Прочитайте онлайн Тайная победа | Глава 24

Читать книгу Тайная победа
3818+7684
  • Автор:
  • Перевёл: А. С. Мейсигова
  • Язык: ru

Глава 24

Джессика стояла в гостиной Розалинд, окруженная со всех сторон настоящей роскошью – бесценными картинами, антикварными китайскими вазами, дорогой французской мебелью. Судя по великолепной обстановке, хозяйка дома имела огромное состояние и могла не считать деньги. Но Джессика знала, что это не так.

Стараясь ничего не касаться, она обошла комнату вокруг, рассматривая хрупкий хрусталь и тонкий фарфор. Джессика чувствовала себя неуютно среди всей этой чрезмерной роскоши. Оглядываясь по сторонам, она спрашивала себя, был бы Саймон счастлив жить в таком доме.

В итоге Джессика удовлетворенно вздохнула. Она знала, что ее мужу тоже не понравилось бы выставлять напоказ богатство. Эта мысль наполнила ее спокойствием и уверенностью, которых ей сейчас очень не хватало.

Джессика подошла к окну, выходившему в сад. Вид был потрясающий. Любовь Розалинд к показной роскоши перетекала и за пределы дома. На фоне идеально подстриженных газонов и деревьев, клумб с редкими цветами пестрели мощеные тропинки, мраморные скамейки и столы, обнаженные скульптуры. От такого буйства форм и красок у Джессики скоро заболели глаза. Она повернулась.

И увидела стоящую на пороге Розалинд.

Изумрудно-зеленое шелковое платье модного покроя подчеркивало ее черные волосы и фарфоровую кожу. Этот цвет шел ей даже больше, чем ярко-алый. Джессика заметила, что глаза Розалинд, опушенные длинными ресницами, тоже были зелеными, под стать материалу наряда.

Казалось, они смотрели друг на друга целую вечность. Оценивали. Судили. Ненавидели.

Первой заговорила Розалинд:

– Когда мне доложили, кто хочет меня видеть, я сначала не поверила своим ушам. Какой интересный поворот! Законная жена Саймона и его первая невеста встретились наедине! Светские сплетники дорого бы заплатили, чтобы узнать, о чем же мы будем сейчас говорить.

Розалинд, шелестя юбками, направилась в комнату. Она прошла мимо Джессики, высокомерно вздернув голову, и остановилась неподалеку. Ее поза, презрительный взгляд свысока – все это было нужно, чтобы запугать Джессику, принизить ее. Розалинд походила на прекрасную языческую богиню, которой неведомы жалость и доброта.

– Вы понимаете, что я говорю? – спросила она.

Джессика не слышала ее голоса и потому была защищена от яда, которым Розалинд наполняла каждое сказанное ей слово.

– Да, понимаю, – спокойно ответила она.

Розалинд иронично улыбнулась и продолжила:

– Танхилл думает, что вы сумасшедшая. Что вы не понимаете, что происходит вокруг, и вас надо водить на поводке, как дрессированного зверя. – Она повернулась, взмахнув пышной юбкой, и встала за небольшой диванчик с бархатной обивкой. – Но я так не считаю. – Розалинд приняла изящную позу, оперевшись рукой о каминную полку. Теперь с нее можно было писать парадный портрет. – Мне кажется, вы довольно умная женщина. Идеальная пара для Саймона. Я права?

Джессика пристально глянула на Розалинд и медленно подняла уголки губ в улыбке.

– Может быть, – ответила она.

Опять воцарилась неловкая тишина. Джессику она, конечно, не тревожила – в ее мире было тихо уже много лет. Но вот Розалинд явно к такому не привыкла. Кровь отлила от ее лица, и Джессика заметила, как она несколько раз сжала пальцы в кулак.

– Что ж, садитесь, – наконец сказала хозяйка, указывая на диван.

Она подошла к столику, накрытому атласной салфеткой, на который служанка поставила расписной чайный сервиз. Налив две чашки чая, Розалинд подала одну Джессике, а сама с неповторимой грацией села напротив нее в резное кресло времен короля Людовика XIV.

– Представьте, – начала Розалинд, расправляя одной рукой пышные складки платья, – ваш брат считает, что из-за глухоты вы умом не отличаетесь от ребенка. Но когда я увидела вас на балу, то сразу поняла, что Танхилл ошибается. Вы выглядели и вели себя идеально. Впрочем, как и сейчас.

Джессика осторожно держала хрупкую чашку и блюдце в руке. Когда она ехала к Розалинд, то думала, что ей будет страшно встретиться лицом к лицу с женщиной, которую все считали любовницей Саймона. Удивительно, но ничего подобного Джессика сейчас не чувствовала. Наоборот, ей было жалко Розалинд.

При свете солнца она видела на ее лице первые признаки увядания, которые уже нельзя было скрыть пудрой. Кожу вокруг глаз и рта прорезали тонкие морщины, на висках появились пигментные пятна, овал лица потерял свою четкость. Эти первые признаки надвигающейся старости, должно быть, ужасно пугали Розалинд. Ведь она добивалась всего в жизни только при помощи своей красоты.

– Колин считает, что Саймон практически похитил вас и насильно женил на себе. Но это не так, да?

– Конечно, – ответила Джессика, продолжая изучать лицо Розалинд.

– Вы его любите?

Этот вопрос застал ее врасплох. Пока Джессика думала, что ей ответить, Розалинд с улыбкой сказала:

– Ну конечно, да. Его ведь нельзя не любить, правда? – Она сделала глоток чая и продолжила: – Жаль, что вы решили не бывать на тех балах, куда я приглашена. Ходят слухи, что вы решительно отказываете хозяевам, если те говорят, что я тоже в списке гостей.

– Это не мое решение, а лорда Норткота, – твердо сказала Джессика.

– Очень печально, – отозвалась Розалинд. – Вы ведь знаете, мы с вашим мужем когда-то были очень близки.

– Да, но теперь он хочет забыть о том времени.

Презрение в глазах Розалинд сменилось откровенной злобой. Сейчас она была похожа на змею, готовую броситься на свою жертву. Джессика поставила чашку и блюдце на столик, а потом выпрямилась. Она не собиралась отступать.

– Думаю, пора уже закончить светскую беседу, – заявила Джессика. – Позвольте мне объяснить, зачем я сюда приехала.

– Разумеется. – Розалинд тоже поставила чашку на стол и ядовито улыбнулась. – Не представляю, что побудило вас появиться у меня.

– Я приехала, чтобы предупредить вас.

– О чем?

– О том, что Саймон знает о вашем тайном плане. Он уже известил полицию о корабле с опиумом, который скоро прибудет в порт.

Розалинд нахмурилась.

– Я понятия не имею, о чем вы говорите.

– Я говорю о тайной поставке опиума. О том, какие дела проворачивает Танхилл вместе с лордом Мотли и Сидни Карвером.

Розалинд оказалась хорошей актрисой. Она отлично изобразила удивление, а потом сказала:

– Не понимаю, какое это имеет отношение ко мне.

– Они пока не знают, кто работает на Танхилла. Кто делает всю грязную работу, которую мой брат не может сделать сам.

Розалинд ответила не сразу. Ее глаза сузились, в них сверкнула ярость.

– Да как ты смеешь! – воскликнула она.

– Я видела тебя в карете в ту ночь, когда Танхилл напал на Саймона, – также переходя на «ты», заявила Джессика. – Я знаю, что ты его любовница и выполняешь за него разные темные дела, позволяя ему оставаться в тени.

Розалинд вцепилась в подлокотники кресла и глянула на Джессику с перекошенным от злобы лицом. Сейчас на эту красавицу было страшно смотреть.

– Что ты хочешь? – наконец спросила она.

– Я хочу знать, когда прибывает корабль.

Розалинд вздернула подбородок и рассмеялась.

– Ты думаешь, я совсем потеряла разум? Представляешь, что сделает со мной Колин, если я расскажу тебе об этом?

Джессика ответила ей таким же неприязненным взглядом.

– А ты представляешь, что с тобой сделает полиция, когда тебя арестуют? – ответила она вопросом на вопрос. – Знаешь, как наказывают за контрабанду опиума?

– Да как ты смеешь! – Розалинд вскочила с кресла и чуть ли не бегом направилась к окну. Она долго смотрела на сад, а потом повернулась к Джессике. Теперь в ее глазах был страх. – Зачем ты мне это рассказываешь?

– Хочу, чтобы ты поняла, – если Танхилла не остановить, он погубит нас всех.

– Может, ты не выживешь, но я…

– Да никто не выживет! Ты забываешь, что я росла вместе с ним и хорошо его знаю. Он никогда ничем не делится. И разделается с тобой сразу, как ты станешь ему не нужна.

– Я тебе не верю.

Но Джессика не сдавалась. Розалинд была ее единственным шансом защитить Саймона.

– Разве ты не видишь, как сильно рискуешь? Ты знаешь все о его планах и требуешь, чтобы Колин обеспечивал тебя. Оглянись вокруг. Неужели мой сводный брат станет по доброй воле давать тебе деньги на всю эту роскошь?

Розалинд окинула ее долгим взглядом, потом села обратно в кресло. Она взяла себя в руки и спрятала страх под маской спокойствия. И хотя Розалинд расправила плечи и вздернула подбородок, Джессика видела, как сильно она боится и Танхилла, и тюрьмы.

– Что я получу, если скажу, когда прибывает корабль?

– Пятьдесят тысяч фунтов. Помоги мне – назови дату и время, и ты больше никогда не будешь нуждаться.

Розалинд не могла сидеть спокойно. Она опять вскочила и принялась мерить гостиную шагами.

– Почему бы мне самой не пойти к Саймону и не предложить такой вариант? – проговорила себе под нос Розалинд. – Может, мне удастся убедить его, что я больше подхожу ему, чем эта юная простушка.

– Можешь попытаться, – ответила Джессика. К счастью, она видела губы хозяйки дома.

Розалинд удивилась, услышав ее голос. Она остановилась перед ней и спросила:

– Ты так в себе уверена?

Джессика не стала отвечать на вопрос, а сказала:

– Извини за грубость, но ты спохватилась слишком поздно. У тебя была возможность стать женой Саймона, но вместо этого ты решила залезть в постель к его отцу.

– Надо же! – Розалинд с удивлением глянула на нее. – А ты умеешь говорить гадости. Очень неожиданно. Значит, Саймон уже рассказал тебе все наши грязные семейные тайны?

– Давай лучше вернемся к тебе, – предложила Джессика. – Мой план – это твой единственный шанс на спасение. Или ты рассказываешь Саймону, когда прибывает корабль, или остаешься соучастницей преступления, которое замыслил Танхилл.

Сердце у Джессики было готово выпрыгнуть из груди. Что будет, если Розалинд решит остаться с Танхиллом?

Хозяйка дома отвернулась от нее, взмахнув подолом изумрудно-зеленого платья. Она думала недолго. Встав к ней лицом и горделиво расправив плечи, Розалинд произнесла:

– Мы пока не знаем точно, когда корабль войдет в порт. Сегодня сюда доставят письмо, где будут написаны дата и время. Я должна сразу известить Колина, как только получу его. Приходи ко мне в восемь вечера, и я покажу тебе это письмо.

Джессика с облегчением перевела дух.

– Советую тебе действовать быстро, – добавила Розалинд. – Колин говорит, что корабль придет со дня на день.

Джессика кивнула и встала. Казалось, говорить им больше не о чем. Но Розалинд вдруг заявила, высокомерно глядя на нее:

– А ведь Саймон любил меня. Просто я была молодой и глупой и хотела одного – жить так же богато, как его отец, и швыряться деньгами направо и налево. – Она мгновение помолчала и добавила: – А еще я очень хотела быть графиней. Мне казалось, что отец Саймона проживет еще целую вечность, и если я не выйду за него замуж, он найдет себе другую девушку, у них пойдут дети, и о богатстве с титулом можно будет только мечтать. – Взгляд Розалинд немного смягчился. – Удивительно, как быстро исчезли деньги. А титул ведь не может наполнить шкафы красивыми нарядами. Да, я ошиблась, когда предпочла Саймону его отца.

Мимолетное выражение раскаяния исчезло. Розалинд выпрямила плечи, и ее лицо опять стало хищным.

– Впрочем, исправить ошибку уже нельзя. Итак, ты получишь нужную информацию сегодня в восемь. А завтра я жду перевода денег на мой банковский счет.

Розалинд замешкалась и добавила:

– Только никому не говори, что была тут. Я тоже очень боюсь Колина. Я живу с ним и знаю, какой он жестокий.

Джессика с жалостью глянула на Розалинд. Она не представляла, что чувствует женщина, которая ради богатства стала любовницей такого мужчины, как Танхилл.

– Ты уверена, что письмо придет сегодня?

– Да. Его должны доставить после обеда. Можешь мне не верить, но Саймон все еще мне небезразличен. Потому я не хочу, чтобы Танхилл победил. От этого всем станет только хуже, и особенно тебе, Джессика. А теперь иди, пока тебя кто-нибудь тут не увидел.

И Розалинд отвернулась к окну, показывая, что их встреча окончена.

Джессика сразу направилась к двери, не сказав традиционных слов прощания. Она пошла по черно-белому мраморному полу холла к парадному входу, рядом с которым стоял мрачный дворецкий. Убедившись, что на улице никого нет, Джессика побежала по узкой дороге к ожидающему ее экипажу.

– Хозяину не понравится, что вы тут были, – сказал Санджай, открывая перед ней дверь.

– Мы ему не скажем. – Джессика представила, что может произойти, если Саймон узнает об этом, и ей стало страшно. – Для него это очень опасно.

– А для вас?

– Нет. – Джессика прыгнула в карету, потом обернулась и сказала слуге: – Обещай, что ничего ему не расскажешь.

Санджай задумчиво глянул на нее. Джессике стало не по себе от его пристального, изучающего взгляда.

– Может, на этот раз я вас послушаюсь.

Его хозяйка с облегчением перевела дух. Розалинд получит свои деньги. Джессика готова отдать все, что у нее было, только бы спасти Саймона. Если Колин убьет его, то и ее жизни тоже настанет конец.

Подкупив Розалинд, она получит сведения, за которыми Саймон безуспешно гоняется два месяца. И отблагодарит его за то, что он, рискуя жизнью, защищает ее от сводного брата.

Когда Джессика позже этим днем опять стояла перед входом в дом Розалинд, то уже не чувствовала прежней уверенности. Она громко постучала медным молоточком в дубовую дверь, но чуть не подпрыгнула, когда та вдруг открылась сама по себе. Дрожащей рукой Джессика осторожно распахнула ее пошире и вошла внутрь.

Дом казался пустым. Дворецкий у порога не принял ее накидку, служанка не провела в гостиную. Холл слабо освещал мерцающий огонь свечей в заплывшем воском подсвечнике.

Джессика пошла вперед. И с каждым шагом ей становилось все страшнее. По спине забегали мурашки. Что-то было не так – она чувствовала это кожей.

Взяв в руки подсвечник, Джессика высоко его подняла. Войдя в гостиную, она застала ее в таком же виде, в каком та была утром. Только в камине не горели дрова, и ни одна свеча не освещала погруженную во мрак комнату.

И там не было Розалинд.

Ей стало так страшно, что у нее волосы зашевелились на затылке. Джессика поняла, что ей нужно уйти отсюда прямо сейчас. Она повернулась, чтобы выбежать за дверь и спрятаться в наемном экипаже, который ждал ее около дома…

Но вдруг из темноты к ней шагнул мужчина.

Это был Колин.

За те десять лет, что они не виделись, ее сводный брат почти не изменился. Он был все такой же широкоплечий красавец, и в его взгляде светилось то же отвращение, с каким Колин смотрел на нее в тот день, когда покинул их дом и уехал в Индию.

Сердце бешено заколотилось в ее груди.

– Давно мы не виделись, – сказал Колин. – Ты рада нашей встрече?

Свет от ее свечи бросал зловещие тени на лицо Танхилла. Сейчас оно походило на маску какого-то злого божества.

Сводный брат шагнул к ней, и Джессика отступила. Так повторялось несколько раз, пока она не уперлась в стену. Краем глаза Джессика заметила разбитую вазу на полу и опрокинутое кресло. Похоже, тут была борьба.

Джессика смотрела на Колина и не могла пошевелиться от ужаса, не могла сказать ни слова. Сейчас она и правда походила на глухую дурочку, какой считал ее Танхилл.

– Розалинд просила передать, что очень сожалеет, но сегодня она не сможет с тобой встретиться.

От нового приступа страха у Джессики закружилась голова. Что случилось с Розалинд? Голос внутри нее кричал, требовал, чтобы она бежала от Танхилла, но ноги не двигались. Почему она приехала одна? Почему никому не сказала, где ее искать?

– Ты понимаешь, что я говорю? – спросил Танхилл.

Сводный брат смотрел на нее, как на обезьяну в цирке, ожидая, что она сейчас выполнит сложный трюк.

– Розалинд сказала, ты понимаешь все, что люди тебе говорят. Но ведь это не так, да? – Колин презрительно скривил рот и сказал себе под нос: – Конечно, она меня не понимает!

Джессика вздернула подбородок и ответила:

– Я прекрасно читаю по губам.

Судя по выражению его лица, Колин не только сильно удивился, но и испугался. Неужели он действительно думал, что его сестра осталась такой же, какой была в детстве?

– Ничего себе, – сказал он, криво улыбаясь. – Похоже, я ошибался. Мне стоило догадаться, что даже жажда мести не заставила бы Норткота жениться на тебе, если бы ты правда была такой страшной и глупой, какой я тебя помнил.

– Дай мне пройти, Колин, – сказала Джессика, пытаясь выглядеть спокойно. – Ты опоздал. Я теперь леди Норткот, и у тебя нет права…

Танхилл схватил ее за руку и воскликнул:

– Нет права? Да что ты об этом знаешь? Какое есть право у глухой девчонки забирать себе все деньги?

Джессика ответила, пытаясь вырваться из его рук:

– Деньги принадлежали моему отцу, а не тебе.

– Но должны были достаться мне. План был отличным. Отец случайно умирает от столкновения с другим экипажем, и я получаю наследство.

Джессике вдруг стало трудно дышать. Она уставилась на губы Колина, думая, что неправильно прочитала его слова.

– Ты убил моего отца? – через силу спросила Джессика. – Но почему? Что он тебе сделал?

Его лицо перекосило от злости.

– Что он сделал? – Колин стукнул кулаком по ладони. – Да он чуть не погубил меня! Мне были нужны деньги, чтобы расплатиться с долгами, а он отказался мне их дать. Из-за него общество отвергло меня. Кредиторы преследовали меня днем и ночью, требуя денег. Я чуть не попал в долговую тюрьму.

Он помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил:

– А еще был неприятный случай с убитой служанкой из таверны. Мне казалось, никто не видел, как я выходил из ее комнаты, но, похоже, кто-то все-таки меня подстерег. Меня начали шантажировать, а твой отец опять отказался заплатить. Я не мог этого терпеть, потому подстроил то столкновение.

– Но вместе с ним умерла твоя мать!

– Да, это произошло случайно. Я думал, что она уехала на выходные в загородный дом. Конечно, ее смерть была мне невыгодна. Ведь я полагал, что после смерти отчима все деньги достанутся ей. Судьба сыграла злую шутку. – И Колин криво улыбнулся. Такой страшной улыбки Джессика еще никогда не видела.

– Значит, ты убил их обоих, – задыхаясь от ужаса, произнесла она.

Колин глянул на нее таким черным, жестоким взглядом, что Джессика задрожала.

– Мать не должна была умереть, – повторил он. – Не знаю, почему она поехала с ним. Твой отец вызывал в ней такую же ненависть, как и во мне. Да, она ненавидела его и вышла замуж только из-за денег.

Джессика замотала головой. Она не могла в это поверить.

Колин рассмеялся и сказал:

– Какая же ты глупая! Твой отец тоже не любил ее. Он решил, что его ненаглядной дочке нужна женская ласка, и потому женился на ней. А еще подумал, что леди Танхилл, с ее титулом и связями в высшем свете, поможет своей глухой падчерице занять достойное место в обществе.

Колин опять схватил ее за плечо, а когда Джессика попыталась сбросить его руку, рассмеялся. Он играл с ней, как кот с испуганной мышью, то выпуская, то ловя опять.

– В итоге деньги должны были достаться тебе, – продолжал говорить Колин. – Или если в двадцать пять лет ты бы оказалась замужем, то твоему мужу. Ты не представляешь, как я разозлился, когда узнал, что ты вышла замуж за Норткота и мои деньги перешли к нему. Мы ведь с ним враги. Я чуть не убил его в Индии. Очень жаль, что он выжил. От него у меня одни неприятности.

Колин еще крепче взял Джессику за плечо, чтобы та даже не думала вырваться. Второй рукой он схватил ее за подбородок и рывком дернул голову сестры к себе. Джессике было больно, но она молчала.

– Ты, наверное, решила, что перехитрила меня? Подумала, что я буду сидеть и смотреть, как вы распоряжаетесь моими деньгами?

Он улыбнулся ей. Это была пугающая, полная презрения ухмылка. В свете свечи, которую Джессика давно уже поставила на столик неподалеку, его глаза горели безумным огнем. Страх ледяными когтями сжал сердце Джессики. Ей нужно было бежать.

– Глупая стерва, ты отдала Норткоту деньги, не зная, что за этим последует. Наверное, ты отдала ему и свое тело тоже, да?

Джессика встряхнула головой, чтобы развеять стоящий в ней туман. Она должна придумать, как вырваться из лап Танхилла.

– Он уже приходил к тебе в постель? – повторил Колин.

Джессика ничего не ответила. Ему незачем знать о ее личной жизни.

– Ну, теперь это не имеет никакого значения. Ты никогда не родишь ему наследника.

Джессика прокашлялась и открыла рот. Она искала слова, которые убедили бы Танхилла отпустить ее, но разумом понимала, что их не существует. И потому продолжала молчать.

– О боже, как жалко ты выглядишь, – сказал он, презрительно глядя на Джессику. – Хорошо, что ты теперь со мной. – И Танхилл плотоядно улыбнулся. – Теперь я могу позаботиться о тебе… сестренка.

Джессика больше не искала пути к спасению. Волна паники захлестнула ее сердце. Танхилл сжимал ее так крепко, что ей хотелось плакать от боли. Ему нравилось мучить людей, она видела это по его глазам, по выражению удовольствия на его лице.

– Да, я хочу о тебе позаботиться. Скоро ты окажешься так далеко отсюда, что никто и никогда тебя не найдет. Я упрячу тебя в лечебницу, а потом найду того, кто украл у меня наследство, и убью его.

Джессика собрала все силы и принялась отчаянно вырываться из рук Колина. Но, конечно, он был гораздо сильнее. Танхилл просто скрутил ей руки и прижал к стене.

– Конец уже близок, – сказал он, глядя на нее с такой ненавистью, что Джессика покрылась холодным потом. – Еще до рассвета вы оба получите то, что заслуживаете. А деньги достанутся мне. Все складывается отлично, не так ли?

Джессика каким-то чудом освободила руки и глубоко вонзила ногти ему в плечи. Она опять стала вырываться, но Колин схватил ее за горло. Ей не хватало воздуха, перед глазами поплыли черные пятна.

– Бороться бесполезно, сестричка. Никто не знает, где ты. Кроме Розалинд, конечно. – Его губы искривились в торжествующей улыбке. – Бедняжка, она сама виновата. Я объяснил ей, что будет, если она задумает меня предать. – Его пальцы чуть ослабли. – Больше эта мерзавка меня не обманет.

Джессика жадно хватала ртом воздух. Розалинд мертва. Колин убил свою любовницу.

Не выпуская ее из рук, Танхилл чуть повернулся в сторону двери и заорал:

– Фриш!

Из темноты возник мрачный гигант и направился к ним. От него пахло потом и чесноком, и когда он встал рядом с Джессикой и глянул на нее, в его глазах она с удивлением заметила страх.

– Ты знаешь, что с ней надо сделать, – сказал Колин и силой поволок Джессику к двери.

Однако ему пришлось остановиться, когда страшный громила схватил его за руку.

– Где деньги, парень? – спросил он Колина. – Ты сказал, что дашь их сразу. Я ничего не буду делать, пока ты не заплатишь.

– Нет! Ты не можешь так со мной поступить! – воскликнула Джессика, наконец обретая голос.

Танхилл хотел запереть ее в сумасшедшем доме. Он собирался отдать ее этому верзиле, чтобы тот сделал за него всю грязную работу.

Фриш мрачно глянул на Танхилла. Этот взгляд привел бы в ужас любого.

– У нас был уговор, – заявил он. – Я никуда не поеду, пока не получу деньги.

– Не волнуйся, Фриш, – постарался успокоить его Колин. – Я принесу их завтра.

– А договаривались насчет сегодня.

– Клянусь, ты получишь всю сумму завтра, – продолжал твердить Колин.

– Уж будь добр, господин хороший. Или я расскажу кому надо, куда ты спрятал юную леди. Деньги есть не только у тебя. Если хочешь сохранить все в тайне, лучше меня не обманывай.

Колин обжег его злобным взглядом.

– Тебе хорошо платят, Фриш. Даже не думай меня обмануть. Если проболтаешься – тебе не жить.

– Нет! – опять воскликнула Джессика. – Остановись, Колин!

– Кто может меня остановить, дурочка? Норткот? – Ее сводный брат рассмеялся. – К утру он будет уже мертв.

Джессика опять стала вырываться. Она задыхалась от ненависти к Танхиллу.

– Давай иди, – приказал он, толкая ее вперед. – Фриш, отвези ее к миссис Бродли и скажи, чтобы она заперла эту девушку и забыла о ней. Никто не должен знать, откуда она там взялась.

– Ладно.

Огромные лапы громилы схватили ее сзади и прижали к себе. Джессика отчаянно забилась, и ей как-то удалось повернуться к нему лицом.

– Пожалуйста, – взмолилась она, – не слушайте Колина. Я графиня Норткот. Я заплачу вам в два раза больше той суммы, которую вам обещал Колин, если вы отпустите меня.

– Вот это да! – удивленно воскликнул Фриш. – Слышал? Она называет себя графиней Норткот.

– Это правда, – подтвердила Джессика.

– Не слушай ее, – сказал Колин. – Она безумна. Потому семья и хочет избавиться от нее.

– Нет! Колин, пожалуйста, не делай этого! – Джессика начала вырываться, но Фриш лишь сильнее сжал ее в своих ручищах.

– Ты всегда была такой гордячкой, – сказал Колин, наблюдая за ее борьбой. – Даже в детстве считала себя лучше всех. Постоянно совала свой нос куда не следует, хотя на самом деле была пустым местом. – Колин наклонился к ней и заорал ей в лицо: – Ты никто, слышишь? – Он отошел от нее и кинул Фришу: – Забери ее отсюда!

Джессика знала, что сейчас ее последний шанс спастись. Она подняла ногу и с размаху опустила ее на ботинок Фриша, а когда тот на мгновение ослабил хватку, повернулась к нему и ударила коленом в пах. Громила схватился обеими руками за причинное место. Джессика кинулась было бежать, но тут в ее плечи вцепился Колин.

Она мгновенно выставила локти и ударила ими ему в грудь. Танхилл не отпускал ее, но Джессика продолжала вырываться из его рук. Когда он поднял одну их них, чтобы схватить ее за горло, Джессика изо всех сил вонзила зубы ему в руку.

Колин отпрянул, держа окровавленную руку перед собой. Джессика тут же помчалась через комнату к выходу. Дверь была открыта, и она со всех ног побежала навстречу свободе.

Джессика оказалась возле двери и уже коснулась ручки, как вдруг рука Колина опять схватила ее сзади за плечо и развернула к себе. На белоснежном рукаве его рубашки расплывалось пятно крови. Когда она глянула на Колина, то увидела перед собой лицо маньяка.

– Ах ты, сука! – выругался он.

Его сжатая в кулак рука взметнулась вверх и ударила Джессику в лицо. Она пошатнулась, чувствуя острую боль. А затем ее поглотила благословенная темнота, и больше Джессика ничего не видела и не ощущала.