Прочитайте онлайн Султан и его гарем | XXIIЗаговор министров

Читать книгу Султан и его гарем
2618+27028
  • Автор:
  • Перевёл: А. Павлова-Пернетти
  • Язык: ru

XXII

Заговор министров

Прошло несколько дней со времени внезапного ареста принцев. Народу об этом ничего не было известно, но при дворе эта весть произвела сильное впечатление.

В доме военного министра Гуссейна Авни-паши собралось тайное собрание министров и разных влиятельных лиц. По обстановке можно было принять его за простое дружеское собрание по случаю обеда или чего-нибудь подобного, действительная цель его была неизвестна.

Тут находились министры Мехмед Рушди-паша, Мидхат-паша, Халиль-паша, Рашид-паша и Ахмед Кайзерли-паша, далее Мансур-эфенди и комендант столицы Редиф-паша.

Цель собрания была известна всем, кроме Мидхата и Халиля, так как те не присоединились еще до сих пор к планам заговорщиков.

Разговор зашел сначала о последних событиях на театре войны, и Гуссейн Авни-паша, не колеблясь, объявил, что при настоящих условиях, при царствовании Абдул-Азиса, нечего и думать об успехе.

– Разве вы не видите, друзья мои, – прибавил он, – что все теперь настроены против султана. Что вы скажете о его недавнем возмутительном поступке относительно принцев?

– Этого нельзя долее выносить! – объявил Рашид. – Или мы должны спокойно смотреть, как убьют наследника трона? Да, убьют! Разве ты не знаешь о покушении на жизнь принцев, Мидхат-паша?

– Я ничего до сих пор не знал об этом, – отвечал Мидхат.

Мансур-эфенди с удовольствием смотрел на этот взрыв недовольства, так долго им подготавливаемого возмущения. Конечно, он и не думал объяснять, чья рука направила кинжал убийцы.

– Да, это так, как говорит Рашид-паша, – подтвердил Мехмед Рушди. – Нанятый убийца проник в покои принца, и, если бы принц Гамид не успел вовремя заметить опасность и отклонить руку убийцы, наследник престола неминуемо погиб бы.

– Это, действительно, неслыханно! – сказал мрачно Мидхат-паша.

Он давно уже был недоволен в глубине души, и одного повода было достаточно, чтобы заставить его употребить свою энергию и решительность на пользу заговора.

– Причина этого покушения ясна! – сказал военный министр, этот враг султана и принца Юсуфа с тех пор, как последний пренебрег его дочерью. – Хотят переменить порядок престолонаследия, а что более всего облегчит исполнение этого плана, как не устранение тех, кто имеет право на престол!

– Этот план никогда и ни в коем случае не должен исполниться! – вскричал Мидхат-паша.

– Значит, ты одного с нами мнения, благородный паша, – сказал Рашид. – Нововведения не должны быть терпимы.

– Мы должны препятствовать исполнению этого плана всеми силами, хотя бы даже пришлось прибегнуть к открытой силе! – объявил морской министр Ахмед Кайзерли-паша.

– Я тоже думаю, что только энергичные меры могут спасти старые законы, – поддержал Мехмед Рушди. – Ты молчишь, мой благородный Халиль, что же ты думаешь делать, когда будут силой менять порядок престолонаследия? Ты будешь спокойно смотреть на это?

– Этого я не хочу и не могу! – отвечал Халиль-паша.

– Этого не может сделать ни один истинный мусульманин! – вскричал Рашид.

– Тогда мы должны действовать, – заметил Гуссейн. – У нас не спрашивают более нашего мнения, делают без нас все, что хотят!

– Хотят, должно быть, исполнить свои планы при помощи нового великого визиря, – сказал насмешливо Ахмед Кайзерли-паша. – Этот Сади-паша только для этого и годится! Кто из нас поддерживает его? Никто!

– Зачем этот человек стоит во главе управления? – заметил Мидхат. – К чему нам все его свободные идеи, его стремления к переменам и нововведениям? Знаете вы его предложения, друзья мои? Нашей власти конец, если они будут приведены в исполнение! К чему нам это равенство прав, уменьшение налога с вассальных государств, учреждение школ – все эти выдумки Сади-паши!

– Не любовью и благодеяниями, а оружием должны мы уничтожить восстание. Мы обязаны быть верны нашим старым законам, чувствовать, что мы турки и мусульмане!

– Да, мы должны быть верны нашей вере! – сказал, поднимаясь, неожиданно Мансур-эфенди. – Пусть она будет нашим руководителем, в это мрачное время! Благородный Мидхат-паша сказал, что мы должны твердо придерживаться наших старых законов, и это-то и есть главное! Кто хочет их уничтожить, должен пасть, хотя бы вместе с ним разрушилось государство! У нас только один выбор, друзья мои: или мы свергнем неверных и неспособных, или мы сами падем!

– Скажи лучше прямо, Мансур-эфенди, или султан падет, или мы вместе с государством! – вскричал Гуссейн Авни-паша.

– Ты сказал решительное слово! Другого выбора у нас нет, – поддержал Рашид.

Глаза Мидхата-паши мрачно сверкнули. Вместе с сознанием опасности им сильнее овладевало желание принять участие в исполнении смелого плана. Замышлялась ни более ни менее как государственная измена, и если бы слова, сказанные в доме Гуссейна, дошли до ушей султана, каждый из присутствующих получил бы непременно красный шнурок.

Они замышляли наложить руки на наследника пророка, на тень Бога, лишить его власти и захватить управление государством в свои руки.

– Да, другого выбора быть не может! – подтвердил Ахмед Кайзерли-паша.

– Теперь надо только узнать, что скажет Шейх-уль-Ислам, – заметил Мехмед Рушди. – Я думаю, его надо пригласить сюда.

– Нет, друзья мои, – возразил Гуссейн. – Его появление здесь могло бы возбудить подозрение. Разве нет с нами мудрого Мансура-эфенди? Что скажет он о нашем намерении?

– Свержение султана справедливо и необходимо, когда этого требует вся страна! – отвечал Мансур-эфенди.

– Не довольно ли для этого решения министров? – спросил Гуссейн.

– Нет! Но я могу поручиться за согласие Шейх-уль-Ислама, – продолжал Мансур. – Известно, что с некоторого времени Абдул-Азис страдает припадками умопомешательства. В эту ночь будет подобный припадок, и это обеспечит вашему плану помощь Шейх-уль-Ислама и его подчиненных во всем государстве.

Как мог знать вперед Мансур о том, что в эту ночь с султаном будет припадок безумия? Как мог он сказать об этом заранее, если бы этот припадок не был делом его рук!

– Тогда исчезает последняя трудность! – вскричал Рашид. – В народе ни один голос не поднимется на защиту султана.

– Особенно если будет лишен престола мертвый! – прибавил мрачно Гуссейн.

Вдруг в эту минуту в дверях залы послышался стук.

Заговорщики с изумлением переглянулись, как бы спрашивая друг у друга, что это может значить.

Гуссейн колебался, не зная, отворить ли дверь или нет.

Но стук снова повторился, и притом громче прежнего. Гуссейн подошел тогда к дверям и отпер их.

На пороге показался его адъютант.

– Простите, ваше превосходительство! – сказал он. – Великий шейх Гассан приехал с поручением от его величества султана и желает видеть вас.

Делать было нечего. Гуссейн не мог не принять посланного султаном и скрепя сердце велел просить его войти.

Гассан вошел и поклонился побледневшему Гуссейну, который уже думал, что его замыслы стали известны султану и его дворец оцеплен солдатами.

– Его величество султан посылает меня к тебе, благородный Гуссейн Авни-паша, – сказал Гассан, обращаясь к Гуссейну. – Его величество, видя твое усердие и верность, желает, по представлению великого визиря Сади-паши, дать тебе доказательство своего благоволения.

Гуссейн ожидал всего, только не награды!

Прочие министры, казалось, были также изумлены.

– Его величество султан, – продолжал Гассан, – награждает тебя орденом Османии с бриллиантами.

С этими словами Гассан приказал войти ожидавшему его в соседней зале камергеру и, взяв у него лежавший на красной шелковой подушке орден, передал его изумленному Гуссейну.

Одну минуту Гуссейн, казалось, колебался, но вскоре ненависть одержала верх над раскаянием и благодарностью.

Между тем Гассан внимательно смотрел на лица присутствовавших; какой-то внутренний голос говорил ему: вот враги султана!

– Прошу тебя, Гассан-бей, передать его величеству мою глубочайшую благодарность, – сказал наконец Гуссейн, принимая орден.

Только когда Гассан вышел из залы, смогли заговорщики вздохнуть свободно.

– Выслушайте меня, друзья мои! – сказал Мехмед Рушди. – Скрывалось ли шпионство за этой присылкой ордена или это было просто совпадение, но во всяком случае нам надо ускорить наши действия.

– Да, это правда, Рушди-паша, – подтвердил Рашид. – Этого любимца султана и принца Юсуфа надо остерегаться. Я заметил его пытливые взгляды, он нам не доверяет!

– Зачем при дворе эти любимцы, ради которых отстраняют от дел других, более достойных? Что мне в этом ордене, когда я получил его благодаря милости выскочки! – вскричал в бешенстве Гуссейн, бросая орден на пол. – Кто управляет султаном? Этот Сади-паша, из-за которого был отставлен благородный Мидхат-паша, и этот любимец султана, великий шейх Гассан-бей! Клянусь Аллахом, это должно кончиться! И это будет так, если вы все думаете, как я!

– Да, мы все согласны с тобой! – раздалось со всех сторон.

– Выслушайте мой совет! – послышался голос Мидхата-паши.

– Говори, благородный паша! – сказал Гуссейн. – Мы готовы последовать твоим советам!

– Нам необходимо принять твердое решение! – начал Мидхат-паша. – Не возбудив подозрений, нам едва ли можно будет еще раз собраться. Поэтому я советую обсудить сегодня весь план действий. Кто за свержение султана, тот пусть подойдет ко мне, кто же против, тот пусть останется на своем месте!

Все столпились около Мидхата, даже Халиль-паша присоединился к заговорщикам.

– Хорошо, друзья мои! – продолжал Мидхат. – Свержение Абдул-Азиса, значит, решено. И чтобы не рисковать успехом, мы должны спешить.

– Назначь день или ночь! – сказали заговорщики.

– Скоро будет последнее число мая, пусть оно и будет последним днем власти Абдул-Азиса и его сына.

– Хорошо, мы согласны.

– Мудрое предложение Мидхата-паши принято! – вскричал Гуссейн. – Мудрый Баба-Мансур ручается нам за помощь Шейх-уль-Ислама. Но если нам удастся свергнуть султана, нам необходимо будет докончить дело и не останавливаться на полпути. Что сделаем мы с Абдул-Азисом? Смерть должна сделать трон свободным и успокоить нового султана. Абдул-Азис и его сын должны погибнуть!

Несколько минут продолжалось молчание. Слова Гуссейна, казалось, устрашили всех.

– Отчего вы молчите, друзья мои? – продолжал он. – Вы сделали уже один шаг и останавливаетесь перед вторым? Я повторяю еще раз, Абдул-Азис и его сын Юсуф должны погибнуть! Поручите мне сделать их смерть похожею на самоубийство.

– На самоубийство помешанного! – прибавил хладнокровно Мансур-эфенди.

Мидхат и Халиль с немым изумлением смотрели на бывшего Шейх-уль-Ислама. Его хладнокровие пугало их; они нуждались в нем для своих целей, но чувствовали тем не менее к нему невольное отвращение.

– Прежде всего должен быть устранен Сади-паша, – продолжал Гуссейн. – Этот новый советник султана и великий визирь стоит нам поперек дороги. Он должен быть устранен, так как нам никогда не привлечь его на нашу сторону.

– И великий шейх Гассан должен пасть! – сказал Мансур-эфенди.

– Прежде всего подготовить падение Сади-паши, – сказал Рашид. – Запугайте султана ужасом грозящего ему возмущения, подготовленного этим выскочкой, и не пройдет и дня, как великий визирь падет!

– Я предлагаю свою помощь в этом! – вмешался Мехмед Рушди.

– О, если ты присоединишься ко мне, никакая сила на земле не спасет Сади-пашу! – вскричал Гуссейн.

– Я тоже готов помочь вам, – сказал Рашид.

Мансур улыбнулся.

– Он будет первым! – заметил он. – За ним последуют султан и все его приверженцы!

Разделив таким образом между собой роли в предстоящей кровавой драме, заговорщики расстались.