Прочитайте онлайн Техасская страсть | Глава одиннадцатая

Читать книгу Техасская страсть
2416+2761
  • Автор:
  • Перевёл: А Раков
  • Язык: ru
Поделиться

Глава одиннадцатая

Рэйчел глубоко вздохнула, ее сердце охватила волна гнева и разочарования. Перед ними открылась возможность начать новую жизнь, такая возможность, о которой можно только мечтать. Чтобы построить ранчо и вырастить большое стадо, потребуется много лет, тяжкий труд, изнурительная борьба с засухой и еще Бог знает что. А сейчас им предлагают стадо значительных размеров и готовый дом за более чем скромную цену. Но предстоит борьба с Маккиссаком. Насколько твердо он решил заполучить эту землю? Они уже сталкивались с этим человеком в прерии, но тогда Дэн Овертон был с ними. Смогут ли они справиться с Маккиссаком без него?

— Отец, если ты примешь предложение мистера Уайта, сможем ли мы нанять на сэкономленные деньги много рабочих? Ведь если людей будет достаточно много, тогда мы сможем противостоять Маккиссаку. Гораций Уайт не говорил тебе, сколько у него было работников?

— Пять человек плюс его пятнадцатилетний сын.

— Что же, Джош может научиться стрелять, а ты мог бы нанять еще людей.

— Если бы мне удалось нанять Дэна Овертона, то Маккиссак был бы нам не страшен.

— Отец, давай поедем и осмотрим поместье!

Эб покачал головой. Рэйчел удивленно взглянула на него.

— Мистер Уайт уже собирает вещи, завтра он уезжает. Он предложил мне порасспросить местных жителей об этом ранчо — они, дескать, подтвердят его слова. Я ходил в землеустроительную контору и сверился по карте. По участку протекают две речки, так что воды хватает. Мы договорились с Горацием Уайтом о встрече сегодня в половине шестого. Он поедет домой забрать семью.

— А местный шериф, разве он не может остановить Маккиссака?

— Алькальд — друг Маккиссака. Гораций сказал, что бандиты работают в масках, поэтому опознать их и что-либо доказать невозможно. Но Маккиссак — единственный человек, претендующий на эти земли. Он хочет их заполучить практически бесплатно.

— Значит, нам предстоит покупать вслепую, — задумчиво сказала Рэйчел.

— Я уже наводил справки и проверял то, что мне рассказал Уайт. Похоже, он честный человек. Хозяин платной конюшни сказал, что Маккиссак — безжалостный человек и что для защиты от него нам потребуется вооруженный отряд. Сообщил также, что Горацию Уайту можно доверять.

— В таком случае, надо нанять крепких мужчин, и тогда мы сможем противостоять Маккиссаку.

— Да, но сначала следует решить, принимаем ли мы предложение Уайта, — рассудительно сказал Эб.

Рэйчел стало ясно, что он ждет от нее окончательного решения вопроса. Она выглянула в окно и увидела прохожих на улице. Мимо медленно проехал фургон, нагруженный шкурами. Предложение Уайта показалось ей тем шансом, который нельзя упускать. Рэйчел припомнила, как Маккиссак схватил ее тогда, в пути. Тогда они не испугались и остались целы и невредимы.

— Я пообещал Уайту встретиться с ним и дать ответ в половине шестого в вестибюле отеля, — повторил Эб.

Рэйчел подумала, что такой шанс никогда им больше не представится, и если они не ухватятся за столь заманчивое предложение, то будут сожалеть об этом до конца жизни. Ведь не было никакой гарантии, что в будущем не возникнет подобной конфликтной ситуации, где бы они ни купили себе землю.

— Отец, я считаю, что мы должны принять предложение Горация Уайта. Подобного шанса у нас больше не будет. К тому же, мы рискуем попасть в переделку в любом другом месте, где бы ни обосновались.

— Я так и думал, что ты согласишься, Рэйчел, но нам предстоит нелегкая борьба. Я не хочу накликать беду ни на кого из нашей семьи.

— Отец, другого пути нам не дано. Нам придется закупать скот, рыть колодцы, строить дом.

— Пойдем вместе на встречу с Горацием Уайтом, Рэйчел. Так нам будет легче принять решение.

Рэйчел заметила тревогу в глазах отца. И в его голосе почувствовался страх. Она снова выглянула на улицу, думая о предстоящей войне с Маккиссаком.

— Отец, когда ты будешь нанимать людей, дай каждому из них, кроме заработной платы, по несколько голов скота. Пусть они тоже будут собственниками.

Эб прищурился и кивнул.

— Это умная мысль. Тогда они охотнее станут драться с Маккиссаком.

— Отбирая людей, старайся нанять тех, кто умеет стрелять и готов сражаться.

— Если бы не Дэн Овертон, его отвага и находчивость, нас бы тут вообще не было.

Рэйчел похлопала отца по колену.

— Отец, мы будем драться за свою ферму. Нет, этот шанс просто нельзя упустить. Сделаем попытку.

Эб долго смотрел на свои руки, Рэйчел терпеливо ждала. Наконец он поднял голову. В его глазах была тревога.

— Рано или поздно нам придется где-то осесть. Ты отважная женщина, Рэйчел. Я куплю еще несколько винтовок. — Он встал, взглянул на часы, висевшие на стене. — Я вернусь к встрече с Уайтом. А пока зайду в конюшню. Там есть прекрасные лошади на продажу.

— Я уверена, в будущем нас ожидает замечательная жизнь, — оптимистично заявила Рэйчел. Она ощутила прилив новых сил. — Мне хотелось бы зайти к землеустроителям и взглянуть на карту участка мистера Уайта.

— Пошли со мной. Землеустроители сидят в здании суда.

Рэйчел кивнула, намереваясь выйти из отеля вместе с отцом. Ее охватила радость от предстоящих активных действий.

— Пока что нам все удавалось. Наймем людей, которые будут отстаивать свою и нашу собственность, и все будет хорошо. Меня не покидает уверенность, что наши надежды здесь осуществятся.

— Дай-то Бог!

— Если мы поедем в уже готовый дом, то надо кое-что добавить к списку необходимых покупок.

— Надо купить доски. Сарай и некоторые постройки сгорели.

Волна гнева на Маккиссака поднялась в душе Рэйчел, но она не могла отказаться от предложения Уайта. Ведь можно нанять людей не менее решительных, чем этот Маккиссак. Например, взять Дэна. Он может противостоять Маккиссаку.

При воспоминании об Овертоне она сразу подумала о своем разговоре с телеграфистом. Зачем Дэн посылал телеграмму в Виксбург? Ведь он сказал, что приехал в Техас с Индейской Территории. С какой стати в таком случае ему связываться с Виксбургом? Может быть, посоветоваться с отцом, отговорить его нанимать Дэна?

Рэйчел разрывалась между тем, что хотела бы сделать, и тем, чего следовало избегать.

В конторе землеустроителей она стала внимательно рассматривать схемы с многочисленными линиями и цифрами. Энтузиазм Рэйчел возрос еще больше.

— Папа, мы должны принять предложение Уайта. Мы не можем отказаться от попытки, — сказала она, когда они вышли на улицу.

— Хорошо, — улыбнулся он и потрепал дочь по щеке. — Что бы я без тебя делал?

Рэйчел почувствовала прилив любви к отцу и порывисто обняла его.

— Я вернусь в отель, встретимся в полшестого.

— Прекрасно, — улыбнулся Эб.

Весело напевая, Рэйчел зашагала обратно. Войдя в прохладный вестибюль, она увидела высокого, широкоплечего мужчину, стоявшего к ней спиной. Он разговаривал с администратором. Когда он обернулся, Рэйчел узнала в нем Лэймана Маккиссака. У нее перехватило дыхание.

Лэйман подошел к девушке, и Рэйчел подумала, знает ли он о предложении Горация Уайта.

Маккиссак был одет в черный костюм из прекрасной ткани и выглядел богатым человеком, как большинство преуспевающих плантаторов в ее родных местах. Из жилетного кармана свисала золотая цепочка от часов, на поясе Рэйчел заметила кобуру пистолета. Лэйман выглядел элегантным и красивым. Но Рэйчел слишком хорошо помнила его поведение в салуне в Форт-Уэрте.

— А вот и вы! Я как раз наводил справки, выяснял, где вы остановились. Можно с вами поговорить?

— Я не представляю себе о чем, — холодно проговорила девушка. Она недоумевала, чем он так напугал Горация Уайта, что тот готов продать ферму за бесценок и убежать куда глаза глядят?

— Послушайте меня. Я пришел к вам с дружеским визитом и не уйду, пока не скажу все, что хотел бы сообщить. У меня к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться. Давайте выйдем во двор, к фонтану. Там прохладнее.

Посчитав, что лучше выяснить, чего он хочет, Рэйчел кивнула. Его пальцы сжали ей руку. От этого прикосновения по телу девушки прошла волна отвращения. Почему? Ведь он красивый мужчина, и сейчас ведет себя по-джентльменски.

Они прошли через стеклянные двери в прохладный, затененный дворик отеля, где росли экзотические растения. Ветви красной бугенвиллей дотянулись до второго этажа и обвивали решетки балконов, широкие зеленые листья банана затеняли ступени лестницы. Этот красивый двор должен был бы умиротворить Рэйчел, но она нервничала, слишком хорошо зная, что скрывается за благородными манерами ее спутника.

Маккиссак подвел девушку к кованой скамейке, она села. Лэйман тоже сел, но на достаточно большом расстоянии от Рэйчел, будто намеревался соблюдать приличия. Несмотря на внешнюю воспитанность, он был волком в овечьей шкуре. Лэйман положил шляпу на скамейку и спокойно, доверчиво посмотрел на Рэйчел.

— Мы приехали в Сан-Антонио четыре дня назад, нам пришлось выдержать немало трудностей, чтобы добраться сюда. Я сам расспрашивал местных жителей, и мои люди тоже наводили справки, но никто здесь не знает никакого Элиаса Джонсона.

Рэйчел провела рукой по лбу, испытывая облегчение от того, что Маккиссак поверил в ее историю про мужа.

— Я разыскиваю его.

— Мы будем счастливы помочь вам в этом деле, ведь он мог поселиться у Остина или неподалеку от какого-то другого города. Я послал одного человека в Остин, другого в Сан-Анжело для наведения справок.

— Надеюсь, вы сообщите мне, если что-либо узнаете, — сказала Рэйчел, пораженная тем усердием, с которым Маккиссак взялся за розыски Элиаса Джонсона.

— Простите, но похоже, что вы стали вдовой. Рэйчел опустила взгляд, размышляя, сколько еще времени ей придется жить во лжи.

— Не могу в это поверить в первый день приезда в город.

— Я понимаю вас. Но когда вы примиритесь с утратой, когда осознаете, что у вас нет мужа, я хотел бы стать вашим женихом.

— Нет! — Рэйчел была ошеломлена предложением Маккиссака.

— И еще: я приношу извинения за свое поведение там, в прерии.

Рэйчел посмотрела в его голубые глаза, такие скромные и льстивые. Маккиссак наклонился к девушке. Она подумала, что если бы сегодня встретила его впервые, то сочла бы его красивым и привлекательным. Маккиссак действительно в этот момент выглядел очень респектабельно и обращался с ней вежливо и уважительно.

— Здесь, на этих новых землях, — продолжал он, — пистолет является подчас единственным законом, и человек с оружием в руках может взять то, чего он хочет. Мы долгое время провели на дорогах в прерии, поэтому и действовали не так, как принято в цивилизованном обществе. Настоящие дамы здесь большая редкость, особенно такие красивые женщины, как вы. С ними обращаются очень бережно до тех пор, пока они не теряют покровительство мужчин своей семьи. Я совершил ужасную ошибку. Прошу вас простить меня и забыть об этом инциденте. Дайте мне шанс начать все заново. Я хочу стать вашим женихом.

Но Рэйчел слишком явственно помнила тот день в салуне, когда впервые столкнулась с этим человеком, поэтому отшатнулась.

— Сэр, я совершенно уверена, что найду своего Элиаса.

— Мадам, в этом городе нет человека, который когда-либо слышал об Элиасе Джонсоне. Никто и бровью не пошевельнет, если вы выйдете за меня замуж через месяц. Это не юг с его неписаными законами и чопорностью. Никто и не ожидает, что вы целый год будете носить траур. Здесь каждый житель очень близок к смерти, а выжившие диктуют свои правила поведения. В город хлынули толпы новых людей, здесь нет того общества, где могли бы соблюдать какие-либо условности.

— Даже если я не найду Элиаса, мне никогда не забыть те ужасные минуты, которые я пережила из-за вас, — твердо и гневно проговорила Рэйчел. Она пыталась сдержаться, понимая, что скоро станет жить по соседству с Маккиссаком.

— Мадам, мне больно думать, что я лишаюсь возможности загладить свою вину и доказать, что я могу быть другим человеком.

— Я не верю, что вы можете измениться, — ответила Рэйчел. Она твердо смотрела в его голубые глаза. Этот человек обладал той же спокойной настойчивостью и совершенной безжалостностью, что и Дэн Овертон. Они оба умеют получать то, чего хотят.

— Хоть вы и ведете себя вежливо, вы все равно остались тем же самым человеком, который ворвался в наш лагерь и обращался со мной самым неподобающим образом. Нет, вы не будете моим женихом. — Рэйчел начала было вставать, но Лэйман схватил ее за руку. Его пальцы крепко сжали локоть девушки.

— Сядьте, миссис Джонсон. Давайте спокойно обговорим все детали, пока вы второпях не наделали ошибок, о которых потом будете жалеть.

В голосе Маккиссака звучала сталь. Он смотрел Рэйчел прямо в глаза.

— Если рядом с вами не будет сильного мужчины, то вам здесь не выжить. Вам не удастся заниматься скотоводством, как рассчитывает ваш отец. — Маккиссак снова сжал ее руку. — Ради своей семьи и ради себя самой, подумайте как следует, прежде чем отказывать мне в дружбе.

— Вы опять угрожаете мне?

— Нет, мадам, — любезным тоном сказал он и улыбнулся. У Рэйчел пробежал по спине холодок: она понимала, что Лэйман угрожает. Он хотел ее, это ясно. Рэйчел не понимала почему, ведь во время прогулки по городу она видела немало красивых женщин. Лэйман был достаточно привлекательным, чтобы выбрать себе подходящую. Если только за ним не укрепилась дурная репутация.

— Край, в котором вы оказались, суровый, и женщине без защиты и покровительства здесь не прожить. Ваш отец не в состоянии обеспечить вам такую защиту, он сам нуждается в ней. Не отказывайте мне окончательно, дайте еще один шанс.

Он посмотрел на Рэйчел невинными глазами и обворожительно улыбнулся. Но девушка испытывала к нему только отвращение.

— Простите, мистер Маккиссак, но там, в прерии, вы показали свою истинную сущность. И я никогда не забуду вашего поведения. — Она отдернула руку и хотела отойти в сторону. Но он вскочил и преградил ей дорогу. Он все еще улыбался Рэйчел, но в его глазах она заметила решительность.

— Мадам, я помогу вам искать Элиаса, но мне также хотелось бы навещать вас. В этих местах я многое могу предложить женщине. Я никогда не спрашивал разрешения у отца женщины посещать ее, и никогда не встречал здесь женщины, достойной уважения.

— Я видела в этом городе много красивых дам.

— Да, мадам, но не столь прекрасных, как вы. И едва ли среди них найдется дама, имеющая воспитание южанки. Вы — настоящая леди. Мне нужна именно такая жена. Я сам родился в Джорджии, мой отец был бродягой, перекати-поле. Отец работал на фермах, хозяева которых были слишком бедны, чтобы иметь собственных рабов. Он пил, играл в азартные игры, в семье никогда ничего не было. Мать сбежала из дома, когда мне было восемь лет. Я не знаю, что с ней сталось.

Рэйчел стало страшно. Еще с той встречи в Форт-Уэрте она поняла, что ей не отделаться от Маккиссака, что она обречена. Он из тех, кто не отступится, пока не получит того, чего хочет, все сметет на своем пути к достижению цели; но она не могла сообразить, почему именно она стала объектом его повышенного внимания. Ясно одно, от борьбы с ним ей не уйти. Как же ей быть теперь, когда они станут соседями? Или же бороться пришлось бы в любом случае, даже если бы участок располагался в нескольких милях отсюда?

— Я трудился всю жизнь, — продолжал между тем Маккиссак. Его голос стал жестким. — Когда я был маленьким, со мной обращались, как с мусором. Вырос в Джорджии и Миссисипи, видел многих дам-южанок. Они элегантны и великолепно воспитаны, настоящие леди. Но в то время я и заговорить не мог с такими леди. Война все изменила. Я стал зажиточным человеком, захотел начать все сначала и построить собственную империю. Юг разрушен. Я не желаю ждать, когда он поднимется из руин. Я должен быть там, где существуют возможности. Это место — Техас. Скотоводческий рынок на севере процветает. Я более чем утроил поголовье купленного скота. Именно вы — та самая леди-южанка, какую я хотел бы иметь женой.

— Уверена, что я не единственная южанка в этом городе.

— Нет, единственная, которую я могу считать леди. Я могу обеспечить вам, вашей маленькой девочке, сестре, брату и отцу такую жизнь, какая была у вас до войны. Понимаю, я очень виноват перед вами, так дайте же мне возможность заслужить ваше прощение. Я буду очень стараться.

— Ничего хорошего из этого не получится, — строго сказала Рэйчел. Ей было страшно каждый раз, когда она смотрела в его глаза, ибо она видела в них колючую сталь. Просительные и мягкие слова не могли скрыть властную и безжалостную натуру человека, произносящего их. Ее семья была почти нищей и беспомощной, и если Маккиссак не знал этого, то скоро и ради семьє Пае шали нно улы не ящиее нсон обасыми Ѐела эйман затпре до, РэообѺазал