Прочитайте онлайн «Великолепный век» Сулеймана и Хюррем-султан | Глава 61

Читать книгу «Великолепный век» Сулеймана и Хюррем-султан
3518+26826
  • Автор:
  • Перевёл: Л. А. Игоревский
  • Язык: ru

Глава 61

— Пожалуйста, обещай, что никогда больше не посмотришь ни на какую другую женщину, кроме меня, — робко попросила Хюррем.

Сулейман молча сидел на боковой веранде павильона. Уголки его губ дернулись вверх и расплылись в улыбке, которая одновременно приводила ее в ярость и радовала.

— Милая, ты ведь знаешь: вот уже более трех лет я не прикасался к другим женщинам!

— Обещай!

Хюррем капризно надула губки. Сулейман любовался ею, лежа на мягких подушках. В его глазах заплясали веселые огоньки. Он провел большим пальцем по ее лбу, но по-прежнему не отвечал. Затем султан медленно откинулся на спину и стал смотреть в парк.

— Дорогая, тем самым мы нарушим вековые традиции нашей империи.

Хюррем встала с дивана и, покачивая бедрами, вышла на открытую галерею. Обернулась и посмотрела на Сулеймана в упор, но тот в ответ лишь расхохотался. Затем догнал ее и, подтянувшись, сел на каменную балюстраду. Обвил Хюррем руками и нежно притянул к себе, зажав ногами. Нагнулся, чтобы его губы коснулись ее губ.

— Ради тебя я сделаю все, моя любимая, — даже пойду против традиций.

Хюррем наслаждалась и словами, и губами Сулеймана.

— Обещаю: пока мы с тобой живы, я не коснусь другой женщины.

Хюррем улыбнулась и отблагодарила любимого страстным поцелуем. Затем крепко обняла его за талию, прижалась к нему всем телом и глубоко вздохнула.

— В чем дело, любимая? Разве не этого ты хотела?

— Да, Сулейман, но… я все-таки хочу большего.

— Чего же больше? — резко спросил Сулейман.

Хюррем снова прильнула к нему губами и языком раздвинула его губы. Выпустив его талию, она положила руку ему на бедро и, поглаживая, обхватила ладонью его мужское достоинство. Султан сразу же почувствовал сильное желание. Хюррем гладила его жезл и чувствовала, как под ее рукой он пульсирует жизнью. Ее жизнью…

Не переставая ласкать его губами и языком, она раздвинула полы его кафтана, и он предстал перед ней во всей своей красе. Она провела губами сверху вниз по его груди и ниже, двигаясь к его чреслам, но Сулейман схватил ее за плечи и рывком вздернул на ноги. Их лица оказались совсем рядом.

— Чего же больше? — тихо повторил он.

Хюррем застыла, не зная, на что решиться. Мысли в голове путались. Она услышала свой голос словно со стороны:

— Пожалуйста, разгони всех наложниц, а фавориток отправь в Старый дворец. Я хочу, чтобы только я удовлетворяла тебя.

Сулейман гневно сдвинул брови и побагровел. Он так крепко стиснул ее плечи, что она поморщилась от боли.

— Как ты смеешь! Да кем ты себя вообразила, что требуешь такого богохульства?

Хюррем вырвалась и потерла плечо:

— Я та, кто родила тебе двоих сильных сыновей. Я та, кто дает тебе больше радости, чем любая до меня. Я та, кто когда-нибудь станет следующей валиде-султан!

Сулейман был вне себя от ярости.

— Ты не имеешь права так говорить! Махидевран выше тебя по положению, не ты, а она мать наследника престола! Как ты смеешь ставить свою глупость выше традиций моей семьи! Немедленно скройся с глаз моих, не то я прикажу утопить тебя в Босфоре!

Хюррем в упор посмотрела на султана; ей захотелось столкнуть его с балюстрады в густую листву парка. Но она отвернулась и вихрем выбежала прочь.

Сулейман еще больше разбушевался.

— Евнухи! — в ярости закричал он. — Сейчас же верните ее и притащите назад!

Два черных евнуха, охранявшие главный вход во дворец, остановили Хюррем. И хотя прежде они относились к ней почтительно и доброжелательно, сейчас грубо схватили и поволокли назад. Сулейман спрыгнул с балюстрады и быстро зашагал ей навстречу. Полы его кафтана по-прежнему развевались, но его нагота только подчеркивала гнев, от которого напряглись все его мышцы. Он схватил Хюррем за запястье и толкнул на диван. На глазах у двух молчаливых евнухов султан сорвал с нее рубаху и шаровары.

Хюррем в гневе вскричала:

— Отойди от меня, ах ты… ублюдок! Иначе ты не получишь то, что могу дать только я…

Сулейман положил ладонь ей на затылок и грубо толкнул ничком на подушку, чтобы заглушить ругательства, слетавшие с ее губ.

— Моя прекрасная одалиска, ты не смеешь перечить и приказывать величайшему султану, который когда-либо жил на земле! Ты моя собственность, и я волен поступать с тобой, как захочу. Ты думала, что тебе удастся, благодаря твоей искусности в постели, управлять мной? Так получай же то, на что напросилась сама!

Сулейман всей тяжестью навалился на нее и грубо, глубоко вошел в нее. Хюррем кричала, но он не останавливался. Его тело вдавливало ее в мякоть дивана; она стонала от боли. Волосы ее разметались по подушке; она царапала его бедра ногтями, но он не сдавался.

Наконец, дав выход своему жару, султан вышел из нее и тут же выбежал в парк.

Хюррем, плача, лежала на диване. Два евнуха переглянулись. Один из них положил руку на ее вздрагивающую спину.

— Не прикасайся ко мне, бесполая скотина! Оставь меня в покое! — презрительно выкрикнула она.

Евнухи оставили Хюррем и снова заняли места у главного входа в павильон. Из-за двери они слушали рыдания, которые не прекращались несколько часов.