, Габриэль лежала на диване, задрав ноги, с мокрой повязкой на голове; ее волосы были растрепаны. А когда Ангус поставил у ее изголовья миску со льдом, ни один из братьев даже не попытался заглянуть в ее декольте.

— С возвращением. — Кэт увидела Гейла, в странной позе прислонившегося к подоконнику в дальнем углу комнаты — полусидя, полустоя. Он сделал шаг вперед. — Я так рад, что ты наконец к нам присоединилась.

Кэт почувствовала тяжесть конверта, приклеившегося к ее животу. Она могла поклясться, что слышала, как бумага трется о ее джинсы — звук был громче, чем крик в пустой комнате. Но она понимала, что собственный разум и слух обманывают ее. Играют с ней в игры. Возможно, в Колгане она потеряла еще кое-что — свою фирменную невозмутимость.

— О, я в порядке, Кэт, спасибо, — ответила Габриэль на незаданный вопрос, небрежно махнув здоровой рукой. — Думаю, ожоги на моих ступнях быстро заживут!

Но никто не произнес ни слова. Все только посмотрели на Кэт, явно не желая озвучивать плохие новости.

— Что? — спросила Кэт, оглядывая комнату.

— Саймон, — произнес Гейл, плюхнувшись на один из кожаных диванов и задрав кверху ноги. Он жестом показал Саймону, чтобы тот начинал.

— Врачи из скорой сказали, что головокружение пройдет само, — сообщила с дивана Габриэль. Но никто не обратил на нее внимания.

— Ну… — медленно начал Саймон.

С трех сторон от него стояли открытые ноутбуки. К одному из них был подключен маленький прибор, который Саймон носил в музей, а на всех трех экранах мигали трехмерные изображения.

— Это… — Саймон выглядел так, словно пытался подобрать верный технический термин. — Это сложно.

— И они дали мне прекрасную мазь для обожженных кончиков моих пальцев, — снова встряла Габриэль. Никто не отреагировал.

— Ты хочешь сначала услышать хорошие новости или плохие? — спросил Саймон.

— Хорошие, — одновременно сказали Кэт и Гейл.

— Последние полгода в музее Хенли обновляется система безопасности — которая и раньше была хороша. Скажем прямо, очень хороша. Так что новая система…

— Мы же просили хорошие новости, — сказал Гейл.

Саймон кивнул.

— Такие перемены не происходят за одну ночь, так что они делают это постепенно, зал за залом, начиная с самых важных и…

— Зал Романи не первый в списке? — догадалась Кэт.

Саймон покачал головой.

— Далеко не первый. Так что если где-то в Хенли и есть слабое место, то это оно.

Кэт провела долгие часы, гадая, почему Романи выбрал именно этот музейный зал. Она знала, что случайности здесь быть не могло. Должна была найтись причина, почему такой вор, как Романи, выбрал эту выставку, а не зал, посвященный эпохе Возрождения, или другую гордость музея Хенли. И причина нашлась. Кэт улыбнулась. Мир снова начал обретать привычные очертания.

— А плохие новости? — спросил Гейл.

Саймон пожал плечами.

— Это по-прежнему Хенли.

На какое-то время в комнате повисла тишина: все пытались осознать масштабы работы, которую предстояло проделать. В мире Кэт успех настолько зависел от деталей, что общая картина порой ускользала. Но Кэт хорошо понимала, что они делают. И когда долгая пауза закончилась, все думали об одном.

— Система охраны абсолютно замкнута, — продолжил Саймон пару минут спустя. — Я никак не смогу взломать ее извне. Но это мы и так знали.

— Как насчет того, чего мы еще не знаем? — нетерпеливо сказал Гейл.

— Да, — сказал Саймон, указывая пальцем на Гейла, словно тот подсказал ему блестящую мысль. — Они уже обновили провода во всем здании. Это новейшая система безопасности. Серьезно, она очень крутая…

— Саймон, — сурово прервал его Гейл.

— Ну… это и есть плохая новость, — закончил Саймон. — Ее невозможно взломать. Даже подсоединившись к главному компьютеру, я бы не смог отключить всю систему.

— Я очень надеюсь, что будут и хорошие новости, — сказал Хэмиш.

Саймон улыбнулся.

— Переделывать что-то в старых зданиях вроде Хенли… непросто, — произнес он с горящими глазами.

— И? — поторопил его Гейл.

— И иногда, когда они запускают новую систему… — начал Саймон, но Кэт уже кивнула, догадавшись.

— Они оставляют старую на месте, — закончила она. Девушка взглянула на Гейла, и они в один голос произнесли:

— Как тогда в Дубае.

Саймон кивнул.

— Я не говорю, что смогу просто взять и запустить ее, но если бы я проник в кабинет службы безопасности всего на пятнадцать минут… И если я прав… Это откроет нам путь в самое сердце Хенли.

— Так и сделаем, — сказал Гейл, но осекся и, посмотрев на Кэт, сделал жест, как бы говоривший: «Только после вас».

Кэт повернулась к сестре.

— Габриэль, что нам удалось выяснить?

Габриэль уставилась на кузину.

— Нам удалось выяснить, что в следующий раз, когда захочешь узнать, какие передовые системы защиты кто-то себе купил, ты можешь… — Девушка откинулась на подушки и замолчала. — Так, о чем это я?

Кэт посмотрела на братьев.

— Решетки опустились ровно через одну целую две десятых секунды после контакта, — сказал Ангус.

— Главный холл был заблокирован менее чем через пять секунд после этого, — добавил Хэмиш, закидывая ногу на ногу. — Нам не стоит делать ничего, предполагающего быстрый побег через ближайший выход, это точно.

— Ага, — согласился Ангус. — Эти парни из секьюрити не создают впечатления, что мы сможем среди бела дня выйти через парадную дверь с пятью картинами под мышкой.

— Даже если это не их картины, — сказал его брат.

— Отлично, — отозвалась Габриэль с дивана. — Я похоронила свой маникюр просто так.

— Не просто так, — возразила Кэт. — Благодаря тебе, Гэбс, мы только что полностью исключили полдюжины способов ограбить Хенли.

— Может, «Мэри Поппинс»? — предложил Гейл спустя четыре часа.

— А ты знаешь способ вызвать дождь до вторника? — спросила Габриэль.

— «Пятичасовые тени»? — сказал Хэмиш.

— Запасные генераторы дадут нам только пятнадцать секунд, — ответил Саймон, качая головой.

Они перебрали уже все известные способы, включая несколько, как подозревала Кэт, придуманных на ходу братьями Бэгшоу. Но девушка вспомнила о времени, только когда увидела, что Габриэль подавила зевок. Все внимание Кэт было поглощено часами, тикающими у нее в голове. Дедлайн. План действий. Она посмотрела на списки и диаграммы, которые они рисовали прямо на стекле библиотечных окон специальным маркером, а когда тот высох — подводкой для глаз.

— Бесполезно, — сказал Гейл, плюхнувшись на кожаный диван. — Если бы у нас был месяц… Хотя бы.

— У нас его нет, — напомнила ему Кэт.

— Или еще два-три человека…

Кэт закрыла глаза.

— У нас их нет.

— «Принцесса-невеста»? — предложил Хэмиш, но брат повернулся к нему со скептическим видом.

— А ты знаешь, где прямо сейчас отыскать шестипалого мужчину?

Кэт почувствовала, как изменилась атмосфера в комнате: надежда начала ускользать. Возможно, все слишком устали. А может, они просидели в этой комнате слишком много времени. Но Кэт буквально подскочила, когда Гейл произнес:

— Мы должны позвонить дяде Эдди.

— Нет. — Разумеется, Кэт подумала именно так. Но прошла пара секунд, прежде чем она поняла, что прозвучавший голос принадлежал Габриэль. — Дядя Эдди сказал «нет». Вы что, не понимаете? Если он отказался, значит… — девушка замолчала. Казалось, что вся ее энергия ушла на то, чтобы сесть прямо.

— Мы должны сделать это сами, — закончила Кэт за нее.

Саймон посмотрел на Кэт.

— А как насчет ночи? Романи ведь сделал это ночью.

«Если Романи сделал это», — подумала Кэт, но не осмелилась произнести. Она не хотела напоминать никому — и меньше всего себе самой — что за этими пятью картинами могли скрываться всего лишь самые чувствительные датчики против воров, когда-либо изобретенные человеком. Что все это могло оказаться охотой за призраками, мартышкиным трудом. Величайший обман, совершенный величайшим обманщиком, который никогда не существовал.

— Ты видишь это, Кэт? — Гейл показал на исчерченные схемами окна. — Один из этих планов мог бы сработать — возможно — для лучшей в мире команды из восьми человек. Правда, — Гейл повернулся, кивками пересчитывая своих друзей, — нас всего лишь шесть.

— Мы можем справиться вшестером.

— Но это очень рискованно.

— Да, — сказала Кэт, поворачиваясь к Гейлу. — Как и работать форточником, когда отец грабил лондонский Тауэр. Мне было пять, но я сделала это.

Братья Бэгшоу улыбнулись из угла.

— Хорошие были времена, — сказал Ангус.

— Сегодня ты пришла очень поздно. — Голос Гейла звучал прохладно, даже холодно. Кэт знала, что настало время рассказать про фотографии. Или молча уйти.

— Габриэль, — она повернулась к сестре, — спасибо тебе. И… э-э-э… выздоравливай. Саймон, — сказала Кэт, стараясь не смотреть на Гейла, — пока меня не будет, узнай, как нам проникнуть туда глазами и ушами.

— Договорились, — отозвался Саймон. — Мы можем… Постой, а куда ты уходишь?

Когда Кэт подошла к двери, Маркус уже ждал ее там с чемоданом в руках.

— Я подумал, вам это понадобится, мисс.

Гейл вздохнул.

— Париж? — он отвел глаза. — Передай от меня привет отцу.