Прочитайте онлайн Тайна покосившейся трубы | МОШЕННИК

Читать книгу Тайна покосившейся трубы
3616+1156
  • Автор:
  • Перевёл: В. Воронин

МОШЕННИК

Не из-за этого ли загадочного забора раздался крик? Нэнси нетерпеливо подбежала к забору и прислушалась, но с огороженного участка не доносилось ни единого звука.

— Как нам проникнуть внутрь? — спросил Нед, полный желания помочь человеку, попавшему в беду.

— Калитки в заборе нет, — ответила ему Нэнси. — Жаль, что через него не перелезешь…

— Во всяком случае, мы можем заглянуть внутрь, — сказал Нед, показывая на лежащий на земле толстый сук. — Если ты поможешь мне, Нэнси, мы сумеем приставить этот сук к забору вместо лестницы.

Вдвоем они перетащили сук через поляну и прислонили его к забору.

— Забирайся, а я подержу, — предложил Нед. Нэнси обхватила ствол руками и ловко, как обезьянка, вскарабкалась по нему.

— Что ты там видишь? — спросил Нед, когда она достигла самого верха.

— Почти ничего. Деревья. Сплошные деревья. — Она быстро спустилась вниз. — Но мы совсем недалеко от покосившейся трубы! Давай пройдем еще немного и посмотрим оттуда.

Нед с готовностью поволок сук туда, куда показала Нэнси, и она снова взобралась по нему на забор. Внизу ее взору открылись прямоугольный огороженный участок, каменная стена и выщербленное кирпичное здание, которое несколькими днями раньше она видела через дырку в доске.

Когда Нэнси перевела взгляд вверх, она была поражена тем, что ржавое железное украшение на покосившейся трубе исчезло. Решив, что эмблема просто отвалилась, Нэнси оглядела землю внизу. Но на земле ничего не было!

— Эй, что там тебя так заинтересовало? — окликнул ее Нед.

— Влезай сюда.

Нэнси рассказала ему об исчезнувшем украшении, а также об утверждении Бесс, что она видела высовывавшуюся из трубы руку. Может быть, кто-нибудь действительно влез в трубу и взобрался по ней наверх, чтобы снять железный герб или что там это было?

— Это местечко с каждым днем становится все более загадочным, — заметила Нэнси.

— Странно все-таки, что кругом нет ни малейшего признака жизни, — сказал Нед. — Можно подумать, кто-то…

Он не договорил, так как до них снова долетел крик. Опять им послышалось «бон», и опять они не смогли определить, донесся крик с огороженной территории или нет.

Почти одновременно раздался угрожающий треск подгнившей древесины.

— Сук! — крикнула Нэнси.

В то же мгновение сук, на котором они стояли, надломился, и Нэнси с Недом спрыгнули на землю.

— Хватит на сегодня приключений, — решительно заявил Нед, помогая Нэнси подняться на ноги. — Тем более что я едва поспеваю на мальчишник.

Нэнси ужасно не хотелось уходить так скоро, но она не стала возражать. Они вернулись к машине, и Нед, сев за руль, повел автомобиль к своему дому в Мейплтоне, пригороде Ривер-Хайтса.

— Увидимся завтра во время венчания, — сказал юноша, выходя из машины. — И смотри не встань в пару с каким-нибудь другим шафером!

Нэнси со смехом обещала ему это. Затем, по дороге в Ривер-Хайтс, ее мысли снова сосредоточились на огороженном участке в лесу. Ведь оба маршрута, предложенные Майлзом Монро, — один к старой железорудной шахте, другой вверх по течению Охотничьего ручья — привели к одному и тому же престранному месту посреди леса.

Не находится ли фарфоровая глина там — за высоким забором? И знает ли об этом владелец участка? Нэнси решила во что бы то ни стало, выяснить это в самое ближайшее время.

Дома ее встретила в дверях Ханна Груин с выражением тревоги на добродушном лице.

— Что стряслось? — быстро спросила Нэнси.

— О, Нэнси, вот уже полчаса тебе звонит мистер Сун! Он ужасно расстроен! Его задержали в полицейском управлении!

— За что?

— Не знаю, — ответила экономка, — но, по-моему, у него большие неприятности!

Нэнси сбежала по ступенькам крыльца и вскочила в машину. Она ехала быстро, всю дорогу ломая голову над тем, зачем мог понадобиться полицейским добряк мистер Сун.

Бегом она влетела в здание полицейского управления. Старый китаец, подавленный и удрученный, сидел в кабинете начальника полиции Макгинниса. Нэнси перевела взгляд с мистера Суна на полицейского и обратно на мистера Суна.

— Что случилось? — спросила она.

Мистер Сун, просиявший при виде юной сыщицы, собрался было заговорить, но начальник полиции Макгиннис быстро перехватил инициативу.

— Я объясню, в чем дело, — сказал он Нэнси, беря со стола какую-то бумагу. — Сегодня я получил вот это сообщение из нью-йоркской полиции. Жительница Нью-Йорка миссис Марсден обратилась в полицию с жалобой на то, что купленная ею китайская ваза оказалась поддельной. Она утверждает, что вазу продал ей некий Сун из Ри-вер-Хайтса. Она заплатила ему пятьсот долларов — перевела их по почте, и он эти деньги получил. — Подняв глаза от бумаги, полицейский добавил: — Мы навели справки на почте в Мейсонвилле. Почтовый служащий, выдавший деньги, дал описание человека, который их получал. Оно в точности совпадает с внешностью мистера Суна.

Китаец устремил на Нэнси взгляд, полный отчаяния.

— Мне ничего об этом не известно, — проговорил он. — Ведь вы верите мне?

— Разумеется! — решительно сказала Нэнси. — Мистер Макгиннис, а имеется в этом сообщении описание вазы?

Полицейский пробежал глазами бумагу.

— Да, имеется.

Сердце юной сыщицы учащенно забилось от нетерпеливого желания проверить одну догадку. Она решила довериться своей интуиции. Если ее догадка верна, многое прояснится!

— Там сказано, что ваза коричневого цвета, — выпалила Нэнси, — и на ней изображен старик китаец, сидящий рядом с оленем под цветущим персиковым деревом на берегу синего озера. Так?

Начальник полиции Макгиннис в изумлении уставился на нее.

— Да, точь-в-точь!

— А говорится там, что китайские иероглифы на донышке вазы означают: «Сделано для Палаты Благоуханной Добродетели»?

Полицейский даже рот раскрыл от удивления.

— Как вы все это узнали? — спросил он.

— Потому что это та самая ваза, — ровным голосом ответила Нэнси, — которая была похищена из дома Таунсендов. Я видела ее там в тот вечер, когда ее украли!

— Ну что ж, — сказал начальник полиции Макгиннис, — в деле появляется новая версия…

— Кроме того, — продолжала Нэнси, — вором никак не мог быть мистер Сун. Я измерила следы, которые вор оставил на клумбе. Они были короткие и широкие. А как вы сами видите, у мистера Суна ступни узкие!

Она замолчала, чтобы перевести дух, а Макгиннис вытер лоб. С минуту он сидел, погруженный в раздумье; Нэнси с тревогой наблюдала за ним.

— Это придает всему делу иной поворот, — произнес наконец полицейский. — Но как вы объясните тот факт, что словесный портрет получателя денежного перевода, нарисованный почтовым служащим, — это один к одному портрет мистера Суна?

Нэнси задумалась.

— Вероятно, вор изменил свою внешность, чтобы выдать себя за мистера Суна, — сказала она наконец. — Это совсем нетрудно сделать: надеть очки да наклеить фальшивую бородку. Он, по-видимому, похитил какое-нибудь удостоверение личности мистера Суна и подделал его подпись на квитанции о получении перевода.

— Может быть, вы и правы, — согласился начальник полиции, — но я все-таки отвезу мистера Суна в Мейсонвилл и покажу его тому почтовому служащему. Хотите поехать с нами, Нэнси?

— Да, конечно.

— Мы поедем туда в моей машине.

Был уже почти вечер, когда Нэнси, начальник полиции и Сун добрались до почтового отделения Мейсонвилла. По предложению Нэнси оба мужчины остановились поодаль, а сама она подошла к окошечку выдачи денежных переводов.

Представившись почтовому служащему, Нэнси внимательно выслушала рассказ о человеке, получившем деньги за поддельную вазу. Описание в точности соответствовало внешности Суна.

— Вы уверены, что узнали бы этого человека, если бы увидели его снова? — спросила она.

— Абсолютно! — убежденно ответил почтовый служащий. — Не так уж часто приходится мне выдавать переводы на пять сотен долларов, и я обращаю особое внимание на всякого, кто получает столь крупную сумму денег.

Нэнси поманила рукой мистера Суна и поставила его напротив окошечка почтового служащего. Начальник полиции Макгиннис одобрительно наблюдал за ее действиями.

— Это тот человек? — спросила она. Почтовый служащий пристально вгляделся в лицо китайца.

— Тот самый, точно! — объявил он. — Я бы его где угодно узнал!

Нэнси лихорадочно соображала. Ведь должен же быть какой-нибудь способ, с помощью которого она могла бы доказать почтовому служащему, что он ошибается. Девушка взяла бланк квитанции на получение денежного перевода и дала его Суну вместе с ручкой.

— Заполните, пожалуйста, — попросила она китайца, а затем обратилась к почтовому служащему: — Может быть, вы все же что-нибудь упустили из виду? Какую-нибудь мелочь…

Она замолчала, заметив, как удивленно округлились глаза у почтового служащего, наблюдавшего за тем, как мистер Сун заполняет бланк.

— Эй, погодите минутку, тут что-то не так! — воскликнул он. — Китаец, которому я выдал деньги, поставил свою подпись правой рукой. А этот господин пишет левой!

— Значит, это не может быть один и тот же человек! — с торжествующим видом констатировала Нэнси.

— Нет, не может, — задумчиво согласился почтовый служащий, покачав головой. — К тому же, — добавил он, — он лучше говорит по-английски. Мне не пришло это в голову раньше. Но выглядел тот человек точно так же!

Начальник полиции Макгиннис извинился перед мистером Суном за то, что поставил его в столь неловкое положение. Они вернулись к полицейскому управлению Ривер-Хайтса, откуда Нэнси отвезла пожилого китайца домой на своей матине.

— Как я смогу отблагодарить вас? — воскликнул мистер Сун.

— Просто расскажите мне как-нибудь поподробней о прекрасных фарфоровых изделиях вашей страны, — с улыбкой ответила Нэнси.

Китаец настоял, чтобы она зашла вместе с ним в дом, так как он хотел прямо сейчас преподнести ей маленький подарок в знак своей признательности.

Когда Нэнси и мистер Сун подошли к двери его дома, дверь внезапно распахнулась, и на пороге возник слуга-китаец Чин. Его маленькие непроницаемые глазки на этот раз были широко открыты от удивления. Затем его губы расплылись в улыбке, обнажившей крепкие зубы, и он быстро залопотал по-китайски, оживленно жестикулируя.

Мистер Сун ответил ему на том же языке. Чин повернулся к Нэнси, и его улыбка стала еще шире. Он снова что-то сказал по-китайски.

— Что он говорит? — спросила она у мистера Суна.

— Чин благодарит вас за то, что вы вызволили меня из рук полиции, — объяснил тот.

Затем он на мгновение исчез и вернулся с флаконом китайских духов с тонким ароматом глицинии.

— Это такая малость, — с поклоном сказал он Нэнси, когда она поблагодарила его за подарок.

— Я надушусь ими, когда пойду завтра на свадьбу, — пообещала она.

— На свадьбу мисс Тайсон? — улыбнулся китаец. — Может быть, мы там с вами встретимся.

Назавтра, после венчания в церкви, Нэнси с друзьями поехала на свадебный прием в доме невесты. Пожелав молодоженам всяческого счастья и отведав пунша с пирожными, Нэнси и Нед пошли полюбоваться многочисленными свадебными подарками, расставленными в одной из комнат наверху.

Следом за ними в комнату вошел мистер Сун. Его внимание сразу же привлекла китайская фарфоровая шкатулка для драгоценностей. С возгласом восхищения он взял ее в руки.

— Какая красивая! — воскликнула Нэнси.

Фарфоровая шкатулка для драгоценностей была украшена изображением цветущей сливы на фоне темно-синей воды, слегка затянутой потрескавшимся льдом.

Уже ставя фарфоровую шкатулку на место, Сун вдруг вытаращил глаза и что-то возбужденно произнес по-китайски.

— Что-то не так? — быстро спросила Нэнси.

Мистер Сун дрожащим пальцем показал на два китайских иероглифа, вплетенные в цветочный узор. Это были те же самые странные значки, которые Нэнси заметила в узоре ветвей персикового дерева на вазе, принадлежавшей Таунсендам!

Она снова повернулась к Суну. У пожилого китайца раскрылся от удивления рот. Казалось, он не мог оторвать глаз от этих иероглифов.

— Что это такое? — спросила она.

— Это личная подпись Энь Моя! — прошептал он. — Моего пропавшего друга Энь Моя!