Прочитайте онлайн «Великолепный век» Сулеймана и Хюррем-султан | Глава 77

Читать книгу «Великолепный век» Сулеймана и Хюррем-султан
3518+26651
  • Автор:
  • Перевёл: Л. А. Игоревский
  • Язык: ru

Глава 77

Хюррем и Сулейман, не сдерживая радости, кружили по павильону. Крепко обнявшись, они смеялись, то и дело лаская друг друга. Гюльфем и Ханум, улыбаясь, наблюдали за ними и курили кальян.

Ревнивая Махидевран давно покинула их общество, на что никто не обратил внимания. Зато с ними сидела Хафса. Она тоже курила кальян, набитый гашишем. Глаза ее неотрывно следили за сыном и Хюррем, которые кружили по комнате.

— Стой, стой! — закричала наконец Хюррем. — Любимый, у меня голова кружится, как у дервиша!

Сулейман закружил ее и, оторвав от земли, прижал к себе и остановился.

— Устала, дорогая? Посиди отдохни, — сказал он, усаживая ее на диван рядом с Хафсой. Затем он протянул руку Гюльфем: — Моя прекрасная роза, может быть, у тебя больше сил, чем у моего безрассудного тюльпана?

Гюльфем соскочила с дивана в объятия Сулеймана. Они закружили по полу. Хюррем невольно рассмеялась, когда оба упали на диван и скатились на пол, на груду подушек. Гюльфем пылко ласкала своего господина, радуясь его вниманию. Сулейман поднял ее на ноги, и они снова закружились.

Хюррем продолжала радостно наблюдать за ними, по очереди с Хафсой затягиваясь сладковатым дымом. Ей стало очень весело; хихикая, она повалилась головой на колени валиде-султан. Та с многозначительной улыбкой погладила ее по пышным рыжим волосам.

Мавры, которые старались не столкнуться с танцорами, разносили душистые, пахнущие тюльпаном, шербеты, сделанные из свежевыпавшего снега. Хюррем с благодарностью отпила глоток — у нее пересохло в горле.

Наконец устал даже Сулейман. Поцеловав руку Гюльфем в знак благодарности, он сел на пол перед Хюррем и Хафсой, прислонившись к их дивану и положив руки на их ноги. Женщины нежно ерошили пальцами его взлохмаченные волосы, а он затянулся кальяном. Вскоре Гюльфем и Ханум извинились и вышли рука об руку. Они направились в свои покои. Хюррем с доброй улыбкой смотрела им вслед. Хорошо, что они не ревнуют к ней Сулеймана. Вот уже много лет, с тех пор как Сулейман не заходит к ним и радует только ее, Гюльфем и Ханум находят утешение друг в друге.

Хафса дернула сына за ухо:

— Габсбурги в ярости, потому что ты сделал Запольяи королем Венгерским и покровительствуешь ему.

Сулейман положил голову на диван.

— Да, разве не замечательно? Я послал им депешу, в которой предлагаю, если они недовольны назначением Запольяи, встретиться со мной на поле в Мохаче.

— А если они не придут, — продолжила за сына Хафса, — ты наверняка сам отправишься к ним в Вену.

— Здесь ты права, матушка. — Сулейман посерьезнел. — Но осуществить мой план не так-то просто. Наши янычары не покинут Стамбул с его развлечениями, пока весна окончательно не вступит в свои права. А ведь мы получили весть о том, что Габсбурги собирают армию на Балканах и пытаются снова вторгнуться в пределы Венгрии.

— Не следует ли тебе в таком случае выступить немедленно? — спросила Хафса.

— Нет. Для любой победы важнее всего боевой дух солдат. Я дам им еще месяц, чтобы они усладили плоть всем, что может предложить наш великий город. Потом мы выступим в поход. До тех пор Запольяи сумеет продержаться и сам. Придя к нему, мы двинемся дальше, на Вену.

— Да, сын мой. Ты прекрасно понимаешь потребности мужчин и знаешь, что для их удовлетворения нужно время.

Сулейман встал и ловко подхватил Хюррем на руки.

— Понимаю ли я потребности женщин?

В глазах Хюррем заплясали веселые огоньки; она прильнула к любимому и что-то зашептала ему на ухо. Сулейман рассмеялся, чуть не упав, и, прижав к себе любимую, понес ее из паркового павильона в их отдельные покои.

Хафса улыбнулась про себя, потягивая кальян и слушая, как дети смеются за ширмой.