Прочитайте онлайн Цветок для ее величества | Часть 5

Читать книгу Цветок для ее величества
2116+1755
  • Автор:
  • Перевёл: Михаил Зима
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 5

Времени терять было нельзя; Симмонс с Болтоном потащили протестующего молодого человека ко входной двери и повели по обшитым деревом, пропахшим табачным дымом и старыми книгами коридорам.

Сэр Кристофер Рен[3], Сэмюэль Пипс[4], граф Галифакс[5], Исаак Ньютон — ни один не улыбался. Более того, они уныло глядели из-под пышных париков на потомков, которые торопливо следовали по коридору мимо портретов. По мнению Королевского общества, эти деятели заслуживали быть в первых рядах свободного от предрассудков мира. Мэссон не мог избавиться от чувства, что почтенные господа с нескрываемым презрением смотрели на него, когда его тащили за рукав мимо.

Разумеется, Болтон не был настроен проводить экскурсию или успокаивать духов усопших. Он сейчас не думал и о живых членах Королевского общества, которые медленно расхаживали взад-вперед или просто стояли, погрузившись в глубокомысленные раздумья. Этих троица просто распихивала всех в стороны, торопясь в кабинет сэра Джозефа на первом этаже.

— Цветы — это просто новое золото, мистер Мэссон, — запыхавшись, произнес Болтон, громко стуча туфлями с серебряными пряжками по массивным деревянным ступеням. — Ученые хотят их немедленно исследовать, торговцы хотят их продавать, да и что это за господское поместье, если в нем нет собственной коллекции экзотических растений? Нам нужны отважные люди, которые отправятся на поиски этих драгоценностей. Сэр Джозеф щедро отплатит вам за ваше смелое решение вызваться добровольцем.

Вверху, на лестнице, Болтон так быстро, как только мог, пытался подготовить Мэссона к грядущему собеседованию.

— Вы только подумайте, — пыхтел он, — сэр Джозеф такой же человек, как и мы все. Он дышит тем же воздухом и любит хорошие шутки, как и все остальные. Значит, вы просто отвечайте на его вопросы. Если вы не будете нести вздор, заикаться и медлить, все пройдет как нельзя лучше. Нет совершенно никакого повода, чтобы нервничать. Вам все ясно, мистер Мак-Мастертон?

— Его зовут Мэссон, сэр, Фрэнсис Мэссон, — поправил Симмонс, а Болтон уже повторно стучал в тяжелую дубовую дверь.

Как только из кабинета раздалось короткое рявкающее «Войдите!», Болтон поправил жилет, ослабил нашейный платок, молча призвал Небеса на помощь и распахнул двустворчатую дверь.

— Нет, погодите, — настойчиво зашептал Мэссон и попытался удержать Болтона за руку, но было уже слишком поздно.

Распахнутая дверь явила взгляду большой, просторный, залитый светом кабинет. Раздвижные окна по обеим его сторонам были открыты, и любое дуновение ветра, малейший сквозняк охлаждали и проветривали комнату. Чтобы горы документов, сложенные в стопки, не перемешались, сверху на них положили ископаемые окаменелости ракообразных, чучела животных, разноцветные кристаллы — бесконечные странные и удивительные предметы, которые использовались не по назначению, а как пресс-папье.

Посреди комнаты стоял Джозеф Бэнкс — натуралист, путешественник, рыцарь его величества, ставший в возрасте всего тридцати лет от роду легендой.

Мэссон слышал, что люди, встречаясь со знаменитостями, часто разочаровывались или были неприятно поражены, потому что личность оказывалась не такой великолепной, как слухи о ней. Впрочем, Бэнкс не разочаровал Мэссона.

После того как Бэнкс узнал, что корабль его величества «Индевор» отправляется в кругосветное плавание, чтобы наблюдать проход Венеры против диска Солнца, он использовал все унаследованное состояние и родственные связи, чтобы заполучить место на судне. Когда министр навигации стал препятствовать ему в этом, Бэнкс принялся действовать через голову Адмиралтейства и заручился поддержкой правительства в том, что будет участвовать в плавании. Кроме того, он пожертвовал на экспедицию вдвое больше, чем сам король, и эта сумма оказалась в сто раз большей, чем жалованье капитана корабля Джеймса Кука за год.

Сейчас Кук стоял по диагонали от Бэнкса и смотрел на все так, словно наблюдал какую-то комедию, разве что не смеялся. Он был почти на двадцать лет старше Бэнкса и носил мундир капитана королевских военно-морских сил.

Именно Кук командовал кораблем во время трехгодичного кругосветного путешествия, но во время триумфального возвращения в родной порт прошлым летом Бэнксу тоже удалось разделить славу героев, несмотря на бурю противоречивых эмоций в обществе.

Бэнкс брал с собой в путешествие уважаемого ботаника Даниэля Соландера, им вместе посчастливилось найти более трехсот видов растений и привезти их домой. Большинство из них оказались доселе неизвестными науке. Успех Бэнкса вознес Англию на первое место в ботанических исследованиях, также невыразимо возросло значение садов Кью-Гарденз и работ, которые там проводились. Официально директором садов считался Уильям Айтон, но все знали, что Бэнкс, не так давно заведший дружбу с королем, воспользовался ею, чтобы превратить Кью из декоративных монарших садов в настоящий ботанический музей с прекрасной коллекцией. Если бы не Бэнкс, Мэссон до сих пор стриг бы живые изгороди, вместо того чтобы заниматься каталогизацией обширной коллекции растений со всего света.

Несмотря на то, что оба мужчины были примерно одинаковой комплекции и возраста, Бэнкс выглядел значительно привлекательнее Мэссона из-за несколько грубоватых черт лица садовника. Мэссон благодаря своему происхождению и воспитанию с детства приучился к покорности и почтительности, чего у Бэнкса не было и следа, особенно в отношении лорда Сэндвича, который сейчас стоял напротив него. Министр навигации, человек плотной комплекции, согнувшись над бесконечными техническими чертежами и планами, которые лежали на столе перед ним, постоянно отирал шелковым платком лоб и верхнюю губу от пота.

Болтон, откашлявшись, сказал:

— Лорд Сэндвич, сэр Джозеф, капитан Кук, могу я вам представить…

— Ах, мистер Болтон! — перебил его Бэнкс. — Вы как нельзя вовремя! Это, должно быть, наш доброволец.

Бэнкс поднялся и тут же обратился к Мэссону:

— Скажите, сэр, вы могли бы путешествовать налегке?

Мэссон вопросительно взглянул на Болтона, но пухленький ассистент лишь закрыл глаза, потея от волнения.

— Ну, так что? — переспросил Бэнкс. — Если вы отправитесь в тяжелое длительное морское путешествие, сможете ли взять с собой как можно меньше багажа?

По лицу Кука скользнула ироничная усмешка, а старый лорд либо был глух, либо не хотел выказывать своих эмоций.

— Я… Наверное, я бы постарался взять как можно меньше вещей с собой, сэр, — наконец ответил Мэссон.

— Великолепно! — воскликнул Бэнкс так громко, что старый лорд рядом с ним вздрогнул.

«Значит, все же не глухой», — подумал Мэссон.

— Поздравляю, вы зачислены! — вскричал Бэнкс и продолжил деланно радостным тоном: — Тщательная проверка показала, что вы как нельзя лучше отвечаете всем строгим критериям, которые выдвинуло Адмиралтейство.

Пожилой лорд тоскливо глядел на документы через лупу, а Кук взялся за подбородок, явно стараясь подавить приступ смеха.

— Поскольку вы способны путешествовать налегке, — невозмутимо продолжал Бэнкс, — вы примете участие в этой важнейшей экспедиции к мысу Доброй Надежды вместе с капитаном Куком. Вы проведете несколько лет в голландской колонии, в том регионе, изучая эту необжитую и до сей поры не нанесенную на карты местность, что, конечно, повлечет за собой мои существенные расходы. Вы опишете и соберете тысячи видов растений, которые еще не известны науке, тем самым внесете вклад в величие и значение ботанических садов нашего короля в Кью. Помимо зависти мировых научных кругов, ваша работа наверняка принесет Англии новые доходы, и это как раз в то время, когда страна в них так нуждается.

— Простите, сэр, вы сказали про мыс Доброй Надежды? — переспросил Мэссон с ноткой паники в голосе, когда Бэнкс сделал паузу, чтобы вновь набрать в легкие воздуха.

— Ну, хватит, сэр Джозеф, — вдруг выпалил лорд, его интеллигентное на вид, но сердитое лицо помрачнело еще больше.

— Мистер Болтон, — невозмутимо произнес Бэнкс, игнорируя тем самым как лорда Сэндвича, так и Мэссона, — выбрал вас, несомненно, из-за богатого опыта и знаний в области естественных наук и ваших выдающихся достижений в ботанике и исследованиях за границей. Таковы масштабы, на которых зиждется моя репутация.

Мэссон снова взглянул на Болтона, рассчитывая услышать подтверждение, что это всего лишь шутка, но тут же понял, что Болтон вот-вот потеряет сознание.

— Очевидно, Адмиралтейству все эти заслуги кажутся совершенно неважными, в отличие от одной способности, которой, по их мнению, у меня нет: путешествовать с минимумом багажа!

— Ну, действительно, сэр Джозеф, — возмутился старый лорд, вмешавшись в разговор с того места, на котором его перебили. — Речь ведь идет о морской экспедиции, на которую его величество потратит уйму денег, к тому же она очень рискованная. Мы всегда рассматривали вашу кандидатуру на должность начальника экспедиции, особенно в свете ваших последних успехов, но мы просто не можем себе этого позволить. Мы готовы предпринять необходимые реконструкции на корабле, чтобы освободить место для соответствующего оборудования, инструментов и прислуги, но только если для этого не потребуется строить дополнительную верхнюю палубу!

— Милорд, если мы хотим привезти на родину целый мир, нам понадобится места больше, чем в кладовке столяра. Но, наверное, вам следовало бы иметь какое-то отношение к науке, чтобы это понять, — резко высказался Бэнкс.

— Личный оркестр состоит из четырех музыкантов, плюс места для их багажа и инструментов, — прочитал лорд Сэндвич в документах, лежащих на столе. — Помещение и корм для двенадцати охотничьих собак? — Он сделал паузу и бросил листок на стол. — Не нужно иметь отношение к науке, чтобы понять: вы не хотите привезти домой целый мир, а желаете взять его с собой в путешествие!

— На ходовых испытаниях судно едва не опрокинулось, Джозеф, — бросил Кук с улыбкой на лице.

— А сколько раз на «Индеворе» мы едва не опрокидывались посреди океана? — парировал Бэнкс, с одной стороны, гордый этим достижением, с другой — явно возмущенный.

— Да, но это случилось во время тайфуна в одном из самых глубоких морей мира, а не в прекрасный летний день при легком бризе на Темзе, к тому же во время отлива.

— Вы же знаете, что экспедиции и без того придется решать множество проблем, — продолжил Сэндвич тоном, который говорил о том, что лорд собирается быстро покончить с этим делом. — Мы все же надеемся, что в следующем месяце сможем отплыть согласно плану. Я уверен, что мистер Форстер и его сын с успехом проделают всю работу в ваше отсутствие.

Бэнкс в последний раз рассерженно вздохнул и сдался, заметив, что лорд Сэндвич неумолим.

— Тем не менее, охотно признавая все ваши предыдущие достижения и успехи на службе, я с удовольствием соглашусь направить в экспедицию к мысу?.. — Лорд Сэндвич запнулся, когда впервые взглянул на Мэссона.

— Фрэнсис Мэссон, к вашим услугам, милорд, — ответил молодой человек, все еще не в силах изменить свою судьбу.

— Точно. Ну, я думаю, на этом мое задание выполнено, желаю вам всем хорошего дня. Сэр Джозеф, капитан Кук. — После этого лорд Сэндвич взял трость, шляпу и вышел из комнаты.

Признав собственное поражение, Бэнкс подошел к окну, наблюдая, как экипаж лорда уезжает с Крейн-Корт и поворачивает на Флит-стрит. Цокот подков и понукающие крики кучера отчетливо были слышны в гнетущей тишине кабинета. При взгляде на лицо Бэнкса Мэссон даже задумался, не желает ли тот взорвать экипаж силой мысли. И юноша пришел к выводу, что сейчас не лучший момент, чтобы прояснять ситуацию, хотя ему этого очень хотелось.

— Мистер Болтон, — наконец произнес Бэнкс, направив всю злость на своего полноватого ассистента, — не затруднит ли вас теперь объяснить мне, на каком основании вы выбрали мистера Мэссона?

— На основании метода отбора, сэр.

— Не сомневаюсь. Но на каком основании вы отсеяли других кандидатов?

— На основании того, что они не смогли найти путь к месту собеседования, сэр.

Лицо Болтона приобрело цвет его белого нашейного платка. Бэнкс же в ответ чуть заметно приподнял брови, а Кук тихо засмеялся, покачав головой.

Бэнкс развернулся, подошел к Мэссону и внимательно осмотрел его, словно хотел классифицировать научно. Дважды обойдя вокруг Мэссона и взглянув ему прямо в лицо, он спросил:

— Вы сможете препарировать растение и собрать семена?

— С вашего разрешения, сэр… — начал было Мэссон, но запнулся, потому что Болтон сильно закашлялся.

Когда Мэссон обернулся к нему, то заметил, что Болтон находится в полнейшей панике, а от былой его уверенности не осталось и следа. Когда Мэссон вновь взглянул на Бэнкса, то обнаружил, что тот все еще ждет ответа и внимательно смотрит на него.

— Да, сэр, это я могу.

— Вы знакомы с методами Линнея?

— Да, сэр.

— Много ли вы путешествовали до сего времени?

— Вы имеете в виду Британские острова или за границу?

— Конечно, за границу.

— Не много, сэр. Если быть точным, то вообще не путешествовал.

— Вообще не путешествовал… — повторил Бэнкс и повернулся к Болтону, который уже был готов к скандалу.

В комнате воцарилось молчание, Бэнкс тяжело вздохнул несколько раз.

— Разве у тебя было больше опыта, когда ты взошел на борт «Индевора», Джозеф? — прервал этот допрос Кук.

— Нет, конечно, нет, — согласился Бэнкс и повернулся к другу, улыбнувшись от нахлынувших воспоминаний.

— Ну хорошо, мистер Мэссон. Видимо, вам повезло, вы получите это место, на которое больше никто не соглашался. Поэтому в экспедицию отправитесь именно вы, за отсутствием альтернативы.

Болтон облегченно вздохнул и в молчаливой благодарности вперил взгляд в потолок. Симмонс, который до сих пор прятался за спиной Болтона ввиду грозивших неприятностей, широко улыбнулся Мэссону и поднял вверх большой палец в знак одобрения.

— Но, сэр… — запротестовал Мэссон.

— Нет, мистер Мэссон, не благодарите меня, — произнес Бэнкс.

Он стал взглядом обшаривать комнату, потом порылся в стопках бумаг, открыл и снова закрыл несколько ящиков стола, пока наконец не нашел то, что искал.

— У вас еще будет возможность детально обговорить ваше задание с мистером Болтоном. Но есть еще одно дело исключительной важности.

Он подошел к Мэссону, держа в руке измятый и запятнанный лист пергамента. На нем красовался эскиз, наведенный карандашом и расцвеченный яркими акварельными красками.

— Вот это, — продолжил Бэнкс, — это вы непременно должны привезти с собой обратно.

— Это птица, сэр?

— Нет, никакая не птица. Это цветок, простите за такой грубый набросок. Мой художник умер, пока мы добрались до мыса Доброй Надежды, а я страдал от малярии, когда увидел этот цветок. Я был уверен, что собрал семена и засушил один экземпляр растения для своего гербария, но когда вернулся в Англию, то обнаружил, что растение непостижимым образом пропало. Все, что у меня осталось, — этот эскиз. — Он отвлекся, глядя на рисунок в руках, и, казалось, совершенно погрузился в мечты. — Словно дама, что встретилась мимолетно ночью, так и здесь, не знаешь наверняка, пригрезился этот цветок или нет.

Мэссон хотел выбрать подходящий момент, чтобы прояснить положение вещей, но небрежный эскиз заворожил его. Экзотическая красота цветка заставила его позабыть о неточностях рисунка, очаровала его и буквально лишила дара речи.

— Вы можете оставить рисунок при себе, но будьте осторожны: у меня нет дубликата, — продолжил Бэнкс. — Я показывал его королю, и тот был очень впечатлен. Он заставил меня поклясться, что я снова отыщу этот цветок, привезу в Англию, и его назовут в честь королевы. Предполагая, что сам вскоре отправлюсь к мысу, я дал ему слово, что найду цветок. — Бэнкс иронично ухмыльнулся. — Впрочем, у Адмиралтейства, очевидно, другие планы, теперь, сдержу я свое обещание или нет, зависит только от вас. — Бэнкс ненадолго замолчал, придавая тем самым вес своим словам. — Здесь речь идет не о лести, мистер Мэссон. У нас нет времени. На свете все меньше неизведанных мест, но в мире науки все не так. Если мы хотим стать во главе передовых открытий, нужно действовать сейчас. Нам нужно организовать не одну, а двадцать экспедиций. Но для них требуются корабли, люди и средства. Лишь у короля достаточно влияния, чтобы осуществить такие замыслы, поэтому мы не осмелимся его разочаровывать. Собственно, семян и засушенного растения недостаточно. Вы должны найти цветок и привезти с собой, к тому же живым. Я не могу рисковать и потерять его второй раз.

Когда Мэссон огляделся, то обнаружил, что все присутствующие в комнате напряженно ждут его ответа. Кожаная ручка, которую молодой человек все еще сжимал в левой руке, стала скользкой от пота, и сам ящик показался вдруг очень тяжелым. Мэссон переводил взгляд с одного лица на другое и внезапно понял: только он знал, что все, связанное с экспедицией, — это какое-то недоразумение. Он не тот человек, который нужен, и он не мог больше медлить.

— Сэр, — медленно, но уверенно произнес Мэссон, голос его лишь слегка дрожал. — Я очень ценю доверие, которое вы мне оказали, но боюсь, что произошло недоразумение.

Мэссон слышал, как от волнения позади него жадно хватает ртом воздух Болтон.

— Недоразумение? — переспросил Бэнкс.

— Именно так, сэр. Понимаете, сегодня утром я прибыл сюда по поручению мистера Айтона, чтобы доставить образец мистеру Соландеру. — Мэссон высоко поднял ящик, словно предъявлял суду доказательство.

Наконец растерянность Бэнкса сменилась осознанием ситуации. Пока он смотрел то на Мэссона, то на его ящик, на смену всему пришла железная решимость:

— Мне очень жаль, мистер Мэссон, но я не понимаю, к чему вы клоните.

— Я клоню к тому, сэр, что я прибыл сюда не для того, чтобы отправиться в экспедицию. Я хотел бы выполнить все поручения, которые дал мне мистер Айтон, а потом вернуться к своим обязанностям в Кью-Гарденз.

Воцарившаяся тишина казалась полной, гнетущей. Мэссон даже не решался оглянуться, но был уверен, что мистер Болтон и мистер Симмонс затаили дыхание. Кук больше не улыбался, он отошел к дальнему окну, дабы не стать непосредственным свидетелем переговоров.

Губы Бэнкса сжались в тонкой усмешке, взгляд оставался дьявольски холодным.

— Я думаю, вы осознали, мистер Мэссон, что ваши обязанности только что изменились. Наверняка я вас не так понял. Или вы намерены отказаться от выполнения задания, которое вам поручает ваш король?

Мэссону вдруг стало отчетливо ясно, что в тот миг, когда переступил порог этого кабинета, он потерял все шансы вернуться к своей обычной жизни в Кью.

— Нет, сэр. Конечно нет.

— Вот и прекрасно. Буду рад слышать о ваших дальнейших успехах.

— Можете быть уверены, сэр. Я приложу все усилия, чтобы не разочаровать ни вас, ни короля.

— Ничего другого я от вас и не ожидал, — холодно ответил Бэнкс без тени улыбки на лице.