Прочитайте онлайн ВИННИ-ПУХ И ЛЮБИ ДРУЗИ | ГЛАВА ШЕСТАЯ

Читать книгу ВИННИ-ПУХ И ЛЮБИ ДРУЗИ
2516+2675
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ, В КОТОРОЙ, К СОЖАЛЕНИЮ, НЕКОМУ БЫТЬ ШТИРЛИЦЕМ В ТЫЛУ КОМПАНИИ ОСЛИКА ИА

Но так как он не сказал, кто именно совершил Славное Дело, считая, что все и так знают, то Иа-Иа вдруг по ошибке принял всё Торжество на свой счёт…

Настал момент, чтоб рассказать

Про бело-голубую рать

Приверженцев Осла Иа,

Ища потребные слова.

Наборы едко-смачных слов,

Не лестных для друзей Ослов,

В предшествующей уж главе

Здесь прозвучали в большинстве,

Но, правда, в адрес их врагов,

Оранжевых Пуховиков.

Тем подтверждая, что зверьё

Имеет равное бытьё,

Каким бы не был флага цвет,

Что поднял их анахорет.

«Па-адонки!» - как их называл

Известный Попка-аксакал.

Нам будет разве что трудней

Построить гладь своих речей,

Ведь за ослистов не играл

Какой-то серый кардинал,

Чьим мыслям мы бы тет-а-тет

Могли проследовать во след.

Здесь Штирлиц свой не рассуждал

О том, как лучше править бал:

Тут каждый зверь претендовал

На званье «серый кардинал».

Но это трудные пути -

До кардинала дорасти.

Так вот - стан бело-голубой

Катился просто сам собой.

Опять к баранам возвратясь,

Продолжим нашей сказки вязь.

Иа Ослом и есть, и был.

Когда копытами не бил,

Имея слишком много сил,

Кому-то он казался мил.

Он был объемен из себя

И был уверенным, грубя,

Ибо отпора мог не ждать.

Осёл он, что с Осла-то взять?

Вот Винни-Пух - почти медведь,

Умел, ну, разве что реветь,

Хоть грозен на медвежий вид,

Но - абсолютно без копыт.

Иа ж имел авторитет,

Копыта крепки, как кастет,

Мог в лоб заехать хоть кому,

Врагу и другу своему.

Ведь согласитесь, быть Ослом-

Интеллигентом - просто в лом.

И всё равно любой зверёк,

Кто представлял Юго-Восток

(Почти любой), его любил -

Опять таки - по мере сил.

За что?! Да кто же разберёт,

Чем упивается народ.

Любви, увы, не приказать.

Умеют и Ослы влюблять

В себя, родименьких. Как знать,

Порою есть с Осла что брать.

Возможно тот, кто выдвигал

Осла вперёд, на том играл,

Что лес Иа сгноит дотла,

Оставив уши от Осла.

И зная, что Иа простак,

Он, выдвигатель, всех собак

На Ослика бы без забот

Повесил нА сто лет вперёд.

Но лес Иа не развалил,

Хоть пыжился, крутил, мутил.

Благодаря какой волшбе -

Но всё само шло по себе.

И это правильно в итоге:

То, что работает, не трогать.

Иа, конечно, возомнил

Что опытен да и не хил

Как менеджер-экономист,

Что шкурой чист и шелковист.

И от того лесной народ

Его с корыта не спихнёт.

Но вдруг оранжевый буран

Сорвал с Ослиных мечт стоп-кран.

Иа же этого не ждал,

Видать, о вечности мечтал.

Иа не мог предположить,

Что всем охота порулить?

Он не умел предполагать.

Осёл он. Что с Осла-то взять?

Помянут выше был, но так,

Чтобы не ночь, Лис Рыжак.

Он спонсором стал для Иа,

При том верша свои дела.

Как там у них чего сплелось,

Увы, узнать не удалось.

Хотя легенду вам о том,

Мы в приложение даём.

Лис больше всех претендовал,

Что он де серый кардинал.

Не быстро как-то и не вдруг,

Стал Лис Ослу как лучший друг.

Хоть не уютно то, ей-ей,

Иметь Ослам таких друзей.

Лис с виду - не ползучий гад,

Умён и сказочно богат,

По возрасту - не патриарх,

Лесной обычный олигарх.

Откуда же богатства воз? -

Всплывает исподволь вопрос.

Всё очень просто - слишком щедр

Объем лесных глубинных недр.

Хоть недра Лис не изучал,

И ничего про то не знал,

Из них он прибыль извлекал

И сколотил свой капитал.

Имел умение он в том,

Чтобы зверей набрать в наём.

Кто поумней - тех управлять,

Иных же - в шахты загонять.

Хотя, как утверждает зверь

Из разных лесовЫх земель,

В начале Лис свой капитал

Одним бандитством добывал.

Но то никто не доказал,

То ль не сумел, то ли - не стал.

Имея кубометры средств,

Без извращенных мироедств

Мог Лис купить почти весь лес.

И даже начал тот процесс,

Но неожиданный бардак,

Овцово-Пухский кавардак

Нарушил скупку. Потому

Был бунт для Лиса ни к чему.

Бардак, как горькая отрава,

И олигархам не по нраву.

Вот потому-то Лис полез

С вмешательством в политпроцесс.

Влезалось очень тяжело,

Ведь дело далеко зашло

С оранжевым переворотом

Во вред всем Лисовым заботам.

Нельзя сказать, что Рыжий Лис

Был четко ревностный ослист.

Лис мог сглотнуть в один присест

Любой региональный съезд,

Овцу, Шакала и Енота,

И Пуха вместо антрекота,

Чтоб напоследок спеть им тризну.

Но - Лис не обладал харизмой.

На нем по-прежнему лежал

Тяжелой ношей криминал.

Он знал, что весь лесной народ

За ним, за Лисом, не пойдёт.

Поэтому сей Рыжий зверь

Был озабоченный теперь.

Не знал, бедняга, как же быть

И как в дальнейшем поступить?

Метнутся что ль во вражий стан?

Не явно ли Иудин план?

Там ведь не примут, ну а тут,

Помягче скажем, не поймут.

Был позже сделан сложный ход.

У Лиса от его щедрот

Преподтолкалася в друзья

Одна Очковая Змея.

Какой характер у Змеи,

Ползущей в межах колеи,

Что покровитель предписал?

Любой бы точно угадал:

Гадливо-скользко-сволочной,

Для змей довольно рядовой.

Готова на любую дрянь,

Не знает, что такое грань

Между предательством и дружбой.

Предаст легко так - ради  службы

И просто так для услажденья

Змеиного грехопаденья.

Пролезет сквозь любую щель,

Скользка, как в жире вермишель.

Её-то Лис и пропихнул

На Пухо-Овцевой разгул,

Чтоб был свой зверь во вражьем стане,

Как вошь своя в бойца кармане.

А Винни с глупым умиленьем

Змею поздравил с назначеньем

Главою местного Совбеза -

Для кумовьёв чтоб в антитезу.

То посоветовал ему

Известный Свин лишь потому,

Что это был большой звездец

Для Лосей, Грифов и Овец…

Никто не понял ничего

Из назначения того.

К чему всё это и зачем?

В чём смысл подобных стратагем?

Иа так просто ошалел

От непонятных этих дел.

Змею ту он уже считал

Своею фавориткой. Ждал,

Что та со временем внесёт

В его дела большой доход.

А тут такое… Лис притом

Вид делал, будто не причём,

Что сам он, мол, не ожидал

Такой кульбитовый финал.

Ослу пришлось поверить, что

Сам Лис не строит шапито

В строю чужом чужого зверя,

Что Рыжий не спешит похерить

Договоренностей всех груз

Про бело-голубой союз.

Насколько не был Лис умён,

Но также не безгрешен он

И очень уж самонадеян.

Как можно верить этим Змеям?

Еще известный был ослист

Козёл - крутой экономист.

Он всё, что в этом мире знал,

Капустою соизмерял.

Кто в попугаях исчисляет,

Кто в обезьянах, - каждый знает

Лишь ту систему единиц,

В которой сотни небылиц

Он может накрутить, уверив

В своём уме чужого зверя.

Вот наш Козёл в капусте был

Силён, что больше нету сил.

А в экономике, увы,

Всё те же бяки головы.

Был также в их строю Енот,

Зверь мелкий, но который год

Друживший с Лисом, сильно тем

Свой вес завысив без проблем.

Енот почти как диссидент

Имел в тюрьму абонемент.

Его в узилище сажал

Нарком Внудел - звездец-Шакал.

Известный этот балабол

Чухню картавую наплёл

О том, что всех посадит он.

Но не сумел то, пустозвон.

Ведь у оранжевых домкомов

Юристы-Дятлы без дипломов.

Тот непродуманный арест,

Шакалий глупенький наезд,

Еноту только дал очков,

Прибавил веса, будь здоров.

Хоть повторимся мы: Енот

Зверь мелкий и к тому же жмот.

Он деньги так же, как Шакал,

На логопеда призажал.

Еще две было Обезьянки,

Недавно снявших вышиванки,

А ныне в праведном пылу

Переметнувшихся к Ослу

И скопом сыпавшим хулу

На Винни-Пуха и пчелу,

Что мёд для Пуха собирала,

А Обезьянкам не давала.

Короче, много их нашлось

Зверей, кому не довелось

Прибиться к клану Винни-Пуха.

То ль просто не хватило духа,

А то ли кто-то рассчитал,

Что Винни-Пуховский развал

Страны на две большие части

Не будет долог. Схлынут страсти

И власть вернется до Ослов.

Мир переменчив и суров.

Но создан он таким не нами,

Он был и будет «быть» веками,

Каким и создан. Мир таков,

Свиней в нём много и Ослов.