Прочитайте онлайн Стерто с лица земли | Глава 2

Читать книгу Стерто с лица земли
4816+1611
  • Автор:
  • Перевёл: Ирина Юдина

Глава 2

Задняя дверь дома Мэри Лу Адамс открывалась в короткий коридор, который вел на кухню. И какую изумительную кухню, подумала Шарлотта, изучив первоклассную бытовую технику, гранитные столешницы и дубовый дощатый пол. Несмотря на грязную посуду в раковине, заляпанную жиром плиту «Викинг» и пол, который следовало хорошенько натереть, Шарлотта решила, что дизайнер, который проектировал и оснащал эту кухню, — настоящий гений. Хотя кухня была современной, в ней чувствовался дух той эпохи, когда построили дом.

Как и в большинстве особняков Садового квартала, возведенных в девятнадцатом веке, высота потолков здесь не меньше четырнадцати футов. Шарлотта зашла в прихожую, и у нее перехватило дыхание от вида изящной лепнины, расписанного вручную потолка, медных с хрустальными подвесками люстр, над которыми красовались искусно вырезанные медальоны.

Вдоль стен выстроились старинные столы со стульями, повсюду зеркала. Все это, похоже, было подлинным и прекрасно сохранилось.

— Великолепно, просто великолепно, — прошептала Шарлотта. Будет очень приятно и непросто следить за чистотой в этом старинном доме.

Шарлотта забрала с крыльца свою коробку и пылесос, отнесла на кухню сумку с обедом и положила ее на рабочий стол. Затем обошла весь дом, чтобы понять, что необходимо сделать.

На первом этаже располагалась огромная двойная гостиная. С другой стороны прихожей, напротив гостиной, оказались маленькая библиотека и роскошная столовая. В глубине первого этажа находились кухня, прачечная и еще одна, небольшая и более современная гостиная. Под парадной лестницей обнаружился санузел, а из холла на втором этаже двери вели в пять спален, в каждой из которых имелась отдельная ванная.

Хотя в особняке и наблюдался некоторый порядок, здесь явно требовалась тщательная уборка. И чем дольше Шарлотта изучала обстановку, тем больше любопытства вызывала у нее семья Адамс. Как горничная, она часто видела то, что другие не замечали, и узнавала многое о людях, на которых работала, благодаря тому, что просто убирала за ними.

Мими была фанатичной поклонницей садоводства и страстной любительницей старины, решила Шарлотта, поправляя в библиотеке стопку журналов по садоводству и антиквариату, адресованных Мэри Лу Адамс. Кроме того, стеллажи напротив старинного письменного стола от пола до потолка были забиты книгами на эти же темы. И, конечно, был еще прекрасно ухоженный сад, разнообразные растения в доме и во дворе и оранжерея.

Но вот муж Мими, Гордон, — совершенно другое дело. Судя по костюмам от знаменитых модельеров, висевшим в шкафу спальни, он любил хорошо одеваться, а дорогой фирменный одеколон на туалетном столике указывал на то, что мистер Адамс тщательно следит за собой. Но, кроме костюмов, одеколона и нескольких миниатюрных золотых моделей машин, выставленных в гостиной, ничто больше не говорило о том, что он вообще живет здесь. Ни клюшек для гольфа, ни охотничьего снаряжения — ничего, что могло бы пролить свет на его интересы или хобби… если они вообще у него есть. Разве возможно, чтобы у мужчины не было ни интересов, ни хобби, помимо торговли машинами? Странно, очень странно.

Обычно Шарлотта начинала со второго этажа, а потом принималась за первый. Но поскольку в этом доме второй этаж был довольно чистым, она решила, что сначала снимет белье с кроватей и уберется на первом этаже, пока оно будет стираться.

Заложив белье в стиральную машину, Шарлотта занялась кухней. Она быстро загрузила посудомоечную машину, вымыла все, кроме пола, затем вытерла пыль и привела в порядок остальные комнаты на первом этаже, оставив напоследок двойную гостиную.

Перед тем как начать уборку в большой гостиной, Шарлотта переложила белье из стиральной машины в сушилку. В углу прачечной она заметила маленькую стремянку и решила, что лестница как раз подходящей высоты, чтобы протереть зеркало в гостиной.

Взобравшись на стремянку, Шарлотта вычистила позолоченную лакированную раму зеркала середины девятнадцатого века, висящего над каминной полкой. Затем отполировала само зеркало и занялась каминной доской из итальянского мрамора.

На каминной доске выстроились в ряд небольшие фотографии в рамках — как предположила Шарлотта, детей Адамсов. По снимкам можно было проследить течение времени: на самых ранних запечатлены младенцы, на последних — выпускники школы. Все фотографии покрывал слой пыли.

По тому, как были расставлены фотографии, а также опираясь на собственные наблюдения, Шарлотта вычислила, что детей у Адамсов двое, мальчик и девочка. Оба светловолосые, и на всех фотографиях девочка выглядела потрясающей красавицей, а мальчик — настоящим красавцем. Судя по самым последним фотографиям и обстановке спален, которые Шарлотта осмотрела раньше, она сделала вывод, что дети, скорее всего, уехали в колледж.

Шарлотта вытерла пыль с последней фотографии, поставила ее обратно на каминную доску и навела порядок в комнате.

Больше всего времени занимало натирание деревянных полов. Хотя от этой работы болели колени, и к тому же приходилось все делать руками, Шарлотта предпочитала использовать мастику, а не жидкость. Она уже натерла полы на первом этаже, кроме большой гостиной, когда онемевшие колени и резкая боль в ногах заставили ее срочно сделать перерыв.

Шарлотта забрала стремянку из гостиной и отправилась на кухню, собираясь выпить полный стакан холодной воды, затем убрать лестницу и проверить белье в сушилке. Но как только она налила себе воды и начала с удовольствием пить, открылась задняя дверь.

В кухню вошла Мими, а следом за ней женщина, которая выглядела на несколько лет младше. Почти такая же высокая и стройная, как хозяйка дома, она была ее полной противоположностью — блондинкой с длинными волосами, светлой кожей и зеленовато-голубыми глазами.

— На улице так жарко, будто небо расплавилось, — пожаловалась Мими. Она прошла к раковине, тщательно вымыла руки и оторвала от рулона бумажное полотенце. Вытерев руки и аккуратно промокнув лицо, Мими указала на гостью:

— Шарлотта, это моя подруга, Джун Брайант. Джун живет через три дома от нас, на другой стороне улицы.

Шарлотта улыбнулась и поставила стакан в посудомоечную машину.

— Очень приятно познакомиться, Шарлотта, — сказала Джун.

— Мне тоже, — ответила Шарлотта, закрывая дверцу машины.

Мими показала на стремянку, прислоненную к шкафчику:

— Я вижу, вы нашли лестницу. — Она оглядела кухню: — И вижу, что вы прекрасно поработали. Кухня просто сверкает, особенно пол.

— Спасибо, — поблагодарила Шарлотта. — Кроме пола в гостиной, я привела в порядок почти весь первый этаж. Я натру пол в гостиной, пообедаю и примусь за второй этаж.

Мими взглянула на часы.

— Потрясающе, — она постучала по циферблату, — сейчас всего половина двенадцатого. Вы очень быстро работаете.

Что-то в том, как Мими произнесла «очень быстро работаете», задело Шарлотту. Наверное, интонация, решила она. Можно подумать, эта женщина считает, что быстрая работа и небрежная — одно и то же. Непонятно, то ли Мими съязвила, то ли сделала комплимент.

На губах Мими появилась улыбка, которая могла означать что угодно.

— Не будем вам мешать, — проговорила она. — Джун скорее член семьи, чем подруга, и она обычно заходит, чтобы спасти меня от теплового удара, поскольку знает, что я подолгу работаю в оранжерее.

— Кто-то ведь должен присматривать за тобой, — поддразнила подругу Джун. — Клянусь вам, — обратилась она к Шарлотте, — эта женщина просто не знает, когда нужно остановиться. Там, наверное, почти 100 градусов, и посмотрите, во что она одета! Если я не буду время от времени вытаскивать ее из этой оранжереи, она себя угробит.

— Может, я налью вам чего-нибудь выпить, прежде чем снова примусь за работу? — предложила Шарлотта. — Не хотите ли чаю со льдом?

— Что вы, не надо, — покачала головой Мими. — У вас и так много дел. Но спасибо, что предложили. — Она указала на лестницу: — Оставьте ее здесь, я потом уберу, не волнуйтесь.

— Не стоит, — ответила Шарлотта. — Мне все равно еще нужно вынуть белье из сушилки, так что я сама уберу стремянку.

Когда Шарлотта доставала из сушилки белье и складывала его, она услышала звяканье льда в бокалах, а затем — скрип кресел. Меньше всего на свете ей хотелось подслушивать, но в доме стояла тишина, и звук разносился повсюду.

Раздался голос Джун.

— Что мне делать? — спросила она. — Я думала, с годами он смягчится, но, кажется, становится только хуже.

— И что Фред натворил на этот раз?

— Да-да, — проворчала Джун. — «На этот раз» — именно так и надо говорить. Это я и имею в виду. Если речь идет о Фреде, похоже, всегда есть «на этот раз». С тех пор как Джонни попал в беду, Фред намерен отослать его в военное училище. Фред уже записал его и договорился, что Джонни должен уехать на следующей неделе. Зря он не сдержал своего обещания купить Джонни машину. Кто знает, если бы Фред не нарушил слово, может, Джонни не совершил бы тот маленький проступок…

— Джун, выписать пять фальшивых чеков на сумму в пять тысяч долларов и подделать подпись отца — не «маленький проступок», и ты сама прекрасно это знаешь.

Шарлотта сложила последнюю наволочку. Хотя она с ужасом думала о том, что надо снова становиться на колени, еще больший ужас охватывал ее при мысли, что придется пройти через кухню, где сидят женщины. Шарлотте не хотелось, чтобы подумали, будто она подслушивает. С другой стороны, они должны понимать, что она может услышать каждое их слово. А вдруг они об этом не догадываются? Может, если она пройдет через кухню быстро, не глядя на них…

Шарлотта взяла стопку простыней и наволочек, глубоко вдохнула, шагнула в кухню — и услышала, как Джун говорит:

— Мими, я уверена, что Джонни просто не понимал…

Шарлотта прошмыгнула мимо стола и сообразила, что волноваться было глупо. Я для них — мебель, решила она, поскольку женщины не обратили на нее ни малейшего внимания.

— Хватит, Джун, — сердито сказала Мими, — кого ты пытаешься обмануть? Ты не забыла случайно, что говоришь с Мими, твоей старой подругой? Сколько сейчас Джонни? Пятнадцать? Поверь мне, он прекрасно понимал, что делает. И что такого? Если бы подобное устроил Джастин или даже Эмма, Гордон повел бы себя точно так же.

Джастин и Эмма. В прихожей Шарлотта положила стопку постельного белья на столик рядом с лестницей. Джастин и Эмма — так, наверное, зовут детей Адамсов, решила она.

— Но знаешь что, Мими, — не сдавалась Джун, — если бы Гордон пообещал им машину, он бы никогда не нарушил слова.

— Ну да, конечно, — отозвалась Мими. — Гордон ведь король автобизнеса.

На мгновение воцарилась тишина, а потом Джун рассмеялась.

— Я имела в виду не это, ты же знаешь, — сказала она. — Обещание — это обещание.

Шарлотта усмехнулась. Она уже почти не слышала разговора. Стоило ей опуститься на колени, как усмешка тут же превратилась в гримасу боли. Морщась, Шарлотта стала втирать мастику в дощатый пол. В следующий раз, отправляясь к Мими, нужно не забыть наколенники.

— Да, я понимаю, — ответила Мими. — Но хочу, чтобы и ты поняла: как только дело касается Джонни, ты теряешь голову. Кроме того, у Фреда есть опыт воспитания мальчиков, не исключено, что военное училище пойдет Джонни на пользу.

— Ну конечно, у Фреда есть опыт. Он всегда ставит мне в пример других детей. Он всегда сравнивает их с Джонни, и бедный Джонни всегда оказывается на последнем месте. Но он обращается так не только с Джонни. Со мной тоже. Ты просто не понимаешь, как тебе повезло! В отличие от моего мужа-скупердяя, Гордон всегда щедр с Эммой и Джастином. И с тобой, — добавила она. — Представляешь, мне приходится отчитываться за каждый потраченный цент. Я должна показывать Фреду чеки на все покупки.

— Может, это возрастное? — предположила Мими. — Сколько ему, шестьдесят пять?

— Шестьдесят четыре, — проворчала Джун.

— Или это из-за денег? Возможно, дела его адвокатской конторы сейчас идут хуже, чем прежде?

— Наоборот, в последнее время у него куча клиентов.

— Не знаю, как сказать… — Мими прокашлялась. — Может, у него роман?

— Не думаю, — ответила Джун.

И снова на несколько секунд наступила тишина. Шарлотта натерла последние футы деревянного пола рядом с дверью в холл.

— Хотя, боюсь, причина может быть в чем угодно, — снова заговорила Джун. — Наверно, надо было послушать маму, когда она отговаривала меня выходить за него. Она сказала, что он слишком стар для меня и не станет ради жены что-то менять в своей жизни. А еще она сказала, что человек, который изменил одной жене, изменит и другой. А я, дурочка, думала, что любовь преодолеет любые препятствия.

Шарлотта закончила уборку в прихожей, закрыла банку с мастикой и положила ее вместе с тряпкой в свою коробку. Потом посмотрела в сторону кухни. Она собиралась перекусить после того, как натрет пол в прихожей. В хорошую погоду Шарлотта любила обедать на улице. Но когда было жарко, она всегда ела в кухне клиента, а за едой читала.

— И вовсе ты не дурочка, — услышала Шарлотта слова Мими, — и хватит на себя наговаривать. Бери пример с меня. Сходи на массаж, потом к визажисту и к парикмахеру, сделай новую прическу.

Шарлотте совершенно не хотелось выходить на солнцепек, поэтому она решила еще поработать в надежде, что Джун скоро уйдет. Она взяла стопку белья, свою коробку и отправилась на второй этаж.

— Попробуй сходить в новый салон, который недавно открылся на Мэгэзин-стрит, — продолжала Мими. Голоса обеих женщин стали отдаляться, и ответа Джун Шарлотта не услышала, потому что уже поднялась на второй этаж.

Через несколько минут, когда она расправляла покрывало на кровати в хозяйской спальне, вошла Мими.

— Мне уже стало казаться, что Джун, бедняжка, никогда не уйдет. Ненавижу так делать, но пришлось сказать ей, что у меня есть планы на обед.

— Джун, похоже, милая женщина, — это был единственный ответ, который смогла придумать Шарлотта.

— Это правда, и я очень ее люблю, мы дружим уже почти десять лет. Но Джун из тех женщин, которые вечно недовольны тем, что имеют. — Мими махнула рукой. — Ладно, не важно. Я уверена, что вы ужасно хотите есть. Я-то уж точно хочу. Может, прерветесь на обед? Я приму душ, а потом у меня встреча за обедом. Но я вернусь раньше, чем вам надо будет уходить, — добавила она.

Шарлотта улыбнулась.

— Если вам что-то понадобится, то я на кухне.

Мими вернулась со встречи ровно в половине четвертого. Шарлотта как раз убирала пылесос и коробку в багажник фургона. Мими проехала мимо, помахала ей рукой и свернула за угол, к дому. По крайней мере, ее новая клиентка пунктуальна, подумала Шарлотта, захлопывая дверцу фургона. Шарлотте нравилась в людях эта черта, которая была свойственна и самой.

Когда Шарлотта закончила убирать вещи, Мими уже ждала ее на кухне.

— Хотите все проверить, прежде чем я уеду? — спросила Шарлотта.

Мими покачала головой:

— Что вы, нет! Я уверена, что все прекрасно. Но я хотела спросить, можете ли вы в пятницу поработать до вечера. В пятницу днем у меня собирается ОСН, я член этого Общества.

— Общество садоводческого наследия?

— Вы слышали о нем? — Мими улыбнулась. Шарлотта кивнула.

— Это клуб садоводов, который занимается разведением и охраной редких растений, правильно? По крайней мере, так писали в «Пикаюн».

— Приятно услышать, что есть люди, которые читали эту статью. Да, вы правы, этим мы и занимаемся.

— Я стараюсь посещать ежегодные весеннюю и осеннюю благотворительные ярмарки, — сказала Шарлотта. — Несколько лет назад я купила чудесные растения и всегда готова купить еще, — засмеялась она. — Я должна была догадаться, что вы имеете к этому отношение, — она обвела рукой дом и сад. — У вас такой прекрасный ландшафтный дизайн и так много восхитительных растений внутри и снаружи.

Мими просияла.

— О, спасибо. Я не очень люблю этим хвастаться, но на самом деле ОСН создала я, — она на мгновение отвела взгляд, будто смутившись, и снова посмотрела на Шарлотту. — Боюсь, сейчас я так и сделала, да? Похвасталась, конечно же, — Мими засмеялась и махнула рукой. — В общем, собрание в пятницу днем. Оно начинается в два часа, как вы думаете, к этому времени вы закончите уборку?

— Конечно, — ответила Шарлотта. — Сегодня я убиралась дольше, потому что натирала полы, но делать это каждую неделю не нужно.

— Прекрасно. Мне на самом деле не помешала бы помощь во время собрания. Мы будем выбирать правление, потом нужно решить, на какую благотворительность потратить деньги, которые мы заработаем на осенней ярмарке. — Мими помолчала и нахмурилась. — Признаюсь, я немного нервничаю из-за этого собрания, — продолжила она. — Впервые за неполные десять лет, что я была президентом, кто-то строит козни против меня, — ее лицо исказилось от злости. — Просто не верится. Особенно учитывая, сколько времени и денег я на них потратила. — Она покачала головой и вздохнула. — В любом случае, у меня предчувствие, что мне понадобится помощь и поддержка.