Прочитайте онлайн Сын охотника на медведей. Тропа войны. Зверобой (сборник) | Глава IДары памяти

Читать книгу Сын охотника на медведей. Тропа войны. Зверобой (сборник)
4012+4821
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Филимонова

Глава I

Дары памяти

Родина кактусов и агавы – дом Монтесумы и Малинче… Никогда не сотрутся эти воспоминания из моей памяти! Могут пролететь года, ослабеть руки и состариться разум, но до тех пор, пока не охладеет сердце, не забуду! Ни за что в этом мире не позволил бы своей душе окунуться в воды Леты. Благослови Господь память!

Прекрасные земли Анауака! Мой дух взлетает на легких крыльях фантазии, и я снова стою на тех берегах! Подстегиваю своего благородного жеребца, мчащегося по широким равнинам, и его радостное ржание говорит о том, что он тоже вдохновлен этим видом. Отдыхаю в тени пальмы и наслаждаюсь вином. Взбираюсь по скалам из кварца, которые богаты белым серебром и желтым золотом. Пересекаю поля лавы, жесткие и окаменелые, покрытые такими же жесткими растениями – акациями, кактусами, юкками и замиями. Продираюсь через ряды гигантских алоэ, чей сок поддерживает меня на протяжении всего пути. Стою на границе бесконечных снегов, наступая на альпийский лишайник; далеко внизу, в глубоком ущелье, подмечаю похожие на перья листья пальмы, листву апельсинового дерева, будто покрытую воском, и банановые рощи! Ах, как бы я хотел вновь взглянуть на эти яркие картины, так бледно отпечатавшиеся на холсте моей памяти!

Земля Монтесумы! У меня есть и другие картины, врезавшиеся в память куда сильнее, чем эти мирные пейзажи, – эпизоды войны. По твоим полям я путешествовал как захватчик, с мечом в руке, и сейчас, спустя столько лет, многие воспоминания о солдатской жизни накатывают на меня с такой ясностью, будто это было вчера.

Бивуак! Я сижу у лагерного костра; меня окружают бородатые лица и военная форма. Свет пылающего костра сливается с блеском оружия и снаряжения: седел, ружей, пистолетов, разбросанных по земле или свисающих с веток соседних деревьев. Привязанные кони выглядят огромными в темноте, их очертания смутно вырисовываются на фоне мрачного леса. Изогнутые ветви стоящей неподалеку одинокой пальмы кажутся седыми в тусклом свете костра. Тот же свет разливается над огромным органным кактусом, над агавами и бромелиями, над серебристой тилландсией, ниспадающей с высоких деревьев подобно тоге.

Поведана сказка, спета песня, по кругу от одного к другому бродят шутки, и вот уже эхом разносится по лесу хриплый смех солдат, пугая сидящего на ветке попугая и волка, рыскающего в поисках добычи. Каждый, кто поет, и шутит, и смеется… все они мало думают о завтрашнем дне.

Перестрелка! Тишина утра разбита вдребезги. В лесу совсем тихо, а белый свет едва касается верхушек деревьев. В воздухе звенит выстрел: это предупреждение от часового, который мчится к стражникам. Враг приближается! «По коням!» – четко и ясно приказывает звук горна. Сонные солдаты вскакивают, хватают винтовки, пистолеты и сабли и бегут через тлеющие угли, пока пепел не поднимается облачком в воздух. Кони фыркают и ржут; спустя мгновение они уже обузданы, запряжены и оседланы, а отряд скачет вперед по лесной дороге.

Враг в поле зрения – это отряд партизан, разодетых в алые, фиолетовые и золотые серапе. Блестящие наконечники копий и вымпела, кажется, почти достигают вершин деревьев.

Горн дает сигнал к атаке, и радостный клич воинов заглушает остальные звуки. Мы встречаем наших смуглых врагов лицом к лицу; на удары копьями отвечаем выстрелами из пистолетов; наши сабли звенят от резких ударов, но кони, фыркая, отступают и не дают нам поубивать друг друга. Мы устремляемся вперед и наступаем снова, недрогнувшей рукой поражая противников. Мы сражаемся без угрызений совести – мы сражаемся за свободу!

Поле боя! Сомкнутые ряды, рев пушек и грохот барабанов, дикие ноты горна, воинственный клич солдат, сражения плечом к плечу с соратниками, рукопашный бой, падающий противник и его предсмертный хрип, поражение, отступление, хриплое «ура!» победе! Хорошо помню это, но не могу описать.

Земли Анауака! Помнит она и другое, совершенно отличное – сцены нежной любви и бурной страсти. С раздором покончено – больше не бьют в военные барабаны и не дуют в горн; конь устало стоит в своем стойле, а захватчик бездельничает на захваченных землях. Любовь теперь победитель, и суровый солдат в плену нежной страсти.

Прекрасный край! Храню эти сладостные воспоминания для тех, кто не встретит на тех полях цветов. Однако не все мои воспоминания так прекрасны. Приятные и болезненные, радостные и грустные, они сжимают мое сердце в тисках бесконечных мук. Но печаль от грустных воспоминаний со временем утихает, а счастливые мгновения каждый раз будто сияют ярче. В беседках, как и в любом другом месте, розы, должно быть, усеяны шипами, но в приглушенном свете моей памяти я не вижу колючек, лишь прекрасные цветы.