Прочитайте онлайн Стерто с лица земли | Глава 5

Читать книгу Стерто с лица земли
4816+1599
  • Автор:
  • Перевёл: Ирина Юдина

Глава 5

Выходные прошли слишком быстро, решила Шарлотта, стуча в дверь Адамсов утром в понедельник.

Всю субботу она занималась домашними делами, а также заполняла ведомости «Домового напрокат» и подсчитывала доход. В воскресенье Шарлотта ходила в церковь, потом отправилась на еженедельный семейный обед, где съела острый джамбалайя, и в результате у нее всю ночь болел живот.

Щелкнул замок. Вздохнув от усталости и надеясь, что выглядит лучше, чем себя чувствует, Шарлотта выпрямилась и выдавила приветливую улыбку.

Когда дверь распахнулась и на пороге появилась Мими, Шарлотта чуть не упала в обморок. Мими была в ночной рубашке и халате, на лице — ни грамма косметики, воспаленные глаза обведены черными кругами, волосы всклокочены, будто она только что вылезла из кровати. Может, она заболела?

Мими кивнула в знак приветствия, отошла в сторону и жестом пригласила Шарлотту войти.

— Боюсь, работы у вас сегодня по горло, — сказала она. — В доме все вверх дном. — Мими закрыла дверь и заперла ее. — На эти выходные решили приехать сын и дочь, — объяснила она, повернулась и пошла по коридору к кухне. Шарлотта последовала за ней.

— Пришла Джун, — через плечо бросила Мими. — Мы пьем чай на кухне.

— Тогда я начну со столовой и гостиной, — предложила Шарлотта.

— Как вам угодно, — пожала плечами Мими.

— Мими, извините, но вы хорошо себя чувствуете?

Мими остановилась и посмотрела Шарлотте в глаза.

— Я просто устала, — ответила она, — но спасибо за заботу.

Обычно Шарлотта начинала уборку сверху и постепенно спускалась вниз. В столовой это означало в первую очередь протереть сложную медно-хрустальную люстру и широкие карнизы над окнами. И, нравилось это Шарлотте или нет, столовая находилась рядом с кухней, так что она невольно слышала, о чем там говорят.

Шарлотта сбросила туфли, вооружилась метелочкой и залезла на стул, чтобы дотянуться до люстры.

— Ну ладно, Мими, что случилось? — спросила Джун.

— Я не хочу об этом говорить, — ответила Мими умирающим голосом.

— Но что-то ведь произошло. Ты чуть не плачешь все время, что я здесь. Что-то с Эммой или Джастином? У них все хорошо?

— У Эммы и Джастина все прекрасно.

— Значит, это из-за Гордона, да? Я вижу по твоему лицу. Что-то происходит с Гордоном. Ох, дорогая, не плачь! Вот платок…

— Прости, — всхлипнула Мими, — но я правда не хочу об этом говорить.

— О чем говорить? Перестань. Если рассказать кому-то, это иногда помогает.

— Просто… Просто я сама до сих пор никак не могу в это поверить.

— Во что поверить?

— Я думаю, у Гордона роман.

— О нет, не может быть, — запротестовала Джун. — Только не у Гордона.

Шарлотта замерла. Еще один роман? Что, черт подери, происходит со всеми этими людьми? Сначала говорили о том, что у мужа Джун, возможно, с кем-то роман, потом Рита думала, что у Мими роман с ее мужем Доном, а теперь Мими полагает, что роман у ее мужа.

— Нет, может, — заявила Мими со слезами в голосе. — Гордон каждый вечер приходит все позже и позже, и его теперь все время нет в офисе. И… и я нашла помаду на воротнике его рубашки.

— Но я уверена, что всему этому есть объяснение.

— Да, и это объяснение зовут Рита.

От удивления Шарлотта чуть не упала со стула. Этим людям нужен психотерапевт, решила она, слезая. И чем больше она об этом думала, тем ей становилось смешнее. Шарлотта почувствовала, что на нее напал приступ глупого хихиканья. Групповая терапия. Вот что им всем необходимо. Шарлотта фыркнула, прикрыла рот ладонью и помолилась, чтобы Джун и Мими ее не слышали.

Нужно отдать Джун должное: она возразила.

— Хватит, Мими, это смешно. Гордон не сделает ничего подобного, и уж точно не с Ритой.

— Почему нет? Для Риты это лучший способ отомстить мне за так называемый роман с Доном.

— Нет, я не верю этому. Неужели ты настолько плохого мнения о Гордоне? У него слишком хороший вкус, чтобы связываться с такой женщиной, как Рита. Ты просто все еще расстраиваешься из-за того, что случилось в пятницу.

Шарлотта не могла больше этого выносить. Все происходящее было грустно и гадко и совсем не смешно, но она просто не могла справиться с собой. Если она сейчас же что-нибудь не сделает, то выставит себя круглой дурой, и вдобавок ее уволят. Схватив свою коробку, Шарлотта выбежала в гостиную.

Через несколько минут хлопнула задняя дверь. Потом на лестнице на секунду появилась Мими.

— Я пойду к себе комнату, Шарлотта, — сказала она, — и не хочу, чтобы меня беспокоили.

К ужасу Шарлотты, Мими просидела взаперти половину дня. Шарлотта убрала комнаты на первом и на втором этаже — все, кроме хозяйской спальни. Шарлотта надеялась до обеда закончить и с этой комнатой, но, поскольку Мими не выходила, она решила, что вполне может пообедать пораньше. Она рассчитывала, что Мими выйдет из спальни не слишком поздно, чтобы можно было навести там порядок до того, как настанет время готовиться к собранию ОСН.

Шарлотта сидела на кухне и доедала салат, принесенный из дома, когда Мими наконец сошла вниз. Перемена в ее внешности была поразительной. Шарлотта понимала, что с глупым видом таращится на Мими, но ничего не могла с собой поделать.

Темные волосы Мими были собраны назад в пучок, что подчеркивало ее высокие скулы. Макияж скрыл темные круги под глазами. На ней было облегающее платье, которое могла себе позволить надеть лишь такая высокая и стройная женщина.

— Я неплохо над собой поработала, правда? — довольно усмехнулась Мими. — Немного косметики, правильная прическа и подходящая одежда могут творить чудеса.

Это превращение так потрясло Шарлотту, что на несколько секунд она лишилась дара речи.

— Вы просто сногсшибательно выглядите, — наконец произнесла она.

— Спасибо. — Мими обвела взглядом кухню и остановилась на шоколадно-ореховых пирожных, которые Шарлотта разложила на хрустальном блюде и прикрыла пленкой. — Вижу, вы нашли пирожные, которые утром принесла Джун.

— Больше я ничего не обнаружила, поэтому решила, что они для вашего собрания.

— Да, правильно. Джун сама их приготовила. Сегодня ее очередь готовить фуршет, и Джун захотела попробовать новый рецепт. Поэтому она и приходила сегодня так рано. — Мими нахмурилась лоб. — Джун дала мне попробовать одно пирожное. А вы попробовали?

Шарлотта покачала головой. Нет, она не пробовала, хотя искушение было сильно. Пирожные выглядели и пахли чудесно, а после миндальных пралине шоколадно-ореховые пирожные были ее любимым лакомством. Но она устояла.

Мими поморщилась.

— Не хочется обижать Джун, но, между нами говоря, пирожное, которое я пробовала, было не таким уж вкусным. Может, шоколада многовато. Правда, я вообще не слишком люблю шоколад. — Мими посмотрела на салат Шарлотты. — Если вы доели, я бы хотела узнать и ваше мнение о пирожных.

У Шарлотты потекли слюнки.

— Я «пограничный» диабетик. Наверно, мне не стоит… — Она замолчала. Здравый смысл боролся с искушением. — Но, думаю, от одного маленького кусочка вреда не будет.

Мими понимающе улыбнулась, достала одно пирожное из-под пленки, отщипнула кусочек и протянула его Шарлотте. Та быстро положила кусочек в рот.

— Ну как? — спросила Мими. — Что вы думаете?

— Думаю, мне нужно доесть его, — Шарлотта показала на остаток пирожного в руке Мими. — Мы же не хотим, чтобы оно пропало, правда?

Мими засмеялась и протянула пирожное Шарлотте.

— Наверное, у меня что-то не так со вкусовыми рецепторами, — сказала она. — Кстати, о еде. Если я не поспешу, то опоздаю. — Мими усмехнулась. — Звонил Гордон, он хочет, чтобы я с ним пообедала. Он так редко… — Мими махнула рукой. — Неважно. Собрание ОСН назначено на два, так что я вернусь задолго до начала. — Она указала на столовую: — Просто расставьте все так же, как в пятницу.

— Приятного обеда, — пожелала Шарлотта. Так вот в чем причина столь резкой перемены по сравнению с утром, подумала она, глядя, как Мими идет к задней двери. Потребовалось всего лишь немного внимания со стороны мужа.

Как это грустно, сказала себе Шарлотта. Потом покачала головой и вздохнула. Пора приниматься за работу.

Когда Мими вернулась с обеда-свидания, было уже почти половина второго, и Шарлотта как раз ставила последний бокал на стол.

— Все выглядит прекрасно, Шарлотта, — заметила Мими.

— Спасибо, — улыбнулась Шарлотта. — Правда, я не уверена, что у вас достаточно вина. В кладовке я нашла только две бутылки.

Мими застонала и закатила глаза.

— Я была уверена, что о чем-то забыла. Кажется, сегодня была очередь Риты или Карен приносить выпивку, но после того, что случилось в пятницу, вряд ли кто-то из них появится. Я собиралась купить вино по пути домой. — Мими задумалась, потом пожала плечами: — Ну ладно, уже слишком поздно. Будьте добры, приготовьте побольше кофе.

Стук дверного молотка разнесся по всему дому. Мими нахмурилась и взглянула на часы:

— Никто никогда не приходил так рано. Полагая, что опять придется встречать гостей, Шарлотта пошла к двери, но Мими остановила ее:

— Я сама открою.

Через минуту Шарлотта услышала, как открылась парадная дверь, а потом Мими воскликнула:

— Рита! Карен? Дорин?! Рита засмеялась.

— Нечего так удивляться. Мы пришли с миром и хотим попросить прощения. Вот…

— Что это? — спросила Мими.

— Это искупительная жертва, если ты ее примешь, «Мауро» 1998 года. Продавец в винном погребе «Мартин» заверил меня, что это твое любимое. Еще мы принесли несколько бутылок простого вина для собрания.

— О… Я… Я не знаю, что сказать, — пробормотала Мими.

— А я знаю. Нужно откупорить бутылку и выпить по бокалу, если ты нас простишь. Мы вели себя как эгоистичные дети, и нам действительно стыдно. Ну, что было, то прошло? Ты простишь нас?

После того, что было сказано сегодня утром о Рите, а также после неразберихи, которую эти женщины устроили в пятницу, Шарлотта предполагала, что Мими велит им убираться. Она действительно ответила не сразу. Прошли несколько долгих минут молчания, и наконец Мими произнесла:

— Проходите на кухню, а я попрошу Шарлотту принести нам бокалы. Тогда, если кто-нибудь еще придет раньше, он нас не потревожит.

В коридоре раздались шаги, и в столовую заглянула Мими:

— Пожалуйста, Шарлотта, принесите нам на кухню четыре бокала. А если придет кто-нибудь еще, проводите их в гостиную.

Шарлотта прикинула, что у нее есть десять или пятнадцать минут до того, как начнут собираться члены ОСН. Времени вполне достаточно, чтобы поменять белье на кроватях Эммы и Джастина. Сначала Шарлотта занялась постелью Эммы, а когда она заканчивала разбирать постель Джастина, то услышала приглушенный стук дверного молоточка. Прекрасно. Кто-то еще пришел раньше.

Сложив простыни и наволочки, Шарлотта бросила их в корзину для белья, которую оставила на втором этаже у лестницы, а потом поспешила вниз открывать дверь.

До прихода следующей группы она успела только загрузить белье в стиральную машину. Потом еще примерно минут пятнадцать Шарлотта только и делала, что открывала дверь гостьям. С каждой вновь пришедшей в доме становилось все более шумно.

Жужжащие пчелы. При этой мысли Шарлотта усмехнулась, проводив последнюю, судя по всему, участницу собрания ОСН в гостиную, затем проверила, чтобы всем хватило стульев. Когда она выходила из комнаты, в гостиную вошла Мими, а за ей Рита, Дорин и Карен.

Поскольку почти все члены ОСН, кроме Джун, пришли, Шарлотта поспешила из гостиной в прачечную переложить постельное белье из стиральной машины в сушилку. Если она правильно рассчитала время, то ей удастся постелить чистое белье на кровати до перерыва на фуршет или, в худшем случае, до конца собрания.

Положив белье в сушилку, Шарлотта снова отправилась на кухню.

Там она мельком увидела Риту, которая выходила в коридор. Подумав, что Рита, наверное, что-то забыла на кухне и пришла это забрать, Шарлотта подошла к раковине вымыть руки. Она хотела открыть горячую воду, но тут рука ее застыла в воздухе. На кухонном столе стояли четыре бокала, из которых пили женщины, — четыре сверкающих, чистых бокала.

Шарлотта нахмурилась. Неужели Рита возвращалась на кухню только для того, чтобы вымыть посуду? Конечно, нет, тем более она с самого начала знала, что в доме есть горничная. С другой стороны, Рита могла вернуться как раз поэтому. Вдруг она старается быть полезной — еще один шаг к примирению.

Шарлотта пожала плечами (все возможно), вымыла и вытерла руки, затем взяла бокалы, которые собиралась отнести в столовую. Задумавшись, что делать с полупустой бутылкой вина, которую Мими оставила на кухонном столе, она услышала, как открылась и закрылась задняя дверь. Она повернулась и увидела входящую Джун.

— Это всего лишь я, — Джун засмеялась, пробегая по кухне. — Как всегда, опоздала, — добавила она, обернувшись.

Интересно, эта женщина никогда не пользуется парадным входом? — задумалась Шарлотта.

Она решила не добавлять вино, принесенное Ритой, к тем трем бутылкам, которые были приготовлены для фуршета. Рита сказала, что это любимое вино Мими, поэтому Шарлотта решила, что Мими захочет приберечь его для себя.

Когда она расставляла бокалы в столовой, в гостиной раздался резкий стук молоточка Мими.

— Объявляю собрание открытым, — Мими опять стукнула молоточком. — Леди, пожалуйста, начнем. Нам сегодня нужно решить много вопросов.

Жужжание стихло.

— Да, Рита? Ты хочешь что-то сказать? — спросила Мими.

— Во-первых, я хочу извиниться перед членами общества за свое поведение в пятницу. Мне нет оправдания, и я действительно прошу прощения. — Раздался тихий ропот, затем Рита продолжила: — Во-вторых, я хочу внести предложение: давайте продолжим дискуссию о том, какая из благотворительных организаций получит прибыль от нашей ежегодной осенней ярмарки.

Ропот стал громче.

— Я поддерживаю это предложение, — прозвучал еще один голос.

Жужжание усиливалось, и Мими начала стучать молоточком.

— Но… но мы уже приняли решение по этому вопросу! — закричала она. В комнате мгновенно наступила тишина.

— В таком случае, — произнесла Рита, — я вношу следующее предложение: пожертвуем доход от продажи растений новому женскому приюту, а не плантации Герберта.

— Поддерживаю, — отозвалась, несомненно, Карен.

— Сколько «за»? — спросила Рита. — Один, два, три… — она вслух считала голоса. — Десять «за» и шесть «против». Победа за женским приютом.

Шарлотта покачала головой.

— А вот и Иуда, — прошептала она. Бойтесь данайцев, дары приносящих. Еще раз покачав головой, Шарлотта решила, что пора проверить постельное белье в сушилке.

Она вынула из сушилки и сложила простыни и наволочки. По шуму было понятно, что женщины сделали перерыв на фуршет. Шарлотта положила вещи в бельевую корзину и понесла ее на кухню, где обнаружила Мими, которая стояла около раковины, одной рукой схватившись за край стола, а в другой держа полный стакан воды.

— Вы искали меня? — спросила Шарлотта.

Все еще держась за стол, Мими повернулась к Шарлотте и покачала головой:

— Нет, просто захотелось пить.

От одного взгляда на бледное лицо и расширенные зрачки Мими в голове у Шарлотты зазвонил колокол тревоги, она бросила бельевую корзину и кинулась к хозяйке.

— С вами все в порядке?

Мими снова замотала головой и несколько раз моргнула.

— Я… я не очень хорошо себя чувствую, — пробормотала она. — У меня просто смертельно болит голова. Наверное, подхватила какой-то вирус или что-нибудь в этом роде. Вы не могли бы принести мне аспирин? Он в шкафчике рядом с холодильником.

— Может, вам прервать собрание? Или пусть его проведет кто-нибудь другой.

Мими покачала головой:

— Я не могу, слишком многое надо решить. Просто дайте мне аспирин.

Шарлотта взяла пузырек с аспирином, открутила крышку и спросила:

— Сколько?

— Две… Нет, пусть будет три.

Шарлотта вытряхнула две таблетки и помедлила.

— Вы уверены, что хотите три таблетки? Мими уставилась на нее.

— Я ведь сказала три, правда? Зачем мне говорить «три», если я не хочу три таблетки? Дайте их мне, пожалуйста.

— Хорошо, хорошо, — Шарлотта вытряхнула третью таблетку аспирина. — Вот.

Мими схватила таблетки, положила их в рот и запила водой. Когда стакан опустел, она налила еще воды и тоже выпила до дна.

— Мими? — На кухню вошла Джун. — Я тебя искала.

Мими со стуком поставила пустой стакан на стол и в упор посмотрела на Джун.

— Ну вот, ты меня нашла. Что тебе нужно?

Джун оглянулась на Шарлотту, а потом снова перевела взгляд на Мими.

— С тобой все нормально?

— Нормально, нормально! — Мими повысила голос. — Почему со мной что-то должно быть ненормально? Меня только что перехитрили, обставили, всадили мне нож в спину! — Она махнула рукой в сторону гостиной. — Благодаря Рите, Карен и Дорин я чувствую себя просто великолепно. Когда есть такие друзья, как эти трое, враги мне просто не нужны. Это уж точно.

— Успокойся, пожалуйста.

— Я-то успокоюсь, но попомни мои слова: эта троица уже погибла, клянусь, они всю жизнь будут жалеть об этом дне!

Шарлотта прибиралась в столовой, когда собрание наконец закончилось. Она подождала немного, пока участницы уйдут, и отправилась в гостиную. По пути она увидела, что в прихожей у парадной двери стоят Мими и Дорин Майерс.

Шарлотта мельком взглянула на Мими и подумала, что та выглядит еще хуже, чем на кухне. Пока Шарлотта собирала в гостиной чашки и блюдца, она услышала, как Дорин сказала Мими:

— Мне ужасно жаль, что все так получилось. Я не имею никакого отношения к тому, что сделали Рита и Карен.

Мими ничего не ответила. Дорин продолжила, и с каждым словом в ее голосе звучало все больше страха и отчаяния.

— Я… я не знаю, как сказать, но, пожалуйста… Пожалуйста, не используй то, что случилось, против Джорджа… Не из-за меня… Мы просто не выживем, если он потеряет работу. Клянусь, я не давала согласия на то, чтобы хоть в чем-то из этого участвовать.

— Если это так, Дорин, — возразила Мими, — почему ты вызвалась вместе с ними руководить одним из комитетов?

— Я… я откажусь, — всхлипнула Дорин. — Я выйду из этого комитета и из ОСН, если это поможет.

— Как хочешь, но… — Мими вдруг прикрыла глаза и застонала.

— Тебе плохо? Мими кивнула:

— Да, мне плохо, и я не могу сейчас разговаривать. Я заболела. Поговорим потом.

Входная дверь закрылась, и Шарлотта взяла поднос с грязной посудой. Когда она вышла в коридор, Мими все еще держалась за ручку двери, а лбом прижималась к косяку, бормоча:

— Предатели. Двуличные предатели.

Потом, печально вздохнув, Мими выпрямилась и обернулась. Увидев Шарлотту, она на мгновение застыла.

— Я… я пойду прилягу, — сказала она срывающимся голосом. — Когда закончите работу, просто захлопните за собой дверь.

— Вам чем-нибудь помочь? Я имею в виду, на втором этаже?

Хотя Мими покачала головой, Шарлотта подождала и проследила за ней — просто на всякий случай. Убедившись, что Мими благополучно преодолела лестницу, она отнесла поднос на кухню.

Шарлотта едва успела переставить посуду с подноса в раковину, когда раздался стук дверного молоточка.

— Что еще? — пробурчала она, но не успела сделать и двух шагов, как парадная дверь открылась и закрылась. Поскольку Шарлотта не помнила, заперла Мими дверь, когда уходила Дорин, или нет, осторожность заставила ее застыть.

— Эй! — позвал голос. — Мими?

Рита. Что, черт побери, нужно Рите? Шарлотта выдохнула, нахмурилась и поспешила в прихожую, чтобы перехватить ее. Когда она подошла, Рита уже начинала подниматься по лестнице.

— Где Мими? — строго спросила Рита.

— Наверху, — ответила Шарлотта.

Рита посмотрела наверх, скривилась, потом раздраженно махнула рукой.

— Неважно. Не стоит ее беспокоить. Кажется, я оставила кольца на подоконнике рядом с раковиной, потому и вернулась.

Шарлотта покачала головой.

— Я никаких колец не видела.

— Я уверена, что оставила их там, — возразила Рита и, не обращая на Шарлотту внимания, прошествовала мимо нее, громко стуча каблуками по деревянному полу.

Шарлотта повернулась и смотрела Рите в спину, пока та не исчезла за дверью кухни. Эта женщина была не только интриганкой, но также нахалкой и грубиянкой. Шарлотта с отвращением поморщилась и тоже поплелась на кухню.

В тот момент, когда она вошла, то увидела, как Рита схватила с кухонного стола бутылку вина и засунула ее в свою большую сумку.

Рита подняла глаза и поняла, что Шарлотта все видела.

— Я ошиблась насчет колец, — заявила она.

Шарлотта решила промолчать, а Рита перевела взгляд с нее на сумку, потом обратно.

— Наверное, вы хотите спросить про вино, — Рита похлопала рукой по сумке. Поскольку Шарлотта хранила молчание, она пожала плечами и принужденно, нервно засмеялась. — Я его не украла, ничего подобного. Я просто подумала, наверняка после того, что сегодня произошло, Мими выкинет бутылку в помойку. Зачем пропадать хорошему вину?

Вопиющая наглость некоторых людей никогда не переставала изумлять Шарлотту, а у Риты наглости хватит человек на десять. Шарлотта не могла придумать, что сказать в ответ, а Рита уже проскользнула мимо нее и исчезла в дверях. Ее каблуки громко стучали, пока она шла к выходу.

Когда дверь захлопнулась, Шарлотта заглянула в прихожую, желая убедиться, что Рита действительно ушла. Это на самом деле оказалось так, и довольная Шарлотта заперла дверь на замок, после чего поспешила продолжить работу.

Закончив уборку, она решила перед уходом проверить, как себя чувствует Мими, и поднялась в хозяйскую спальню. Мими, не раздевшись и не разобрав постель, свернулась на кровати калачиком. Дыхание у нее было глубоким и ровным, но Шарлотте показалось, что она все еще очень бледная и к тому же замерзла. Шарлотта накрыла Мими краем покрывала, а потом на цыпочках вышла из комнаты.

Она спустилась вниз и проверила, заперта ли задняя дверь. Потом забрала свои вещи и прошла через весь дом к парадной двери. Бросив последний обеспокоенный взгляд на лестницу, Шарлотта отперла замок, повернула ручку и вышла на улицу. Она уже хотела захлопнуть дверь, но в нерешительности остановилась.

Она устала и очень хотела домой, но вдруг Мими станет хуже? Некому будет проследить, как она там, по крайней мере, пока ее муж не вернется домой.

«Гордон каждый вечер приходит все позже и позже», вспомнила Шарлотта жалобу Мими. Возможно, знай он, что жена заболела, то приехал бы пораньше. С другой стороны, может, и нет. Если подозрения Мими насчет романа мужа справедливы, он вполне способен наплевать на ее болезнь. Она могла даже не подумать позвонить ему.

Шарлотта прищурилась и посмотрела на ручку двери. А что, если она сама позвонит Гордону? Если кто-то незнакомый позвонит ему, может, он ради приличия почувствует себя обязанным прийти домой и присмотреть за женой.

Не лезь не в свое дело.

— О господи, — пробормотала Шарлотта.

Почему она вообще стоит здесь и обо всем этом думает? Кроме того, разве Мими не велела ей просто захлопнуть за собой дверь по окончании работы? Наверняка Мими все-таки позвонила мужу. Возможно, уже сейчас он едет домой.

И Шарлотта твердой рукой закрыла дверь.

Большую часть жизни Шарлотта провела в ближайшем пригороде Нового Орлеана, на Милан-стрит — узкой улице с односторонним движением. Служба горничных, организованная Шарлоттой, обслуживала исключительно клиентов Садового квартала. А поскольку Милан-стрит находилась на окраине Садового квартала, более удачного места жительства и не придумаешь.

Шарлотта тряслась в фургоне по неровной дороге и не могла отделаться от мыслей о новой клиентке. Несмотря на все здравые рассуждения, ей казалось, что нужно было остаться с Мими, убедиться, что с ней все хорошо. Но ведь можно просто позвонить и узнать, как она себя чувствует.

Шарлотта покачала головой и свернула в проулок рядом с домом. Позвонить — не самая лучшая идея. Мими болеет, а больным людям нужен покой и отдых.

Шарлотта припарковала фургон, выключила мотор и с минуту сидела в машине. Как хорошо оказаться дома… наконец-то.

Дом был для Шарлотты настоящим убежищем. Маленький викторианский коттедж, разделенный пополам, построили в начале двадцатого века. Шарлотта и ее младшая сестра Мэделин выросли в этом доме и получили его в наследство после преждевременной кончины родителей. В отличие от Мэделин, которая после первого замужества продала сестре свою половину дома, Шарлотта никогда не испытывала ни желания, ни необходимости жить в другом месте.

В будни, перед тем как пойти на работу, Шарлотта только просматривала газетные заголовки. В среду утром она проснулась раньше обычного — достаточно рано, чтобы не спеша выпить кофе и по-настоящему прочитать газету.

Она включила кофеварку, прошла в гостиную, где сняла покрывало с клетки попугая, после чего отправилась забирать с крыльца «Таймс Пикаюн».

Вернувшись на кухню, Шарлотта налила себе чашку кофе. Чтобы спокойно позавтракать, одеться и добраться до работы, она поставила кухонный таймер на сорок пять минут. Потом села за стол и принялась пить кофе и читать газету.

Шарлотта внимательно прочла большую часть газеты и добралась до раздела с некрологами. В отличие от Битси Дью и других ее знакомых, которые читали каждое слово объявлений о смерти разных людей, Шарлотте некрологи казались неприятными и наводящими тоску. Но в тот момент, когда она уже хотела перевернуть страницу, одна из фотографий привлекла ее внимание.

Шарлотта охнула, и сердце у нее провалилось куда-то в пустоту, когда она поняла, чья это фотография.

— Не может быть, — прошептала она.

Этого просто не может быть.