Прочитайте онлайн Страсть по-итальянски | Глава 2

Читать книгу Страсть по-итальянски
3016+761
  • Автор:
  • Перевёл: У. В. Саламатова
  • Язык: ru

Глава 2

Лили оглядела маленький гостиничный номер. Хотя такси придет лишь через полчаса, все уже было готово к отъезду. Взгляд ее упал на багажную этикетку сумки с ноутбуком. Там значилось «Доктор Лилиан Райтингтон» – едва ей исполнилось восемнадцать, она взяла девичью фамилию бабушки по материнской линии, чтобы ничто не указывало более на ее происхождение из скандально известной семьи.

После защиты диссертации прошло уже больше года, однако сердце ее до сих пор слегка замирало при виде указания ученой степени рядом с именем. Рик никак не мог понять ее выбор, что было вполне объяснимо, ведь он совсем иначе воспринимал образ их общего отца.

А ей снова – впервые за долгое время – приснился старый кошмар. Все шло по прежнему сценарию: отец звал ее в студию, чтобы она попозировала ему вместо заболевшей модели. Мысль о том, что ее будут фотографировать, вселяла привычный страх. Пытаясь успокоиться, она стала искать свою камеру, и тут в студию вошел мужчина. Черты его лица во сне были размыты, но Лили все равно узнала его и испугалась. Вошедший направился к ней, и она в страхе стала звать отца на помощь, но тот был где-то занят и не обращал внимания. Тут он протянул к ней руку, девушка почувствовала, как ее охватывает ужас, отвращение и негодование на отца, не спешащего на помощь. И вдруг дверь в студию снова открылась, впуская человека, при виде которого Лили испытала облегчение и рванула ему навстречу, торопя момент, когда его руки сомкнутся вокруг ее ладоней. Лили чувствовала, что вошедший зол, но понимала, что теперь она в безопасности: он защитит ее.

Было странно, что мозг ее представил в роли спасителя давешнего знакомого, ворвавшегося в студию и обвинившего ее в куче грехов. Хотя объяснение все-таки было: этот человек придерживался той же точки зрения на модельный бизнес, что и она сама, так рано научившаяся бояться оборотной стороны этой индустрии. Вот он, очевидный ответ, и нет смысла копаться в этом дальше.

Намного больше ее беспокоило, что сон опять вернулся. Похоже, вся обстановка студии всколыхнула старые воспоминания. Лили снова напомнила себе: теперь она другая – доктор Лилиан Райтингтон, защитившая диссертацию по влиянию итальянского искусства на британскую знать.

Тут администратор сообщил, что такси прибыло, и Лили направилась на выход. Она слегка нервничала по поводу встречи с самим князем ди Лючецци, но совсем немного. По роду своей деятельности в качестве приглашенного искусствоведа ей неоднократно приходилось сталкиваться с титулованными и состоятельными особами. Комитет, с которым она сотрудничала, часто организовывал различные мероприятия по привлечению спонсоров. И потом, благодаря своим научным интересам, она знала о стольких фамильных секретах многих знатных семей, что могла общаться с ними без особого стеснения и боязни.

Дело в том, что в своих исследованиях Лили фокусировалась не на художниках или скульпторах как таковых, а на личности меценатов, их поддерживавших. Ей было интересно понять, что же заставляло того или иного богача заинтересоваться конкретным произведением или живописцем. Как всегда, в основе всего лежали человеческие отношения – этот лабиринт, минное поле, где все просто и сложно одновременно.

Лили была настолько погружена в прошлое, что не особенно интересовалась лицами, населяющими настоящее. Поэтому она не стала наводить справки о князе ди Лючецци. Коллеги сообщили, что редчайшая возможность посетить ряд частных поместий выдалась ей исключительно благодаря князю. Кроме того, по его настоянию и за его же счет она остановится во всемирно известном роскошном отеле «Вилла д’Эсте» на озере Комо. Тем не менее для нее это был лишь очередной партнер по организации выставки, с которым предстоит работать по поручению комитета.

В то же время девушка знала, как важно первое впечатление, поэтому тщательно продумала, что надеть на прием. Не будучи поклонницей мира моды как такового, она тем не менее выросла в нем и имела определенное чувство стиля. При своих ста семидесяти сантиметрах с небольшим Лили почти во всем смотрелась хорошо. В обычной обстановке она предпочитала футболки и джинсы, но для ответственных мероприятий имела приличествующий гардероб простых, но элегантных и хорошо сшитых вещей.

Сегодня на ней было светло-бежевое платье без рукавов с вырезом под горло. Оно мягко струилось по фигуре, не облегая ее. К нему шли изящные черные кожаные туфли и сумочка. Из украшений лишь нитка жемчуга, принадлежавшая еще прабабушке, да часы фирмы «Картье», доставшиеся от матери, и пара бриллиантовых сережек-гвоздиков. Серьги она переделала из обручального кольца, тоже перешедшего ей от матери.

После того как мать покончила с собой, отец отдал все ее украшения Лили. Она оставила себе только часы и обручальное кольцо, а остальное продала, пожертвовав затем вырученную сумму в фонд помощи бездомным. Это казалось символичным: ведь и сердце ее матери лишилось покоя и пристанища от бесконечных интрижек отца.

Выйдя из такси, Лили остановилась как вкопанная: перед двойными дверями, в которые ей следовало пройти, чтобы попасть на прием, стоял мужчина, оскорбивший ее своими яростными нападками накануне.

– И что же это вам тут понадобилось? – с недовольной гримасой проговорил он.

«Не думает же он, что я его преследую!» – возмущенно подумала Лили и уже собралась было заговорить, но тут грубиян заметил багажную этикетку на ее сумке и недоверчиво спросил:

– Так это вы доктор Райтингтон?

– Да, это я. А вы кто? – Лили видела, что вся ситуация явно доставляет собеседнику не больше удовольствия, чем ей самой.

Глаза мужчины метали золотые молнии, когда он сухо представился:

– Марко ди Лючецци.

«Не может быть! Только не это! Господи, пусть это будет просто родственник, которого князь послал вместо себя!» – взмолилась Лили, чувствуя, как досада уступает место панике, и вслух спросила:

– Вы князь ди Лючецци?

– Предпочитаю обходиться без титулов. – Резкий ответ развеял последнюю надежду Лили. Все-таки это именно тот Марко, с которым ей предстоит бок о бок провести ближайшие две недели. – Если вы готовы, пройдемте внутрь, я вас познакомлю с некоторыми представителями родов, чьи имения вы будете осматривать.

– Я видела список гостей, мне из комитета прислали. – И Лили направилась к дверям, только чтобы скорей хоть ненадолго избавиться от его компании.

Но вдруг Марко стремительным движением опередил ее и преградил ей путь.

«Не драться же с ним», – подумала девушка, и при мысли об этом ей вдруг вспомнилось, как вчера на лестнице перед студией он коснулся ее. Мгновенно жар разлился по телу. Да что же это с ней творится! За что ей это! Почему судьба вновь столкнула их? И почему его присутствие вызывает такую бурю чувств? Ее душевное равновесие вновь оказалось под угрозой!

Марко нахмурился, ощутив запах духов собеседницы. Очень тонкий и струящийся аромат, под влиянием которого ему хотелось наклониться ближе и вдохнуть запах полной грудью. «Глупости! Это все специальные уловки!» – напомнил он себе и решительно спросил:

– А в комитете знают, чем вы занимаетесь в свободное от работы время? Знают о вашей, гм, подработке?

«Похоже, это угроза! Но он заблуждается на мой счет, и молчать я больше не намерена. И пускай успех всего предприятия, ради которого я приехала, зависит от него. Я все равно отвечу: я имею право защищать свое имя!» – подумала Лили, хотя оправдываться не очень хотелось.

– Это не подработка. Я просто оказала любезность знакомому и подменила его в последнюю минуту. – «В конце концов, так оно и было».

Марко почувствовал, что эта женщина злит его все сильнее. Она играет словами так же, как судьбами молодых глупцов, подобных его племяннику.

– Так в комитете не знают? – переспросил он.

– Тут и знать-то не о чем. Я просто помогла кое-кому…

– Просто помогла? Вот как это теперь называется? А по-моему, для этого существует другое слово! – Марко не понимал, как женщина, пытавшаяся купить его племянника, и доктор Райтингтон могли оказаться одним и тем же человеком. Но факт налицо: искусствовед явно вела двойную жизнь. Только зачем высокооплачиваемому и уважаемому в своих кругах специалисту ввязываться в такую грязь? Он вспомнил Оливию и почувствовал, как в нем вновь пробуждаются ярость и боль утраты.

Они дружили с детства и, по сговору семей, в один прекрасный день должны были пожениться. Но оказалось, что Оливия тайно стала подрабатывать моделью, надеясь добиться славы на этой ниве. Славы она так и не добилась, зато погрязла в наркотиках, докатилась до проституции и, в конце концов, рассталась с жизнью. И все это под чутким руководством такой же, как эта вот Райтингтон. Никогда больше он, Марко ди Лючецци, не поверит женщине.

– Зачем это вам? – Голос мужчины звучал сурово.

Лили чувствовала его отвращение к себе. Его слова били как пощечины, было больно и неприятно. Ничем она не заслужила подобного к себе отношения. И почему ее так трогают его речи? Какая разница, как он к ней относится? Почему-то она чересчур восприимчива ко всему, что исходит от этого человека!

– Что именно? – уточнила Лили.

– Не надо притворяться. Вы прекрасно понимаете, о чем я. Та захудалая студия! Ваши приставания к моему племяннику…

Щеки Лили покраснели, хотя лично ей стыдиться было нечего.

– Повторяю: я просто оказала услугу одному человеку.

Казалось, ответ ее лишь подлил масла в огонь.

– Хороши услуги! – грубо бросил он, с трудом сдерживая гнев. – Скажите-ка, вас что, совсем не беспокоит моральная сторона вопроса? Вы хоть понимаете, что губите жизни?

Они ступили на запретную территорию. Сердце Лили билось тяжело и болезненно. Была во всем этом горькая ирония: именно ей приходилось выслушивать подобные обвинения! Это невыносимо, и лишь инстинкт самосохранения, удерживая от дальнейшей дискуссии, не давал пускаться в пространные объяснения. Поэтому она лишь повторила:

– Не знаю, почему я должна перед вами оправдываться. Но говорю еще раз: меня попросили провести съемку для каталога одежды. И все.

– Да? А как вы объясните, что к молодому парню подошли в студенческом баре, пригласили именно на эту съемку, обещая карьеру модели? Этот ваш знакомый не говорил вам, почему именно так он подыскивает моделей? Есть же специальные агентства, базы данных тех, кто уже имеет хоть какое-то представление о всех подводных течениях этого бизнеса.

Каким-то непонятным образом он подбирал те слова, которые ранили сильнее всего. Ведь она распрощалась с прошлым, создала себе новую жизнь, в которой не было места прежней Лили. Так она пыталась убежать от теней прошлого, которых, видимо, все еще боялась. И ведь все шло так хорошо, она начала по-настоящему гордиться собой, своими достижениями, и теперь из-за какого-то мужчины все вновь под угрозой. Она призывала себя сохранять спокойствие и мыслить логически, ведь она знает правду о себе.

Переведя дыхание, Лили ответила:

– За подобные каталоги платят немного, поэтому мой… тот, кому я помогла, старался обойтись как можно меньшими средствами. Вот и пригласил вашего племянника. Никаких иных целей он не преследовал.

– Думаете, я в это поверю? Где логика? Ваш знакомый еще и позвал его на вечеринку, где должны были присутствовать какие-то величины из мира моды.

Это уже было слишком. Лили почувствовала, что в самообладании пробита брешь. Мало того что приходится оправдываться за брата, так еще и терпеть такое отношение от Марко ди Лючецци… По сути, он обвинил ее в попытке совращения племянника и продажи его неким шишкам. Рик, конечно, не ангел, но он лишь пытался произвести впечатление, не более того.

– Вы заблуждаетесь насчет нас с Риком, – выпалила Лили. – Если хотите знать, я придерживаюсь точно того же мнения насчет грязной стороны модельного бизнеса, что и вы.

Однако Марко уже приходилось слышать подобные слова. Когда-то именно так ответила восемнадцатилетнему доверчивому юноше хозяйка агентства, на которое работала Оливия. Но она солгала, как теперь лжет стоящая перед ним женщина.

Но почему его так это задевает? Почему ему больно от того, что именно эта красавица оказалась очередной лгуньей? Глупости, ему все равно. Марко ди Лючецци нет до нее никакого дела.

– Как-то все это не соответствует тому, что я видел. Я вам не верю.

Лили на мгновение замерла. Стало ясно: мужчина настроен категорически и, что бы она ни сказала, его не переубедить. Что ж, придется использовать его же тактику.

– У вашего племянника был выбор. Никто его под дулом пистолета не принуждал брать деньги, соглашаться на съемку и участие в вечеринке, – проговорила Лили холодным, спокойным голосом. – Вместо того чтобы обливать меня грязью, лучше бы ему, а не мне допрос учиняли. В конце концов, молодой человек из такой знатной и состоятельной семьи, как ваша, не стал бы хвататься за подобную низкооплачиваемую работу, если бы у него не было на то особых оснований.

– Например?

Голос мужчины звучал глухо. Внешне ничего не изменилось, но Лили была уверена – слова ее попали в точку. Ей даже на мгновение стало его жаль, однако она быстро напомнила себе, что этот человек в ее жалости не нуждается.

– Например, дядя, который держит его в ежовых рукавицах? – невинным тоном предположила она, не ожидая, что князь снизойдет до ответа на подобное замечание.

Однако тот произнес:

– Пьетро еще очень юн и склонен к импульсивным поступкам, а также уверен в собственной неуязвимости. Мать слишком его избаловала. Чтобы в один прекрасный день начать управлять большими капиталами, сначала нужно научиться распоряжаться суммами несколько меньшими, но, должен заметить, вовсе не нищенскими. Можете называть это ежовыми рукавицами. Я считаю, это тренировка очень важного навыка жить по средствам.

– Может, стоит рассказать все это ему, а не мне? – откликнулась Лили. – Понимаю, для вас важно благополучие племянника. А для меня важно выполнить работу, которую мне поручил комитет. – С этими словами она многозначительно кивнула в сторону дверей.

– А вам можно доверять такую работу? Не исчезнете вдруг, чтобы опять оказать услугу знакомому?

– У вас нет ни права, ни оснований сомневаться в моей профпригодности!

– Отнюдь. Ведь я, по сути, поручаюсь за вас, когда договариваюсь о визитах в частные владения. А основания для сомнений вы мне сами вчера подкинули.

Лили уже порядком утомил этот разговор. Желая поскорее избавиться от князя, она напомнила:

– Мы заставляем себя ждать! – И снова посмотрела на дверь, дорогу к которой до сих пор преграждал упрямый собеседник, не сводящий с нее внимательных глаз.