Прочитайте онлайн Тайна всадника в маске | ИСКРЕННИЕ ПРИЗНАНИЯ

Читать книгу Тайна всадника в маске
3616+325
  • Автор:
  • Перевёл: Ирина Гурова
  • Язык: ru
Поделиться

ИСКРЕННИЕ ПРИЗНАНИЯ

— Нэнси, я дозвонилась в больницу! — крикнула Бесс, подбегая к ней, и широко улыбнулась.

— Как Коллин? — спросила Нэнси, отвлекаясь от размышлений.

— Пришла в сознание по дороге в больницу, — ответила Бесс. — Сейчас ей делают рентген, но Фил сказал, что, по мнению врачей, переломов нет.

— Вот это хорошая новость! Могло ведь случиться всякое, — сказала Нэнси и, взяв шланг, обдала Иволгу водой.

— Я по твоим глазам вижу, что ты до чего-то додумалась, — воскликнула Бесс. — А мне ты объяснишь?

— Угу. Только сначала дай-ка мне скребок! — И Нэнси, повернувшись, показала на ведро.

Бесс нагнулась и вынула из него изогнутую металлическую пластинку, с помощью которой смахивали с лошадиной шерсти избыток влаги.

— Ну же! — потребовала Бесс. Нэнси огляделась — не подслушивает ли их кто-то.

— Все это время мы оберегали Иволгу, думая, что опасность угрожает ей… Бесс кивнула.

— Но если подумать, никакого вреда ей не причинили, во всяком случае, серьезного.

— Ну и что? — Бесс пожала плечами. — Может, они просто допустили промашку.

— Четыре раза подряд? Бесс наморщила лоб.

— Понятно, к чему ты клонишь. Они разозлились от этих неудач и подстроили несчастный случай с Коллин. Ведь, скорее всего, она не сможет выступить завтра в кубке Уортингтона, и значит, Иволга тоже. Ведь так?

Нэнси задумалась, продолжая вытирать морду кобылки.

— Не исключено. Но мне кажется, наш таинственный злодей хочет, чтобы Иволга оставалась цела и невредима. По-моему, он — или она — так жаждет заполучить Иволгу, что пойдет на все.

— Ты думаешь, Мариза способна разделаться с Коллин, чтобы стать хозяйкой Иволги?

— Рассуди сама. Получи Коллин серьезную травму, ей пришлось бы продать Иволгу. Ведь она содержит ее только на призовые деньги. И кто стал бы тренировать Иволгу? — Нэнси наклонилась и вылила воду из ведра. — Но, кроме Маризы, есть ведь и другие, — продолжала она. — Фил страшно обрадуется, если Коллин оставит конный спорт.

— Нэнси! — ахнула Бесс. — Не понимаю, как ты можешь так о нем говорить! Фил даже заплакал, когда Коллин упала!

— Если он это подстроил, — сердито фыркнула Нэнси, — то как было не пролить слез! Бесс уперла руки в бока.

— Фил по-настоящему любит Коллин, и ты это знаешь, Нэнси!

Ее подруга ничего не ответила, а подняла ведро и повела Иволгу к конюшне.

— И странное поведение Глории… А еще Скотт… — размышляла Нэнси вслух.

— Скотт? Он-то тут при чем? — спросила Бесс. — Честное слово, Нэнси, ты, по-моему, готова обвинять всех и каждого!

Нэнси засмеялась — таким негодующим был голос Бесс, а уж она-то должна была знать, что при расследовании приходится подозревать всех.

— Возможно, ты и права, — признала Нэнси, когда они свернули в проход. — Не удивлюсь, если Действуют двое, но следуя разным мотивам.

— Как я уже говорила, это дело становится все загадочнее и загадочнее, — вздохнула Бесс.

Двадцать минут спустя Иволга уже мирно жевала сено у себя в стойле, а Нэнси и Бесс расставили свои раскладушки и устало растянулись на них. Шел одиннадцатый час, и обе девушки совсем измучились.

Нэнси пыталась еще раз все обдумать, но глаза у нее закрылись сами собой.

— На одну минуточку! — сказала она себе и уже больше ни о чем не думала, пока кто-то не потряс ее за плечо.

— Нэнси! — настойчиво шептал кто-то. — Нам надо поговорить!

Нэнси узнала голос Фила Экермена.

Она мгновенно проснулась и села. Снаружи было по-прежнему темно, и, взглянув на свои часы, она сообразила, что спала всего минут десять.

— Что? Что случилось? Коллин плохо? Фил отрицательно покачал головой и указал на проход.

— Выйдем. Я не хочу будить Бесс.

Нэнси спустила ноги на пол и нащупала туфли. Потом натянула свитер и встала, раздумывая, стоит ли будить Бесс. Час был поздний, и в конюшне царила мертвая тишина. Что, если Фил возьмет да и оглушит ее ударом по голове? Но тут же отбросила эту мысль. Она сумеет постоять за себя, да и Фил, конечно, такого не сделает. Просто он пришел рассказать, как Коллин.

Нэнси вышла в проход. Фил сидел на тюке сена, зажав голову в ладонях. Он посмотрел на Нэнси и улыбнулся усталой, вымученной улыбкой.

— Коллин…

Он жестом оборвал ее вопрос.

— У нее все хорошо. Вернулась в мотель и спит как младенец. Доктор отпустил ее, только предупредил, что несколько дней ей не следует напрягаться. Я позвонил ее родителям. Они приедут утром. — Он вздохнул. — Но она во что бы то ни стало хочет соревноваться на кубок Уортингтона.

— Мы ей не позволим! — решительно заявила Нэнси.

— Рад, что ты так считаешь! — Фил снова улыбнулся ей, и Нэнси невольно ответила на его улыбку. Но тут Фил смущенно уставился в пол. — Нэнси… — начал было он и, сжав руку в кулак, ударил себя по ладони. — Как я мог быть таким идиотом!

Нэнси взяла его руку в свои.

— Объясни мне, о чем ты говоришь, — сказала она мягко. — Про нарывной пластырь?

Фил уставился на нее, в его темных глазах пряталась боль.

— Откуда ты знаешь?

— Ты был у Коллин в тот вечер, тебе известно действие этого пластыря, и у тебя была веская причина.

Фил судорожно вздохнул.

— Неужели это так очевидно? Наверное, ты догадалась, что Иволгу выпустил тоже я!

— Ты выпустил ее здесь? Во время соревнований?

— Да нет же! — Фил замотал головой. — Поэтому я и хотел с тобой поговорить. Возможно, ты думаешь, будто я имею отношение к тому, что происходит здесь, но это не так! — Он повысил голос. — Как только Коллин решила участвовать в соревнованиях, я делал все, чтобы ей помочь. Знаю, ты думаешь, что я последний подонок, но я люблю ее по-настоящему и хочу только одного: чтобы ей было хорошо. Да я скорее умру, чем причиню Коллин хоть какой-нибудь вред.

— Значит, ночью из сарая Коллин Иволгу выпустил ты? — спросила Нэнси.

— Ну да. Но в сено я ей ничего не подбрасывал! Это было бы уж чересчур!

— А нарывной пластырь, значит, не чересчур? — Нэнси нахмурилась. Фил мотнул головой.

— Я ведь наложил самую чуточку. Думал, если Иволга будет не в безупречной форме, Коллин не поедет на соревнования. Боялся, что Коллин решит не продавать Иволгу, если они поедут и займут первое место. А тогда я ее потеряю!

Нэнси промолчала.

— Сначала я подумал, что дурман в сено попал случайно, — продолжал Фил. — Но потом, когда мы приехали сюда, и ты нашла гвозди в стойле, и кто-то выпустил Иволгу, я понял, что происходит что-то скверное. Я еще раньше хотел обсудить это с тобой. Ты все время поглядывала на меня с подозрением, и было нетрудно догадаться — виновником ты считаешь меня. Но навалилось столько дел, а потом…

— …Коллин упала, — докончила за него Нэнси.

Он кивнул. А Нэнси подумала, что говорил он очень искренне — ведь ему пришлось признаться в не очень-то красивых поступках. И вообще, в глубине души она была согласна с Бесс: Фил мог вести себя глупо, но Коллин он любил по-настоящему. Из чего следовало, что действительного виновника ей еще предстоит найти.

— Расскажи мне про Скотта Уэллера, — попросила Нэнси. Собственно, этот вопрос она собиралась задать Коллин, но откладывать было нельзя. — Почему вы с ним так враждуете?

Фил пожал плечами.

— Когда я познакомился с Коллин, она еще встречалась со Скоттом. Это было в том году, когда его лошадь сломала ногу. Потом Коллин сказала мне, что между ними все кончено, а Скотт очень обиделся, когда она перестала с ним видеться.

Нэнси нахмурилась.

— Но он держится с ней так дружески!

— Обида у него, казалось, прошла, да и Коллин очень его жалела. Она понимала, как он переживал из-за своей лошади. Возможно, этот случай и повлиял на их отношения. Скотт какое-то время был просто не в себе.

— Из-за случая с его лошадью? — Нэнси внимательно посмотрела на Фила.

— Ага. Его кобыла сломала ногу на Колумбийском конкурсе, а победа досталась Коллин, и к тому же она заняла высокое место среди любителей. Скотт старался делать вид, будто он за нее рад, но у него это не очень получалось.

— Хм! Так вот на что намекал Скотт своим «повторим Колумбийский конкурс»! — Нэнси прошлась по проходу. — А если «повторим» имело и еще один смысл? Только на этот раз упала не его лошадь, а Коллин!

— К чему ты клонишь? — спросил Фил. Нэнси остановилась перед ним.

— Я не числила Скотта в подозреваемых, потому что думала, что у него нет никаких причин вредить Коллин. И вот теперь выясняется, что у него была причина. Причем самая сильная — месть!