Прочитайте онлайн Сын охотника на медведей. Тропа войны. Зверобой (сборник) | Глава XIIГерильяс

Читать книгу Сын охотника на медведей. Тропа войны. Зверобой (сборник)
4012+4506
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Филимонова

Глава XII

Герильяс

После хорошего завтрака мы снова двинулись в путь по направлению едва видневшейся невысокой горы, за которой находилось наше село. Меня давно интересовала эта оригинальная возвышенность, и я несколько раз собирался ее исследовать, но все как-то не удавалось.

Такие одинокие возвышенности имеют обыкновенно вид купола, конуса или представляют ряд уступов; но гора, которая была перед нами, напоминала огромный плоский ящик.

Когда мы приблизились к горе, я увидел, что верхушка ее покрыта деревьями, а склоны сложены мелом и белым кварцем.

Подобные горы часто встречаются на американских плоскогорьях, где они известны под названием «месы».

Когда мы были приблизительно на расстоянии одной мили от подошвы горы, я стал рассматривать ее растительность. Здесь росли во всей красе и красный кедр, и юкки, и алоэ, и кактусы.

Мои охотники, очевидно, мало интересовались тропической растительностью. Они все время переговаривались между собой.

Вдруг будто из-под земли раздался голос старика-охотника:

– Индейцы!

– Индейцы? Где?

Я посмотрел в ту сторону, куда был обращен взгляд Гарея, и действительно увидел всадников, выезжавших из-за месы и направляющихся в долину.

Мы остановились. Двенадцать всадников отделились от общей группы и поскакали в нашу сторону.

На таком большом расстоянии трудно было разглядеть, кто это был: белые или индейцы.

– Если это команчи, – заметил Рюб, – то нам придется вступить с ними в бой.

Воинственное племя команчей занимает западную часть Техаса от Рио-Гранде до Арканзаса. Оно с давних пор враждовало с техасскими поселенцами, нападало на них, грабило и увозило женщин. Взаимная враждебность дошла до того, что при встрече двух людей в прерии цвет кожи решал, враги они между собой или нет.

Вражда еще больше обострилась, когда отряд команчей предложил командующему американской армией свои услуги, сказав:

– Позвольте нам сражаться вместе с вами. Мы ничего не имеем против вас и воюем только против мексиканцев, отнявших нашу родину.

Это предложение было отвергнуто, из-за чего потом возникла трехсторонняя война, о которой и идет сейчас речь.

Итак, если перед нами команчи, нам предстоит неизбежный бой.

Поспешно соскочив на землю, мы, укрывшись за лошадьми, приготовились к встрече с противником.

Всадники приближались к нам по два в ряд. Следовательно, это были не индейцы: они никогда не выстраиваются в два ряда.

Через минуту у меня мелькнула мысль, что это мои солдаты, так как мы обыкновенно строимся по двое. Но у этих всадников были копья, которых у нас нет.

Все трое пришли к убеждению, что перед нами или враждебные нам мексиканцы, или шайка разбойников, что почти одно и то же.

Всадники, все время ехавшие нам навстречу, вдруг повернули к западу, как будто намереваясь обойти нас с тыла.

По мере приближения этого загадочного отряда нам стало ясно, что это не регулярное войско, а герильяс или сальтеадоры.

Описав вокруг нас полукруг, отряд вдруг остановился, повернувшись к нам лицом. Это была очень хитрая уловка. Солнце, находившееся теперь позади них, не могло мешать им, тогда как нам оно светило прямо в глаза, что сильно затрудняет прицел.

Неприятель стал заряжать ружья, готовясь к нападению.

Нам оставалось только биться насмерть или сдаваться. На последнее никто из нас не был согласен. Мы никогда бы не решились на это. Лучше пусть они убьют нас в бою, чем расстреляют или повесят потом, как собак.

Правда, враг превосходил нас количеством, но зато мы были прекрасно вооружены и стреляли без промаха.

Это соображение и спокойствие моих друзей сильно подбодрило меня.

Перед линией наших врагов гарцевал какой-то человек, громко говоря и оживленно жестикулируя. Ему отвечали криками «Вива!», но отряд их по-прежнему стоял неподвижно.

Мы же тем временем связали наших лошадей (Гарей успел уже объездить белого коня) в виде четырехугольника, в котором и поместились, как за баррикадой. Из-за лошадей виднелись только наши ноги и головы. Таким образом ожидали мы нападения врага.

Вот вновь раздались крики «Вива!», и неприятель двинулся вперед. Мы были готовы встретить врага, но они, приблизившись на триста ярдов, остановились.

– Трусы! – закричал Рюб. – Что вам нужно? Почему вы остановились?

– Мы друзья, – последовал ответ.

– Друзья! – воскликнул охотник. – Хороши друзья, нечего сказать!

– Да, друзья, – повторил начальник отряда. – Мы не сделаем вам вреда. В доказательство я велю моим солдатам вернуться в прерию, а мой лейтенант без оружия выйдет к одному из вас для переговоров.

– Какие тут могут быть переговоры! – ответил Гарей. – Вы нам не нужны, а вам что нужно от нас?

– У меня к вам есть дело, – промолвил мексиканец, – именно к вам. Мне надо переговорить с вами наедине.

Это заявление нас крайне удивило. Что могло быть общего у Гарея с этим мексиканцем? Гарей утверждал, что никогда в жизни не видел его, хотя мог и ошибаться.

Лицо незнакомца было настолько закрыто большой шляпой, что разглядеть его было невозможно.

Посоветовавшись между собой, мы решили принять предложение неприятеля.

Переговоры состоялись при следующих условиях: всадники, кроме предводителя и его лейтенанта, отъехали на полмили назад. Предводитель остался на своем месте, а на полпути между ним и нами произошла встреча Гарея с лейтенантом.

Последний предварительно сошел с лошади, положил свое ружье на землю и направился к назначенному месту.

То же самое сделал и Гарей, после чего начались переговоры.

Они длились недолго.

Мексиканец часто указывал на нас, как будто речь шла о Рюбе или обо мне. Вдруг Гарей быстро обернулся в нашу сторону и закричал по-английски:

– Знаете ли, что ему нужно? Он хочет, чтобы мы выдали капитана, а за это обещает нам свободу!

– Что же ты ему ответил? – осведомился Рюб.

– Вот мой ответ! – воскликнул Гарей, подняв кулак и ударив по лицу мексиканца с такой силой, что тот повалился на землю.