Прочитайте онлайн В 4.50 из Паддингтона | Глава 1

Читать книгу В 4.50 из Паддингтона
4816+3346
  • Автор:
  • Перевёл: В. Коткин
  • Язык: ru

Глава 1

Миссис Мак-Гилликади проталкивалась среди толпы, задыхаясь и едва поспевая за носильщиком. Она была женщиной небольшого роста и полной, а носильщик, высоченный детина, отмеривал путь семимильными шагами. К тому же миссис Мак-Гилликади была увешана бесчисленным количеством свертков — результатом длительного хождения по магазинам перед рождественскими праздниками. Поэтому она и не могла угнаться за носильщиком, и когда он уже завернул в конце вокзала за угол, миссис Мак-Гилликади все еще протискивалась сквозь толпу.

От платформы № 1 только что отошел поезд. Но чуть в стороне колыхалось огромное море людей, люди спешили во всех направлениях сразу: толпились у входа в метро, у камеры хранения, у кафе, у справочных бюро, толкались возле стендов с расписанием поездов, загромождали вход и выход на вокзал.

Миссис Мак-Гилликади толкали со всех сторон, и она, еле-еле пробившись, наконец добралась до входа на платформу № 3. Здесь она поставила около ног свои вещи и стала искать в сумочке билет, чтобы пройти мимо сурового железнодорожника.

В этот момент прямо над ее головой раздался голос из репродуктора, хриплый, но довольно отчетливый: «В 4 часа 50 минут от платформы № 3 отправляется поезд до станции Чедмаут. Остановки: Милчеетер, Уэйвертон, Карвиль, Джанкшин, Роксетер, далее везде. Пассажиров, сходящих в Брэкхемптоне и Милчестере, просим садиться в задние вагоны. Пассажиры, следующие до Венекуэй, должны делать пересадку в Роксетере».

Голос смолк, репродуктор отключился, но через несколько секунд зазвучал снова: «В 4 часа 35 минут к платформе № 9 прибывает поезд из Бирмингема и Уолверхемптона».

Миссис Мак-Гилликади нашла, наконец, свой билет и предъявила его контролеру. Тот надорвал его и произнес:

— Направо. Последние вагоны.

Миссис Мак-Гилликади двинулась вдоль платформы, отыскала своего носильщика, который со скучающим видом вглядывался в пространство у двери вагона третьего класса.

— Вам сюда, мадам.

— Нет. Я еду в первом классе, — сказала миссис Мак-Гилликади.

— Вы мне этого не сказали, — пробурчал носильщик, пренебрежительно окинув взглядом ее пальто из крапчатого твида, очень смахивавшее на мужское.

Миссис Мак-Гилликади, заранее сказавшая носильщику, что едет в первом классе, не стала больше объясняться по этому поводу; она очень устала и едва могла перевести дыхание от быстрой ходьбы.

Носильщик взялся за чемодан и перенес его к соседнему вагону. Миссис Мак-Гилликади разместилась, наконец, с комфортом. Этим поездом ездили немногие. Пассажиры первого класса предпочитали ездить или же более быстрым утренним экспрессом, или поездом с вагоном-рестораном, отправлявшимся в 6.40. Миссис Мак-Гилликади заплатила носильщику, который с явным разочарованием дал понять, что так платят лишь пассажиры третьего класса. Но миссис Мак-Гилликади хотя и потратилась, чтобы ехать с удобствами, не хотела швырять деньги на чаевые.

Она уселась поудобнее, со вздохом облегчения откинулась на бархатные подушки и раскрыла журнал. Минут через пять поезд тронулся.

Журнал выскользнул из рук миссис Мак-Гилликади, голова склонилась набок, она уже спала. Через тридцать пять минут она проснулась отдохнувшей, поправила съехавшую набок шляпку, выпрямилась и взглянула в окно, за которым мелькал деревенский пейзаж. Быстро надвигалась темнота, стоял тоскливый декабрь — до Рождества оставалось всего лишь пять дней. Лондон тонул во мраке, хотя временами, когда поезд стремглав проносился мимо освещенных платформ, становилось светло и весело от висевших, словно гроздья винограда, фонарей.

— Заканчиваем разносить чай, — сказал проводник, появившись на мгновение в двери. Миссис Мак-Гилликади напилась чаю в большом универмаге перед отъездом и чувствовала себя сытой. Проводник прошел дальше по вагону, монотонно повторяя одну и ту же фразу. Миссис Мак-Гилликади взглянула на полку, где покоились ее многочисленные покупки. Полотенца отличного качества и как раз такие, какие хотела иметь Маргарет, духовое ружье для Робби и зайчик для Джейн были тоже хороши, а эта теплая вечерняя накидка просто великолепна, она сама о ней давно мечтала. Пуловер для Гектора…

Взор ее вновь обратился к окну. Со страшным шумом мимо промчался встречный поезд, стекла в вагоне задрожали так, что она вздрогнула. А ее поезд, громыхая, шел теперь мимо километровых столбов через какую-то станцию. Потом он стал замедлять ход, повинуясь невидимому сигналу. Несколько минут поезд шел очень медленно, потом совсем встал, через некоторое время снова стал набирать скорость. В это время еще один поезд, двигавшийся в том же направлении, вывернулся откуда-то сбоку и направился к ним. На миг даже показалось, что они столкнутся. Какое-то время два поезда шли параллельно друг другу. Миссис Мак-Гилликади смотрела в окна вагона шедшего рядом поезда. На многих окнах занавески были опущены, но иногда мелькали незашторенные окна, и она видела в вагонах пассажиров, их было немного: некоторые купе пустовали.

В тот момент, когда казалось, что два поезда совершенно не двигаются, штора окна напротив резко поднялась вверх, и миссис Мак-Гилликади увидела освещенное купе первого класса, находившееся на расстоянии протянутой руки от нее.

Вдруг у нее перехватило дыхание, как от спазмы, она невольно привстала. У окна, спиной к ней, стоял мужчина, руки которого впились в горло женщины. Она диким безжизненным взглядом смотрела на него, а его пальцы медленно, безжалостно сжимались. В следующее мгновение глаза ее стали вылезать из орбит, лицо побагровело, налившись кровью. И пока миссис Мак-Гилликади наблюдала, словно загипнотизированная, наступил конец. Тело женщины обмякло и поникло. В этот момент тот, другой поезд, пошел быстрее, и через минуту-другую скрылся из глаз.

Почти автоматически рука миссис Мак-Гилликади потянулась к звонку, затем замерла в нерешительности. В конце-то концов, какой прок от того, что она позвонит? Ужас от всего, что она увидела на таком близком расстоянии, необычность ситуации парализовали ее. Нужно что-то срочно предпринять, но что?

Дверь ее купе открылась, и контролер сказал:

— Пожалуйста, ваш билет!

Миссис Мак-Гилликади бросилась к нему с криком:

— Женщину задушили! В поезде, который только что прошел мимо! Я видела это сама.

Контролер с удивлением посмотрел на нее:

— Простите, что вы сказали, мадам?

— Мужчина задушил женщину! В поезде. Я видела это своими глазами, вот отсюда.

Она показала на окно. На лице контролера было написано недоумение.

— Задушил? — спросил он недоверчиво.

— Да, задушил! Говорю вам, я сама все видела. Вы должны немедленно принять меры.

Контролер вежливо кашлянул:

— Не кажется ли вам, мадам, что вы немного вздремнули… и… — он тактично замолчал.

— Да, я немного вздремнула, но если вы думаете, что я это увидела во сне, то глубоко ошибаетесь. Говорю вам еще раз, я все видела наяву своими собственными глазами.

Взгляд контролера скользнул по журналу, лежащему на сиденье. На раскрытой странице он увидел девушку, которую кто-то душил, а мужчина с револьвером стоял в открытой двери, угрожая оружием им обоим.

— А не думает мадам, — сказал контролер, — что, читая взволновавший вас рассказ, вы немножко забылись, а потом очнулись и вам показалось, что все это происходило наяву?

— Нет, — перебила его миссис Мак-Гиллика-ди. — Я действительно видела это. Я в такой же степени в своем уме, как и вы. Я смотрела из своего окна в окно шедшего рядом поезда. И там мужчина душил женщину. Я хочу знать, что вы собираетесь в связи с этим делать?

— Значит, мадам…

— Вы ведь собираетесь что-либо предпринять, я надеюсь?

Контролер неохотно кивнул и посмотрел на часы.

— Ровно через семь минут мы .прибудем в Врэкхемптон. Я доложу о том, что вы мне рассказали. В каком направлении шел поезд, о котором вы говорите?

— Конечно, в этом же направлении; я не смогла бы ничего увидеть, если бы поезд промчался навстречу.

Но контролер смотрел на нее и думал, что миссис Мак-Гилликади при ее фантазии вполне могла увидеть что угодно и где угодно. Тем не менее он оставался вежливым:

— Можете вполне положиться на меня, мадам, я подам рапорт о вашем заявлении. Может быть, вы дадите мне свой адрес и фамилию, на случай, если…

Миссис Мак-Гилликади сказала ему, где она собирается находиться в ближайшие несколько дней, и еще свой постоянный адрес в Шотландии. Он все это записал и удалился с видом человека, выполнившего свой долг.

Миссис Мак-Гилликади осталась хмурой и совсем неудовлетворенной. Действительно ли сообщит контролер о ее заявлении? Или, быть может, он просто ее успокаивал? Ведь кругом путешествует так много пожилых женщин, которые убеждены, что раскрыли заговор или подверглись опасности, которые видели летающие блюдца и секретные космические корабли. Все они заявляли об убийствах, которые никогда не происходили. И если этот контролер принял ее за одну из них…

Поезд замедлял ход, мимо мелькали яркие огни большого города.

Миссис Мак-Гилликади открыла свою сумочку, поискала бумажку и, не найдя ничего, кроме какой-то квитанции, шариковой ручкой быстро написала на обратной стороне записку, вложила ее в конверт, который по счастливой случайности оказался у нее, заклеила и надписала адрес.

Поезд медленно приближался к платформе, заполненной людьми. Обычный монотонный голос произносил нараспев: «В 5 часов 38 минут от платформы № 1 отправляется поезд до станции Чедмаут. Он проследует через Милчестер, Уэйвертон, Роксетер. Пассажиров, следующих до Маркет-Бэйзинг, просят пройти к поезду на третью платформу. На первом пути останавливается поезд, следующий до Гарбэри».

Миссис Мак-Гилликади с волнением смотрела на платформу. Как много пассажиров и как мало носильщиков! Ага, вот один из них. Она властно позвала:

— Носильщик! Возьмите это письмо и сразу же передайте его начальнику вокзала!

Она вручила носильщику конверт и еще дополнительно шиллинг. Потом, вздохнув, с облегчением откинулась назад. Ну ладно, она сделала все, что могла. Но тут же с сожалением подумала о шиллинге. Право же, шести пенсов было бы вполне достаточно…

Мысли ее снова вернулись к тому, чему она оказалась свидетельницей. Ужасно, просто ужасно… Она была женщиной с крепкими нервами, но сейчас содрогнулась. Какие странные, какие фантастические вещи случаются с ней, с Элспет Мак-Гилликади! Не поднимись неожиданно шторка этого купе… Но судьбе было угодно, чтобы она, Элспет Мак-Гилликади, стала свидетельницей этого преступления. Губы ее зловеще сжались.

Вокруг слышались крики, раздавались свистки, двери хлопали, закрываясь. В 5 часов 38 минут поезд медленно отошел от станции Брэкхемптон. Через 1 час и 5 минут он остановился в Милчестере.

Миссис Мак-Гилликади собрала свои свертки и сумку и вышла из вагона. Она смотрела то в одну сторону, то в другую. Ее раздражала все та же мысль, что носильщиков недостаточно. Казалось, все носильщики заняты только переносом почтовых мешков или суетились у багажных вагонов. Похоже, теперь все думают, что пассажиры сами должны тащить свои чемоданы. Да, но ведь она же не может тащить и чемодан, и зонтик, и свертки. Пришлось ждать своей очереди. Наконец, к ней подошел носильщик.

— Поедете на такси, мадам?

— Я надеюсь, меня встретят.

Около выхода из станции к ней подошел водитель такси, следивший за выходящими пассажирами. У него был мягкий местный говор:

— Вы, случайно, не миссис Мак-Гилликади? Вы едете в Сент Мэри Мид?

— Да, я миссис Мак-Гилликади.

Носильщик получил незначительное, но вполне достаточное вознаграждение.

Машина, где сидела миссис Мак-Гилликади со своим чемоданом и свертками, ринулась в темноту. Ей предстояло проехать девять миль. Сидя в машине, миссис Мак-Гилликади никак не могла прийти в себя. Чувствам ее нужен был какой-то выход. Наконец, такси въехало на знакомую деревенскую улицу, и миссис Мак-Гилликади выбралась из машины и по дорожке, выложенной камнями, прошла к дому. Дверь открыла пожилая служанка. Водитель внес вещи. Миссис Мак-Гилликади прошла через холл в гостиную с раскрытыми дверями, где ее ждала хозяйка дома, почтенная хрупкая старая дама.

— Элспет!

— Джейн!

Они расцеловались, и тут же без каких-либо предисловий миссис Мак-Гилликади приступила к сути дела.

— О, Джейн! — вскричала она. — Я только что видела убийство!