Прочитайте онлайн Вечный инстинкт | Глава 5

Читать книгу Вечный инстинкт
4916+975
  • Автор:
  • Перевёл: Г. В. Ежова
  • Язык: ru

Глава 5

— Прекрасные волосы, густые и блестящие, но как они кудрявые, я предлагаю вам сделать градуированную стрижку, — сказал старший мастер-стилист, изучив волосы Руби.

Она кивнула в ответ: молодую женщину нисколько не заботило, как ее подстригут. Руби все еще чувствовала себя неважно, голова по-прежнему болела, а по опыту она знала, что мигрень может продлиться два и даже три дня.

Когда стилист, закончив работу, отступил назад и спросил: «Вам нравится?» — Руби, взглянув на себя в зеркало, была вынуждена признать, что потеряла дар речи, увидев свою новую прическу. Искусная рука мастера превратила копну непослушных кудрявых волос в изысканную и стильную прическу. Волосы, изящно обрамляя лицо, красивой волной падали на плечи. Подобные прически Руби видела у женщин, пивших чай в холле отеля вчера днем. То был обманчиво простой стиль, олицетворяющий богатство и элегантность.

— Мне… нравится, — устало произнесла она.

— Ее легко поддерживать, и она восстанавливается после мытья головы. Вам повезло, что у вас натуральные светлые волосы.

Поблагодарив мастера, Руби направилась к выходу. По крайней мере, сегодня утром ей удалось съесть несколько бутербродов, а две таблетки немного успокоили головную боль.

Теперь ей предстояло посетить салон красоты с гидромассажной ванной. При входе в салон Руби ощутила на себе взгляды сидевших в холле женщин. Должно быть, их удивил контраст между ее новой элегантной прической и поношенной одеждой. К тому же на лице Руби не было ни грамма макияжа.

Как ни хотелось ей признавать, но это правда: внешний вид людей имеет большое значение, особенно для женщин, которые судят друг о друге исключительно по внешности. Меньше всего на свете Руби хотела, чтобы близнецы страдали от того, что другие женщины презрительно относятся к их матери. Даже маленькие дети очень чутко подмечают подобные вещи.

Сделав глубокий вдох, Руби вскинула голову и прошла через холл.

Через два часа, покидая салон вместе с персональным консультантом, прибывшим для того, чтобы пройтись с ней по магазинам и помочь выбрать новую одежду, Руби, не сдержавшись, снова быстро взглянула в зеркало. Она все еще не могла поверить, что молодая женщина, отражавшаяся в нем, действительно она. Ногти ее были тщательно обработаны и покрыты лаком модного темного приглушенного цвета, брови выщипаны и подведены, на лицо был наложен макияж — такой сдержанный и изысканный, что казалось, его совсем не было. Но в то же время глаза ее стали больше и темнее, а губы выглядели более упругими и нежными. Руби налюбоваться не могла на свое совершенное лицо. Конечно, она никогда не признается Сандеру, но процесс создания нового облика доставил ей удовольствие — после того, как она преодолела смущение, когда работники салона стали порхать над ней. Теперь Руби чувствовала себя молодой красивой женщиной, а не матерью-наседкой, беспрестанно тревожащейся о детях.

— Я правильно поняла, что вам нужна одежда для постоянного проживания на острове, а не только для отдыха? И кроме того, вы будете присутствовать на деловых встречах, а также посещать светские рауты? — Не дождавшись ответа Руби, консультант продолжала: — Вам повезло, совсем недавно к нам поступила новая коллекция летней одежды, а также несколько дизайнерских комплектов для отдыха и путешествий. Поэтому, несомненно, мы подберем для вас все, что нужно. А что касается вашего свадебного платья…

Сердце Руби дрогнуло. Почему-то она не предполагала, что Сандер сочтет нужным купить для нее свадебное платье.

— У нас будет очень скромная церемония, — предупредила Руби даму-консультанта.

— Для любой женщины день свадьбы — незабываемое событие, — настаивала та. — Ни одна женщина не забудет, какое на ней было платье, когда она выходила замуж за любимого человека.

«Эта дама думает лишь о том, какую прибыль получит ее магазин, — напомнила себе Руби. — Поэтому не стоит так близко к сердцу принимать ее слова». Тем более что она не любит Сандера, а он уж точно не любит ее. И то, в чем она будет на церемонии бракосочетания, совершенно не имеет значения, потому что ни он, ни она не собираются вспоминать тот день, когда поженились. От этих мыслей у нее сбилось дыхание, а сердце заныло. Почему? Ей двадцать три года, у нее два замечательных пятилетних сына. Она давно уже перестала мечтать о романтической любви, считая ее неким эквивалентом шоколада: очень сладким — но лишь на короткое время, пока держишь его на языке, — и вызывающим пагубную зависимость. Лучше не злоупотреблять сладостями, а соблюдать разумную и полезную диету. Она обожает своих сыновей, она привязана к сестрам. Эти чувства будут сопровождать ее всю жизнь, а романтическая любовь — Руби была уверена — всего лишь иллюзия.

Мальчики были в восторге от посещения исторического музея. Они радостно держались за руку Сандера, трогательно и благодарно прижимались к нему, звали папой и откровенно радовались тому, что пришли сюда с ним. Так почему же он остро ощущает отсутствие Руби, будто ему чего-то не хватает? «Потому что я переживаю за мальчиков, — твердил себе Сандер. — Потому что я беспокоюсь, что они заскучают без нее, вот и все».

Не совсем осознавая, что она делает, Руби накупила много дорогих нарядов — гораздо больше, чем собиралась. Каждый раз, когда она пыталась отказаться от покупки, консультант уговаривала и убеждала ее, что вещь эта просто необходима. Даме было велено подобрать для Руби одежду, которая могла понадобиться в самых различных ситуациях. И конечно, все вещи были великолепными: прекрасно скроенные брюки и шорты из кремового льна с сочетающимися по цвету шелковым жилетом и рубашкой из хлопка-жатки, струящиеся шелковые платья, атласные и хлопковые блузки, официальные платья для коктейлей и более непринужденная, но такая же немыслимо дорогая одежда для отдыха и пляжа. Были приобретены также туфли — для любой надобности и под каждый наряд — и нижнее белье: узенькие полоски из шелка и кружев. Руби сначала хотела отказаться от сексуальных вещичек, пожелав приобрести что-то более практичное, но они каким-то образом оказались в кипе «самых необходимых вещей», как назвала их консультант.

Теперь осталось приобрести лишь свадебный наряд. Эффектным жестом развернув перед Руби кремовое платье, к которому прилагался жакет-болеро, консультант горделиво произнесла:

— Из новой коллекции Веры Вонг. Короткое и приталенное, это платье идеально подходит для свадебной церемонии, вы также сможете носить его после свадьбы, как коктейльное платье. Оно было сшито на заказ для другой дамы, но оказалось ей мало. Уверена, вам оно прекрасно подойдет. А рюши словно специально созданы для вашей фигуры.

Дама, скорее всего, имела в виду, что романтические рюши, украшающие шелковое платье, скроют ее худобу, догадалась Руби.

Платье было красивым, элегантным и женственным, и такое свадебное платье, без сомнения, любая женщина запомнила бы на всю жизнь. Но именно поэтому Руби не хотела его брать. Консультант терпеливо ждала ее ответа.

Платье прекрасно сидело на молодой женщине. Скроенное мастерской рукой, оно облегало ее так, что талия казалась гораздо уже, чем она была в реальности, придавая тем самым соблазнительную форму фигуре. Когда Руби посмотрела в зеркало, ей показалось, что в нем отражается настоящая невеста. Этой невестой могла быть и она… если бы ситуация была иной. Если бы Сандер любил ее…

Потрясенная, Руби качнула головой и принялась снимать платье, отчаянно стараясь избавиться от жестокой реальности.

— Нет, я не хочу его, — заявила она обескураженной даме-консультанту. — Пожалуйста, уберите это платье. Я надену что-нибудь другое.

— Но оно идеально вам подходит…

Однако Руби отрицательно помотала головой.

Она переодевалась в примерочной комнате, когда туда заглянула консультант. В руках дама держала белую теплую куртку с капюшоном.

— Я чуть не забыла, — сказала она Руби. — Ваш будущий муж предупредил, что вы случайно забыли дома пальто и вам понадобится что-нибудь теплое, пока вы находитесь в Лондоне.

Руби молча взяла у нее куртку, отороченную пушистым мехом, стильную и. элегантную.

— Это модель нашего нового дизайнера, — сообщила консультант. — Она итальянка, ученица Прады. Мы сейчас запускаем эту модель в производство.

Руби склонила голову, чтобы дама не догадалась о чувствах, охвативших ее. Сандер может притворяться перед всеми, что заботится о ней и искренне верит в то, что она забыла пальто дома, но на самом деле в глубине души он презирает ее. Он явно догадался, что у нее просто нет зимнего пальто, когда она стала дрожать от холода во время вчерашней прогулки в парке.

Возвращаясь в отель в новой красивой куртке, Руби чувствовала себя несчастной. Новая прическа и стильный макияж не смогли изменить состояние ее души. Руби по-прежнему испытывала глубокое чувство вины из-за своего прошлого. Изысканная одежда была притворством — точно таким же, как и ее брак с Сандером.

Притворством для нее, но не для близнецов. Они никогда не узнают, какие муки испытывает их мать. Меньше всего на свете она хотела бы, чтобы они выросли с ощущением того, что она принесла себя в жертву ради них. Мальчики должны верить в то, что мама счастлива.

Руби хотела сразу пройти в номер, однако оценивающий взгляд дамы, стоявшей в вестибюле, а затем ее легкая улыбка, явно говорящая о том, что Руби не может сравниться с ней, задела гордость молодой женщины, и она, изменив решение, направилась в кафе при отеле.

Вышколенный официант провел ее к маленькому столику, стоявшему на самом видном месте, посреди зала. Руби предпочла бы спрятаться где-нибудь в темном уголке. Желание самоутвердиться мгновенно улетучилось, она была смущена и чувствовала себя очень одиноко. Руби не привыкла бывать в обществе одна. С ней всегда были мальчики или кто-нибудь из сестер.

Когда подошел официант, чтобы принять заказ, Руби попросила принести чай. Она не ела целый день, но не испытывала голода, поскольку была слишком взволнована.

Кафе постепенно наполнялось. В зале появились несколько красивых женщин и группа бизнесменов в деловых костюмах. Один из вошедших так внимательно взглянул на Руби и так тепло улыбнулся ей, что лицо ее вспыхнуло.

Она собиралась налить себе чашку чая, когда увидела близнецов, спешивших к ней. За ними следовал Сандер. Его волосы, как и волосы мальчиков, были мокрыми, будто он только что вышел из душа. Сердце Руби запрыгало в груди. Рука ее задрожала, и ей пришлось поставить чайник на стол. Мальчики, подбежав, наперебой стали рассказывать ей о том, где они были, но Руби, как ни старалась сосредоточиться на болтовне сыновей, глаз не могла отвести от Сандера. А он смотрел на нее.

Не ее новый облик заставил его резко остановиться. Прическа и макияж были лишь внешним лоском, который подчеркнул то, что Сандер и так уже знал — с того момента, как Руби открыла перед ним дверь своего дома. Он знал, что она обладает редкой и изысканной красотой.

Совсем другое чувство заставило его остановиться. При виде женщины, сидевшей за столиком, и мальчиков, льнувших к ней, он испытал необыкновенное ощущение мужской гордости. Это были его сыновья и их мать. Но Сандер гордился не только близнецами, он гордился всеми ими вместе. Они были единым целым, принадлежали друг другу — и принадлежали ему. Сандер потряс головой, пытаясь избавиться от незнакомых чувств и злясь на себя. Эти чувства совершенно противоречили его настрою по отношению к Руби. Что с ним происходит?

Молодая женщина, затаив дыхание, ждала, что скажет Сандер насчет ее внешности. Ведь он остановился как вкопанный, когда увидел ее. Однако Сандер, подойдя к столику, только нахмурился и строго спросил, почему она не заказала какое-нибудь блюдо.

— Потому что мне достаточно чашки чая, — ответила она.

Неужели ему не понравилась ее новая прическа? Может быть, поэтому он выглядит таким мрачным? Но она конечно же не задаст ни одного вопроса. Руби повернулась к мальчикам:

— Вам было интересно в историческом музее?

— Да, — закивал Гарри. — А потом папа повел нас поплавать.

Поплавать? Руби обеспокоенно взглянула на Сандера.

— В отеле есть бассейн, — объяснил он. — Так как мальчики будут жить на острове, мне надо убедиться в том, что они хорошо плавают.

— Папа купил нам новые плавки, — сообщил Фредди.

— С ними должны быть два взрослых человека, когда они плавают! — не сдержавшись, возмутилась Руби. — Ребенок может захлебнуться за считанные секунды и…

— Там был дежурный спасатель, — прервал ее Сандер. — Мальчики прекрасно чувствуют себя в воде. Наверное, умение плавать заложено в них генетически. Мой брат участвует в соревнованиях по плаванию в составе юношеской сборной Греции.

— А у мамы другие волосы, — неожиданно заявил Гарри.

Руби смутилась. Теперь, наверное, Сандер скажет что-нибудь о ее новом облике, хотя бы намекнет, одобряет он его или нет. Ведь именно он был инициатором ее похода в косметический салон. Но Сандер невозмутимо заметил:

— Надеюсь, ты приобрела все, что тебе понадобится. У нас не будет больше времени для посещения магазинов. На следующий день после брачной церемонии мы вылетаем на остров.

Руби кивнула. Глупо расстраиваться из-за того, что Сандер ни одного слова не произнес по поводу ее преображенной внешности. Очень глупо, даже опасно. Высказал он одобрение или нет — это вообще не должно ее волновать.

Мальчики, наверное, голодны, а она устала. Она — их мать, и ей гораздо важнее сосредоточиться на этом, а не мучиться вопросом, что думает Сандер по ее поводу.

— Я пойду с мальчиками в номер и накормлю их, — сказала она Сандеру.

— Хорошая мысль. А мне надо согласовать несколько вопросов с представителями компании «Эмбасси», — отрывисто бросил он, коротко кивнув.

— А как насчет ужина? — Во рту у нее мгновенно пересохло, поскольку Сандер промолчал. Руби почувствовала, что задала очень неприличный вопрос — будто попросила его лечь с ней в постель.

Злясь на себя за то, что она дала Сандеру повод предположить, что она хочет поужинать вместе с ним, Руби с усилием проглотила комок в горле.

Почему простой вопрос молодой женщины снова пробудил в нем те чувства, которые он только что испытывал? Сандер взбесился. На секунду он представил, как они ужинают вдвоем. Вдвоем?! Конечно, вчетвером, потому что из-за близнецов — и только из-за них — он снова впустил эту женщину в свою жизнь. Он никогда не позволит себе попасться в ловушку женских чувств, будь они материнскими или любовными. Ему хорошо известно, что эти чувства мгновенно возникают из ниоткуда и так же быстро исчезают в никуда.

— Я ужинаю сегодня с одним старым другом, — солгал Сандер. — И не знаю, когда вернусь.

«Со старым другом», — сказал Сандер. Может быть, он собирается поужинать с женщиной? С любовницей, например? Руби терялась в догадках, пока мальчики допивали чай, а она заставила себя немного поесть. Она очень мало знает о жизни Сандера и совсем не знает его друзей. Постепенно ее стала охватывать паника.

— Мама, давай посмотрим на остров, — предложил Фредди, встав перед ноутбуком и пытаясь открыть его.

— Нет, Фредди, не трогай его, — встревожилась Руби.

— Все в порядке, мамочка, — заявил Гарри с потрясающей — и такой знакомой — мужской уверенностью. — Папа сказал, что мы можем посмотреть.

Фредди включил компьютер — как многие дети, близнецы умели прекрасно пользоваться новейшей техникой. Прежде чем Руби успела что-то возразить, на экране возник остров в форме полумесяца, с горным хребтом по центру.

В юные годы после встречи с Сандером Руби пыталась узнать о нем как можно больше, отказываясь верить, что она для него — всего лишь девушка на одну ночь.

Она выяснила тогда, что остров, чьим ближайшим соседом был Кипр, множество раз переходил из рук в руки, что в жилах Сандера со времен Крестовых походов течет мавританская кровь. Нынешние жители острова, однако, считают себя греками. Ей также стало известно, что семья Сандера правит островом на протяжении многих веков и что его дед во время Второй мировой войны создал компанию, занимающуюся морскими перевозками, обеспечив островитян работой и сделав их богатыми. Но когда Руби поняла, что она ничего не значит для Сандера, она перестала разыскивать информацию о нем.

— Вам пора идти в душ, — твердо сказала она сыновьям.

Когда они сидели в кафе, им доставили новую одежду и очень красивые новые сумки. Руби намеревалась, уложив мальчиков в постель, заняться распаковкой и укладкой вещей, чтобы подготовиться к поездке на остров.

Но лишь только мальчики были выкупаны и уложены, она снова подошла к ноутбуку, будто ее кто-то тянул за руку. Мысли ее не покидал соблазнительный образ острова.

Почти не осознавая, что делает, она кликнула мышкой красный маленький кружок, означавший столицу. Появилось несколько свернутых картинок. Руби открыла первую из них, и на экране появилась ослепительно белая крепость, возведенная на краю скалы, над сине-зеленым морем, с башнями в мавританском стиле, устремлявшимися в небо. Открыв другие картинки, Руби увидела фасад того же здания, выполненный в традициях классической греческой архитектуры. Стражи были одеты в традиционную голубую униформу с белыми рубашками.

На других фотографиях были песчаные пляжи, раскинувшиеся возле подножия скал, маленькие бухточки для рыбаков и горы со снежными вершинами, поросшие дикими цветами. Контрастом явились снимки оборудованных по последнему слову техники доков и маленьких городков с ярко-белыми домиками и затененными улочками. «Невозможно остаться равнодушной к этим картинам», — призналась себе Руби. Но в то же время ее не покидала тревога — настолько чужим выглядел этот остров по сравнению с тем, к чему она привыкла. Правильно ли она поступила? Руби ничего не знала ни о семье Сандера, ни о его жизни, а ведь на острове она будет полностью зависеть от него. Однако, если она не поедет с ним, он попытается отнять у нее сыновей, в этом Руби не сомневалась. Именно поэтому ей придется смириться.

Руби почувствовала, как в душе ее поднялась яростная волна материнской любви. Сыновья значили для нее все. Их благополучие — нынешнее и будущее, — их счастье для нее важнее всего и, конечно, важнее унизительного и невольного влечения к Сандеру. Во рту у Руби пересохло. В семнадцать лет она еще могла оправдать себя тем, что попала под воздействие его сексуальной притягательности, но сейчас ей не семнадцать лет. И не важно, что у нее после него не было мужчины. Хотя он, несомненно, переспал с множеством женщин после того, как столь безжалостно вычеркнул ее из своей жизни.

Руби взглянула на экран, не в силах подавить желание набрать в поисковой строке имя Сандер. Это не было любопытством, ни в коем случае. У нее есть сыновья, о которых она должна заботиться.

Глаза женщины расширились, когда она наткнулась на информацию о том, что Сандер в настоящее время является правителем острова — а именно королем. Хотя, как было написано в статье, он, в отличие от своих предков, предпочитает более демократичные формы правления.

Родители погибли в авиакатастрофе, когда Сандеру было восемнадцать лет. Самолет пилотировал кузен его матери. Руби вздрогнула будто от удара электрического тока. Они оба стали сиротами почти в одном и том же возрасте. Родители Сандера, как и ее, погибли в результате несчастного случая. Если бы она знала об этом, когда они встретились в первый раз… Но разве что-либо изменилось бы тогда? Нет, ничего.

Сандеру сейчас тридцать четыре года, ей — двадцать три. Он находится в расцвете сил. По телу Руби пробежала дрожь — словно любовник лизнул ее чувствительную кожу. В голове мгновенно закружились образы: загорелая рука Сандера обхватывает ее обнаженную грудь, язык облизывает напрягшийся сосок. Легкая дрожь превратилась в мучительное содрогание. Руби попыталась отогнать от себя соблазнительные картины и закрыла ноутбук. Она снова почувствовала тошноту. Нетвердой походкой молодая женщина направилась в ванную.