Прочитайте онлайн Тайна фальшивой банкноты | РАЗЪЯСНЕНИЯ

Читать книгу Тайна фальшивой банкноты
3216+812
  • Автор:
  • Перевёл: Б. Волхонский

РАЗЪЯСНЕНИЯ

Завязалась борьба. Сержант Молинсон подбежал к дерущимся, оттащил фальшивомонетчика и отвел его к патрульной машине, где на заднем сиденье уже сидел его притихший сообщник.

Обменявшись несколькими словами с Ником Робертсом и бегло осмотрев груз в микроавтобусе, сержант Молинсон обернулся к одному из сопровождавших его полицейских.

— Отвезите эти вещественные доказательства в участок. — Сержант сел в свою машину, но перед тем как отъехать окликнул Трикси: — А с вами, юная леди, я еще поговорю позже.

Джим поднялся и стал отряхиваться — он был весь в пыли.

— Джим, с тобой все в порядке? — встревоженно спросила Трикси, подбегая к нему.

— Со мной все в порядке, спасибо, — рассмеялся Джим. — А как ты? Мне кажется, это более важный вопрос.

Впервые за весь вечер у Трикси появилась возможность задуматься над тем, как она себя чувствует. Она осознала, что дрожит как лист, а в горле застрял какой-то комок, который ей никак не удается проглотить. Но если говорить в целом, то она даже не могла вспомнить, чувствовала ли себя когда-нибудь так хорошо, как сейчас.

— Я… У меня все чудесно, Джим, — ведь ты здесь. Но как?..

— Как мы сумели определить местонахождение нашей неугомонной родственницы? — раздался голос Марта. Он, Брайан и Белочка внезапно вынырнули из темноты. — Дедуктивный метод — элементарно, моя дорогая Беатрикс.

Трикси радостно вскрикнула и по очереди обняла всех.

— Мы вернулись домой из кино и обнаружили, что ты пропала. Мы сразу же заволновались, потому что было уже темно, — объяснил Брайан. — Мы позвонили Белочке и спросили, не гостишь ли ты в Мэнор-хаусе. Тебя там, разумеется, не было, и Белочка тоже начала беспокоиться. Они с Джимом тут же приехали к нам на машине. К их приезду мы обнаружили и пропажу твоего велосипеда.

Трикси с виноватым видом кивала, слушая рассказ Брайана. Все происходило именно так, как она себе и представляла, сидя в подвале пустующего дома. "Как же я заставила их поволноваться, — корила она себя. — Слава Богу, им удалось догадаться, где я нахожусь".

— Так как же вы нашли меня? — спросила она.

— С поклоном уступаю право произнести речь твоей уважаемой коллеге, — сказал Март и низко поклонился Белочке.

— Ну, Трикси, понимаешь, твоего велосипеда не было на месте, а завтра должен состояться веломарафон, так что не надо было быть таким уж выдающимся детективом, чтобы сообразить, что ты где-нибудь на маршруте. Почему я сразу подумала о пустующем доме — я и сама не знаю. Наверное, я решила, что это самое вероятное место, потому что он пустует, и потому что завтра ты дежуришь именно здесь. А вообще-то, наверное, просто я очень хорошо тебя знаю…

Трикси с благодарностью обняла подругу.

— Я так рада, что это так, Белка! — воскликнула она. — Если бы вы не приехали сюда вместе с полицией… А кто вызвал полицию?

Март и Брайан взглянули на Белку и Джима, а Белка и Джим — на Марта и Брайана. Похоже, никто этого не знал. Потом Март улыбнулся.

— Думаю, на этот вопрос нам ответит мама, когда мы вернемся домой, — сказал он. — Они с папой страшно разволновались, и папа поехал по Глен-роуд искать тебя. Мама не хотела отпускать нас сюда, но мы настояли на том, что нам обязательно надо поехать. Я думаю, она решила, что не вредно будет послать кое-какие дополнительные подкрепления. Сержант Молинсон, наверное, ей уже позвонил и сообщил, что мы вне опасности.

— Надеюсь, именно поэтому он уехал так быстро, — пробормотала Трикси. — Я боялась, что он ужасно рассердился на меня — так, что даже не прочитал мне одну из своих обычных лекций относительно того, что я не должна совать свой нос в дела полиции.

— Я могу заменить его, — заявил Джим. По тону его было ясно, что это только наполовину шутка. — На этот раз тебе лишь чудом удалось избежать очень крупных неприятностей.

Трикси потупилась и кивнула.

— Все было бы гораздо хуже, если бы не Ник… Ник! — Трикси вдруг поняла, что совершенно забыла о юном художнике.

Ник стоял в нескольких шагах от нее и молча наблюдал за сценой встречи. Трикси подбежала к нему, схватила за руку и чуть ли не силой подтащила к своим друзьям.

— Ник сидел в микроавтобусе, когда те двое меня в него запихнули, — объяснила Трикси. Увидев, что друзья смотрят на Ника с подозрением, она вдруг сообразила, что ведь совершенно непонятно, как Ник оказался возле заброшенного дома. Она вопросительно взглянула на него.

Ник помрачнел.

— Я не замешан в этом преступлении, что бы вы там ни думали, — пробормотал он.

— Ой, Ник, ну конечно же, мы так не думаем! — заверила его Трикси. — Я ужасно, просто ужасно рада, что ты тут оказался. Но нам просто непонятно, ну — как именно это получилось?

Ник оглядел всех присутствующих, мгновение помолчал, потом сказал:

— Все началось в тот день, когда ты, Трикси, позвонила мне и сообщила о веломарафоне. Помнишь?

Трикси кивнула.

— Наверное, я был не совсем вежлив с тобой в тот день, — признался Ник. — Я вообще-то не такой уж оптимист по натуре, а после той неудачи, которую потерпела наша выставка, первой моей мыслью было, что и веломарафон тоже окажется пустой тратой времени и сил.

Ник помолчал еще немного, потом откашлялся.

— Но на самом деле проблема была не только в этом. Я очень рассердился на тебя из-за твоего друга Бена Райкера, который разбил вазочку Эми Морриси. И вообще я чувствовал себя чужаком с самого первого дня, как мы переехали в Слиписайд.

"Совсем как Бен Райкер, — подумала Трикси. — Готова поспорить, что Ник не поверит, если я скажу ему, что Бен чувствует совершенно то же, что и он".

— Но потом я немного поразмыслил и пришел к выводу, что, может быть, веломарафон — не такая уж плохая идея, — продолжал Ник. — Именно потому что вы тут свои, вам удастся найти отклик среди местных жителей и в результате заработать какую-то приличную сумму для художественной студии. Ко времени ужина я уже "заразился" идеей проведения марафона и рассказал обо всем родителям — включая и то, где пройдет маршрут, и как вы собираетесь раздать участникам регистрационные карточки для сбора денег, и все-все-все.

Ник опять перевел дух, как бы не зная, продолжать ему или нет.

— Мой отец принял эту идею в штыки, — сказал Ник. — Он категорически потребовал от меня, чтобы я не имел ничего общего с вашим веломарафоном. Когда я попытался возражать, он рассердился еще больше. Он даже пригрозил мне, что вышвырнет меня из дома, если ему станет известно, что я принимаю участие в вашей затее, еще он добавил, что я должен постараться отговорить вас от проведения марафона.

Ник тряхнул головой, как бы пытаясь отогнать воспоминание о неприятном разговоре.

— Мой отец — очень старомодный человек во многих отношениях, — продолжал Ник. — В каком-то смысле это неплохо. Он очень гордится своей работой, совсем как мастера прошлого. И я всегда очень уважал его за это. Наверное, именно поэтому я так увлекся рисованием — мне хотелось сделать что-нибудь такое, чем я бы мог так же гордиться.

Трикси взглянула на своих друзей и увидела, что подозрительное выражение на их лицах сменилось сочувствием и уважением.

— Но часто старомодное поведение моего отца приводит к тому, что с ним не так-то легко ужиться. Он не любит, когда мы с мамой задаем ему слишком много вопросов. Он полагает, что его слово — закон. Я понимал, что он исполнит свою угрозу вышвырнуть меня из дома, и видел, что наш спор расстроил маму, так что я ему уступил. Я также знал, что мой отец не приемлет любую благотворительность. Всегда, в каких бы тяжелых условиях мы ни жили — а можете мне поверить, в последние годы нам приходилось очень туго, — папа никогда никого не просил нам помочь. Я думал, что он именно поэтому принял в штыки затею с веломарафоном.

Ник опять замолчал. Трикси заметила, что на лбу у него выступили бисеринки пота. Она с волнением ждала, что вот сейчас откроется, что отец Ника был связан с фальшивомонетчиками. Вопрос был уже готов сорваться с ее губ, но она придержала язык. Если Ника сейчас прервать, то он может замкнуться в себе и больше ничего не рассказать. Похоже, что и остальные ребята почувствовали это, потому что все молча ждали, когда Ник возобновит свой рассказ.

— Я должен перед тобой извиниться, Трикси, — наконец произнес Ник. — Я был очень груб с тобой тогда в школе, когда ты хотела поговорить со мной об афишах. Я не мог тебе объяснить, что произошло на самом деле, и я не знал, что мне делать. Прости меня.

— Не стоит, Ник. Я все понимаю, — тихо ответила Трикси. На какое-то мгновение ей показалось, что рассказ Ника окончен, но он заговорил опять:

— Когда полицейский допросил меня по поводу телефонных звонков, я начал подозревать, что за поведением моего отца кроется нечто большее, чем просто нежелание принять чужую благотворительность. Я долго думал об этом и в конце концов потребовал объяснений.

И вот что рассказал Нику отец. Месяц или два тому назад к нему явились какие-то люди. Они спросили, не хочет ли он заработать кучу денег, и предупредили, что работа предстоит сложная. Он спросил, что за работа. Один из мошенников — тот, что был ниже ростом — хитровато подмигнул и сказал: "Ну, скажем, деньги сами потекут к вам в карман".

Отец Ника понял, что речь идет об изготовлении фальшивых денег, и заявил, что не может позволить использовать свой магазин для подобных целей. "Но вам и не придется, — заверил его преступник. — У нас есть своя мастерская". А второй — у которого мускулы были развиты значительно лучше, чем мозги, — сболтнул, что мастерская находится на Олд-Телеграф-роуд. Первый посмотрел на своего напарника уничтожающим взглядом и приказал заткнуться, и на какое-то мгновение отец Ника испугался, что уже узнал слишком много.

Но тем не менее он продолжал стоять на своем и заявил, что не хочет иметь ничего общего с этим предприятием. Невысокий преступник пожал плечами и сказал, мол, ладно, ничего не поделаешь, но предупредил мистера Робертса, чтобы тот не вздумал обращаться в полицию. "Ваша жена заболеет значительно сильнее, чем болеет сейчас", — добавил он.

Разумеется, мистер Робертс никому не говорил о фальшивомонетчиках, но когда Ник рассказал ему о маршруте веломарафона и о том, что первая остановка будет у заброшенного дома на Олд-Телеграф-роуд, он сразу припомнил фразу, вырвавшуюся из уст одного из преступников, и понял, что, наверное, это то самое место и есть. Именно поэтому он приказал сыну молчать.

В завершение своего рассказа Ник сказал:

— Когда сегодня вечером папа рассказал мне обо всем, что произошло, я тут же сел в машину и приехал сюда. Машину я припарковал у дороги, а до дома дошел пешком. Преступники что-то грузили в микроавтобус. Я подождал, пока они оба скроются в подвале, потом забрался в автобус. Я решил, что проеду с ними до их нового логова, а потом выберусь и сообщу в полицию. Тут появилась Трикси, и… ну, я думаю, все остальное вы уже знаете.

Воцарилось молчание. Все думали о том, что было бы, если бы события развивались иначе.

— Мне кажется то, что ты сделал, — это просто великолепно, Ник! — нарушила тишину Белочка. — Нужно быть по-настоящему мужественным человеком, чтобы прийти сюда одному, зная, что тут тебя ждет.

Ник грустно покачал головой.

— Если бы я действительно был по-настоящему мужественным человеком, я бы настоял на своем в нашем споре с отцом две недели назад, и тогда ничего этого не случилось бы.

— Но ведь нельзя же рисковать испортить отношения с родными, Ник! Мы все это очень хорошо понимаем. — Джим произнес эти слова негромко, но твердо и уверенно. Трикси поняла, что он думает о своих собственных проблемах с отчимом, с которым ему приходилось жить, и от которого он в конце концов сбежал, а потом его усыновили Белочкины родители.

— Как бы то ни было, но моя нерешительность привела к тому, что у всех у вас возникли серьезные проблемы — все эти угрозы по телефону, порезанные шины, сломанная тачка мистера Мейпенни. Пока я сидел в микроавтобусе, я слышал, как преступники похвалялись друг перед другом своими действиями. Они нисколько не раскаивались в содеянном — а если и сожалели о чем, так только о том, что им все-таки не удалось заставить вас отменить веломарафон.

— Ты уверен — преступники говорили, что именно они все это совершили? — переспросил Брайан. — Если так, то вся тайна раскрыта.

Трикси кивнула, подтверждая слова Ника.

— Пока я сидела в подвале, тот, что пониже, и мне признался, что он сделал все это. Правда, нельзя сказать, что признался, потому что он, как правильно сказал Ник, ни капельки не сожалел о содеянном.

— Если кто и должен сожалеть о содеянном, так только я, — сказал Ник. — Я чуть было не испортил все дело. Могу я сделать что-нибудь такое, чтобы искупить свою вину?

— Мне кажется, ты более чем искупил свою вину сегодня вечером, — заметила Трикси. — Ты спас мне жизнь.

Белочка, Джим и Брайан кивнули в знак согласия.

— А я возражаю, — строгим голосом произнес Март. Трикси встревожилась, но, увидев озорные искорки в глазах брата, облегченно вздохнула.

— Есть одно маленькое дельце завтра, — поведал Нику Март. — По-моему, ты мог бы появиться завтра у дома мистера Мейпенни и помочь накормить всю голодную ораву охотничьим рагу. Очень может быть, что и тебе достанется целая миска этого блюда. Что ты на это скажешь?

— Я скажу, что с радостью вам помогу, — улыбнулся Ник.

Тут Трикси почувствовала, что смертельно устала. В последние несколько минут только чувство любопытства не давало ей уснуть. А теперь, когда все тайны были раскрыты, она чуть с ног не валилась.

Заметив это, Джим обнял ее за плечи и отвел к машине.

— Пожалуй, будет лучше, если мы отвезем вас домой, юная леди, — сказал он. — День у вас выдался на редкость беспокойный.

Джим усадил Трикси в машину. Она положила голову ему на плечо, поджидая, пока остальная компания погрузится в машину. "Я так рада, что отец Ника невиновен!" — подумала Трикси и погрузилась в сон.