Прочитайте онлайн Сын охотника на медведей. Тропа войны. Зверобой (сборник) | Глава V

Читать книгу Сын охотника на медведей. Тропа войны. Зверобой (сборник)
4012+4859
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Филимонова

Глава V

Он был одет так же, как Разящая Рука, кроме того, что вместо высоких сапог он носил мокасины. Конечно, не было на нем и шляпы. Напротив: его длинные густые черные волосы были зачесаны и стянуты в высокий хвост. Голову украшала широкая налобная повязка из кожи гремучей змеи. Никакие орлиные перья не украшали его прическу. Этому воину не требовались отличительные знаки вождя: достаточно было только взглянуть на него, чтобы тотчас понять – это весьма непростой человек. На шее он носил мешочки с «лекарствами», трубку мира и тройное ожерелье из медвежьих когтей: трофеи, которые он добыл сам в смертельных схватках. В руке он держал двустволку, деревянная часть которой была обита серебряными гвоздями. Это было знаменитое Серебряное ружье, пули из которого всегда находили свою цель. Его открытое, по-мужски красивое лицо имело почти римский профиль, скулы были почти незаметны, а кожа была матово-смуглой с легким бронзовым отливом.

Это был Виннету, вождь апачей, самый знаменитый из индейцев. Его имя звучало в каждой бревенчатой хижине, у каждого лагерного костра. Справедливый, умный, верный, храбрый до дерзости, не терпящий фальши друг и защитник всех нуждающихся в помощи, будь то красные или белые, он был известен во всех уголках Соединенных Штатов и даже за их пределами.

Разящая Рука поднялся с земли. Он хотел заговорить, но Виннету коротким жестом остановил его. Второй его жест означал, что надо быть настороже и прислушиваться к каждому шороху.

Издалека доносилось монотонное пение. Постепенно эти звуки становились все громче, следовательно, те, кто их издавал, приближались.

И вот Разящая Рука и его спутник услышали громкий лошадиный топот, стало возможным различить и слова приближающейся песни. Вернее, только слова «тотси-вув! тотси-вув!». Обозначает это не что иное, как скальп.

Теперь Разящая Рука понял, что оба немца не избежали столкновения с индейцами и были взяты в плен. Шошоны ехали вниз по склону друг за другом, как принято у индейцев. В середине цепочки находились оба пленника. Ноги их были крепко привязаны к лошадям, оружия при них, естественно, не было. Никаких следов ранений. А вдруг схватки вообще не было? Может быть, они, оказавшись в окружении, поняли, что сопротивление бесполезно, и сдались без боя.

Никто из шошонов не догадывался, что совсем рядом за ними кто-то наблюдает. Но пленные думали о Разящей Руке, которого оставили здесь. Они осматривались по сторонам и смотрели наверх. Разящая Рука должен был подать им знак, ведь он наверняка их заметил. Он, конечно, понимал, что кто-то из шошонов может его увидеть, но все-таки решился. Разящая Рука высунулся из-за куста и махнул шляпой. Когда он увидел, что Толстяк Джемми заметил его, он отпрянул назад.

Краснокожие исчезли из виду. Еще какое-то время можно было слышать однообразное «тотси-вув! тотси-вув!», потом наступила тишина.

Вдруг Виннету повернулся и, не сказав ни слова, ушел, оставив спутника одного. Тот спокойно ждал. Минут, должно быть, через десять апач вернулся, ведя своего коня в поводу. Поистине непостижимо, как животному удалось пробраться сквозь густой лес по такому обрывистому, покрытому галькой склону! Жеребец был тех же кровей, что и у Разящей Руки, хотя все же коню охотника можно было отдать предпочтение, ибо благородный вождь подарил своему белому брату лучшего из двух.

И вот они стоят рядом – два человека, сердца которых не дрогнут даже перед целым индейским племенем. Разящей Руке было достаточно одного только взгляда в лицо апача, чтобы понять, что не нужно никаких объяснений. Оба настолько хорошо были знакомы, что легко могли угадывать мысли друг друга. Поэтому белый спросил:

– Вождь апачей обнаружил место, где воины шошонов разбили свой лагерь?

– Виннету шел по их следу, – кивнул тот. – Они там, где в прежние времена вода стекала с гор в Кровавое озеро, и поднялись вверх по высохшему руслу реки. Дальше следы поворачивают влево и ведут через холмы, в настла-атахеле – котловину, где сейчас стоят их вигвамы.

– Это жилые палатки?

– Нет, военные. Их три, в них все воины и ютятся. Виннету точно сосчитал следы и написал на дереве, сколько их. В украшенном орлиными перьями вигваме живет их предводитель. Это Токви-Тей (Черный Олень), храбрый вождь шошонов. Виннету видел его издалека и узнал по трем шрамам на щеках.

– Так что решил мой краснокожий брат?

– Виннету не собирается показываться шошонам. Он не боится, они вышли на тропу войны, и борьба неизбежна, но все же он не хотел бы убивать никого из этих воинов, потому что они не сделали ему ничего плохого. Сейчас они взяли в плен двух бледнолицых. Мой белый брат хочет освободить их, так и будет, и Виннету все равно придется бороться с ними.

Апач так свободно говорил о мыслях и намерениях Разящей Руки, будто читал их. Для бледнолицего это было настолько очевидно, что он просто спросил:

– Думаю, мой брат понял, кто эти бледнолицые?

– Виннету увидел толстую фигуру белого и понял, что это Джемми-петаче – Толстяк Джемми. Другой хромал, когда слезал с лошади. Его конь был свеж, да и его костюм тоже, и это говорило о том, что он не мог слишком много времени провести в седле. Значит, этот человек живет где-то неподалеку, и именно поэтому он, скорее всего, легкомысленный Инди-хиш-шоль-денчу, которого бледнолицые называют Хромым Фрэнком. Он друг Охотника на Медведей.

У апачей нет специального слова, обозначающего «хромой». Произнесенные вождем четыре слова, означают «человек, который плохо ходит ногами». Что ж, это доказывало его проницательность.

– Мой краснолицый брат угадал имена обоих охотников, – произнес Разящая Рука. – Он заметил хромоту Фрэнка, следовательно, находился недалеко от нас, когда я с ними разговаривал, верно?

– Да. Виннету наблюдал за шошонами и увидел, что часть их направилась в сторону Кровавого озера. Виннету знал, что его белый брат будет рядом с озером, поэтому он поехал по холмам и через лес, к дереву нашей встречи. Лошадь не давала быстро продвигаться вперед, и я не успевал предупредить своего брата, поэтому я остановил коня, оставил его и бегом поспешил дальше. Отсюда уже и увидел внизу своего брата с двумя бледнолицыми. Он также увидел шошонов, которые заметили следы белых. Последние поспешили уйти, но были пойманы краснокожими, которые охотились на них. Теперь, разумеется, Разящая Рука попытается освободить их, и, значит, Виннету будет стоять на его стороне. Он также предположил, что оба белых здесь, у Кровавого озера и у Чертовой Головы, не одни. Они наткнулись на след Разящей Руки и отделились от своих товарищей для того, чтобы какое-то время исследовать его. Мой белый брат узнает, где находятся их спутники, и мы разыщем их, чтобы они помогли нам освободить пленников.

Это было очередным доказательством необычайной проницательности Виннету. Разящая Рука рассказал ему в нескольких словах, что он узнал от Джемми и Фрэнка. Апач внимательно слушал, а потом сказал:

– Тьфу! Тогда эти собаки сиу, отправившиеся в поход, должны увидеть, что Разящая Рука и Виннету не потерпят того, чтобы Охотник на Медведей принял мученическую смерть у столба пыток. Мы сегодня освободим Толстяка и Хромого Фрэнка, а затем поедем с ними и их товарищами к Йеллоустоуну, чтобы показать сиу из племени огаллала, что Разящая Рука, который когда-то одним кулаком убил трех их самых храбрых воинов, снова вернулся в горы Толи-тлицу.

Это сложное слово означает «Желтая река», то есть почти то же, что и название реки Йеллоустоун.

Разящая Рука был очень рад, что Виннету готов добровольно отправиться на помощь Бауману. Он сказал:

– Мой индейский брат угадал мое желание. Мы пришли в эти места не для того, чтобы проливать кровь краснокожих, но мы не позволим пострадать невинным людям из-за прошлой моей схватки. Пусть Виннету будет с теми, кто отправляется на спасение пленников!

Они свели своих лошадей вниз по крутому склону, а затем вскочили на них и быстро поскакали в том же направлении, которое ранее выбрали Джемми и Фрэнк для своего неудачного побега.

Уже почти стемнело, поэтому они пустили своих лошадей галопом. Вскоре наездники добрались до места, где шошоны настигли беглецов. Там они остановились на несколько минут, чтобы изучить следы.

– Тут не было никакой борьбы, – сказал Виннету.

– Нет. Бледнолицые даже не были ранены. Если бы они стали защищаться, шошонам трудно было бы взять их целыми и невредимыми. Они поступили мудро, когда, поняв, что бой может им только принести вред, добровольно сдались.

Виннету сделал один из своих своеобразных точных описательных жестов и спросил:

– Мой брат говорит «мудро»? Я хотел бы его спросить, поступил бы он или Виннету так, окажись они на месте тех, кто подвергся преследованиям со стороны шошонов?

– Сдались? Мы? Конечно нет!

– Хуг!

– Мы боролись бы до смерти, и многие шошоны пали бы, прежде чем взяли нас.

<