Прочитайте онлайн Тайна Янтарной комнаты | XI

Читать книгу Тайна Янтарной комнаты
2918+3234
  • Автор:

XI

За завтраком Ольга еще раз обдумала свой план. Она решила так: то, что находится за пределами ее понимания (разгадка загадочного знака и слова «Орден»), она будет распутывать постепенно, а вот то, что она может сделать не откладывая, то, что находится в ее руках, она будет делать сразу. Поэтому сегодняшний день она решила также начать с визита.

Уделив своему утреннему туалету больше времени, чем обычно, Ольга в сопровождении камеристки Машеньки отправилась к замечательному русскому художнику Федору Степановичу Рокотову – она хотела поговорить с ним о портрете своей матушки.

Рокотов был удивительным портретистом. Женщины, а он писал первых красавиц своего времени, становились еще прекраснее, таинственнее и изысканнее. Особенность стиля рокотовских портретов заключалась в глазах – только он умел так их выписать, что оторвать взгляда от глаз женщин на его портретах было просто невозможно. В них было что-то одновременно русалочье и невинное, притягивающее к себе, как омут, и прозрачное, как озеро в солнечный день. Иметь портрет кисти Рокотова среди знатных дам не только считалось престижным, но и было признанием необыкновенной красоты обладательницы.

Ольга знала, что Рокотов очень занят и попасть к нему непросто, поэтому постаралась одеться изысканно – чтобы сделать ему приятное. Ее платье, простого элегантного кроя, из тафты и шифона, ниспадающее к ногам мягкими складками, небесно-голубого цвета, с нежной вышивкой на лифе, с овальным вырезом, делало Ольгу удивительно юной и очаровательной. Ощущение юности и свежести также придавали просто уложенные волосы, собранные на затылке в тяжелый узел, а несколько выпущенных прядей подчеркивали длину и стройность ее шеи. Из украшений Ольга намеренно надела только янтарный медальон.

Рокотов встретил Ольгу приветливо. Его нельзя было назвать близким другом их семьи, но к нему относились с большим уважением как к одному из ярчайших живописцев своей эпохи – Рокотов никогда не поступался своими взглядами на искусство, несмотря на то что его манера отличалась от общепринятого стиля. В свою очередь Рокотов тепло относился к семье князя Заозерского.

– Ольга, вы становитесь всё краше! Рад, очень рад видеть вас! – Федор Степанович с улыбкой приветствовал Ольгу. – Прошу вас, проходите ко мне в кабинет. Иван! Чаю и пирожных, – распорядился Рокотов, когда его старый слуга появился на пороге кабинета.

– Как давно я не видел вас, дорогая Ольга. Как вы поживаете? Что привело вас ко мне? – пока разливали чай, Рокотов завалил Ольгу вопросами.

– Ах, дорогой Федор Степанович, я тоже очень рада вас видеть. Слава богу, у меня всё хорошо. А привела меня к вам причина простая – я хочу заказать парадный портрет. К кому же я могу еще обратиться, как не к вам, выдающемуся портретисту современности и другу нашей семьи. Вы ведь писали портрет моей матушки, княгини Натальи.

– Да, писал. Знаете, Ольга, вы очень похожи на свою мать. Очень похожи, но только внешне. Вы взяли от нее прекрасные черты, нежность и хрупкость. Но внутренне, а я как художник чувствую это очень тонко, вы намного сильнее своей матушки, вероятно, характер вы унаследовали от отца. Это очень необычное сочетание в женщине. Портрет должен получиться неординарным.

– Так вы не откажете мне, возьметесь? Вы так заняты…

– Конечно, я буду писать ваш портрет, дорогая Ольга, и сделаю это с большим удовольствием. Не только оттого, что вы прекрасная женщина, но и из уважения к вашей семье. Если вам удобно, мы можем начать на следующей неделе.

– Может быть, вы выскажете свои рекомендации по поводу моего костюма?

– О, пожалуйста, Ольга, наденьте то, что вам захочется.

На медальон Рокотов не обратил внимания. Они поболтали еще немного о петербургских новостях, и Ольга попрощалась с художником. Погода продолжала радовать, и они с Машенькой отправились гулять по модным лавкам: духи и шляпки – это очень важно.

* * *

Ольга сладко спала этой ночью. День удался: она смогла договориться с Рокотовым о портрете и была очень этим довольна. На сеансы позирования Ольга возлагала большие надежды, ей казалось, что она сможет узнать от художника что-то важное о своей матери, что-то, что сможет ей помочь разгадать тайну янтарного медальона.

У нее уже сложился определенный ритуал: каждый вечер, перед сном расчесав свои длинные волосы, Ольга клала на ладонь янтарное сердечко и разговаривала с ним, словно этот кусочек янтаря был волшебным посланцем, связующим звеном между нею и Владимиром, ее таинственным возлюбленным.

Янтарь словно оживал в ее ладони. Он переливался мягким, золотым светом, напоминая Ольге о той ночи, когда она так же лежала в ладонях Владимира, тая от наслаждения. Ольге нравилось вызывать эти упоительные воспоминания. В отсутствие своего возлюбленного воспоминания утешали ее, наполняли надеждой и покоем. Она знала, что мужчина, так страстно и нежно любивший ее той ночью, так бесстрашно бившийся за нее в лесу, навсегда покорил ее сердце.

Иногда после таких размышлений Ольге было трудно заснуть: молодая горячая кровь начинала бурлить, сердце волновалось, истома разливалась по всему ее телу, заставляя ее дрожать от еле сдерживаемой страсти. В такие минуты она в мыслях призывала своего возлюбленного, желая ощутить на своем теле его горячие, сильные руки, почувствовать кожей его поцелуи. Но… время проходило, а он всё не шел. Ольга выбиралась из своей роскошной, одинокой постели и садилась перед камином: она смотрела на огонь, и ей это помогало успокоиться.

Сегодня же Ольга заснула сразу– долгая прогулка по свежему воздуху, много приятных впечатлений утомили ее, она глубоко спала, и ей снились хорошие сны. «Калевала» с таинственным листком внутри лежала рядом на прикроватном столике.

Следующей Ольга решила изучить библиотеку. Библиотека была гордостью ее отца, он любил книги и собирал их, привозил их из своих поездок, а иногда и специально ездил за каким-нибудь редким изданием. Ольга надеялась, что среди этих книг (а их было примерно около двух тысяч томов) она найдет нечто, что поможет ей разгадать тайну знака.

Раньше она не обращала внимания на то, какие книги преобладали в его библиотеке. Теперь Ольга с любопытством и некоторым удивлением рассматривала обложки старинных изданий: ее поразило то, что большая часть из них была на иностранных языках, в том числе на тех, которых она не знала и о существовании которых она даже не подозревала. Она долго и кропотливо изучала книгу за книгой, но не нашла ничего, что могло бы хоть на шаг приблизить ее к отгадке тайны.

Ольга еще некоторое время изучала книги, но все осмотреть не смогла – их было слишком много для одного дня. Она еще раз оглядела библиотеку, вздохнула и вышла, тихо притворив за собой дверь. В дальнем углу что-то зашевелилось, от стены неслышно отделилась и встала во весь рост зловещая тень. Она прошла к середине комнаты и стала повторять то, что только что делала Ольга, – осматривать книгу за книгой.

* * *

В хлопотах и приготовлениях к Масленице незаметно пролетело несколько недель. Во дворце князей Заозерских прислуга работала поколениями: отцов сменяли дети, затем их сменяли их дети – и так всё шло на протяжении многих десятилетий. Все эти семьи были преданы душой и телом своим господам, и поэтому Ольга могла не беспокоиться о приготовлениях к празднику – ее вкусы были давно известны всем обитателям дворца, и ее не тревожили по пустякам.

В дни, когда слуги чувствовали, что их хозяйка хочет уединиться, ей создавали для этого все условия, всё совершалось словно по велению волшебной палочки: еда и питье появлялись в столовой, в вазах завядшие цветы менялись на свежие, комнаты убирались и украшались, топились камины, одежда всегда была в порядке.

Ольга была спокойна и весела, она ездила на сеансы к Рокотову занималась своими нарядами, часто бывала у мадам Жозефины.

В одно из своих посещений она увидела платье, которое ей очень понравилось. Оно было из бархата, кроваво-красного цвета, с широкой юбкой, глубоким вырезом, отделанным рубинами, длинными рукавами, украшенное по подолу широкой золотой каймой.

К платью прилагалась маска, расшитая золотом, перчатки, веер и маленькая, также расшитая золотом сумочка.

– Мадам, чье это замечательное платье? – спросила Ольга у Жозефины.

– Ах, дорогая княгиня, этот заказ был сделан несколько недель назад одной очень красивой дамой, пожелавшей остаться инкогнито. Мы никогда не выражаем недоверия своим клиентам, поэтому, несмотря на то что эта дама обратилась к нам впервые и мы не знали о ней ничего, мы решили взять заказ. Но срок уже давно прошел, а эта прекрасная незнакомка так и не объявилась.

Платье не оплачено, поэтому я с полным правом могу выставить его на продажу. Жаль, если это произведение портняжного искусства не найдет себе хозяйку, – в таком наряде на любом, даже самом многолюдном балу женщина не останется незамеченной и вызовет восторг окружающих кавалеров… и зависть дам.

К сожалению, заказчица обладала такой замечательной фигурой, что найти еще одну такую же женщину будет весьма трудно… Хотя… Мадам Жозефина внимательно посмотрела на Ольгу.

– Знаете, дорогая княгиня, а ведь вы очень похожи с той таинственной дамой, хотя на первый взгляд этого не видно. Вы – блондинка, она – брюнетка. А в другом – по фигуре, по осанке, даже по голосу – вы очень похожи. Может быть, примерите?

– Что ж, не откажусь, – ответила Ольга и пошла в примерочную. Она медленно надевала платье на себя и думала о той незнакомой женщине, которая заказала для себя такое красивое и необычное платье. Интересно, о чем она мечтала, какие строила планы, придумывая этот яркий наряд, чье внимание хотела привлечь? Наверное, для нее это было очень важно, раз весь гарнитур был так тщательно продуман. Но что же могло произойти, отчего планы незнакомки изменились и она не пришла за заказом? Наверное, что-то очень серьезное помешало ей это сделать.

Ольга приложила к лицу маску и взглянула на себя в большое венецианское зеркало. На нее смотрела прекрасная женщина, одновременно похожая на смелую амазонку и сказочную сирену.

Бархат пылал огненным цветком, рубины горели и переливались, будоража воображение, притягивая взгляд к глубокому вырезу. Тонкая золотая маска, скрывавшая почти всё лицо и оставлявшая открытыми только алые губы, позволяла глазам мерцать в прорезях таким таинственным и ослепительным светом, что лицо женщины в карнавальной маске превращалось в лицо божества, прекрасного и опасного одновременно.

Новый облик заворожил Ольгу.

– Мадам Жозефина, я беру это платье.

Когда Ольга вышла из модного салона, она буквально у выхода наткнулась на мужскую спину – человек оглянулся, и оказалось, что это Гавриил Державин.

– Что вы здесь делаете, Гавриил Романович? – шутливо-серьезным тоном спросила его Ольга.

– Сударыня, некоторое время назад я увидел, что вы входите в салон. Мне было неловко зайти за вами, и я решил дождаться вас у входа. За то время, что я не имел счастья видеть вас, в моей жизни произошли большие перемены, и я очень хочу рассказать вам обо всём. Вы разрешите мне сопровождать вас?

Ольга не могла ему отказать, он был ей симпатичен, и ей тоже хотелось поболтать.

– Хорошо. Но так как я уже сделала всё, что хотела, и у меня сейчас нет больше никаких дел, я приглашаю вас пообедать у меня во дворце.

Державин помог Ольге сесть в карету, сел на своего Гнедого, и они отправились во дворец князей Заозерских.