Прочитайте онлайн Тайна выеденного яйца, или Смерть Шалтая | Глава 41 Доктор Горацио Карбункул

Читать книгу Тайна выеденного яйца, или Смерть Шалтая
4416+724
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Некрасова
  • Язык: en
Поделиться

Глава 41

Доктор Горацио Карбункул

СЫЩИКИ ЛОМАЮТ ПЛАНЫ СОЗДАНИЯ ГЕНЕТИЧЕСКОЙ БАЗЫ ДАННЫХ

Как стало известно, планы создания Национальной генетической базы данных могут быть положены под сукно, если поперек дороги станет Лига детективов. «Интеллектуальные методы раскрытия преступлений и так в последние годы применяются все реже, — сообщает член Лиги лорд Питер Флимси финансовому комитету Министерства внутренних дел (согласно просочившемуся в прессу письму), — и наш общий долг — защитить индустрию традиционных расследований от дальнейших невосполнимых потерь». Члены парламента сочувствуют Лиге, но мистер Пипеткинс из Федерации судебно-медицинских наук не столь доверчив. «Откровенно говоря, они ноют с тех пор, как успехи в области анализа ДНК сузили поле их деятельности». Представитель Лиги гневно отмел это обвинение. «Мы начали ныть гораздо раньше, — сказал мистер Сэльдери Чистер на спешно собранной вчера вечером пресс-конференции, — а если и дальше позволять навязчивым и скучным в повествовательном отношении методикам просачиваться в детективный бизнес, мы рискуем стать свидетелями нежелательного смещения фабулы от собственно расследования к описанию судебного процесса — чего никто из нас не желает».

«Жаб», март 1997 г.

Андерсен-фарм представлял собой небольшой двухэтажный сельский дом из красного кирпича с черепичной крышей, огородом и несколькими подсобными строениями в разных стадиях разрушения. За домом виднелась пристройка с односкатной крышей и небольшие поля, где паслось около десятка тощих овечек. Вот и вся ферма. В грязном загоне стояла дряхлая соловая кобыла, которая при приближении «аллегро» честно вздернула голову, но, поскольку она была страшно близорука, машина показалась ей, наверное, ядовито-зелёным слоном. В холодном утреннем воздухе из ноздрей кобылы валил пар. Наверное, ей вспоминались старые добрые деньки, когда она носилась по полям с другими лошадьми, перепрыгивала через живые изгороди и галопом мчалась за чем-то, что её всадник хотел поймать, но почти никогда не догонял. Она посмотрела на медленно плывущего мимо зелёного слона и снова сонно положила голову на перекладину ворот.

Детективы въехали во двор и остановились у покосившегося амбара, в котором на кирпичах стоял «Остин-10». Нигде поблизости никакой другой машины не наблюдалось, и не похоже было, что дома кто-то есть. Когда они вышли, Мэри указала Джеку на лестницу, прислоненную к стене, — у её подножия валялась куча пустых банок из-под пива. Шалтай тут явно бывал.

Джек медленно подошёл и постучал в переднюю дверь. Ответа не последовало. Он постучал громче. Затем приставил ладони шторками к глазам, чтобы заглянуть сквозь стекло, но никаких признаков жизни не заметил. Джек знаком велел остальным следовать за ним и обошел дом сзади, направляясь к размещавшейся в пристройке кухне. Там он снова постучал, затем подергал ручку двери. Дверь была заперта.

— Не подадите ли мне вон ту трость? — попросил Джек.

Браун-Хоррокс вскинул брови и что-то записал в блокноте, а Мэри протянула начальнику трость. Несколькими точными ударами Джек разнес окно, и мирную сельскую тишину разорвал звон осыпающегося стекла. Шпротт залез в кухню, проверил заднюю дверь на предмет ловушек, затем впустил остальных внутрь.

— Ваши действия весьма сомнительны, — предупредила Мэри. — Всё, что мы здесь найдём и захотим использовать в качестве доказательств, не будет принято во внимание.

— Я пытаюсь предотвратить серьёзное преступление, — отрезал Джек. — А о судебной процедуре подумаем потом.

Полицейские вошли в гостиную и чуть не дали тягу от страха, когда на них зашипела и сердито захлопала крыльями большая и очень злая гусыня. Они попятились, а птица уселась на диван, продолжая злобно шипеть на них. Пол был покрыт гусиным пометом.

— Гусыня?

— Теперь понятно, откуда взялся помет в офисе Болтая.

— Да, но почему в доме-то?

Пока они пялились на неё в полумраке, гусыня принялась устраиваться поудобнее, и в гнезде, под которое она себе облюбовала диван, вдруг что-то блеснуло. Мэри засучила рукав и подалась вперёд. Гусыня раскрыла клюв и зашипела на нахалку, но Мэри защёлкала языком и очень мягко просунула руку под птицу. Джек взглянул на часы. Ему редко приходилось общаться с домашними животными. В основном он сталкивался с ними тогда, когда они красовались в пластиковой упаковке на полках в «Теско» или возлежали на блюде в окружении печеной картошки и морковки.

Мэри вынула руку, и яйцо ярко засверкало в полутемной гостиной. Девушка торжествующе улыбнулась и передала яйцо Джеку. Оно было на удивление тяжелым и все ещё теплым.

— Значит, вот откуда он брал золото, — проговорил Джек. — Я мог бы и догадаться. Дровосеки нашли гусыню, но им не хватило ума помалкивать о ней. Том Томм жил здесь. Он услышал о гусыне, выследил их в лесу, его охватила жадность — и вот…

В комнате больше ничего не было, и взгляд Джека остановился на уходящей вверх лестнице. Детектив стал осторожно подниматься по ней, пока не оказался в верхнем коридоре. По полу тянулась узкая ковровая дорожка, по обе стороны от неё шёл голый паркет. В дальнем конце виднелось застекленное окно. Двери направо и налево вели в спальни. В первой они нашли кучу химического оборудования: реторты, грязные мензурки и подставки с пробирками. В воздухе висел гнилостный запах разложившегося сыра, а в дальнем углу, на грязном диване в окружении трёх электрокаминов, под грязным одеялом свернулось нечто вроде ребенка. У них на глазах оно едва заметно шевельнулось, и Джек произнёс самым командным тоном, на какой только был способен:

— Полиция! Ты, под одеялом! Вылезай! Медленно!

Ответа не последовало. Тогда Джек подошёл и осторожно стянул одеяло. Но под ним оказался не ребёнок. Там лежало нечто, больше всего напоминавшее большую и очень гнилую корявую картофелину, только величиной с пару арбузов. От него распространялся запах потных ног, и всех сразу же замутило.

— Что это? — пробормотал Джек, глядя на непрестанно подрагивающий загадочный предмет.

Он зажал нос и рот платком и протянул уже было руку, чтобы осторожно ткнуть странную штуку пальцем, но Мэри ухитрилась перехватить его. Шеф непонимающе посмотрел на неё, а она молча указала головой на предупреждение на стене:

БИОЛОГИЧЕСКАЯ ОПАСНОСТЬ!

ВЫСШАЯ МЕРА ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ!

— Господи! — выдохнул Джек, радуясь, что Мэри успела его остановить. — Это же Геркулес, бородавка-чемпион профессора Предплюснуса! Вы только посмотрите на его размеры!

Мэри с умным видом кивнула и передала ему пустую бутылочку, лежавшую рядом на столе. Бутылочка была чистая, но на ней имелась этикетка, и Джек, содрогаясь от ужаса, прочел:

КОНЦЕНТРИРОВАННЫЕ СПОРЫ

ЖИВОЙ БОЮДАВКИ.

ДЛЯ МАКСИМАЛЬНОГО ЗАРАЖЕНИЯ

ЕЖЕНЕДЕЛЬНО ДОБАВЛЯТЬ В СООТНОШЕНИИ

1:100 В РЕЗЕРВУАР РЕГУЛЯТОРА ВЛАЖНОСТИ

Рядом обнаружилась и ещё одна бутылочка, подтвердившая опасения Джека. Наклейка на ней гласила:

СУПЕРБОЮДАВКА: АНТИДОТ

Шалтай не преувеличивал, когда в подпитии хвастался, что через пару месяцев его акции будут стоить целое состояние. Если бы вспыхнула эпидемия бородавки, справиться с которой могли только Карбункул и Шалтай, они имели бы все шансы разбогатеть. За антидот они могли запросить сколько угодно. Продали бы лекарство компании «Пемзс», и акции Шалтая в империи средств лечения ножных болезней взлетели бы в цене в сотни раз по сравнению с тем, сколько он заплатил за них полгода назад.

— Звоните Бриггсу, — велел Джек. — Пусть свяжется с Центром контроля контактных инфекций и объявит Центр Священного Гонго «горячей» зоной. Пока отряд биологической защиты не проверит помещение, нечего и думать об открытии Центра Джеллименом.

— Что?! — воскликнула Мэри.

— Теперь все стало ясно. Разве вы не понимаете? Центр Священного Гонго — идеальное место для распространения вирусной бородавки. Воздушное кондиционирование и контроль влажности, к тому же из уважения к святыне все гости будут босиком! Простая бородавка уже достаточно неприятна, но такое чудовище может натворить что угодно.

— Профессор Хардиман ожидал сегодня около десяти тысяч посетителей и более миллиона в следующие полгода, — заметила Мэри, лихорадочно набирая номер.

— И каждый унесет домой ультразаразную супербородавку. Неудивительно, почему Шалтай был так уверен, что сможет выделить пятьдесят миллионов клинике Святого Церебраллума.

— Так кто же убил Болтая? — спросил мистер Браун-Хоррокс.

— А разве это не очевидно? — отозвался Джек. — Доктор Карбункул. Они были партнерами. Болтай покупает акции, а Карбункул выводит вирус. Но Карбункул пожадничал. Он убивает Болтая, чтобы забрать все акции себе. Винки пытается его шантажировать, поэтому Карбункул убивает и его. Тут мы слишком близко подбираемся к нему, и он устанавливает бомбу в «зефире». Умен, но недостаточно.

Браун-Хоррокс поставил несколько галочек и набросал ещё какую-то заметку.

— А на ком был женат Болтай?

Джек остановился и задумчиво потер подбородок.

— Пока не знаю. Но если мы найдём Карбункула, то найдём и её.

— Тогда, полагаю, можно вас поздравить, — сказал Браун-Хоррокс. — Буду откровенен: при первом знакомстве я подумал, что вы полный идиот. Но сейчас я счастлив присутствовать при завершении расследования, которое временами было весьма не простым.

— Ну, — скромно сказал Джек, — в какой-то момент мне показалось, что дело швах.

— Сэр, — сдавленно шепнула Мэри из коридора.

— Не сейчас, Мэри. Итак, мистер Браун-Хоррокс, как ваш отчёт?

— Я не имею права обсуждать его с вами, инспектор, но…

— Сэр!

— Извините, минуточку.

Джек вышел в коридор.

— Ну что там?

— Доктор Карбункул.

— Где?

Она ткнула большим пальцем в направлении второй спальни.

— Да там.

Джек глянул на Браун-Хоррокса, но тот, слава богу, был занят своими заметками. Детектив вошёл в спальню и замер. На полу лежал Карбункул с огнестрельной раной в груди.

— Чёрт! Вы уверены, что это он?

— Полностью. Посмотрите на фото.

Он сравнил лицо убитого со снимком, который дал им профессор Предплюснус. Ошибки быть не могло.

— Проклятье! А я минуту назад заявил Браун-Хорроксу, что это Карбункул убил Шалтая!

— Проблемы? — спросил Браун-Хоррокс, которому стало любопытно, о чём они там говорят.

— Да не то чтобы, — сказал Джек. — Просто я, похоже, немного поторопился с выводами.

— Насчет Карбункула?

Не имело смысла запираться, так что Джек плюнул на перспективу вступления в Лигу и как следует осмотрел дом. В комнате, где они обнаружили Карбункула, стояла также и кровать Шалтая — большой диван с овальной вмятиной посередине. Вокруг валялись журналы, множество номеров «Жаб-финанс» и несколько проспектов с призывами помочь делу перестройки больницы Св. Церебраллума. Джек сбросил матрас на пол и обнаружил под ним несколько любовных писем от Бесси Брукс, но больше ничего существенного. Он уныло поплелся наружу дожидаться коронеров и команду биологической защиты. Браун-Хоррокс что-то писал, а Мэри висела на телефоне. Джек все никак не мог успокоиться. Что-то он упустил. Но что?

Он посмотрел на небо, затянутое толстым слоем медленно ползущих облаков. Джек не помнил, когда в последний раз видел солнце. И тут на юге в облаках открылась маленькая щелочка, и оттуда ударил солнечный луч, теплый и манящий после долгой зимы и унылой весны. Яркий солнечный свет залил два поля вдалеке, чем напугал овец, забывших, что у них есть тени. Затем прореху в облаках затянуло, и кругом снова воцарился мягкий рассеянный свет.

И тут в голове у шефа ОСП словно что-то щёлкнуло.

— Он лгал нам, — тихо сказал сам себе Джек. — Он с самого начала лгал. У него имелся мотив, и не один. Какой же я дурак, что сразу не понял!

Он обернулся, выхватил у Мэри мобильник и торопливо набрал номер собственного отдела. Если он не ошибся, то теперь знал наверняка, кто убил Шалтая — и Карбункула.

* * *

Маленький «остин аллегро» мчался по узкой сельской дороге. Джек сидел на пассажирском месте, Мэри — за рулем, а на заднем сиденье сложился пополам Браун-Хоррокс. Несмотря на ошибочный вывод, он был решительно настроен досмотреть представление до конца, хотя бы из нездорового любопытства, что дальше станет делать Джек. Они покинули маленькое имение Карбункула, как только прибыл полицейский и взял ферму под охрану. Бриггс перезвонил Джеку и подтвердил, что Центр Священного Гонго оцеплен. «Звонн небось локти кусает, — думал Джек. — У него-то ни разу не бывало такого драматического момента, как угроза биологического заражения».

Ситуация на дороге была кошмарная. Нет, даже хуже. Весть о прибытии Джеллимена произвела магическое действие, и почти все население центральных графств вознамерилось попасть в Рединг, чтобы хоть одним глазком взглянуть на него.

— Думаю, подобное случается всегда, когда вы проверяете потенциальных членов Лиги, — сказал Джек, чтобы не молчать.

— Нет, — отозвался Браун-Хоррокс. — Должен признаться, для меня это совершенно новый опыт.

— Положительный или отрицательный?

— В своё время узнаете, — загадочно ответил наблюдатель.

Джек включил радио и с облегчением узнал, что Центр Священного Гонго закрыт до дальнейших указаний.

Зазвонил сотовый Мэри. Джек ответил:

— Инспектор Шпротт. — Несколько секунд он слушал. — Неужели? — Затем нажал кнопку «отключение звука». — Это Арнольд. Говорит, что у меня голос прямо как у вашего отца.

— Скажите ему, что я видеть его не желаю!

— Алло, Арнольд? Она тебе перезвонит.

Он отключил телефон и посмотрел на Браун-Хоррокса, который привычно вскинул бровь. Джек указал Мэри боковую улочку, которая, как он знал, здорово сократит им путь, и тут телефон снова зазвонил.

Это был Эшли.

— Подозреваемый дома, — отчитался он. — Мне звонил Бейкер. Когда они с Гретель постучали в парадную дверь, из верхнего окна донеслось несколько выстрелов.

— Все целы?

— Да. Я запросил вооружённое подкрепление, но все свободные силы направлены на охрану Джеллимена. Бриггс говорит, мол, раз нас освободили от охраны Центра Священного Гонго, мы должны справляться сами.

— И как? Наставим на бяку пальчик и скажем «пиф-паф»? Пойдите к нему снова и передайте, что я его очень прошу.

— Есть, сэр. Миссис Сингх дозвонилась до вас? Они застряли в огромной пробке.

— Врубайте мигалку, Мэри, у нас мало времени.

Мэри включила сирену и шлёпнула на крышу «аллегро» магнитную мигалку. Джек вцепился в кресло, когда она въехала на тротуар и быстро обогнала увязшие в пробке машины.

— Миссис Сингх? — спросил Джек. — А что… ПОРЕБРИК!!!

Мэри едва успела выкрутить руль и свернула налево, на улицу с односторонним движением. Встречные машины перепуганно шарахались в стороны, пока она неслась посередине.

— Вы ещё на проводе, сэр? — спросил Эшли.

— Пока да. Не знаю, может и до лета доживу.

Джек вытянул ногу и нажал на воображаемый тормоз, когда Мэри на полной скорости проскочила на красный свет, промчалась по газону и через дырку в заборе влетела в Проспект-парк.

— Так что хотела сообщить миссис Сингх? — спросил Джек у Эшли.

— Она не сказала. Но подчеркнула, что это очень важно. Что-то насчёт Шалтая.

— Так. Ещё вопросы есть?

— Да. Арнольд нашёл Мэри?

Джек вцепился в ручку двери, когда Мэри поскакала по колдобинам парка, затем вынырнула с другой стороны, резко свернула налево, потом направо и перемахнула через горбатый мостик, при приземлении превратив восьмую часть дюйма поддона картера «аллегро» в фонтан искр. Браун-Хоррокс с глухим стуком врезался головой в крышу.

— Передайте миссис Сингх, что я перезвоню ей при первой возможности. Скажите Бейкеру, чтобы ждал нас… — он глянул на Мэри, — скоро. Как только Бриггсу удастся выделить нам подкрепление, сразу звоните.

Эшли ответил утвердительно и отключился.

Теперь они выезжали с другого конца города, в противоположном плотному потоку машин направлении, — всем хотелось хоть одним глазком взглянуть на Джеллимена. «Аллегро» набрал скорость, стрелка спидометра дрожала на восьмидесяти. Джек нервно посматривал то на термометр (тот уже покраснел), то на Мэри, которая сосредоточилась на дороге. Он обернулся к Браун-Хорроксу, чтобы подбодрить его улыбкой, но тот скорчился на заднем сиденье, мрачно глядя на дорогу перед собой. Через десять минут они подъехали к цели — к Касл-Пемзс.