Прочитайте онлайн Тайна нечистой силы | ГЛАВА 3 Из огня да в полымя

Читать книгу Тайна нечистой силы
216+1173
  • Автор:
  • Перевёл: С. В. Дятлова

ГЛАВА 3

Из огня да в полымя

Белинда отодрала клейкую ленту, открыла коробку и вытряхнула из нее все прямо на кровать.

В ту же минуту она поняла, что богачкой ей не стать. Не было ни крупных купюр, ни даже пятидесятипенсовых монет. Всего лишь клеенчатый кошелечек с мелочью, несколько расплывчатых фотографий, нитка пластмассовых бус, серебряная брошь, пара — тройка фарфоровых безделушек, щетка для волос с расческой, авторучка и к ней полпузырька фиолетовых чернил. Еще старая толстая тетрадь и большой белый конверт.

На мгновение все онемели. Да — а, не густо. Разочарование Белинды сменилось искренней грустью.

— Как жаль, что я не знала ее. Что я не виделась с ней, не приходила к ней.

Она положила щетку с расческой на туалетный столик. Белинда не относилась к тем девчонкам, которые уж очень пекутся о своих волосах. В сто раз больше времени она тратила на расчесывание гривы своего любимого коня — Мелтдауна. Но с этого дня, когда бы ни пришлось ей взяться за расческу или щетку, она хоть на несколько секунд задумается о прабабушке Мод.

Белинда вскрыла белый конверт и тоже вытряхнула его содержимое на кровать. Наконец — то. Чековая книжка. Она схватила ее и сразу открыла последнюю страницу. На книжке оставалось сто двадцать семь фунтов и двадцать три пенса. Белинда с улыбкой протянула свое наследство Трейси.

— Все лучше, чем ничего, — бодро отреагировала та.

Потом книжка оказалась у Холли. Она пролистала ее и заметила:

— Твой отец прав. Когда — то она была действительно богата.

И точно, в начале книжки красовались цифры со многими нулями. Но увы, постоянные расходы совсем расстроили прабабкино состояние.

— А почему она все время снимала со счета так много денег? — удивилась Холли. Ей уже привиделась за этим какая — то тайна.

— Может быть, ее шантажировали, — предположила Белинда. — Или она играла по — крупному.

— Разве не ты говорила, что последние семь — восемь лет она жила в доме для престарелых? — спросила Трейси.

— Так сказал папа.

— Тогда понятно, — заключила Трейси. — Это дорого стоит. Тысячи фунтов в год. Ничего удивительного, что деньги уплывали.

Холли вздохнула:

— Еще одна тайна ускользнула. Не успела появиться, как исчезла.

Кроме банковской книжки, из конверта выпали старые исписанные листы бумаги. Трейси протянула их Белинде.

— Скорее всего, это завещание.

Белинда даже присвистнула.

— Вот что я должна почитать. — Она заскользила глазами по строчкам и тотчас же нашла свое имя. — Слушайте! — воскликнула она и начала читать:

«Все мое состояние я оставляю своей правнучке, Белинде Хейес. Я виделась с ней лишь однажды, когда она нарочно полила горчицей голову своего отца, моего племянника. Это дало мне надежду, что она не будет похожа на остальных членов нашей семьи. Все они безмерно напыщенные и безнадежно респектабельные господа. Долгие годы они знать меня не знали, считали паршивой овцой в стаде. Но я кое — что раскопала и утверждаю, что семья Хейес не была столь респектабельна, как им хотелось бы думать о себе. Мой собственный дед попал в тюрьму как фальшивомонетчик. А в Средние века Вильяма Хейеса повесили за воровство овец. А между этими двумя прошли десятки других, кто пятнал имя нашей семьи. Все это записано моей собственной рукой в «Истории семьи Хейес».

Белинда сложила листки и усмехнулась.

— Я всегда знала, что родилась в интересной семейке. И вот подтверждение. Так, где здесь «История семьи Хейес»?

Холли протянула изрядно потрепанную тетрадь.

— Я думаю, она здесь.

Белинда начала читать.

Потом Холли и Трейси ушли домой, а она все больше углублялась в чтение, глотая с жадностью страницу за страницей.

Холли оставила велосипед у входа в Топ — Милл — Холл и постучала. Пока она ожидала у двери, глазам ее открылся вид на долину внизу. Вид был действительно завораживающий — тем более под голубым небом, в лучах яркого солнца.

Совсем другое ощущение по сравнению с ее первым приездом. Но одно точно совпадало: дверь никто не открывал.

«Опять расслабляется», — подумала Холли.

Она обогнула дом. Надо было все — таки позвонить заранее. Но что — то внутри останавливало ее. Вдруг Лавиния передумала давать интервью? Ну а потом она сама сказала: «Приезжай в любое время».

Как и в прошлый раз, задняя дверь была не заперта. Холли постучала в нее. Ответа не последовало. Она вошла. Никто не отозвался на ее приветствие. Она пошла прямо к последней комнате. Но в ней Лавинии тоже не оказалось. Огонь в камине был единственным признаком жизни.

Холли заглянула на кухню. Чайник был теплый, в раковине стояли грязные чашки. И все.

«Может быть, она наверху», — подумала Холли и, выйдя из кухни, пошла к тому месту, откуда начиналась лестница, ведущая наверх.

— Ла — ви — ни — я! — громко позвала она. — Это я, Холли.

Ответом было молчание.

Холли наверх не пошла. Она огляделась и увидела на коврике у входной двери письмо. Холли вспомнила, что по дороге ей попался почтовый фургончик. Должно быть, письмо валялось здесь с полчаса.

Холли подняла его. Оно было адресовано мисс Лавинии Джесоп с пометкой в левом верхнем углу: «Лично». На обратной стороне конверта было напечатано: «Франк Гибинс и сын. Адвокатская контора». Подобную вывеску Холли видела где — то в городе, но точно не помнила где.

Холли отнесла письмо в комнату и положила на столик рядом с камином. На столике оказалась открытая книга. Холли посмотрела на обложку. Название ее ошеломило: «Черная магия в современном мире». И подзаголовок: «Взгляд на верования и колдовские чары».

Хлопнула задняя дверь. Холли положила книжку на место и громко поздоровалась.

Лавиния просунула голову в дверь.

— Какой приятный сюрприз, — заулыбалась она. — Не ожидала увидеть тебя так скоро.

— Может быть, я не вовремя? Я стучалась, но, когда никто не открыл, я…

— Ты подумала, что я опять растянулась на полу.

— Да.

— На этот раз я вышла порастрясти свои старые бедные косточки. Если я хоть день засижусь дома, суставы немеют. Проклятый артрит.

— Разве у вас нет лекарства от этого? — удивилась Холли.

Лавиния стояла спиной к камину, всем телом приникая к теплу.

— У меня есть пара микстурок. Но чуда сотворить нельзя.

Тут Холли вспомнила про письмо.

— Оно лежало на коврике у входа.

Лавиния посмотрела на него не то с интересом, не то с подозрением. Затем она взяла с каминной полки специальный ножик и вдруг заметила напечатанные на оборотной стороне имена.

В одно мгновение женщина изменилась в лице. Она с силой ткнула костяным ножиком в конверт, с шумом набрала воздух в легкие и, быстро прочитав письмо, скомкала его и бросила в камин.

Лавиния молча смотрела, как пламя охватывало измятый лист, и не отвела глаз до тех пор, пока бумага не превратилась в черный комок. Тогда она взяла кочергу и растолкла его на мельчайшие хлопья.

Никогда прежде Холли не доводилось видеть такой яростной расправы с письмом. Казалось, Лавиния вознамерилась не оставить от него и следа.

— По — моему, нам нужно выпить по чашечке моего зелья, — проговорила она и без дальнейших объяснений заспешила на кухню. Холли молча последовала за ней.

Только после того, как Лавиния налила себе вторую чашку горячего красного напитка, она начала отходить.

— Итак, что же понесло тебя сюда снова? Только, пожалуйста, не отвечай: «Велосипед».

Холли улыбнулась. Момент был не слишком подходящий для разговора о статье. Но Лавиния догадывалась, что Холли «понесло» не просто так.

— Говори, не стесняйся. Чего там топтаться вокруг да около.

Холли скрестила два пальца и глубоко вздохнула.

— Я все время думаю о статье, — начала она. — Слишком интересный материал, чтобы засунуть его куда — то на последнюю страницу школьного журнала.

— Да уж, самообольщение может завести гораздо дальше. Например, до «Санди Таймс».

— Где уж нам уж, — быстро подхватила Холли тон хозяйки. — Ограничимся пока «Виллоу — Дейл экспресс».

Лавиния ответила не сразу — видимо, что — то решала для себя. Она налила себе еще одну чашку чая. Холли почти зримо ощущала, как шанс напечататься тает на глазах.

Разочарование, которое невольно отразилось на лице Холли, не ускользнуло от Лавинии. Она спросила в лоб:

— Для тебя это очень важно?

Холли кивнула:

— Я мечтаю стать журналистом, когда окончу школу. Чем больше статей у меня будет напечатано, тем скорее я найду работу.

— Понятно. У меня совсем нет намерения встать на пути твоей многообещающей карьеры. Когда хочешь начать?

— А можно прямо сейчас? — осмелела Холли.

— Хорошо. Только с одним условием.

— Каким?

— Ты помоешь посуду.

— Посуду?! Да я перемою все в доме. Сверху донизу!

— Все равно опять загрязнится. Удивительное дело, с какой уймой пыли может примириться человек в моем возрасте. Так неужели ради этого я стану портить руки первоклассного репортера черной работой? Ни за что!

Холли радостно улыбалась. Если бы она знала, во что втягивается, она не была бы так благодушна.

— Ну, и что это такое? — спросил мистер Хейес, когда Белинде наконец представился случай отдать ему в руки толстую тетрадь тетушки Мод.

— То, что здесь написано. «История семьи Хейес».

Белинда уже несколько дней пыталась заставить отца прочитать эти записки, но он все время был занят. Мистер Хейес, преуспевающий бизнесмен, много времени проводил в разъездах, но, даже когда он никуда не уезжал, дома его не было с шести утра до десяти или до одиннадцати вечера. Если нужно было что — нибудь ему сказать — а тем более показать, — следовало ловить момент, пусть даже не очень подходящий.

Сегодня он был совсем неподходящий. Миссис Хейес торопилась на репетицию музыкального кружка и приготовила на обед салат, тогда как для мистера Хейеса обед без мяса был не обед. Салат уже здорово испортил ему настроение.

— Откуда взялась эта история семьи?

— От моей прабабушки Мод.

— Ах, Мод. Как это я не догадался? — И отец протянул тетрадь обратно Белинде.

— Ты не хочешь посмотреть?

— У меня есть дела поважней, чем читать бред выжившей из ума старухи.

Белинда взвилась. Она не могла допустить, чтобы при ней так говорили о прабабушке.

— Неправда! — закричала она. — Тетушка Мод вовсе не была сумасшедшей! Просто она не корчила из себя шибко правильную. У нее не было самомнения, которое распирает всю вашу семью.

— Белинда! — воскликнул пораженный отец. Дочь никогда не разговаривала с ним так.

— Но это правда! — не могла остановиться Белинда. — Я скажу еще только одно. Ты можешь тешить себя тем, что твоя семья самая достойная, но знай, что в ней были и воры, и фальшивомонетчики, и карманники, и еще похуже…

— Несусветная чушь! Глупейшая выдумка.

— Нет. Все описано здесь. Мод выясняла сама.

— Мод все насочиняла. Специально. Чтоб досадить нашей семье.

— С какой стати?

— У нее был неуживчивый характер, со старческими причудами. Ее всегда заносило куда — то. Поэтому никто из нас не хотел иметь с ней дела.

— Я не верю. — У Белинды появились на глазах слезы.

— К сожалению, это так. И я знаю достаточно о корнях нашей семьи. Они вполне благородны. Наш род восходит прямо к Вильгельму Завоевателю. И не было в нем ни воров, ни фальшивомонетчиков.

— Я это проверю сама. Я прослежу нашу родословную, и тогда мы посмотрим, кто прав: ты или бабушка Мод.

Мистер Хейес расхохотался:

— Не думай, что выяснение родословной — плевое дело, доченька.

Белинда развернулась и пулей вылетела из комнаты.

За дверью она поостыла и подумала, что в этом отец прав. Дело и впрямь нелегкое. Но есть Детективный клуб.

— Ты собираешься доедать? — забеспокоилась Белинда, глядя на расплывающееся мороженое, в котором Холли поворачивала ложечку, но не доносила ее до рта. Внимание Холли было приковано к газетному киоску рядом с кафе — мороженым. В него поступали первые экземпляры газеты «Виллоу — Дейл экспресс».

Обычно она не проявляла такого жгучего интереса в местной прессе. Но сегодня — другое дело. Сегодня в ней должна была появиться статья о Лавинии Джесоп.

Холли сдала материал пару дней назад. Мистер Велфорд, редактор, первый раз за много лет получил отпуск и уехал с семьей загорать на побережье Флориды.

Он оставил «Экспресс» на Кейт Крэмптон. Она была новым человеком в газете, но журналистскому делу она обучалась в колледже. За работу она взялась засучив рукава. Для нее появилась возможность сделать себе имя.

— Это пойдет, — заключила она, просмотрев статью Холли. — Разумеется, нужно отредактировать, сместить акценты. Я могу это сделать.

— Мое имя будет стоять?

Редактор подняла брови и посмотрела на Холли поверх очков.

— По — твоему, ты этого заслуживаешь?

Обычно в газете «Экспресс» материалы не подписывались: авторов было так мало, что все время мелькали бы одни и те же имена. Но иногда, когда заметка была по — настоящему интересна, журналисту оказывали такую честь.

Холли затаила дыхание. Она понимала, что ее смелость граничит с бесцеремонностью.

Кэтрин Крэмптон снова пробежала глазами по статье и сказала:

— Хорошо. Но не жди этого в следующий раз. Если он будет.

Холли была на седьмом небе. Ее имя появится в газете! Вот почему она не спускала глаз с киоска. Она собиралась накупить побольше номеров и разослать всем, кого знает. В первую очередь Лавинии. Ей она отвезет статью сама. Лично.

— Ну? — снова спросила Белинда. — Ты собираешься есть? Если нет, я съем за тебя с большим удовольствием.

Машинально Холли поднесла ко рту ложечку, но глаза ее не отрывались от киоска.

К Белинде стала опять цепляться Трейси:

— Ты знаешь, на кого ты похожа? На ястреба, который кружит и высматривает свою жертву. Только у тебя жертва — мороженое.

— У каждого человека должно быть хобби.

— У тебя это больше похоже на главное занятие. На профессию.

Белинда воздела глаза к небу.

— Вот было бы здорово — поработать по специальности «поглотитель мороженого».

— Верхом на лошади! — добавила Трейси и обратилась к Холли: — Что скажешь?

Но Холли уже рванулась к двери.

Трейси посмотрела на Белинду:

— Привезли.

Белинда сейчас же подвинула к себе блюдце Холли со словами: «Нет смысла оставлять».

Трейси бросила ей на ходу:

— Увидимся там. Не хочу пропустить момент ее восхождения к славе.

Но, взглянув на Холли, можно было сразу заключить, что восхождение не состоится.

— Что не так? Не напечатали?

— Напечатали, — простонала в ответ Холли.

— Так в чем же дело? Спутали фамилию?

Вместо ответа Холли протянула подруге газету. Через всю полосу протянулись огромные буквы:

МЕСТНАЯ КОЛДУНЬЯ ГОТОВИТ ВОЛШЕБНЫЕ СНАДОБЬЯ.