Прочитайте онлайн «Великолепный век» Сулеймана и Хюррем-султан | Глава 80

Читать книгу «Великолепный век» Сулеймана и Хюррем-султан
3518+26590
  • Автор:
  • Перевёл: Л. А. Игоревский
  • Язык: ru

Глава 80

Дрожа от удовольствия, Давуд накрыл Сулеймана и себя толстой шкурой и ткнулся носом в грудь любимого, которая по-прежнему часто вздымалась и опускалась от только что пережитого возбуждения.

— Сулейман! — прошептал он наконец в темноте шатра.

— Что, Давуд?

— Дождь не прекращается, любимый мой. От него страдают все — и солдаты, и животные. Многие чихают от простуды, или у них гниют ноги от непрекращающейся сырости. Может быть, повернуть назад и переждать, пока буря утихнет?

— Нет. Мы останемся здесь еще ненадолго, чтобы наши солдаты укрепили свой дух. Я не могу допустить, чтобы мои планы расстроила погода; это ниже моего достоинства. Думаешь, дождь прекратит страдания северных народов?

— Нет, мой любимый, — ответил Давуд, нежно прижимаясь губами к гладкой груди Сулеймана. — Мы будем бороться за их свободу, и я поддержу тебя во всем.

Дождь все не прекращался. Дунай разлился еще шире. Продвижение пехоты и кавалерии по извилистым долинам затруднялось непрекращающимся дождем и потоками грязи, которые угрожали преградить им путь. Все мосты смыло, а броды стали непроходимыми. Им приходилось много миль брести по жидкой грязи, прежде чем удавалось выйти на мелководье и перебраться на противоположный берег. Как и подозревал Сулейман, тяжелее всего пришлось верблюдам. Им, привычным к горячему песку, не удавалось взбираться по крутым каменистым тропам на берегах Дуная. До Пешта оставалось полпути, а несколько тысяч верблюдов уже переломали ноги. Их погонщики плакали от огорчения, но ничего не могли поделать. Приходилось бросать животных в трясине, где они и погибали.

Сулейман оглядел развернувшуюся перед ним сцену. Великий визирь легко дотронулся до его плеча и показал на противоположный берег реки. Большинство людей, животных и боеприпасов уже переправились на тот берег. Султан в ужасе следил, как несколько его элитных полков барахтались в воде. Люди и кони старались удержать головы над бурным потоком. Борясь с сильным течением, они упорно плыли к берегу. Большинству из них удалось добраться, но некоторым не хватило сил.

— Нельзя позволить стихии победить нас! — заревел великий визирь, перекрывая рев дождя и шум воды.

Сулейман кивнул, глядя на то, как погонщик загоняет в воду нескольких верблюдов, связанных одной цепью. Он встревоженно закричал, вонзил шпоры в бока Тугры и спустился на глинистый берег.

— Рубите цепь! Рубите цепь! Пусть переправляются поодиночке! — закричал он.

Тугра поскользнулась, но удержалась на ногах. Было уже поздно. Один из верблюдов, шедших посередине, споткнулся и упал в воду, потянув за собой остальных. Несчастные животные издавали ужасные крики. Их унесло течением.

Сулейман соскочил с Тугры и пошел пешком, ведя за собой лошадь в поводу. Он бросился в грязную воду, которая достигала его колен. Вовремя обернувшись, он заметил, как рядом с ним падает большая пушка. Повернув в сторону, он увидел Ибрагима; тот, оскальзываясь, скакал вниз по скользкому спуску.

— Нам не удастся переправить пушки! — прокричал Ибрагим.

Сулейман согласился и поднес ладонь ко лбу, чтобы дождь не мешал ему видеть. Все люди и животные промокли, но плохая погода и неудачная переправа лишь укрепили его решимость идти к победе. Он прижался к Ибрагиму, но, чтобы тот услышал его, все равно приходилось кричать во весь голос:

— Двести самых больших пушек мы оставим здесь! Может быть, их удастся переправить, когда вода спадет!

Великий визирь согласился. Он остановил одного офицера и велел передать приказ всем янычарам и союзным войскам.

У них ушло две недели на то, чтобы переправить оставшиеся войска через Дунай. Тысячи людей и животных погибли при переправе. Выжившие направились к Буде и Пешту.

Когда дождь наконец прекратился, огромное войско увидело впереди свою первую цель. Два города льнули к противоположным берегам еще бушующей реки. Древний мост, соединявший Буду и Пешт, частично разрушился с восточной стороны. Огромная армия стала лагерем напротив Будайской крепости. Сулейман надеялся, что, увидев его войско, защитники крепости сдадутся без кровопролития. Османские и венгерские войска сидели у стен Будапешта целую неделю, ничего не предпринимая. Сулейман понимал, что само их присутствие ввергает в отчаяние защитников города. И солдаты немного отдохнули. Погода им благоприятствовала; на небе наконец показалось жаркое весеннее солнце. Многие нежились в тепле, разложив одежду и личные вещи на просушку. Шатры и палатки, пережившие трудный путь, сушили, но они еще были мокрыми и пахли плесенью. Вся мебель из султанского шатра утонула при переправе; теперь из всей утвари в шатре остался лишь один заварочный чайник, который стоял прямо на траве.

Сулейман лег на спину, рядом с ним лежали Ибрагим и Запольяи. Великий визирь перевернулся на бок и подпер голову сжатым кулаком.

— Мы уже потеряли больше людей, чем живет в Буде и Пеште!

Запольяи молча взирал на султана.

Ибрагим мрачно продолжал:

— Сулейман, наши солдаты недовольны. Хотя Пешт и Буда не виноваты в наших потерях, янычары мечтают отомстить их обитателям.

Сулейман понимал: великий визирь говорит правду.

— Нет, они должны следовать моему примеру. Мы возьмем Будапешт без кровопролития. Завтра пошлем послов и попробуем договориться с ними. Крепость охраняет лишь небольшой немецкий гарнизон. В обмен на капитуляцию мы предложим им возможность беспрепятственно покинуть город.

Ибрагим перевернулся на спину и посмотрел на шкуры, растянутые над ними. Он закрыл глаза и ничего не ответил.

Его губы изогнулись в едва заметной улыбке.