Прочитайте онлайн Трагедия в Равенсторпе | Глава 14. Вторая погоня в лесу

Читать книгу Трагедия в Равенсторпе
4016+1055
  • Автор:
  • Перевёл: В. Челнокова

Глава 14. Вторая погоня в лесу

— Я отдал все необходимые распоряжения, сэр, — докладывал Армадейл шефу на следующий вечер. — Дюжина полицейских, из них двое в ботинках на резиновой подошве, и два сержанта. Они будут у ворот Равенсторпа сразу, как только стемнеет. Сержанты получили инструкции, остальные даже не знают, куда пойдут.

— Это правильно, — одобрил сэр Клинтон. — Так, посмотрим. Всего четырнадцать. Минус два — двенадцать. Плюс вы и я — четырнадцать. Думаю, можно задействовать еще пару помощников. Нечего им отсиживаться в стороне. Мистер Чейсвотер лично заинтересован в успешном исходе — возьмем его. И мистер Клифтон тоже мог бы помочь. Итого шестнадцать. Двух констеблей отправим следить за озером. Ну что ж, нас останется четырнадцать — вполне достаточно, чтобы справиться с одним мерзавцем.

— Сэр, вы уверены, что он будет пробираться на террасу над прудом?

— В этом мире ни в чем нельзя быть уверенным, инспектор. Но вероятность, что он двинется именно в этом направлении весьма велика. А если нет… что ж, мы все равно настигнем его, куда бы он ни побежал.

— Если побежит туда наверх, он будет наш, — уверенно сказал инспектор. На этот раз не будет путаницы. Я сам за этим прослежу. Сквозь кордон констеблей он не проскочит, как тогда, когда имел дело с толпой разгоряченных юнцов, желторотых.

— В этой части операции я полностью полагаюсь на вас, инспектор, сказал сэр Клинтон.

— Чего я не понимаю, — проворчал инспектор, — так это зачем такие сложности? Арестовать его — и дело с концом.

— В своих расчетах вы упускаете одну маленькую деталь, инспектор. А именно суд. На этой стадии у нас одни подозрения, а этого мало. Уголовный суд проходит очень неромантично: все должно быть доказано, до мелочей. Честно говоря, в этом деле вы раскидывали сеть подозрений довольно широко, не так ли?

— Такая у нас работа — всех подозревать. — Инспектор пытался оправдаться.

— В определенных пределах, инспектор, в определенных пределах. Вы начали с того, что подозревали Фокстона Поулгейта; потом переключились на Мардена; потом вертелись вокруг Мориса и под конец наступали на пятки Сесилу Чейсвотеру. В духе любителя детективных романов: он подозревает шестерых, не имея к тому ни малейших доказательств, а когда в последней главе выясняется истинный преступник, он говорит: "Я с самого начала его подозревал". В серьезной работе такой стиль не годится, нужно иметь доказательства, а не просто подозрения.

— Вы слишком суровы, сэр, — посетовал инспектор.

— Вы же критиковали мои методы. Помните? Если бы я сегодня арестовал этого малого, сомневаюсь, что мне удалось бы на суде доказать его вину. И они были бы правы. Их дело — сомневаться и настаивать на убедительных доказательствах. Сегодня ночью я собираюсь получить такое доказательство.

— Для меня это будет очень поучительно, сэр, — с мрачным юмором сказал инспектор Армадейл.

— Вы принимаете вещи слишком всерьез, — парировал сэр Клинтон. — Вам нужно немного фантазии. Возможно, сегодня вы почувствуете вкус к таким вещам, если мои расчеты правильны. Ну, мне пора звонить мистеру Чейсвотеру и отдавать распоряжения на ночь, — и на этом он отпустил инспектора. Армадейл вышел с важным видом, но как только закрыл за собой дверь, его лицо исказилось.

— Опять он пинает меня, черт возьми! Да, у него с фантазией все в порядке! Над чем он смеется? Но хуже всего то, что до сих пор не добрался до сути этого дела. Он действительно выложил мне все факты, сплошная мешанина, одно с другим никак не вяжется. И ведь он наверняка не блефует, я уверен, что у него все факты использованы как надо, все уже разложено по полочкам, готов вывод, независимо от того, прав он или нет. Ну, это мы скоро увидим.

Такими размышлениями инспектор Армадейл тешил себя до темноты.

Когда они выехали в Равенсторп, шеф был не в настроении разговаривать. Он сидел за рулем с отстраненным видом, и инспектор с некоторым злорадством отметил, что шеф нервничает. Когда они подъехали к воротам, там их ждал отряд полиции. Сэр Клинтон еще немного проехал по аллее, остановился и вышел из машины. Он обратился к отряду:

— Первое, что вы должны запомнить — это ни при каких обстоятельствах не производить ни малейшего шума, пока не услышите второй свисток. Что делать знаете? Стоять позади дома со стороны, противоположной крылу, где живет прислуга, и ждать моего сигнала. Потом вы выходите и гонитесь за человеком, на которого вам укажет инспектор. Не торопитесь его ловить. Пусть бежит в сотне метров впереди, только не теряйте его из виду. Через некоторое время, в процессе погони получите инструкции от инспектора. Кто из вас в теннисных туфлях?

Два констебля сделали шаг вперед. Сэр Клинтон отвел их в сторону и дал особые указания.

— А теперь — по местам, — сказал он, снова обращаясь ко всему отряду. Помните: ни звука. Боюсь, ждать придется долго, но тут уже ничего не поделаешь, наберитесь терпения.

Отряд растворился в ночном мраке. Сэр Клинтон подошел к инспектору.

— Нужно кое-что взять в машине, — сказал он. Инспектор пошел за ним, подождал, когда шеф выключит фары и задние огни. Шеф порылся в бардачке и что-то вручил Армадейлу.

— Это специальный бинокль. Он вам понадобится. Ну все. Пойдемте на свою позицию. Никто не знает, когда этот парень приступит к работе.

К вящему удивлению инспектора, сэр Клинтон пошел к дому не по дороге, а по траве. Пройдя неблизкий путь, они остановились под деревом.

— Я порекомендовал вам проявлять побольше фантазии, инспектор: я думаю, вам стоит начать с лазанья по деревьям, это полезно. Повесьте бинокль на шею, как я, и вперед следом за мной.

"Свихнулся! — подумал инспектор. — А как только мы залезем, он заставит спускаться и скажет, что мне полезны упражнения".

Тем не менее он покорно лез вслед за шефом, и наконец ему показали, на какой ветке можно разместиться с большим удобством.

— Думаете, я свихнулся? — Сэр Клинтон словно прочел его мысли. — Хочу вас порадовать: мои дела не так уж плохи. Нацельте бинокль вон в тот просвет между листьями. Я вчера специально сюда приезжал и выстриг его для вас. Что вы видите?

Инспектор подстроил фокусировку и осмотрел то, что можно было увидеть сквозь просвет между листьями.

— Фасад Равенсторпа, — ответил он.

— Окна видите?

— Да.

— Так вот, одно из окон — музей; вы находитесь в таком месте, откуда можно заглянуть прямо в комнату. Если бы там горел свет, вы бы поняли, что мы смотрим прямо на дверь сейфа.

По подсказкам шефа инспектор нашел окно, за которым ему предстояло наблюдать.

— История будет долгой, — устало протянул сэр Клинтон. — Придется смотреть на это окно час, а то и два. Давайте действовать по очереди.

Они приготовились к долгому бдению. Инспектор сидел, как петух на насесте, и его положение никак нельзя было назвать комфортным. Время шло; сидение становилось все более утомительным.

"Фантазия! — мысленно ворчал он, в десятый раз меняя положение. — Не фантазия, а судороги!"

Но наконец их стойкость была вознаграждена. Это произошло в дежурство инспектора. Прямоугольник окна на мгновение осветился и погас.

— Он пришел! — воскликнул инспектор. — У него лампа-вспышка.

Сэр Клинтон поднял бинокль к глазам.

— Я вижу, как он идет по комнате! — взволнованно доложил инспектор. — Вот пошел к сейфу. Вы его видите, сэр?

— Отлично вижу. Вы можете определить, кто он?

Инспектор некоторое время изучал свою жертву.

— У него отофон, да, сэр? Не вижу лицо… как будто он его вымазал. Нет, он надел большую маску. По-моему… Это Марден! — Он почти кричал. — Я узнал его плащ Готов поклясться под присягой!

— Верно, инспектор, это он. Быстренько слезаем, и я свищу. Это должно напугать его. Я заранее договаривался — после сигнала в доме поднимется суматоха, она произведет на него соответствующий эффект.

Он легко соскользнул с дерева, подождал более медлительного инспектора, и после этого его свисток издал пронзительную трель.

— Проснулись, — удовлетворенно сказал он, видя, что в Равенсторпе засветились окна. — Сейчас начнется суматоха и нашего друга сдует как ветром.

Он уставился в бинокль на входную дверь.

— Вот он идет, инспектор!

На пороге возникла темная фигура; человек помедлил, а потом сбежал по ступенькам. Армадейл рванулся вперед, но его остановил холодный голос сэра Клинтона.

— Не спешите, инспектор! Лучше повесьте бинокль на дерево, будет мешать.

Инспектор торопливо повесил свой "ночной бинокль", сэр Клинтон вальяжно — свой. Армадейл проводил глазами вора.

— Он направляется к старой каменоломне, сэр.

— Вижу. Помните, я хочу дать парню оторваться. Не хочу наступать ему на пятки. Ну, пора начинать погоню.

Вместе с инспектором он быстро прошагал к дому.

— Думаю, мы дали ему достаточную фору. — И поднеся свисток к губам, он резко дунул во второй раз.

Почти тут же в дверях выросли фигуры Сесила и Майкла, а через несколько секунд из-за угла показался полицейский отряд.

— Дальше вы, инспектор. Полагаюсь на вас. Но точно придерживайтесь моих рекомендаций.

Армадейл побежал, и через несколько секунд погоня началась.

— Посмотрим, удастся ли утереть вам нос, мистер Клифтон, — на бегу заметил шеф полиции. — Как видите, погоня идет по тем же местам.

— Если вы дадите мне догнать его, я буду вам крайне признателен. Конечно, вы дали ему оторваться, но думаю, что смогу осадить его.

— О нет. — Сэр Клинтон покачал головой. — Пусть побегает в свое удовольствие. В мои планы не входит, чтобы этот забег был слишком коротким.

Тем временем беглец добежал до соснового леса и скрылся из виду.

— Луна вот-вот зайдет, — показал на небо Сесил. — Вы не боитесь потерять его в лесу? Там темно.

Он невольно прибавил шаг, но шеф полиции его придержал.

— Предоставь это Армадейлу. Это его дело. Мы — только зрители.

— Я хочу поймать негодяя, — прорычал Сесил, но послушался и убавил темп.

Через несколько секунд они добежали до леса; далеко впереди маячил грабитель, упорно бегущий по дороге вверх.

— Все так же, как тогда? — спросил сэр Клинтон Майкла.

— Точно так.

В конце леса они догнали полицейский отряд. На опушке, где деревья поредели, Армадейл скомандовал "стоп". Было слышно, как он отдает приказания, выстраивая цепь кордона. Когда все заняли свои позиции, он подошел к сэру Клинтону.

— На этот раз ему не ускользнуть. В этом лесочке я обыщу каждое укрытие, и в сторону ему не убежать, его заметят. Через несколько минут мы его сцапаем. Он вооружен?

— Едва ли, — покачал головой сэр Клинтон.

Инспектор не пытался скрыть удивление.

— Не вооружен? Как же так, он должен быть вооружен!

— Через минуту увидим. Вы бы лучше последили за своими вышибалами… Ах!

В тишине со стороны озера послышался всплеск.

— История повторяется очень точно, не так ли? — сэр Клинтон повернулся к Майклу. — В ту ночь вы слышали то же самое?

— Точно то же…

Но когда цепочка полицейских двинулась вперед, Майкл не мог не заметить, как отлаженно они действуют, ничего общего с суетливыми действиями отряда сыщиков поневоле. Видимо, Армадейл раздал строгие приказы, потому что ни один кустик или пучок травы не остались без внимания, пока цепочка медленно смыкалась за беглецом.

— Замечательно, — одобрил сэр Клинтон, когда они встали в просвет цепочки. — Инспектор хорошо вымуштровал этих парней. Они блестяще делают свое дело.

Майкл вдруг сошел с дорожки, по которой они шли, и отступил под деревья.

— Хочу сам проверить Домик Феи, — объявил он. — Это здесь я нашел Мориса. Хочу удостовериться, что домик пуст.

Он открыл дверь, наклонился, потом вернулся к товарищам. На лице его было написано разочарование. Он был неприятно поражен, увидев, как Сесил и сэр Клинтон обменялись ехидными взглядами.

— Что, никакого улова? — спросил Сесил.

— Сейчас там никого нет, — признал Майкл.

— Не думаю, что констебли пропустили бы такую заметную вещь, — мягко, но с легким укором сказал сэр Клинтон.

Майкл не успел ответить, как до них донесся голос Армадейла. Кордон прочесал лес и вышел на мраморную террасу.

— Вперед, — скомандовал сэр Клинтон. — Нельзя пропустить финальную сцену.

Они успели выйти на террасу, когда Армадейл давал последний совет:

— Он где-то здесь. Смотрите, чтобы не прорвал цепь в последний момент.

Сэр Клинтон обратился к Майклу:

— Все так, как тогда?

Майкл кивнул.

— Но признаю, что у них это более по-деловому.

Цепь потихоньку кралась вперед, дотошно осматривая каждое мраморное сиденье. По мере продвижения кордона беспокойство инспектора Армадейла все нарастало. Наконец последнее возможное укрытие было проверено, и констебли вышли к балюстраде. Беглец словно растаял в воздухе.

Майкл Клифтон повернулся к шефу с иронической улыбкой.

— Точно так, как тогда, сэр. История повторяется! Один к одному!

К ним спешил инспектор. Он был ошеломлен поворотом событий.

— Он ушел, сэр, — загробным голосом сказал он. — Не представляю как.

— Если вы не против, инспектор, давайте повторим последнюю стадию операции. Отведите своих людей, поставьте их перед последним рядом сидений.

Пока инспектор передавал приказ, сэр Клинтон достал из кармана портсигар, открыл, задумчиво вынул сигарету. Прежде чем прикурить, он окинул взглядом пустую террасу, с которой так загадочно исчез беглец.

— Все ясно и понятно, не правда ли? — обратился он к своим компаньонам. У меня в руках нет ничего, кроме сигареты, если хотите, можете поискать в рукавах. Как сказал бы Евклид, требуется получить грабителя в полный рост, на радость аудитории. Задачка не из легких.

Он еще раз оглядел белый пол террасы.

— Фокусник обычно позволяет себе немного поболтать, не так ли? Для отвода глаз. Вот вам вопрос. Вы помните, кто такая была Медуза? Она взглядом обращала людей в камень, не правда ли? Это напоминает мне миф о Пигмалеоне как я полагаю, по ассоциации противоположностей. Я часто пытался представить, что чувствовал Пигмалеон, когда статуя ожила.

Он круто развернулся на пятках.

— Слезай с пьедестала, приятель. Игра окончена!

К изумлению собравшихся, мраморная статуя внезапно зашевелилась. Она соскочила с постамента, слегка покачнулась, Сесил и Майкл схватили было ее за гладкие бока, но она стряхнула их руки и с разбегу вскочила на широкую мраморную балюстраду.

— Назад, не глупите! — закричал сэр Клинтон, но белая фигура на мгновение сжалась — и бросилась в пропасть вниз головой. Послышался всплеск, и в тишине ночи разнесся ужасающий вопль.

Сэр Клинтон ринулся к железным перилам.

— Быстро вниз! Живо на тот плот и выловите его. Он разбился, он утонет, если вы опоздаете.

Инспектор подбежал к нему.

— Почему вы нас не предупредили, сэр! Мы бы запросто схватили Мардена, если бы вы сказали, чего от него ждать.

Сэр Клинтон оглянулся.

— Марден? Но это не Марден. Говорю вам, инспектор, этот прыжок означает, что Мардена уже нет в живых.

Изумление инспектора превзошло даже его огорчение.

— Я не понимаю… — начал он.

— Неважно, позже объясню. Спускайтесь к воде. Посмотрите, сильно ли он ранен. Быстрее же!

Инспектор поспешил исполнить приказ, а сэр Клинтон вынул спички и зажег наконец сигарету, затем, уже немного расслабившись, обернулся к Майклу.

— Как видите, ни одна история не может повториться в точности. Теперь поняли, как он сбежал от вас в тот раз?

Майкл не отвечал. Он рассматривал пьедестал, с которого живая статуя отправилась в свой полет. Он видел сколы и царапины, оставленные резцом при заравнивании того места, где прежде стояла мраморная скульптура. Да, теперь он понял, что в ту ночь, во время маскарада, беглец разыграл тот же трюк; и пока преследователи обыскивали все вокруг, он неподвижно возвышался над ними, ни в ком не вызывая подозрений.

К шефу полиции подошел Сесил.

— Вы не хотите посмотреть, чем можно помочь бедняге? Он наверняка страшно разбился о камни.

— Бедняга? — возмутился сэр Клинтон. — Если хочешь знать, он не бедняга, он дикий зверь, чудовище. Правда, если ты член Общества защиты животных, мы постараемся все сделать пристойно и по закону. Пошли вниз, раз ты так о нем печешься.

Спускаясь, они видели, как "ныряльщика" втаскивают на плот, а когда подошли к берегу, два констебля уже согнулись над белой фигурой, безвольно лежавшей на земле, озабоченный инспектор опустился рядом с ним на колени. Увидев шефа и его провожатых, Армадейл поднялся.

— Ему конец, сэр, — вполголоса доложил он. — Таз разбит всмятку и, наверное, сломан позвоночник. Нижняя часть тела парализована. Я думаю, он долго не протянет. Удар был тяжелейший.

Сесил вглядывался в лицо умирающего. Сначала он его не узнал: жирная белая краска преобразила лицо, — но присмотревшись, он понял, кто был живой статуей.

— Это шофер!

— Разумеется. — Сэр Клинтон считал, что сказанного вполне достаточно.

Армадейл что-то принес с берега.

— Вот плащ, который был на нем, сэр. Это плащ Мардена, как я и сказал, когда увидел его в музее. Когда он сбросил плащ сверху, тот упал на край торчащего из воды камня, а не утонул, как тогда костюм Пьеро.

Сэр Клинтон промолчал. Он перевел взгляд на разбитое, мертвенно-белое тело, но в лице его не было жалости. Он обратился к Армадейлу.

— Инспектор, попробуйте получить признание. Ему недолго осталось жить, и может быть, он захочет что-то сказать. Жаль, что его не удастся повесить, но он может помочь нам связать некоторые куски. Наверняка, он принес сумку или чемоданчик с одеждой, который, вероятно, лежит где-то неподалеку. Узнайте, где именно, этим вы сэкономите нам массу времени и сил. Если удастся что-то из него вытянуть, запишите, и пусть при этом будут свидетели. Сразу же принесете записи в Равенсторп.

Помедлив, он добавил:

— Хорошенько обыщите его одежду. В ней должны быть спрятаны пять медальонов. Их тоже принесете мне.

Он повернулся к Сесилу и Майклу.

— Мы возвращаемся в Равенсторп. Если дедукция меня не подводит, там было еще одно убийство. Надо как-то скрыть это от девушек. Зачем их расстраивать?

Пока они шли через лес, сэр Клинтон хранил полное молчание, и двое его спутников не решались его нарушить. Судя по последним словам начальника полиции, дома их ждала еще одна трагедия, и эта мысль не позволяла думать ни о чем другом. Только уже возле дома сэр Клинтон заговорил.

— Вы наплели девушкам ту чушь, которую я вам подсказал?

— Они знают, что затевается какой-то трюк, но они должны держаться в стороне и сидеть в своих комнатах, пока мы не уберемся из дома, — сказал Сесил.

— Надо было что-то рассказать им, а то бы они очень неуютно себя чувствовали, когда начался весь этот шум. Вы здорово его напутали, когда расшумелись после моего свистка.

— Девушки сидят и ждут нас. Они сказали, что приготовят кофе, когда мы вернемся.

— Черт, и ведь приготовят! — с досадой воскликнул сэр Клинтон. — А я рассчитывал, что они лягут спать. Тогда мы могли бы потихоньку вынести труп Мардена — если он убит, а я думаю, что так оно и есть. Зачем волновать людей, когда можно этого избежать? В Равенсторпе и так хватает сенсаций, незачем добавлять к ним сегодняшние.

Поразмышляв, он придумал выход из положения.

— Суть дела ясна, судебного расследования не будет — значит, насколько я понимаю, можно им рассказать. Я не буду выдавать то, чего не должен, — на этом этапе игры.

Он отбросил окурок и посмотрел на массивное темное здание Равенсторпа. Тут и там светились высокие окна.

— Наговорю им чего-нибудь, до рассвета продержимся. Потом они крепко заснут, и мы спокойненько вынесем труп Мардена. Избавим их от шока, это всегда благое Дело. Им незачем знать, что в доме еще один труп.

На крыльце сэр Клинтон обратился к Сесилу.

— Пойди закрой сейф. Не стоит держать его открытым без крайней необходимости. Я должен зайти в комнату Мардена. Вернусь через пару минут.

Поднявшись по лестнице, ведущей в спальни слуг, сэр Клинтон подошел к комнате камердинера. Дверь была заперта; он тихонько постучал, и ему открыл констебль. Он посторонился, пропуская шефа в комнату.

— Он убит, сэр, — шепотом сообщил констебль.

— Так я и думал, — ответил шеф.

— Его сперва одурманили хлороформом, — продолжал констебль, — у него на лице был комок ваты; а потом перерезали горло.

— Ну ясно, чтобы никакого шума, — кивнул сэр Клинтон. — Брэкли был мастером планировать все до мелочей, этого у него не отнимешь.

Констебль продолжал рассказывать.

— Мы поднялись сюда, как вы приказали, сэр, и когда услышали ваш свисток, прошмыгнули в комнату, чтобы его арестовать, но он был уже мертв. Было видно, что его убили совсем недавно. На этот счет у нас не было распоряжений, так что мы решили запереться и ждать вас. Вы же велели охранять его до вашего прихода, а так оно надежней.

— Вы приняли правильное решение, — сказал сэр Клинтон. — Самое верное. Вам придется прождать здесь до утра. Заприте дверь, и никому ни слова. Я устрою так. чтобы тело незаметно вынесли. А до тех пор — молчок.

Он подошел к кровати, посмотрел на труп и, кивнув па прощание констеблям, спустился вниз.