Прочитайте онлайн Тайна золотой лихорадки | ГЛАВА VI Морская болезнь на берегу

Читать книгу Тайна золотой лихорадки
206+1217
  • Автор:
  • Перевёл: Л. Садовская

ГЛАВА VI

Морская болезнь на берегу

Прошло десять минут после того, как Белинда объявила о своем сенсационном открытии. Трейси была послана в комнату к отцу за Библией. Она оставила ему записку, в которой сообщала, что забрала книгу, — чтобы он не подумал, что тоже стал жертвой воришки.

Из-за последних событий усталость подруг бесследно исчезла. Объяснять свою догадку Белинда не стала — вместо этого она села на кровати, склонившись над Библией, и, листая ее, начала выписывать что-то в блокнот. Трейси и Холли смотрели на нее во все возрастающим нетерпением и желанием узнать секрет шифра.

— Ну? — не выдержала Трейси.

— Подожди! — бросила Белинда, даже не поднимая головы. — Кажется, получается.

— Я еще могу понять, что первые цифры, возможно, обозначают номер страницы, — задумчиво проговорила Холли, — но вот дальше-то что?

— А дальше нужно учесть, что это Библия. Первые цифры обозначают страницу. Но Библия еще делится на главы и стихи, — объяснила Белинда.

— Это вторые и третьи цифры! — вскрикнула Трейси.

— А чтобы получить четвертую цифру, — продолжала Белинда, — надо посчитать слова в стихе, — она опять что-то записала в блокноте. — Ха!

Она повернула блокнот так, чтобы подруги смогли увидеть написанное:

«Мы усердно трудимся, но результатов почти нет, но я не теряю веры и буду продолжать работать».

— Удивительно, — прошептала Холли. — Должно быть, он корпел над этой строкой целую вечность.

— Я думаю, ночью в пустыне немного возможностей для развлечения, — заметила Трейси. И посмотрела на стопку скопированных страниц на коленях Белинды. — Чтобы расшифровать все, нам придется потратить уйму времени.

— Вовсе нет, если мы все трое возьмемся за дело, — с энтузиазмом воскликнула Холли.

— Ага, нас-то трое, а Библия одна, — напомнила Трейси.

— Одна из нас будет работать с Библией, другая — называть цифры, а третья — записывать слова. И, чем раньше мы начнем, тем скорее закончим, — сказала Белинда.

— Погоди-ка, — остановила ее Холли. — Давайте вот о чем подумаем. Если мы правы, и мистер Уокер перевернул все в нашей комнате в поисках Библии, значит, он каким-то образом узнал, что в ней ключ к коду Сумасшедшего Джека. Но вопрос в следующем: что, по его мнению, Сумасшедший Джек записал в своем дневнике?

— Что-то такое, ради чего, как он считает, стоило тащиться за нами из Англии в Калифорнию, — заметила Трейси.

— Значит, это золото, — заключила Белинда. — Как утверждают, Сумасшедший Джек отдал все свое золото племени осейо за то, что они спасли ему жизнь. Люди племени верили, что пещера священное место, — им не нравилось, что чужаки копают там золото. Так что же должны были они сделать с золотом, когда Сумасшедший Джек отдал его им?

— Должны были вернуть золото туда, откуда его взяли, — выдохнула Трейси. — И наверное, оно до сих пор там лежит!

— Должно быть, мистер Уокер думает, что Сумасшедший Джек в точности записал, куда люди осейо положили золото, — сказала Холли. — Вот почему он здесь — и вот почему он украл дневник. Он охотится за золотом!

— Чем быстрее мы расшифруем дневник, тем быстрее узнаем, так ли это на самом деле, — сказала Белинда.

— Согласна, — кивнула Холли. — Но знаете что? Я думаю, мы не должны никому говорить об этом. До тех пор, пока не узнаем, что именно написал Сумасшедший Джек.

— Ты права, — согласилась Трейси. — Пока что мы не будем говорить об этом даже моему отцу или Сэлли. Отец у меня отличный, да и Сэлли мне нравится, но ведь они оба взрослые — а вы знаете, как поступают взрослые, как только узнают о чем-нибудь важном…

— Берут дело в свои руки, — закончила за нее Белинда. — И нам не удастся даже взглянуть одним глазком, пока все не закончится! Ну уж нет! Этим делом займется Детективный клуб, — она решительно посмотрела на подруг. О сне не могло быть и речи. — Ладно, приступили к делу. Я называю цифры. Ты, Трейси, берешь Библию, а ты, Холли, берешь блокнот и записываешь слова.

Так, сбившись тесной кучкой, подруги приступили к долгому и кропотливому процессу раскрытия тайн, которые Сумасшедший Джек Фостер зашифровал в своем дневнике полтора столетия назад.

На следующее утро за завтраком у всех троих слипались глаза. Ночью им удалось расшифровать целую страницу, прежде чем они начали засыпать на полуслове от усталости. Работа была увлекательной, но результат ее разочаровал членов Детективного клуба. Проблема вскоре стала очевидной — в дневнике отсутствовали даты. Один день на странице сливался с другим, и единственное, что девочки могли поделать, это продолжать трудиться над страницами в надежде найти запись, в которой бы упоминалось, что золото найдено.

— Добрый день, девочки, — поздоровалась Сэлли Саммерфилд, подходя к их столику в столовой. — Что-то у вас немного усталый вид. Надеюсь, вас не слишком расстроило вчерашнее происшествие — я уверена, полицейские найдут вора и вернут вам дневник.

— Будем надеяться, — горячо согласилась с ней Трейси. — Иначе в вашем музее одна витрина останется незанятой.

— Кстати, о музее. Не хотите ли поехать туда сегодня утром? — предложила Сэлли. — Музей еще не открыт для посетителей, но вы смогли бы увидеть там много интересного.

— Мы с удовольствием, — обрадовалась Холли. — Потом бросила быстрый взгляд через плечо на столик, где накануне утром сидел Кит Уокер. — А где мистер Уокер? — спросила она.

— Он уехал еще час назад, — ответила Сэлли. — Взял напрокат машину и уехал на целый день. Сказал, что собирается поездить по окрестностям, пофотографировать для книги, над которой работает. Ну что — вы уже выбрали, что будете заказывать на завтрак? — с улыбкой спросила она.

Как только Сэлли ушла, Трейси наклонилась к подругам.

— Если он уехал на целый день, это прекрасная возможность обыскать его комнату, — прошептала она.

— Ее уже обыскивали, — заметила Белинда.

— Твой отец уже и так рассердился на нас из-за того, что мы обвинили мистера Уокера в краже дневника, — добавила Холли. — Если нас застукают в его комнате, он просто рассвирепеет!

Трейси резко откинулись на спинку кресла.

— Вы правы, — вздохнула она. — Забудем об этом.

Но, если бы Холли и Белинда посмотрели повнимательнее ей в глаза, они бы заметили в них знакомый решительный блеск.

Мистер Фостер, спустившись завтракать, подсел к девочкам. Он выглядел очень озабоченным.

— В главном офисе очень недовольны задержкой в съемках, — сказал он им. — У Глории неприятности из-за того, что она не обеспечила запасной пульт управления, а бухгалтеры уже подсчитывают, насколько все это увеличит наши затраты. И вам, девочки, тоже не везет, — с сочувствием посмотрел он на них. — Вместо того, чтобы отдыхать, вы уже побывали в горящей машине, пережили землетрясение, вас чуть не взорвали, и в довершение ограбили вашу комнату!

— И все это в первый же день, — усмехнулась Холли. — В Америке не заскучаешь, это уж точно.

— Что ж, будем надеяться, что ваша жизнь здесь станет чуточку более скучной, — с улыбкой ответил мистер Фостер. — Я слышал, Сэлли собирается свозить вас в музей, и это прекрасно. Потому что я почти весь день буду занят с Брэдли — надо составить новый график работ. Такой, чтобы никто не простаивал, пока не прибудет новое оборудование. Не волнуйся, дорогая, — похлопал он Трейси по руке. — На следующей неделе я смогу проводить с вами больше времени.

— Хорошо бы, — сказала Трейси. — Тогда мы сможем… Ой! — Лицо ее исказилось в болезненной гримасе. Она согнулась пополам, хватаясь за живот.

— Что с тобой, Трейси? — встревоженно спросил отец, а Белинда и Холли озадаченно посмотрели на нее.

— Я что-то плохо себя почувствовала, — простонала Трейси и встала из-за стола. — Дайте пройти! Кажется, меня сейчас вырвет.

Девочки растерянно посмотрели вслед бросившейся к туалету Трейси.

Через несколько минут она вернулась и села, прижимая руку к животу. Лицо по-прежнему оставалось страдальческим.

— Не знаю, что со мной такое, — сказала она. — Тошнит, и голова болит.

Отец положил ладонь ей на лоб.

— Температуры вроде бы нет. Может, сказать Сэлли, чтобы вызвала врача?

— Не поднимай шум, папа, — сказала Трейси. — Все будет нормально. Скорее всего, это меня в самолете укачало. Ты ведь помнишь, как я плохо переношу самолет? — посмотрела она на него.

— Еще как помню, — ответил отец. — Но, я думал, в этот раз ты пила таблетки от укачивания.

— Пила, — подтвердила Трейси. — Но полет был ужасно длинный, может, у меня сейчас э-э… что-то вроде замедленной реакции на него.

Белинда уставилась на нее.

— Хочешь сказать, что сейчас у тебя проявились признаки укачивания — через два дня после того, как ты вышла из самолета? — с сомнением спросила она. — Разве такое бывает? — посмотрела она на Холли и мистера Фостера.

— Знаете что — пойду-ка я лучше полежу, — сказала Трейси. — Может, так скорее пройдет.

Примерно полчаса спустя Холли и Белинда поднялись в свою комнату. Задернув занавески, Трейси лежала в постели в темноте.

— Как ты себя чувствуешь? — осторожно спросила Холли.

— Неважно, — простонала Трейси. — Меня опять тошнило. Пожалуй, я полежу до обеда.

— Мы останемся с тобой, — предложила Белинда. — Можно поработать над дневником.

— Нет, не надо. Вы поезжайте с Сэлли в музей, а мне сейчас лучше побыть одной, — настаивала Трейси.

— Ты уверена? — спросила Холли.

— Да. Передайте отцу, что я хочу пару часов полежать, а потом у меня, конечно, все пройдет. Скажите, пусть не волнуется.

Убедившись, что Трейси ничего не нужно, Холли и Белинда ушли — с надеждой, что пара часов сна пойдет ей на пользу. Они передали мистеру Фостеру слова Трейси, после чего спустились в вестибюль, где встретились с Сэлли Саммерфилд.

Сэлли огорчилась, узнав, что Трейси нездорова, но согласилась с тем, что ей лучше остаться в отеле и отдохнуть.

— Вот увидите, не пройдет и часа, как она будет носиться по всему дому как сумасшедшая. Я-то ее знаю, — сказала Белинда, когда втроем они выходили из отеля, направляясь к пикапу Сэлли.

Открытый кузов машины был прикрыт большим куском брезента.

— Там у меня куча всякого барахла, — объяснила Сэлли, когда они сели в кабину. — Все собираюсь его выбросить, но каждый раз, как только посмотрю на это безобразие, решаю, что с уборкой можно и подождать.

— Вот и я думаю то же самое, когда смотрю на свою комнату, — посочувствовала Белинда.

Они выехали из города по новой дороге, уходящей на восток, а не по шоссе, ведущему к ущелью Койотов, по которому ехали накануне. Музей культуры осейо, объяснила Сэлли, размещается на пересечении дорог в большом старом здании, которое когда-то служило крупной этапной стоянкой — в те далекие времена, когда Запад оставался еще очень диким. Здание давно не ремонтировалось, но люди племени осейо собрались вместе и нашли деньги, чтобы начать ремонтные работы.

— Те деньги, которые мы получим от съемок рекламы, пойдут на содержание музея, — сказала им Сэлли. — Мой дедушка передал в музей массу замечательных вещей — он увлекается коллекционированием предметов культуры осейо. К тому же, он старейший представитель нашего племени. Его имя Джонни Белая Сова, — она посмотрела на девочек. — Он занимается тем, что вы называете целительством. И знает много удивительных вещей. Хотите с ним познакомиться?

— Еще бы! — с энтузиазмом ответила Холли.

— Он живет в небольшом домике недалеко отсюда, — сказала Сэлли. — Как только Трейси поправится, я устрою для вас всех поездку туда.

Вдруг она подалась вперед, глядя на что-то через ветровое стекло.

— Что это? Дым?

— Кажется, да, — кивнула Холли.

— О боже! — ахнула Сэлли, нажимая ногой на акселератор, отчего грузовик рванулся вперед. — Это же музей!

На предельной скорости они сделали поворот, и Холли увидела большое деревянное с. елая казала оты. здании, которое когда-то служило крупнотроение у перекрестка дорог. У нее екнуло сердце — дым поднимался от задней части здания.

Перед главным входом стояла машина — и в тот момент, когда Сэлли со скрежетом тормозов остановила пикап, из-за угла здания выбежала женщина. Это была Глория Энджел. В руках у нее была кинокамера, лицо выражало панику.

— Скорее! — крикнула она, когда Сэлли и две девочки выскочили из машины. — Там пожар! Надо позвать кого-нибудь!

Сэлли с ужасом смотрела на густеющую спираль дыма.

— Ехать за помощью нет времени — мы должны сами что-то сделать.

Она побежала по деревянным ступеням внутрь здания.

— А вы, девочки, оставайтесь здесь, — крикнула она, прежде чем исчезнуть в дверях.

Холли и Белинда посмотрели друг на друга и бросились вслед за ней в горящее здание.

Едкий смрад пожара ударил им в нос, как только они оказались внутри. За дверями они увидели большой вестибюль с комнатами по обе стороны. Сэлли бежала в глубь помещения. Холли и Белинда бросились за ней.

Дым усилился, от него першило в горле, и слезились глаза. Они вновь увидели Сэлли в конце коридора. Она распахнула дверь, и из проема вырвалось густое облако дыма. Девочки услышали пугающий хищный треск пламени.

— Сэлли, стойте! — крикнула Холли.

Но Сэлли уже нырнула в комнату и растворилась в дыму.

Испуганные, но полные решимости не оставлять друга в беде девочки шагнули через заполненный дымом дверной проем в пылающую комнату.

…Трейси лежала, свернувшись калачиком на кровати, и прислушиваясь к звукам, которые доносились с улицы. Она услышала гортанное рычание запущенного двигателя грузовика. Дождалась, когда звук стих вдали, после чего с хитрой улыбкой на лице отбросила одеяло и соскочила с кровати — полностью одетая и без малейших признаков болезни.

— Лопухи! — засмеялась она.

Потом она направилась к двери и чуть приоткрыла ее. В коридоре было пусто. Выскользнув из комнаты, Трейси тихонько спустилась по лестнице. Холли и Белинда так решительно возражали против ее предложения обыскать комнату Кита Уокера, что она сразу поняла — продолжать этот разговор бесполезно. Если она собирается устроить тщательный обыск в комнате этого типа, ей придется это сделать одной. Вот как появилась идея притвориться больной.

Трейси была убеждена, что найдет дневник Сумасшедшего Джека в комнате Уокера. И ей не терпелось помахать дневником перед носом подруг, доказав им свою проницательность.

Утренняя суета по поводу завтрака закончилась. Трейси слышала, как в столовой убирают со столов посуду. Вестибюль был пуст, за стойкой регистрации тоже никого не было — служащий находился на веранде, беседуя с кем-то. Трейси довольно ухмыльнулась — удачнее момента не придумаешь!

Она бросилась вниз по лестнице и украдкой проскользнула за стойку. Через несколько секунд она уже бежала обратно с ключом от комнаты Кита Уокера в руке. Никем не замеченная, она подкралась к его комнате и отперла дверь. Но не вошла в нее тут же, а помчалась обратно вниз и поспешно повесила ключ на прежнее место. Ведь кто-нибудь мог заметить, что ключ исчез, а Трейси меньше всего хотелось, чтобы ее обнаружили копающейся в вещах мистера Уокера.

Вернувшись к номеру Кита Уокера, она напоследок еще раз внимательно осмотрела коридор в обе стороны, после чего проскользнула в комнату и бесшумно закрыла за собой дверь. Только тут она смогла наконец вздохнуть свободно. А теперь — к делу!

В комнате стояла двуспальная кровать, туалетный столик, шкаф для одежды, небольшой письменный стол и кресло. Еще была дверь, ведущая в ванную комнату. На столе лежало несколько книг и каких-то документов. Трейси проверила их, но было бы слишком наивно рассчитывать, что Уокер оставит дневник на самом виду.

Трейси просмотрела бумаги — быстро, но аккуратно — так, чтобы оставить все на прежнем месте. Голос совести напоминал ей, что этого нельзя делать, но она не слушала его. У нее не было ни малейшего сомнения, что дневник украл Кит Уокер, — вот только куда он его запрятал?

Она методично обыскала всю комнату. Проверила шкаф для одежды, потом отодвинула от стены, чтобы заглянуть за него и под него. Пошарила под матрасом, посмотрела — нет ли прорезей в наматраснике, тайничков, куда можно засунуть небольшую книжку. Но ничего не нашла. Она пересмотрела всю одежду в ящиках туалетного столика. В верхнем ящике обнаружила ноутбук и несколько неиспользованных кассет с фотопленкой.

Трейси заглянула под кровать и в ванную комнату. Проверила даже, не отстает ли где ковровое покрытие — на случай, если он отодрал его и спрятал дневник под оторванной половицей. Потом взглянула на свои часы. Она обыскивала комнату уже почти полчаса — и не смогла найти ни малейших следов пропавшего дневника.

— Куда же он мог его подевать? — прошептала она в растерянности, не зная, где еще можно его поискать. Неприятная мысль пришла в голову — может, он забрал дневник с собой? «Могу спорить, именно так он и сделал! — пробормотала она. — Я только зря теряю здесь время. Черт и еще раз черт!»

Она уже собиралась все бросить и выйти из комнаты, когда в голове мелькнула новая мысль. Ноутбук!

Она подошла к туалетному столику и открыла ящик. Если Кит Уокер собирает материал для своей книги, тогда все добытые им сведения скорее всего записаны на жесткий диск компьютера. Возможно, ей удастся узнать, что именно стало ему известно о дневнике. И как минимум, это подтвердит версию Детективного клуба о том, что Кит Уокер обнаружил связь между дневником и Библией.

Она открыла ноутбук и нажала на кнопку питания. Экран осветился. Через несколько минут на нем появилось черно-белое изображение старого городка золотоискателей в обрамлении множества привычных компьютерных пиктограмм.

Трейси нашла папку под названием «Золотая лихорадка». И двойным щелчком открыла ее.

— Вот оно! — прошептала она.

На экране появился целый список файлов. Она просмотрела их в поисках ценных сведений. «Информация по Лондону». «Информация по Бристолю». «Библиотека». «Интернет». «Библиография». «Глава I. Черновик». Это были файлы с материалами, которые, как она полагала, Кит Уокер собирал для своей книги. «Уильям Джей Карсон».

— Билл Карсон! — ахнула Трейси.

Старый партнер Сумасшедшего Джека Фостера. Щелкнув два раза, она открыла файл. Это был текстовый документ, содержащий страницы с информацией о человеке, работавшем бок о бок с ее предком много лет назад.

После прочтения пяти страниц Трейси очень заинтересовалась этой историей. Киту Уокеру удалось проследить перемещения Билла Карсона с того момента, как он приехал в Нью-Йорк. Билл действительно нанялся матросом на борт торгового судна «Эмили», отправлявшегося в Вест-Индию, а затем в Англию. Трейси просмотрела весь файл до конца. Он заканчивался тем, что Билл Карсон вернулся в пустыню Мохаве, где в 1867 году умер от брюшного тифа. Это была целая история, и она многое объясняла. Трейси не терпелось рассказать об этом Холли и Белинде.

Внезапно за дверью раздался звук, от которого мурашки пробежали у нее по спине. Она в страхе обернулась — за дверью кто-то был.

Поспешно Трейси выключила компьютер и сунула его обратно в ящик. Сердце ее бешено колотилось, в ногах ощущалась слабость. Она задвинула ящик и замерла, напряженно глядя на дверь. В груди гулко билось сердце. Девочка не осмеливалась даже дышать.

Может, тот, кто стоит там, уйдет…

Послышался резкий щелчок ключа в замке. За ним последовал удивленный возглас. Человек, стоявший у двери, запер ее — разумеется, не зная, что она была уже отперта до того, как он повернул ключ.

Парализованная страхом, Трейси услышала, как ключ вновь повернулся в замке. Через несколько коротких мгновений дверь откроется, и ее обнаружат — и она ничем не может это предотвратить. Ее блестящий план секретного обыска в комнате Кита Уокера с треском провалился!