Прочитайте онлайн В джунглях Амазонки. | ГлаваVIII ЭКСПЕДИЦИЯ В НЕИССЛЕДОВАННЫЕ ДЖУНГЛИ

Читать книгу В джунглях Амазонки.
5112+3810
  • Автор:
  • Язык: ru

ГлаваVIII ЭКСПЕДИЦИЯ В НЕИССЛЕДОВАННЫЕ ДЖУНГЛИ

Онлайн библиотека litra.info

ять месяцев прожил я таким образом среди добродушных и гостеприимных людей, но затем меня снова потянуло в новые места. Толчок к этому дало объявление, вывешенное на наружных дверях конторы: «Рабочие Маркез, Фрейтас, Анизет, Магеллес, Джером и Брабо назначаются на разведки каучука в западном девственном лесу». Я обратился за разъяснениями к Маркезу, и он сообщил мне, что да Сильва снаряжает небольшую экспедицию в лес, за пределы исследованной территории, чтобы определить местоположение и приблизительное количество новых каучуковых деревьев. Разведчики должны были надрезать деревья, собрать каучуковый сок, вернуться затем во Флоресту с этими образцами и представить отчет о количестве деревьев. Меня это очень заинтересовало, и я спросил начальника отряда, Маркеза, чью жену я в начале своего приезда оперировал, не могу ли я присоединиться к этой экспедиции. Он нехотя согласился, говоря, что такие разведки сопряжены всегда с большими опасностями и никогда не обходятся без жертв. Но нельзя было упускать столь редкого случая проникнуть в такие области, где еще не бывали даже туземные добыватели каучука, и я стал деятельно готовиться к экспедиции.

В назначенный день утром мы собрались в конторе Флоресты, где да Сильва простился с нами и при этом еще раз постарался отговорить меня от участия в рискованном предприятии, но я твердо стоял на своем.

Экспедиция состояла, таким образом, из шести человек, которые все, за исключением начальника отряда, Маркеза, были не женаты. Выйдя из конторы, мы отправились в кладовую, где выбрали себе необходимые продукты в таком количестве, чтобы их хватило на три или четыре недели. Провизия наша состояла из сушеной рыбы пираруку, вяленого мяса и большого количества фаринги, этой неизбежной и невкусной муки, которая фигурирует в каждом меню бразильца. Кроме того, мы взяли сахар, кофе, рис и несколько бутылок коньяку. Гамаки и кухонные принадлежности дополняли наше снаряжение. Я захватил с собой большую камеру, фотографические пленки и бумагу, реактивы, весы и разновес, а также увеличительное стекло, хирургические инструменты и подкожный шприц с несколькими дюжинами ампул. Мои спутники были вооружены винчестерами и старинными шомпольными ружьями, а я взял с собой автоматический револьвер. Когда мы сложили все вещи, то у каждого из нас оказалась ноша в 85 фунтов, которую мы укрепили за плечами; в правой руке было ружье, а в левой мачете, чтобы прочищать себе дорогу в джунглях.

Снаряженные таким образом мы покинули поселок, не зная, придется ли нам его когда-нибудь, увидеть, оставшиеся туземцы провожали нас ружейными залпами, желая счастливого пути.

Проехав несколько часов в лодке, вверх по Итакуаи мы причалили к берегу, вышли и направили свои шаги в глубь страны через густой лес. В течение первых четырех часов путь шел по местности, знакомой добывателям каучука. Спотыкаясь на извилистой, неровной тропинке, изнемогая от полуденной невыносимой жары, отбиваясь от легионов песчаных мух и вездесущих москитов, перелезая через упавшие деревья, преграждавшие нам дорогу на каждом повороте, я думал, что достиг высшей меры лишений. Я не мог предположить, что впоследствии буду вспоминать этот день, как приятную, легкую прогулку.

После утомительной четырехчасовой ходьбы мы дошли до открытого места, очевидно просеки, где тропинка внезапно обрывалась. В изнеможении я бросился на влажную землю в то время как Маркез стал объяснять положение дел. Он сказал, что мы дошли до конца прорубленной эстрады и что за этой просекой не будет больше тропинок. Хотя он и исследовал немного этот район в прошлом году во время экспедиции, подобно нашей, но за этот год кустарник так разросся, что не было возможности различить прежний его след, и потому нам придется прорубать себе каждый шаг. Только теперь, когда мы снова двинулись в путь, я понял, что значит в действительности слово «джунгли». Перед нами была плотная, на вид непроницаемая стена растительности, которую спутники мои старательно принялись прорубать своими тяжелыми мачете. Легкость, с которой они проделывали эту работу, приводила меня в изумление. Там, где неопытный человек растерялся бы и опустил в отчаянии руки, эти люди шли напролом. Растительность была настолько густа, что стоило человеку отойти в сторону хотя бы на один или два ярда, как он сразу становился невидимым.

К вечеру мы достигли хижины или «тамбо», построенной Маркезом в предыдущую экспедицию. Она представляла собой не что иное, как крышу на шестах, но мы радостно приветствовали ее, так как она сулила нам отдых и подкрепление сил. Мы устали и проголодались и очень обрадовались тому, что вблизи оказалась небольшая речка, где можно было освежиться. Однако приходилось соблюдать большую осторожность, чтобы не стать добычей аллигаторов и водяных змей, притаившихся в береговых камышах. Сварив на ужин сушеную пираруку и намочив фарингу в воде, мы съели эти безвкусные кушанья с большим аппетитом. Один из рабочих, добродушный атлет Джером, отправился на охоту за свежим мясом и вернулся с неведомым маленьким зверьком, напоминавшим лисицу. Мы попробовали было сварить из него похлебку, но у нас не было соли, и сушеная пираруку нам показалась вкуснее.

Ночное развлечение нам доставили муравьи, построившие гнездо в тамбо, где мы повесили наши гамаки. Они сотнями лезли вверх по шестам и вниз по веревкам, и никакими средствами нельзя было от них отделаться. Кусочки ваты, смазанные вазелином и привязанные к крюкам гамаков, не оказались для них препятствием. Уснуть было невозможно. На помощь муравьям явились москиты, которые умудрялись проникать и сквозь предохранительную сетку. Мешали спать и маленькие обезьяны — квата, примостившиеся на соседних деревьях и всю ночь перекликавшиеся какими-то замогильными голосами.

Весь следующий день мы шли по местности, исследованной Маркезом в прошлом году, и провели ночь в другом тамбо, тоже им построенном. Однако, по мере нашего продвижения вперед, трудности пути все увеличивались. Местность становилась более холмистой, а лес делался гуще и непроходимее. Мы находились теперь на значительном расстоянии от реки Итакуаи, в области, не подверженной ежегодным наводнениям. Второй день оставил по себе приятную память: Джерому удалось из своего шомпольного ружья застрелить птицу «мутум», своим видом и вкусом напоминающую индейку, а мне посчастливилось убить жирного болотного оленя. Это случилось в тамбо № 2. Здесь был устроен целый пир, о котором вспоминали в течение нескольких дней.

Мы держали курс на запад, где Маркез ожидал найти большие площади, покрытые каучуковыми деревьями. Холмистая местность была изрезана речными долинами, и, спустившись к воде, можно было наблюдать уродливые головы водяных змей, которые, высунув головы, будто поджидали нашего прихода. Перейти через такие речки можно было только одним способом: срубить молодое дерево и перебросить его через ручей в виде моста. Чтобы не упасть в воду при таких переходах, мы вырезывали длинную тонкую палку и, опираясь ею о дно речки, переходили с ее помощью по стволу на другую сторону глубоких предательских вод. Мои нервы не выдерживали, однако, и я предпочитал переправлятся по импровизированному мосту ползком, цепляясь за дерево руками.

Тамбо № 3 мы построили сами, как и все последующие хижины, где устраивали привал. Место всегда выбиралось вблизи речки и очищалось от кустарника, так что получалось открытое пространство в виде квадрата, стороны которого равнялись приблизительно 25 футам. В углах квадрата мы оставляли по одному дереву и к ним прикрепляли крышу. Для этого составлялась рама из молодых деревьев, связанных между собою полосами коры дерева матамата, а поверх рамы клали гигантские листья мурумуру, длиною в 25–30 футов. Внизу натягивались гамаки, и таким образом мы были сравнительно защищены от ночных дождей, представляющих обычное явление в этих лесах. После скудного обеда из сушеной пираруку и фаринги или из дичи, которую нам удавалось подстрелить во время дневного перехода, мы забирались в гамаки, курили и слушали охотничьи рассказы или монотонные туземные песни.

Было, должно быть, около двух часов утра, когда я проснулся от ужасающего рева, от которого, казалось, дрожал лес. Я вскочил и со страхом стал всматриваться в темноту. Над нами слышался треск кустарников и деревьев. Моей первой мыслью было, что это ураган, но, оглушенный шумом, я не отдавал себе ясного отчета в происходящем. Спутники мои испуганно звали друг друга. Шум становился все громче, все страшнее. Внезапно вокруг нас все затряслось, крыша хижины зашаталась и рухнула на нас. В то же мгновение я почувствовал, как огромное тело пронеслось мимо меня и задев свалило на землю. Шум был оглушающий, смешанный с воплями и возбужденными криками моих спутников, но темный предмет уже исчез по направлению к речке.

Зажгли огонь и осмотрелись. Тамбо оказался совсем разрушенным, гамаки спутались в одну кучу. Джером, выскочивший из гамака и побежавший вслед за «ураганом» к речке, скоро обнаружил главного виновника бури, которая смела наш маленький лагерь. Это был ягуар, прыгнувший на спину большого тапира в то время, когда тот пасся в лесу, позади нашего тамбо. Тапир бросился в кустарник, надеясь ветками сбросить ягуара со спины; когда ему это не удалось, у него осталась надежда на воду в речке, и прямой путь к ней, к несчастью, вел через наше тамбо.

На следующий день нам посчастливилось убить двух обезьян-ревунов; добыча была встречена громкими криками радости, так как за последние сутки дичи нам совсем не попадалось. Это было, впрочем, вполне понятно: прорубая себе дорогу, мы распугивали зверей.

На девятый день утомительных переходов начальник отряда Маркез обнаружил многочисленные каучуковые деревья. Поэтому было решено, что тамбо № 9 будет нашей последней стоянкой. Мы находились теперь в 150 милях от поселка Флоресты и из них 120 миль прошли по совершенно неизвестным девственным джунглям. В эту ночь температура опустилась до 6°Ц — удивительно низкая температура для местности, расположенной так близко к экватору и притом низменной. Я объясняю это тем, что солнце никогда не проникает здесь сквозь темную листву густых лесов, а болота между холмами, выдыхая свои злокачественные испарения, понижают температуру воздуха.

До сих пор я боялся джунглей не больше, чем боялся бы всякого другого леса, теперь же мною начал овладевать страх. Я видел, что все ближе и ближе надвигалась на нас страшная опасность — голод и болезни. К тому времени когда мы достигли тамбо № 9, наши запасы уже значительно уменьшились, и, несмотря на это, мы мешкали двинуться в обратный путь, забывая о том опасном положении, в котором могли очутиться.

Каждый лишний день нашего пребывания в тамбо № 9 доказывал нашу непростительную беспечность. Впрочем, она была извинительна: мы все страшно утомились и были рады отдыху, со страхом думая об обратном путешествии через джунгли.

Онлайн библиотека litra.info