Прочитайте онлайн Верит – не верит? | ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Читать книгу Верит – не верит?
3216+693
  • Автор:
  • Язык: ru

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Крисси проснулась, словно ее кто-то толкнул, и вскочила с постели. Сердце ее учащенно билось. Несколько секунд она пыталась понять, что же именно вырвало ее из объятий сладкого сна.

Лучи солнца заливали комнату, предоставленную Лорой своей гостье, золотистым светом, а вчерашнее происшествие, похоже, нисколько не повлияло на самочувствие девушки. Если кто вчера и пострадал, так это Гай.

Гай… Внезапно Крисси стало трудно дышать, и она тут же поняла, что с Гаем произошло что-то ужасное. Она кинулась в комнату Лоры и принялась трясти ее за плечо.

– Крисси… Что такое? Что случилось? Твой малыш?.. – забормотала Лора, открыв глаза и видя склонившуюся над ней Крисси.

– Нет, со мной все в порядке, – заверила ее Крисси. – Что-то с Гаем.

– С Гаем? – Лора нахмурилась и села. – Но почему? Откуда ты знаешь?

– Нет! Не могу объяснить – я просто знаю, что ему плохо, – сбивчиво говорила Крисси. – Лора, что-то случилось! Я знаю, понимаешь? Я чувствую!

– Господи, с чего ты взяла? – недоверчиво протянула Лора, окончательно проснувшись. – Вчера тебе довелось пережить настоящее потрясение, и я понимаю, что женщина в твоем состоянии…

Ох уж это состояние! Крисси состроила гримасу. Вовсе не беременность заставляет ее волноваться за жизнь отца своего ребенка. Нет, это любовь к нему, любовь, и ничто больше.

– Лора, пожалуйста, – умоляла Крисси, хватая телефон с тумбочки. – Позвони ему…

– Ладно, – согласилась Лора, – но мне кажется, ему не понравится, если мы разбудим его в шестом часу утра.

Крисси было все равно – сейчас ею руководил инстинкт, говоривший, что надо спешить, потому что иначе случится беда.

Не отрываясь, она смотрела, как Лора набрала номер Гая, а затем ждала, пока в трубке не послышались длинные гудки…

– Наверное, он принял снотворное и не слышит звонков. – Лора постаралась успокоить Крисси. – Я понимаю, ты волнуешься за него, – сказала она, положив трубку, – но ты же слышала, что сказал врач: никакой опасности нет.

– Лора, пожалуйста, прошу тебя, – снова принялась умолять ее Крисси, и голос ее дрожал от терзавшей ее тревоги. – Я знаю, что ему плохо.

Она повернулась и направилась к двери, а Лора устало поинтересовалась:

– Что ты собираешься делать?

– Оденусь и съезжу к нему, – решительно ответила Крисси.

Лора вздохнула.

– Ладно, подожди, я тоже поеду с тобой, – уступила она, – но предупреждаю, Гай вряд ли встретит нас с распростертыми объятиями, если мы его разбудим.

В другой раз Крисси, пожалуй, была бы рада оказаться на улице в столь ранний час, но сейчас удовольствие было омрачено неясной тревогой, с каждой минутой все сильнее овладевавшей ее душой.

– Для женщины, которая утверждает, что ни капельки не любит Гая, ты, мне кажется, чересчур взволнованна, – сухо констатировала Лора, когда они въехали в Хэслвич и покатили по пустынным улицам.

– Я… я люблю его, – хрипло призналась Крисси. – Но не могу быть с человеком, который не доверяет мне и не уважает меня, который… – она умолкла, не в силах продолжать, и лишь покачала головой.

– Прости, я не хотела расстраивать тебя, – тихо извинилась Лора.

– Ты и не расстроила, – грустно откликнулась Крисси. – Это я сама…

Когда они миновали старую церковь, Крисси взглянула на дом Гая – занавеси на втором этаже были задернуты, но на первом этаже остались открытыми со вчерашнего дня.

Лора забарабанила в дверь, а затем несколько раз нажала кнопку звонка, поморщившись от слышного даже на улице пронзительного трезвона.

– Ну, уж теперь-то он проснется, – заметила она, однако в доме было по-прежнему тихо.

– Может, надо позвонить еще раз, – предложила Крисси, но Лора покачала головой.

– У меня есть идея получше, – заявила она, порылась в сумочке и достала связку ключей и, немного поколебавшись, с довольной улыбкой сняла один ключ. – Гай дал мне его когда-то, чтобы я могла приглядывать за домом, когда он в отъезде, – объяснила Лора и, повернув ключ в замке, нажала на ручку двери.

Крисси зашла в дом следом за Лорой и невольно поежилась – до того жуткой показалась ей гулкая тишина.

Они поднялись на второй этаж. Дверь в спальню Гая была закрыта. Окликнув его, Лора вошла внутрь, и недоверчивое раздражение, которое она не могла скрыть с того момента, как Крисси разбудила ее, исчезло, едва она наклонилась к кровати.

– О Господи! – в ужасе воскликнула она.

– Что такое? Что случилось? – с беспокойством спросила Крисси, стоя за спиной Лоры.

– Точно не знаю, но похоже на заражение крови, – едва слышно ответила Лора и отступила так, чтобы Крисси смогла увидеть руку Гая.

Даже в полумраке, царящем в спальне, Крисси увидела, как распухла и воспалилась рука Гая выше повязки. Заметила она и зловещую багровую полосу, что ползла к самому его плечу.

– Гай! Гай!.. – позвала Лора и легонько потрясла брата за плечо. Он нахмурился и что-то невнятно пробормотал, но так и не открыл глаза.

Слава Богу, что она поверила интуиции, думала Крисси десять минут спустя, когда врач «скорой помощи» сообщил, что Гая необходимо как можно скорее перевезти в больницу.

За четыре часа, которые заняла сложная операция, Крисси так издергалась, что, если у Лоры и оставались какие-либо сомнения относительно глубины ее чувств к Гаю, сейчас они окончательно рассеялись.

Если кто-нибудь захочет видеть страстно любящую женщину, достаточно взглянуть на Крисси, и все станет ясно, думала Лора.

Когда наконец врач сообщил, что им можно пройти в палату, Крисси пропустила Лору вперед.

– Иди сначала ты.

Лора не стала спорить. Открывая дверь палаты, она увидела, как в глазах Гая загорелась безумная надежда, однако лицо его тут же стало безразличным и непроницаемым.

– Надеюсь, ты не настолько ослаб, чтобы два посетителя сразу сильно утомили тебя, – загадочно проговорила Лора и поманила Крисси. Вот теперь, с удовлетворением отметила она, лицо ее брата осветилось неподдельной радостью. Он увидел неуверенно приближающуюся к его кровати Крисси.

– Ну… как ты? – прерывающимся голосом спросила Крисси. За бесконечно долгие часы ожидания она так извелась, что едва держалась на ногах.

– Я должен радоваться, что оказался тут, – устало ответил Гай.

– За это благодари одну лишь Крисси, – отозвалась Лора, старательно не замечая ее умоляющих взглядов. – Должна сказать, когда она растолкала меня в шестом часу утра и заявила, что тебе плохо, я не сразу поверила ей. Слава Богу, что она такая упрямая, а не то…

Гай изумленно взглянул на Крисси и чуть слышно прошептал:

– Ты все знала… Но как?..

– Крисси, мне кажется, тебе стоит присесть, – решительно заявила Лора. – Знаешь, Гай, все это время она, как маятник, металась туда-сюда. Я уже просто устала смотреть на нее. Кстати, мне надо позвонить подруге, так что вы уж меня извините…

Лора выскользнула за дверь прежде, чем Крисси успела возразить. Сердце ее быстро забилось, и она робко шагнула к двери. Словно почувствовав, что творится в ее душе, Гай взмолился:

– Крисси, не уходи. Пожалуйста… – Она удивленно обернулась. – Господи, Крисси, что мы с тобой натворили? – хрипло выдавил Гай. – Вчера, до того, как лихорадка скрутила меня, я все думал, что, если бы с тобой случилась беда, я бы так и не успел сказать тебе, как сильно тебя люблю, как упрекаю себя за то, что позволил неприязни к твоему дяде взять надо мной верх…

– Лора рассказала мне, как он измывался над тобой, когда вы учились в школе, – нетвердым голосом прервала его Крисси. – Он и к маме моей относился точно так же, хотя она была старше его. Она… как-то раз она призналась, что до сих пор чувствует себя виноватой за то, что ненавидела его в те годы.

– Да, должно быть, ей было нелегко, – тихо ответил Гай, – однако по моей вине тебе пришлось еще тяжелее.

Крисси даже не сообразила, как случилось, что руки их переплелись, выдавая чувства, которые логика и взаимные подозрения заставляли их скрывать.

– Ты носишь моего ребенка… – завороженно прошептал Гай. – Когда хирург объяснил, к чему могло привести заражение крови, я подумал, что малыш мог появиться на свет, а я так бы и не узнал об этом… Не сумел бы любить вас и защищать – вас обоих. Крисси, я не хочу потерять тебя – и не только из-за ребенка, но и из-за нас с тобой.

– И я не хочу расставаться с тобой, – прошептала Крисси, и из глаз ее покатились слезы. Несмотря на протесты Крисси, Гай сел на постели и, обняв девушку здоровой рукой, нежно поцеловал в лоб, пытаясь утешить.

– Я понимаю, мы еще не все решили, – признался он. Улыбаясь, он осторожно отвел с ее лица влажные прядки волос. – Но мы обязательно во всем разберемся.

– Я не хотела скрывать от тебя правду, – печально пробормотала Крисси.

– Шшш… – остановил ее Гай, и она через силу улыбнулась. – Меня потрясло не известие, что ты – родственница Чарли. Мне было больно, что ты недостаточно доверяешь мне. Я повел себя, как капризный ребенок, – раскричался и принялся обвинять тебя.

– Я ничего не сказала только потому, что полюбила тебя, – дрожащим голосом проговорила Крисси. – Я боялась, что ты разлюбишь меня, и, когда мама предложила пока ничего не сообщать тебе о дяде Чарли, я согласилась, учитывая то, как ты относишься к нему… – Крисси покачала головой и тихо продолжала: – Меня тоже очень задело, что ты не был откровенен со мной и ничего не сказал о своих отношениях с Дженни.

Она умолкла, с тревогой ожидая его ответа.

– Да… – помолчав, согласился Гай. – Я действительно не был с тобой откровенен.

– Потому что не хотел, чтобы я узнала, как сильно ты любил ее, – грустно заключила Крисси.

– Да нет же! – воскликнул Гай так запальчиво, что резкая боль пронзила его руку, и он невольно поморщился. – Нет, Крисси, я никогда не любил ее по-настоящему. Именно поэтому мне и не хотелось ничего говорить тебе, не хотелось признаваться в собственной слабости. До встречи с тобой я понятия не имел о том, что такое любовь… – Он помолчал, качая головой. – Не спорю, я очень привязан к Дженни, и она всегда будет моим лучшим другом, однако люблю я тебя, и только тебя. Ты всегда будешь для меня единственной любимой женщиной на свете.

– И тебе не помешает даже то, что, по-твоему, я солгала насчет столика? – чуть слышно спросила Крисси.

Гай вздохнул.

– Не знаю, что и сказать… Ведь я сам оценивал его.

– Понятно, – еще тише ответила Крисси и, осторожно освободившись из его объятий, направилась к двери.

Пальцы ее уже коснулись ручки двери, когда Гай окликнул ее.

– Что случилось? – быстро спросила она, подбежав к нему. – Позвать врача? Твоя рука?..

– С рукой все в порядке, – глухо ответил Гай, – а вот со мной – нет. О Господи, Крисси, да мне дела нет до этого треклятого столика. Для меня на свете есть только ты. Я продам свою долю в антикварном магазине, и мы уедем куда-нибудь далеко-далеко, где сможем начать все сначала…

Крисси изумленно уставилась на него.

– И ты пойдешь на это ради меня? – прошептала она. – Даже если…

– Для тебя я готов сделать все что угодно. – Гай застонал, приподнимаясь на локте, и заставил Крисси присесть на его кровать. – Все что угодно, – повторил он. – Я люблю тебя, Крисси, и, как только я выберусь из этого чертова медцентра, мы с тобой сядем и решим, что будем делать дальше, и не только ради нас обоих, но и ради нашего малыша… – пообещал он и подкрепил свои слова страстным поцелуем.

Лора заглянула в палату, увидела целующуюся пару и бесшумно прикрыла дверь.

– Втроем мы обязательно будем счастливы, – заявил Гай, но, хотя Крисси и улыбнулась ему в ответ, на сердце у нее было неспокойно.

Разумеется, ей было приятно слышать, что Гай готов уехать из Хэслвича и начать все сначала, но ведь в таком случае получается, что ее матери и ее семье нельзя доверять – и это недоверие навсегда останется между ними, как бы они ни старались забыть о нем.

– Рут Рейнольдс, одна из моих соседок, прислала нам с тобой официальное приглашение пожаловать к ним на чай, – сообщил Гай, когда Крисси вошла в гостиную.

Накануне его выписали из больницы при условии, что кто-нибудь будет присматривать за ним.

Лора решительно отказалась выхаживать брата, сославшись на то, что у нее слишком много дел. Муж ее должен вернуться со дня на день, так что у Крисси просто не было выбора.

– Заходите, заходите, – радушно приветствовала их Рут, открывая дверь. – Я и Джона пригласила, – неожиданно заявила она, проводя гостей в нарядную столовую. – Мне думается, он непременно должен присутствовать – не только как свидетель, но и потому, что сможет, в случае необходимости, подтвердить мои слова. Однако я, кажется, опережаю события… Как ты себя чувствуешь, Гай? – заботливо спросила она.

– Намного лучше, – уверенно ответил Гай. – И все благодаря Крисси, – добавил он и нежно улыбнулся ей.

Ясное дело, Рут уже слышала об их примирении от Дженни.

– Я так рада за них обоих, – поделилась с ней Дженни. – Ведь они просто созданы друг для друга…

– Ну, присаживайтесь скорее, – пригласила Рут. – Крисси, пожалуйста, налей нам всем чаю, а я тем временем кое-что вам расскажу.

Рут улыбнулась в ответ на удивленный взгляд Крисси. Ничего не понимая, девушка послушно принялась разливать чай.

– Меня очень занимало, кому же на самом деле может принадлежать столик, обнаруженный в доме Чарли Плэтта, – начала Рут. – И я провела небольшое расследование. Джон отлично знает, что мой отец был просто не в себе от обиды, считая, будто родичи из Честера обошли его при дележе наследства. Мне показалось странным, что он решил заказать лишь одну копию с тех столиков – а их была пара, – что были подарены честерским двойняшкам. Я порылась в старых бумагах и…

Рут замолчала и взяла в руки пожелтевшую тетрадь.

– Это книга доходов и расходов за тот год, когда отец заказал столик – вернее, мне следует сказать «столики»…

Прошло несколько секунд, прежде чем Гай и Крисси сообразили, что она имеет в виду, и Гай воскликнул:

– Значит, ты хочешь сказать, что были изготовлены два столика?

– Да, именно два, – спокойно подтвердила Рут. – Два одинаковых столика – точь-в-точь как та пара, что была привезена из Франции.

– Но все равно это не объясняет, каким образом один из них оказался в моей семье, – заметила Крисси.

– Ты права, – согласилась Рут.

– Не может быть, что мой прадед решил купить один из столиков, – вслух подумала Крисси. – Ни за что не поверю, что…

– Нет, Крисси, он ничего не покупал, – мягко перебила ее Рут, взглянув на Джона. – Наш отец – мой и Бена – был женат дважды. Наша мама умерла вскоре после моего рождения, и для помощи по дому и в детской наняли молоденькую служанку. Эта девушка – твоя прабабушка, Крисси. Она полюбила моего отца, они были близки, и, когда ее беременность стала очевидной, он, судя по всему, убедил ее выйти замуж за одного из своих фермеров-арендаторов, бездетного вдовца. Вероятно, мужчины договорились, что ребенок будет воспитан как законный сын фермера. Бедняге страстно хотелось иметь наследника. Не сомневаюсь, что без щедрого подарка тут не обошлось. – Рут вздохнула. – Бедняжка. Подозреваю, она искренне любила моего отца и упросила его позволить ей взять с собой что-нибудь, что напоминало бы ей о нем. Он согласился, и она выбрала столик, – закончила Рут.

Крисси изумленно посмотрела на нее и тихо спросила:

– Это правда? Но ведь тогда…

– Да, Крисси, это чистая правда, – подтвердил молчавший до сих пор Джон.

– Но почему же моя мама никогда об этом не говорила? Почему?..

– Сомневаюсь, что ей это известно, – ответила Рут. – Я сама ни о чем не догадывалась, а Бен, мой брат, узнал обо всем, только когда умирал наш отец. Как он утверждает, отец заставил его дать слово хранить все в тайне. Брат доверился мне только после того, как я пригрозила отправиться в полицию и сообщить о существовании двух одинаковых столиков.

Пока говорила Рут, Гай молчал, но взгляд его был красноречивее любых слов.

– Два столика… – мрачно протянул он наконец, а затем, вскочив, принялся расхаживать по комнате. Ну, разумеется! Господи, почему только я сам об этом не догадался? Я же знал, что существуют два подлинника!

– А ты и не мог ни о чем догадаться, – успокоила его Рут. – В конце концов, ты же видел только один из них и понятия не имел, что их могло оказаться два.

– Может быть, и нет, но все равно мне следовало подумать, порасспрашивать… Крисси!

– Все в порядке, – откликнулась Крисси и, подняв руку, дотронулась до его пальцев. – Рут совершенно права. Ты на самом деле ничего не мог знать, и, – честно добавила она, – на твоем месте я отреагировала бы точно так же.

Гай наградил ее таким взглядом, что Рут поспешно отвела глаза. Иногда посторонним людям не следует становиться свидетелями слишком искренних и страстных чувств.

– Лгунишка, – услышала она голос Гая, – да к тому же и добрая душа…

Крисси покачала головой. Невероятные откровения Рут никак не выходили у нее из головы.

– Я до сих пор не могу поверить в то, что узнала, – обратилась она к Джону и Рут. – Все так неожиданно…

– Ну, по крайней мере теперь мне ясно, в кого это Чарли уродился таким пройдохой, – весело заметила Рут и пояснила: – К сожалению, время от времени в роду Крайтонов появляются мужчины, которых хотя и нельзя назвать отпетыми мошенниками, но и кристально честными тоже не сочтешь…

Вспомнив о чем-то, она поднялась, подошла к Крисси и нежно обняла ее.

– Добро пожаловать в семейство Крайтонов, дорогая.

Семейство Крайтонов! Крисси молча открыла и снова закрыла рот.

– Все в порядке, – мягко заверила ее Рут. – Мы поймем, если ты предпочтешь не афишировать свое родство с нами.

– Даже и не знаю, что на все это скажет мама! – тихо ответила Крисси.

– Полагаю, вам с Гаем надо о многом поговорить, – сказала Рут, дотрагиваясь до руки Крисси, и на прощанье еще раз обняла девушку.

Обнял ее и Джон.

Когда Крисси и Гай добрались до его дома и Гай отправился варить кофе, Крисси вдруг расплакалась. Гай прибежал из кухни и обнял ее.

– Что такое? Что случилось?

– Ничего, – всхлипнула Крисси, уткнувшись в его плечо. – Просто я так рада, что все позади… Знаешь, я ужасно боялась, что этот столик будет преследовать нас до скончания дней, что ты никогда не поверишь мне…

– Не поверю тебе?.. – Гай склонил голову, целуя ее, и губы Крисси, ответившие на его поцелуй, немного уменьшили чувство вины и раскаяния, что терзало его. Завтра же утром мы с тобой летим в Амстердам, – заявил он, как только они, едва не задохнувшись, прервали поцелуй. – Я куплю тебе не только кольцо в честь помолвки, мы вполне сможем добавить и еще одно – «кольцо вечности», – сказал он, нежно поглаживая ее палец, – потому что уж на этот раз, любовь моя, мы будем вместе вечно.

– Верно, – согласилась Крисси.

– Ой, покажи скорее кольца! Какая прелесть! – воскликнула Бобби, внучка Рут, пока Крисси уворачивалась от дождя розовых лепестков, которыми гости осыпали новобрачных.

Гай изрядно удивил Крисси, когда отказался от тяжелого старинного кольца и заказал одному из лучших ювелиров Амстердама комплект из трех колец. Он сам выбрал причудливо ограненный бриллиант в форме сердечка для кольца в честь помолвки. У Крисси замирало сердце при взгляде на такую красоту.

Простая оправа, в которую был вставлен камень, великолепно гармонировала с золотым обручальным кольцом, а «кольцо вечности» из переплетающихся полосок золота и платины, усыпанных крошечными, как искры, бриллиантиками, чудесно дополняло комплект.

– Они немыслимы друг без друга, как и мы трое, – нежно сказал Гай, когда они выбрали кольца. Подумать только, трое!

Свадебное платье Крисси сшили на заказ в Честере. Его простой покрой и роскошные волны тяжелого шелка цвета сливок скромно скрывали ее чуть заметно округлившийся животик. Именно из-за малыша Крисси решила обойтись без традиционного белоснежного наряда и предпочла длинное платье благородных линий и безупречную атласную накидку с небольшим шлейфом.

– Я вовсе не стыжусь того, что ношу нашего ребенка, – с гордостью пояснила Крисси матери. – Но мы ведь как-никак венчаемся в церкви, и мне кажется, что белое платье не вполне подходит к такому случаю.

– Ты будешь выглядеть прелестно, милая, – заверила ее мать.

Разумеется, так оно и было.

Гай шептал и шептал ей на ухо, что она ослепительно красива.

Улыбаясь, Крисси дотронулась до руки Гая, предлагая ему взглянуть туда, где стояли ее мать и его сестра и оживленно беседовали.

Крисси была рада, что Лора и ее мать так быстро подружились: это было очень кстати. Лора настояла на том, чтобы родители Крисси остановились на ферме, и сумела рассеять опасения Роуз насчет того, что могут подумать о ней люди.

– Послушай, ведь ты и твой брат – не одно и то же. Ты – это ты, – убежденно говорила она.

Лора оказалась права. Несколько женщин, с которыми Роуз когда-то училась в школе, тепло и радушно приветствовали ее. Крисси, правда, подозревала, что к этому причастна Лора – впрочем, она даже намеком не испортила радость матери. И родня Гая, и Крайтоны дали ясно понять, что они всей душой приветствуют увеличение своих семей.

Одна лишь Натали держалась холодно и отчужденно, и потому Крисси ничуть не огорчило известие о том, что та решила переехать в Лондон.

Мать Крисси была не менее дочери поражена, узнав о своем родстве с Крайтонами, но больше всего Крисси порадовали случайно услышанные слова мамы, произнесенные в разговоре с Дженни накануне венчания. Роуз сказала, что они с мужем подумывают перебраться в Хэслвич, когда отец Крисси уйдет на пенсию.

– В конце концов, – говорила она Дженни, – к тому времени здесь будут жить не только наша дочь и зять, но и наши внуки…

– Можно подумать, – прервал ход мыслей Крисси поддразнивающий голос Гая, пока они наблюдали, как одна из его молоденьких племянниц вовсю флиртует с молодым человеком из числа гостей, – можно подумать, ты предпочитаешь остаться здесь, а не отправиться на Барбадос в моем обществе.

– Да неужели? – расхохоталась Крисси в ответ. – Как чудесно чувствовать себя частью большой и дружной семьи и знать, что наш ребенок – вернее, наши дети – не будет расти в одиночестве. Но чудеснее всего знать, что ты любишь меня, – прерывающимся голосом прошептала она ему на ухо. – Что же касается Барбадоса…

– Барбадос! Почему, черт побери, я не забронировал нам номер в какой-нибудь из гостиниц Гросвенора? – простонал Гай, наклоняя голову, чтобы поцеловать Крисси. – Ты хоть знаешь, сколько часов туда лететь?

– Не забудь, гости еще не ушли, – с притворной скромностью напомнила ему Крисси.

– Ну, подожди только, пока мы останемся вдвоем! – предостерег ее Гай.

– Вдвоем? – Крисси подняла бровь и дотронулась до своего чуть выступающего животика. – Ну, это будет еще не скоро, – лукаво ответила она. – Кстати, я очень рада, что полиция арестовала банду преступников, занимавшихся похищением антиквариата.

– И я тоже рад, – подтвердил Гай, выразительно взглянув на нее. – Как вспомню, что мне казалось, будто ты можешь иметь к этому какое-то отношение…

– Шшш… – Крисси приложила палец к его губам. – Не забудь, все ведь так хорошо сходилось – в конце концов, в банде действительно была женщина.

– Я недостоин тебя и не заслуживаю такого счастья, – с нежностью прошептал Гай в ответ.

Мадлен Крайтон стояла у самой ограды церковного двора, глядя, как смеются, целуясь, новобрачные. Их любовь была столь очевидной и осязаемой, что казалось, стоит только протянуть руку, и можно будет ощутить ее.

Мадлен устало отвернулась.

Когда она была беременна и носила их с Максом детей, муж обращался с ней отнюдь не с нежностью и любовью, а, напротив, с ядовитой злостью, то и дело напоминая, что он не хотел заводить детей. Впрочем, он не упускал случая, чтобы дать ей понять, что она больше не желанна ему.

Мадлен быстрым шагом направилась сквозь толпу гостей к Дженни, матери Макса, стоявшей рядом с детьми.

Все эти дни Мэдди изо всех сил старалась не думать о Максе и своем неудачном замужестве. Брак… Но можно ли назвать истинным союзом обыкновенную сделку, зафиксированную лишь на бумаге? Макс не любит ее, и время от времени Мэдди задавалась вопросом: а любил ли он ее вообще когда-нибудь? По его вине она чувствует себя никому не нужной, нежеланной, нелюбимой и сейчас едва ли не радуется, что так называемые «дела» увлекли Макса в далекую Испанию.

Едва ли… Мэдди все еще помнила, как когда-то начинался их роман, как счастливы они были…

– Ммм… Да это просто рай земной! – воскликнул Гай. Они лежали на широкой кровати коттеджа для новобрачных, и высоко над головой умиротворяюще жужжал кондиционер, наполняя освежающей прохладой жаркий даже ночью воздух Барбадоса.

– Выходит, все-таки стоило дождаться? – поддразнила его Крисси. Он склонился над ней и, лениво очертив пальцем контур ее губ, нагнул голову, целуя ее обнаженную грудь.

– Да еще как! – приглушенно ответил он голосом, в котором сквозило удовлетворение насытившегося зверя.

Он в самом деле похож на прекрасного хищника, подумала Крисси, наблюдая за Гаем, поднявшимся с кровати. В мягком свете, наполнявшем комнату колеблющимися тенями, его обнаженное тело блестело после их страстного поединка, и рельефные мускулы на его плечах и груди казались еще внушительнее.

– До сих пор у нас не было для этого времени, – заявил Гай и взял бутылку шампанского, стоявшую в ведерке со льдом. Прибыв на Барбадос, они так и не успели добраться до шампанского, торопясь скрепить действием обеты, которые они дали друг другу при венчании.

Крисси, не отрываясь, смотрела, как Гай, открыв бутылку, разлил шампанское в высокие бокалы. Пожалуй, она могла бы глядеть на него целую вечность. В нем столько грации, столько чисто-мужской гордости и достоинства… Словно прочитав ее мысли, Гай повернул голову, и она увидела, как потемнели его глаза, а взгляд неторопливо скользит по ее телу.

Крисси казалось, будто по всем ее жилкам разливается обжигающее пламя, и она с удовлетворением отметила, что и Гай не остался равнодушным к этому безмолвному обмену взглядами. Рука его слегка дрожала, когда он приблизился к кровати и протянул ей полный до краев бокал. Несколько капелек золотистой влаги скатились прямо на грудь Крисси, и она подняла руку, намереваясь смахнуть их, но Гай, остановив ее, наклонился и начал медленно слизывать с ее кожи шампанское. Язык его кружил, подбираясь все ближе к напрягшимся соскам ее болевшей от нетерпения груди.

– Ммм… – с наслаждением пробормотал он и, отставив свой бокал в сторону, подхватил грудь Крисси в ладонь и принялся нежно посасывать острую вершинку, не в силах оторваться от этого лакомства.

Крисси ощущала, как возбуждение захлестывает ее тело, и попыталась подавить слабый стон восторга, однако Гай, должно быть, все же расслышал его, так как ласки его стали более настойчивыми и уже не столь игривыми.

Она хочет его… О Господи, как же он желанен ей, но Крисси решила, что Гай заслуживает небольшого наказания за то, что так самозабвенно мучит ее. Глаза ее заискрились смехом, и она плеснула в него шампанским из своего бокала.

– Какого ч-ч… – начал было Гай возмущенно и тут же замолчал, увидев, как Крисси спокойно отставила свой бокал.

– Боишься обжечься – не играй с огнем, – ответила Крисси, решительно опрокидывая мужа на постель. Склонив голову, она принялась нарочито медленно слизывать пьянящую влагу с его тела, постепенно спускаясь все ниже и ниже, не мешая каплям шампанского катиться дальше.

Через несколько секунд Крисси была вознаграждена, услышав, как Гай застонал от наслаждения. Осыпая его гладкую, как шелк, кожу легкими поцелуями и чередуя их с влажной лаской язычка, Крисси собралась было поохотиться за последней капелькой шампанского, которой она позволила беспрепятственно скатиться ниже остальных, но окончательно потеряла голову. Это ее ничуть не расстроило. В самом деле, кто захочет стремиться к победе, когда поражение и сладкий плен могут быть столь прекрасны, а разделенная любовь и испепеляющая страсть так горячи?

Серебристый рассвет уже заливал небо призрачно-перламутровым светом, когда Гай наконец привлек Крисси к себе и простонал:

– Только представь себе: еще целых три недели такого блаженства. Как думаешь, мы выживем?

Засыпая, они все еще улыбались.