Прочитайте онлайн Тайна птичьего рынка | ВОЛЬДЕМАР ПЕТРОВИЧ БЕРЕТСЯ ЗА ДЕЛО

Читать книгу Тайна птичьего рынка
316+2572
  • Автор:

ВОЛЬДЕМАР ПЕТРОВИЧ БЕРЕТСЯ ЗА ДЕЛО

Ранним утром Тему разбудил мрачный стекольщик с новым стеклом, упакованным в картонки. Буркнув пароль, он сразу прошел в комнату и принялся сноровисто работать.

Позевывающий Тема не успел даже позавтракать, а стекольщик уже закончил работу, забрал с собой пробитое стекло и ушел по-английски, то есть не прощаясь.

Теперь не осталось никаких следов ночной перестрелки. Только маленькая дырочка в стене, будто кто-то хотел повесить картину, да передумал.

Тема попытался позвонить Лешке, однако телефон по-прежнему молчал. Неясное подозрение закралось в голову мальчика. Он вышел на лестничную клетку, открыл распределительный щиток… Так и есть! Телефонный провод перерезан!

Вооружившись изолентой, ножницами и индикаторной отверткой, чтобы не ударило током, Тема быстро починил повреждение. И тут же бросился звонить.

— Алексей Веселов слушает! — раздался в трубке сонный голос.

— Лешка! Тут у меня такое было! Бандиты, милиция, стекольщики!..

— Да? — вяло пробурчал друг. — А водопроводчики к тебе не заходили? А то у нас кран потек.

— Да меня чуть не подстрелили! Китаец нас выследил!

— Что?!

Лешка прибежал быстро. Выслушав рассказ Темы о ночных кошмарах, он развалился в кресле, приняв глубокомысленный вид, и потребовал горячего чая, желательно — бергамотового, чтобы стимулировать мыслительный процесс.

Когда его пожелание было исполнено, он долго размешивал сахар, противно звякая ложечкой, и молча пил, отдуваясь и по-купечески прихлебывая, не обращая внимания на сидящего напротив друга. Выпил и потребовал еще.

— Ну, хватит! — не выдержал Тема. — Говори, чего ты придумал, мыслитель!

С сожалением заглянув в чашку, Лешка сказал:

— Ты «Золотого теленка» читал?

— Конечно, читал. А при чем тут «Золотой теленок»? — недоуменно спросил мальчик, не улавливая извилистый ход мыслей друга.

— Так вот, вспомни, как Остап Бендер раскручивал миллионера Корейко — он восстановил его преступный путь, собрал целое досье, а потом предъявил подпольному миллионеру. И тому ничего не оставалось, как выложить деньги на блюдечке с голубой каемкой.

— И что? Ты предлагаешь собрать такое досье на Сильвестра и предъявить ему? Так он же умер!

— Знаю! — величественным жестом оборвал его Лешка. — Что нам известно о Сильвестре? Да ничего! Мы должны знать о нем все, и тогда нам удастся найти его тайник! Ведь сокровища обычно прячут дома, на даче… Нам нужен знаток криминального мира. Нам нужен Вольдемар Петрович!

— Правильно!

Действительно, лучшего они не могли бы придумать! С самого начала им надо было обратиться к этому знаменитому сыщику! Только скромность мешала Вольдемару Петровичу занять достойное место на пьедестале рядом с такими известными героями, как незабвенные Шерлок Холмс или Эркюль Пуаро. Но время еще расставит все по своим местам!

Быстренько заскочив на Птичий рынок и вернув попугая, друзья отправились к Вольдемару Петровичу.

— А про Кидди мы будем говорить? — спросил Тема по дороге.

— Да что у тебя за мания — всем про попугаев рассказывать? Еще подумают, что ты на птицах помешался, сейчас кукарекать начнешь! Молчи лучше! Я с Вольдемаром Петровичем сам буду разговаривать! Если уж так на душе накипело, выложи ему что-нибудь из жизни галапагосских черепах!

Прославленный сыщик обитал в большом старом доме. Квартира его была заставлена огромными террариумами, где грелись под лампами ядовитейшие коралловые змеи, ужи обыкновенные, азиатские коричневатые скорпионы и тарантулы.

Из зарослей папоротника таращила глаза суринамская жаба пипа, такая сплющенная, словно она вылезла из-под асфальтового катка.

Почетное место занимал террариум с притаившейся в земляной норке «черной вдовой», названной так потому, что злобная паучиха под горячую руку может закусить собственным супругом каракуртом. Компанию ей составляли несколько жуков-нарывников с Кавказа, отделенных от паучихи стеклом. Эти горячие зеленые усачи вызывали ожоги на коже.

Среди живописно разбросанных обломков песчаника отдыхала ядовитая гюрза — толстая, будто обрубок шланга, и смертельно опасная.

В коллекции была даже грозная песчаная эфа, украшенная рисунком в виде атакующей птицы. И действительно, в броске эта змея напоминала хищную птицу, стремительно слетающую с вершины бархана на зазевавшуюся добычу.

Единственными людьми, которым хозяин разрешал осматривать свою коллекцию, были Тема и Лешка. В благодарность за это друзья иногда снабжали его питомцев лягушками, гусеницами и другим кормом.

Вольдемар Петрович был большой любитель земноводных гадов и пресмыкающихся. Может быть, потому, что до пенсии он трудился в уголовном розыске и его ядовитые питомцы напоминали ему о прежней работе.

В квартире знаменитого сыщика было много интересных и неожиданных вещей. Во времена бурной молодости он перепробовал массу профессий. Вольдемар Петрович поплавал не только в волнах житейского моря, бороздил он и настоящий океан. Об этом напоминали африканские маски на стенах, рулевое колесо и корабельный колокол-рында, висящие на кухне. Волчью шкуру над диваном украшали скрещенные кавказские кинжалы и папаха. В углу комнаты стоял выдолбленный из тропического дерева барабан, из которого торчали копья воинственного племени масаев, духовая трубка — сарбаган индейцев Амазонии и стрелы, пропитанные, по утверждению Вольдемара Петровича, беспощадным ядом кураре.

На стенах висели фотографии, запечатлевшие хозяина дома в Уссурийской тайге над поверженным тигром-людоедом. Вольдемар Петрович сжимал в руках винтовку, смело улыбаясь и глядя прямо в объектив. Позади него виднелся угрюмый проводник-охотник в заснеженном малахае.

На других снимках можно было разглядеть Вольдемара Петровича в пожарных доспехах и сверкающей каске на фоне полыхающего огня. В белом халате возле ядерного реактора, где ему что-то горячо доказывал ученый с длинной ассирийской бородой. С фиалкой в петлице на балконе Эйфелевой башни в компании двух симпатичных француженок. С авторучкой и блокнотом в толпе корреспондентов, окруживших космонавта с белозубой улыбкой, известной на весь мир.

Много чего интересного было на этих фотографиях. Однако почетное место занимали снимки, изображавшие знаменитого сыщика во время его работы.

Между тем сам Вольдемар Петрович спокойно сидел в кресле и слушал Лешку.

Хотя хозяин дома и находился на заслуженной пенсии, однако выглядел он довольно молодо. Высокий рост и богатырское телосложение скрадывали изрядное брюшко. Утреннее солнце румянило пухлые свежевыбритые щеки, отбрасывало розовые тени на римский профиль.

Он был одет в домашнюю куртку, расшитую золотом и подпоясанную витым шнуром с кистями, падающими на брюки с лампасами. Затуманенные аналитическими размышлениями глаза скрывались за темными стеклами очков. Врачи запретили Вольдемару Петровичу курить, поэтому он всегда держал в зубах незажженную трубку, щедро инкрустированную перламутром.

Лешка завязал с ним профессиональный разговор о лягушках-чесночницах, а Тема разглядывал фотографии на стенах, где легендарный сыщик с револьвером и лупой разоблачал козни преступного мира.

Наконец Лешка решился перейти к делу. Выслушав его, сыщик неторопливо сказал:

— Так вас интересует Сильвестр, он же Крымов, он же Христозопопуло, он же Дерибасовский и еще с десяток фамилий, если не ошибаюсь… Да, помню, брал я его году этак в шестьдесят первом… Известный был преступник — сейфы зубочисткой открывал, дверные замки ногтем, а уж на вокзальную камеру хранения ему достаточно было только пристально глянуть…

Вольдемар Петрович внезапно снял очки, пронзительными глазами уставился на Тему и спросил:

— Но почему он вас интересует?

Под этим проницательным взором невозможно было что-либо утаить.

— К нам совершенно случайно попал попугай Сильвестра! — ответил Тема.

Лешка вытаращился изумленно на друга и запоздало толкнул его ногой.

Знаменитый детектив вдруг легко вскочил, будто подброшенный пружиной, и выхватил из кармана пижамной куртки большой черный пистолет.

Ребята испуганно отшатнулись.

— Пришла пора освежить мою суринамскую пипу! — хладнокровно воскликнул сыщик.

Не сходя с места, он нажал на курок. Из водяного пистолета брызнула длинная струйка и угодила прямо в террариум, где сидела жаба. Суринамская пипа утерлась лапой и привычно скакнула в укрытие из папоротников.

— Влажность и еще раз влажность! — заметил Вольдемар Петрович, убирая игрушечное оружие в карман. — Главное для жаб — постоянная влажность! Запомните это, друзья мои! Да-с, постоянная — я всегда об этом говорил! Да вы присаживайтесь!

Тема послушно сел на диван рядом с Лешкой.

Сыщик опустился в кресло и задумчиво произнес:

— Ага! Так вы, друзья мои, настоящие детективы! Ведете расследование? Правильно! Прежде всего надо воссоздать психологический портрет преступника! — Чувствовалось, что Вольдемар Петрович оседлал любимого конька. — Сильвестр был не похож на обычного преступника. Ну, где вы видели, чтобы бандит писал стихи? А вот Сильвестр даже напечатал за собственный счет целый том своих стихотворений тиражом в тысячу экземпляров. Видно, не давала ему покоя слава поэта-бродяги Франсуа Вийона, закончившего свои дни, по одной из версий, на виселице. Король преступного мира остался верен себе, он и здесь не раскрыл имени, а выбрал псевдоним — Юлиан Июньский.

— Кажется, мы даже слышали его стихи! — воскликнул Тема и принялся декламировать:

У бездны на краю я песнь свою пою,

Прощальный взгляд кидая на обломки очага

Той прежней жизни, что возрожденье даст

Счастливому безумцу, узревшему знак

Молчаливой птицы…

— Да, это Сильвестр! — взволнованно проговорил знаменитый сыщик. — Узнаю его почерк! Постойте-ка, ведь у меня есть его книжка! Весь тираж был уничтожен, но несколько экземпляров уцелело… Один у меня.

Вольдемар Петрович встал, подошел к шкафу, забитому книгами, открыл дверцу и любовно поправил яркие корешки написанных им бестселлеров (как ни странно, в основном это были не детективы, а научно-фантастические романы). Крякнув, он опустился на корточки перед нижней полкой…

— Что такое? — удивился сыщик. — Я совершенно точно помню — она стояла здесь, рядом с Уголовным кодексом Новой Зеландии! И вот теперь ее нет! То есть Новая Зеландия, я думаю, на месте, а вот где книжка?

Вольдемар Петрович рухнул в кресло, поднял к потолку глаза и принялся размышлять. Друзья почтительно ждали, когда же звякнет заключительное звено в цепи дедуктивных размышлений знаменитого сыщика. И оно не замедлило появиться.

— Компот! — воскликнул Вольдемар Петрович.

Ребята переглянулись. Тема потянулся к хрустальному кувшину с гранатовым концентратом.

— Вы хотите пить?

— Нет, Компот — это прозвище моего бывшего сослуживца. Когда-то он работал в управлении и, кстати, тоже занимался делом Сильвестра. Но случилась темная история, и он оставил службу… По чьей-то очень солидной протекции устроился официантом в казино «Бригелла». Отрастил себе бакенбарды, усы, как у писателя Григоровича, — говорит, гостям это нравится. Заходил ко мне вчера, приносил неплохой экземпляр сцинкового геккона — якобы один из посетителей всучил ему вместо чаевых. Я так и не понял, что ему было надо… Теперь понятно… Что же, друзья мои, к сожалению, книжку я вам показать не могу… Однако зачем она ему понадобилась?

Сыщик поведал ребятам много интересного из жизни поэта-бандита,

— Что же, желаю вам успеха, друзья мои! — заключил свой рассказ Вольдемар Петрович. — Если я найду в своем архиве любопытные подробности, то немедленно вам сообщу. Но будьте осторожны — смертельная опасность подстерегает каждого, кто беспокоит Сильвестра, даже когда его нет на этом свете!..

Проводив гостей, Вольдемар Петрович стал у окна.

— Зачем вдруг всем понадобился Сильвестр? — пробормотал он. — Что это за игра?

Понаблюдав немного за уходящими ребятами, детектив воскликнул:

— Ага! Я так и знал — за ними установлена слежка! Я же предупреждал…

Припаркованный у тротуара серебристый джип двинулся с места и медленно покатил вслед за мальчиками.

Вольдемар Петрович, схватив стоящий на подоконнике морской бинокль, попытался рассмотреть водителя. Но за тонированными стеклами невозможно было ничего увидеть. Тогда он навел окуляры на номер подозрительного автомобиля. Номер был забрызган грязью.