Прочитайте онлайн Убийства в замке Баустринг | Глава 6В ЛЮДСКОЙ

Читать книгу Убийства в замке Баустринг
3416+1373
  • Автор:
  • Перевёл: И. И. Мансуров

Глава 6

В ЛЮДСКОЙ

Она была очень хорошенькой при жизни и почти не изменилась после смерти, подумал Тэрлейн. Хотя лицо у Дорис Мундо было синюшным и слегка распухшим, не потребовалось больших усилий, чтобы задушить ее. Хрупкая девушка, шею которой мог обхватить пальцами крупный мужчина, умерла всего несколько мгновений назад.

Место преступления запечатлелось у Тэрлейна в мозгу в ярких и отталкивающих красках. На некотором расстоянии от коридора, ведущего в столовую, находился довольно широкий коридор, который вел на кухню. Свет падал в этот коридор из входной двери в дом в одном конце и из кухни – в другом. Дорис лежала скорчившись на каменных плитах. Из-под кружевного чепца выбивались в беспорядке ее светлые волосы. Влажные темные каменные стены коридора казались колодцем, над которым сияли яркие звезды на ярком вечернем небе.

Заглянув через плечо сэра Джорджа, Тэрлейн увидел, что все двери в коридоре открыты, и услышал, как кто-то завыл. Дворецкий, Вуд, возвышался в дверях буфетной. Прикрыв рукой глаза, он трясся мелкой дрожью, низенькая полная женщина, которая, как понял Тэрлейн, была экономкой, выглядывала из дверей своей комнаты и громко причитала.

– Сударыня, – неожиданно сказал Вуд, – это варварство. Пожалуйста, прекратите.

Однако настоящий ужас вызвал звук голосов, поющих псалом. Такими жизненными были эти нарастающие и ослабевающие волны звука, что Тэрлейн не сразу понял, что это звучит проигрыватель в комнате Вуда. Пафосно, почти в экстазе, сильные голоса выводили:

Вперед, Христово воинство, солдаты,На смертный бой со Злом…

Фрэнсис – его темный силуэт с опущенными плечами вырисовывался в освещенном коридоре – стоял, не отводя взгляда от мертвой Дорис.

У каждого свой крест,И всякому он по силам,Неси его и не ропщи…

– Вуд, позовите доктора, – произнес сэр Джордж Анструдер охрипшим голосом, – и выключите эту проклятую штуку. Немедленно. Слышите?

– Да, сэр, – сказал Вуд, поджав губы.

Он нехотя направился в свою комнату, и уже спустя минуту песнопение, призывающее к борьбе с бесовщиной, оборвалось, раздался щелчок и наступила тишина.

Тэрлейн вытер лоб.

– Отметины отчетливо видны у нее на горле, – произнес Фрэнсис. Он опустился на колени рядом с Дорис Мундо и машинальным жестом одернул ее юбку. – И точечные, и вытянутые, и маленькие квадратные отпечатки кольчужного плетения на запястье. Ее задушили латными рукавицами.

– Кто нашел ее? – спросил сэр Джордж.

– Я нашел, сэр, – отозвался Вуд. – У меня был включен проигрыватель, сэр. Я поставил двенадцать пластинок, и он автоматически играл одну за другой. Миссис Картер, знаете ли, обожает церковные песнопения и…

– При каких обстоятельствах вы ее нашли?

– Наступило время все запирать, сэр. Было четверть одиннадцатого. Я вышел из своей комнаты и… Она лежала там, сэр. – Он показал. – Я не дотрагивался до нее. Я ведь знал, кто это.

– Бедняжка, – пробормотал Фрэнсис, поднимаясь.

– Что вы сделали потом? – спросил сэр Джордж!

– Я… я попытался найти его светлость, сэр. Хотел сказать ему о случившемся. Я пошел в Большой зал и увидел, что мистер Фрэнсис поднимается по лестнице. И я подумал, что он, наверное, лучше справится с ситуацией, чем его светлость. Но я не решился его окликнуть. Я пошел следом за ним вверх но лестнице, а потом мы оба спустились…

– Вы что, не знали, что его светлость убит? – спросил сэр Джордж.

Какая-то нервная судорога, похоже, свела ногу Вуда, и он едва не упал, но успел схватиться за дверной косяк.

– О господи! – прошептал он и с ужасом взглянул на тело девушки.

– Сейчас мы не об этом, – сказал Фрэнсис. – Вуд, как долго ты находился у себя комнате?

– С того времени, как подал кофе, сэр. Я видел, как вы с сэром Джорджем пошли по коридору в бильярдную, сэр, и слышал, как вы говорили о том, чтобы сыграть пару партий, а потом закрыл свою дверь…

– Ты ни разу не выходил?

– Нет, сэр. Клянусь, что нет.

– Тогда почему ты не ответил, когда я звонил из бильярдной? Я было подумал, что мне не удалось тебя разбудить.

Вуд приложил руку ко лбу. Похоже, он был удивлен и обескуражен таким вопросом. Неплохо выглядит для своего возраста, подумал Тэрлейн, пытливо глядя на него. Совершенно не напоминает традиционного дворецкого – дородного, величественного, с двойным подбородком. И стрижка модная…

– Весьма сожалею, сэр, – сказал Вуд. – Видимо, это из-за музыки. Но я не слышал вас. Извините, сэр.

– Когда ты в последний раз видел ее живой?

– Точно не помню, сэр. Сегодня днем, думаю. Это когда у нее случился припадок…

– Я скажу вам, что случилось, мистер Фрэнсис, – вмешалась в разговор миссис Картер. – Хотя это уже всем известно. О покойниках надо говорить только хорошее либо помалкивать, но я выскажу свое мнение. Она была порочной девушкой, мистер Фрэнсис. Я только надеюсь, что Бог простит и упокоит ее душу.

Фрэнсис впервые не сдержал раздражения:

– Замолчите, перестаньте сейчас об этом. Когда вы видели ее в последний раз?

– Хорошо, сэр, перестану… Но вам скажу! Я знала, что с ней случилось, меня не проведешь! Я сказала его светлости, что нужно позвать доктора Мэннинга. Вот так! Я сказала мисс Патриции, и она позвала доктора. Потом я отослала Дорис в ее комнату, где она спит вместе с Энни. Было около половины седьмого. Доктор пришел около восьми. Я оказалась права, – сказала миссис Картер.

– А что потом?

– Потом доктор и его светлость разговаривали, мистер Фрэнсис. Я не слышала о чем. Дорис была наверху, в комнате. Его светлость хотел, чтобы доктор остался на ужин, но доктор был неподходяще одет, и он, как настоящий джентльмен, поскольку проголодался, спросил, нельзя ли, чтобы ему прислали что-либо перекусить в Оружейный зал. У нас было тушеное мясо. И мы…

– Я вас спросил, когда вы в последний раз видели Дорис. – прервал ее Фрэнсис.

– Вот тогда и был последний раз, сэр. Разве я вам не сказала? Она была в своей комнате, когда я велела ей никуда не уходить и дождаться нашего решения. Сами понимаете, такая порочная девушка не должна жить с другими горничными и портить их. Я взяла с Энни обещание, что она будет спать в другой комнате, с Нелли и Джейн. Вот так!

Фрэнсис сердито произнес:

– Разве Энни можно испортить? – Не дождавшись ответа, он хлопнул в ладоши, лицо исказилось, словно от боли. – Я заявляю, мы найдем негодяя, который задушил Дорис!.. Послушайте, сэр Джордж, вы ведь знаете Джона Гонта?

– Да, знаю.

– Тогда помогите нам! Мы не можем доверить это дело каким-то недотепам. Гонт остановился в отеле «Глобус», внизу, около дюн. Найдите его, пообещайте ему все, что угодно. Если его не интересуют деньги, что его интересует, сэр?

– Картины, старинные книги, лошади… Да, и оружие, насколько я помню…

– Прекрасно. У нас есть Эрнест Месонье. Первое издание с автографом Сэмюэла Колриджа на титульном листе «Лирических баллад» и лучшие лошади в Суффолке… Скажите ему, что он может забирать все, что пожелает, и всю эту треклятую коллекцию оружия в придачу. Только доставьте его сюда.

Сэр Джордж бросил на него проницательный взгляд из-под кустистых бровей:

– Скажу тебе, Фрэнк, похоже, убийство Дорис принесло тебе больше страданий, чем смерть твоего отца.

– Их убийца – грязный негодяй, кем бы он ни был! – воскликнул Фрэнсис, сверкнув глазами. – И я добьюсь, чтобы его вздернули, ей-богу, чего бы мне это ни стоило.

– Ужасно, ужасно, – пророкотал низкий голос в коридоре.

Поправляя очки в золотой оправе, доктор Мэннинг вошел, опередив флегматичного Сондерса. Сэр Джордж кивнул и отошел, когда доктор наклонился над мертвой Дорис, а затем перевернул ее на спину. Никто не взглянул на ее лицо, кроме Фрэнсиса, который стоял рядом с отрешенным видом.

– Почти тот же случай, мой мальчик, – заметил Мэннинг, выпрямляясь. – Она была почти такой же хрупкой, как твой отец. И в ее состоянии… – Он помолчал. – Шок, помимо всего. Мертва… Десять, самое большее пятнадцать минут. У нее на горле довольно странные следы…

– От латных рукавиц, – сказал Фрэнсис. – Убийца прихватил их с собой.

– Понятно, – кивнул доктор. Наморщив лоб, он протирал очки. – А я взял на себя смелость отправить Ли в Олдбридж за инспектором Тейпом. Твоя мать восприняла убийство мужа достаточно спокойно. Я только что сообщил ей об этом.

Фрэнсис кивнул и то ли случайно, то ли намеренно ответил в тон доктору своим протяжным голосом:

– Мы тоже взяли на себя смелость отправить сэра Джорджа в отель «Глобус» за Джоном Гонтом.

Доктор Мэннинг снова водрузил на нос свои очки, а Тэрлейн отметил про себя удивленное выражение, появившееся на его крупном, тщательно выбритом лице.

– За сыщиком… – сказал Мэннинг. – Понятно. Ну что ж…

– Что-то еще хотите нам сообщить, доктор?

– Вы обратили внимание, конечно, на нитку жемчуга в руке покойной? Похоже, что превосходный жемчуг.

– Да, это превосходный жемчуг. Эту нитку мы все сообща выбрали, чтобы подарить Ирэн на день рождения. – Фрэнсис замолчал, когда в коридоре появился Мэссей. Тот лишь мельком взглянул на труп, а затем плотно сжал губы. – Послушай, Брюс, – продолжал Фрэнсис, – если ты в состоянии, взгляни на этот жемчуг. Я уверен, это тот самый.

Легкая судорога исказила лицо Брюса, но он лишь кивнул и подошел к телу. Приподняв тонкую белую руку Дорис, он взглянул на нитку жемчуга и произнес бесстрастным голосом:

– Да, это тот жемчуг.

– Где его хранили?

– В одном из двух сейфов. Либо в том, что в кабинете, либо в том, что в его спальне. Я не знаю, в каком именно. Он все время перекладывал свои вещи с места на место. Говорил, что для безопасности. Я не понимаю, как… Тем не менее, когда я видел жемчуг в последний раз, он находился в кабинетном сейфе.

– Дорис имела доступ к этим сейфам?

– Господи, да все, кто угодно, могли воспользоваться шифрами, написанными на стенах… Но зачем ей это? Теряюсь в догадках…

– Мы только напрасно теряем время. Чувствую, что теряем, – взорвался Фрэнсис, – но не возьму на себя смелость сказать, будто знаю, что делать. Поначалу необходимо взглянуть на оба этих сейфа. Так, теперь еще одно. Он ведь обычно держал большие суммы денег под рукой, не правда ли?

У Мэссея слегка отвисла челюсть.

– Если это ограбление, Фрэнк… Если это ограбление… Я не подумал… В кабинетном сейфе десять облигаций по тысяче фунтов каждая. Я знаю это, потому что всего день или два назад переписывал номера серий.

– А наличные?

– Шкатулка с наличными в ящике письменного стола. Там лежат деньги, но ключ всегда был у него, и я не знаю, сколько их там.

– Когда ты заходил туда в последний раз?

– В кабинет? Надо подумать, – сказал секретарь, наморщив лоб. – Сразу после ужина. Я перепечатал для него письмо с диктофона, убрав все сквернословие, но он так и не появился… Я знал, что он не придет… Поэтому я пошел его разыскивать. Это, пожалуй, было… где-то до половины десятого. Все было в порядке на тот момент. По крайней мере, я так думаю. Я не проверял сейф.

– Послушай, – Фрэнсис прищурился, – он твердил об этом письме пару дней. Там было что-то очень важное?

Мэссей, похоже, смутился.

– Я не стер диктофонную запись, – сказал он торопливо. – Давайте не будем обращать внимания на грубую брань. Может быть, послушаешь эту запись сам.

Доктор Мэннинг удивил их, сказав:

– Его светлость был странным человеком, мой мальчик. Очень странным. Никто не знает этого лучше; чем ты. И у него были… свои причуды. К сожалению. – Громко защелкнув замок своего медицинского саквояжа, он прошел мимо них. – И позволь заметить, что этот коридор вряд ли подходящее место для серьезного разговора.

– Согласен, – кивнул Фрэнсис. – Продолжим разговор в библиотеке. А сюда вернемся, когда появится полиция… Послушай, Вуд!

– Да, сэр?

– Небольшое расследование, не возражаешь? Дело в том, что лакеи не ночуют в доме, однако они могли что-то заметить. Иди и расспроси их. Если что-либо узнаешь, найдешь нас в библиотеке.

Вуд уже собрался уходить, но, видимо, что-то смутило его, и он задержался.

– Сэр, они все уже легли спать, конечно. Но я поговорю с ними, со всеми, кроме Сондерса.

Сондерс и глазом не моргнул.

– Я изо дня в день приношу капитану на ночь стаканчик… чаю, – сказал он будничным тоном, не обращаясь ни к кому в частности. – Но я ничего не знаю, кроме… Да, хорошо, капитан, я молчу. Немного, во всяком случае…

– Ты чертовски наблюдателен, Сондерс. Пойдем с нами. Миссис Картер?

– Да, сэр. Я здесь. Жду…

– Поднимите горничных, будьте добры. Попытайтесь не напугать их, но выясните, не знают ли они чего-нибудь. А потом приходите в библиотеку. А повариха?

Миссис Картер хрипло загоготала, точь-в-точь как лорд Рейл. Тэрлейн даже вздрогнул.

– Миссис Баундер, что ли? – скривилась экономка. – Да она глухая тетеря, сэр. Да и поспать любит… Но я все равно спрошу.

Фрэнсис обвел всех взглядом.

– Мы собрались здесь все, – сказал он, нахмурясь, – кроме… О да, Пат! Где ты оставил ее, Брюс?

– Она у себя. Я сидел с ней. – Мэссей запнулся. – Она не захотела женского общества, как она сказала. Я хочу сказать, она не хотела беспокоить миссис Картер. Сондерс заглянул, чтобы сообщить мне о Дорис. Но Пат еще ничего не знает. Я дал ей снотворное.

– Тогда мы все в сборе. Ирэн у себя, и… – Фрэнсис присвистнул. – А ведь один человек отсутствует. Где этот красавчик? Где Кестеван? Кто-нибудь видел его?

– Капитан, – сказал Сондерс, – я ходил за ним, как вы просили. На нем был яркий, как радуга, халат, такой китайский, с широкими рукавами, и он что-то писал. Он сказал, что должен переодеться, а потом спустится. Прошу прощения, капитан. Думаю, он вот-вот появится…

– Я здесь, – откликнулся Кестеван довольно пронзительным голосом. – Хотите, чтобы я подошел ближе?

– Она тебе ничего не сделает, – ответил Фрэнсис. – Подойди и взгляни на нее. Скажи нам, если видел ее раньше.

– Непременно, – кивнул тот с чувством собственного достоинства. Он осторожно высунул голову в коридор, ведущий на кухню, словно принюхиваясь к ночному воздуху. – Ну конечно, – сказал он, обернувшись. – Конечно, я видел ее. Очень хорошенькая девушка. Я ее видел. Припоминаю, что видел ее сегодня вечером.

– Где? Когда?

– У нее красивые ноги, – сказал Кестеван. – Она напомнила мне исполнительницу главной роли в фильме, где я снимался.

– Когда ты ее видел?

– Постоянно. И вчера, и сегодня вечером, после ужина, когда я поднялся наверх. Она шла в комнату Ир… леди Рейл.

– В комнату леди Рейл? – Фрэнсис вскинул брови. – Доктор Мэннинг, разве вы не были с Ирэн весь вечер? Вы видели, как вошла Дорис?

Доктор поджал губы.

– Ну да! То есть почти весь вечер. Я, во-первых, спускался вниз, чтобы взглянуть на твоего отца, а во-вторых, мне вдруг вступило в голову, будто оставил включенным двигатель своей машины, так что я пошел вниз, чтобы проверить. С двигателем все было в порядке. Возможно, когда меня не было, приходила эта бедная девушка. Я не могу утверждать. Я не видел ее.

– Когда вы спускались вниз к своей машине, доктор?

– В половине десятого. Может, чуть раньше или позже.

– Ты в это время видел Дорис? – спросил Фрэнсис у Кестевана.

– Дорис? Ту девушку, которая похожа на исполнительницу главной роли? – Кестеван задумался. – Не могу сказать, не знаю… Я никогда не обращаю внимания на такие вещи. Я оставил вас всех и пошел сразу наверх. Мне надо было написать письмо своей тетке, – сказал он таким тоном, словно было что-то необычное в том, что он собирался ей написать. – Так что я сразу пошел наверх, поэтому не знаю.

Сондерс все это время переминался с ноги на ногу.

– Прошу прощения, капитан, – вмешался он в разговор. – Но этот джентльмен, боюсь, говорит неправду. Не совсем правду, во всяком случае.

Нервные руки Кестевана застыли, он задержал дыхание, а затем вздернул подбородок.

– Я хочу сказать, – продолжал Сондерс спокойно, – я не опровергаю его слова, капитан, о том, что было позже, когда он увидел Дорис. Я хочу сказать, что он не пошел наверх сразу. Он вышел из дома на задний двор и пошел к двери донжона.

Кестеван, похоже, оторопел. Воцарилась тишина, и все взгляды устремились на него.

– Да как ты смеешь?! – воскликнул он. – Это грязная ложь. Поосторожней, а то тебя уволят!

– Ну а это, сэр, решать капитану, – заметил Сондерс. – Я видел вас у донжона.

– Позвольте мне вмешаться, – сказал доктор Мэннинг тоном, свидетельствующим об охватившем его раздражении. – Я полагаю, что обсуждать в людской подобные вопросы негоже.

– Пойдемте в библиотеку, – предложил Фрэнсис.

Никто не произнес ни слова. В коридоре, где лежала Дорис, вовсю хозяйничал ветер. Тэрлейн оглянулся. Алчные глазки миссис Картер сверкали – она все еще впитывала крохи того, что было сказано. В освещенном проеме своей двери стоял Вуд – прямо Мефистофель – с копной прилизанных волос, напоминающих шлем. У Тэрлейна появилось странное чувство, будто он все это видел раньше… Но когда он оглянулся еще раз, Вуд выходил из своей комнаты с красным одеялом в руках, чтобы накрыть начинающее костенеть тело Дорис.