Прочитайте онлайн Спящий сфинкс | Глава 9

Читать книгу Спящий сфинкс
3616+1393
  • Автор:
  • Перевёл: О. Б. Лисицина

Глава 9

– Он самый! – прогремел доктор Фелл, показавшийся в дверном проеме.

Как его грузное тело смогло протиснуться в дверь, оставалось загадкой, не говоря уже о преодолении перед тем нескольких ступенек. Однако доктор Фелл проделал это.

Словно огромный колобок, перекатывающийся по полу в развевающейся накидке, он шагал, обеими руками опираясь на трости, а локтем придерживая шляпу. Густая шевелюра с проседью обрамляла улыбающееся румяное лицо с тройным подбородком и очень маленьким носом, на котором кое-как помещались очки в роговой оправе. Вполне бандитские усы, похоже уже несколько дней не знавшие расчески, изгибались над смеющимся ртом. Мощная фигура доктора Фелла излучала тепло, будто разгоревшийся камин.

Впечатление неподдельного достоинства, внушаемое обликом этого человека, было несколько подпорчено нелепым видом его жилета, верхняя часть которого была засыпана сигарным пеплом, а из кармашка торчал большой, сложенный вдвое конверт с тщательно выведенной надписью: «Не забыть!»

Вся галерея буквально заходила ходуном под его тяжелой поступью, и могло показаться, что портреты (на которых последние отблески цвета выхватывали из тьмы то красное пятно офицерского мундира, то белое – парика) возмущенно задребезжали рамами при его приближении. Бросив мимолетный взгляд на картины, Гидеон Фелл остановился в опасной близости от них, словно пытаясь исследовать их свойства. Затем он вспомнил о цели своего визита. Приблизившись к неподвижной группе у окна, он громко прокашлялся, что прозвучало почти как боевой клич.

– Мистер Торли Марш?

Торли, бледный как полотно, но снова выглядящий флегматичным, кивнул.

– Сэр Дэнверс Локи?

Локи улыбнулся, отвесив легкий поклон.

– А вы… э-э… видимо, будете мисс Дорис Локи?

Дорис, украдкой смахнув слезу, пробормотала что-то невнятное, ошеломленно глядя на эту внезапно выросшую над нею глыбу.

– Ага! – воскликнул доктор, довольный своей сообразительностью, потом обернулся к Холдену и вдруг разразился смехом.

В недрах его огромной туши зародилось утробное кудахтанье, постепенно переросшее в небольшое землетрясение. От громового хохота пепел, покрывавший верхнюю часть жилета, рассеялся, окружив фигуру пыльным облаком, а очки в роговой оправе подпрыгнули на носу. Лицо Гидеона Фелла побагровело, глаза увлажнились, а из гигантской утробы продолжали доноситься все новые и новые раскаты. Эффект был такой же, как от записанного на пластинку смеха, к которому всегда присоединяешься, сам не зная почему.

Холден, готовый присоединиться к хохоту незваного гостя вместе с Дорис и ее отцом, все же сумел спросить:

– Неужели я так смешно выгляжу?

Доктор Фелл умолк. На лице его возникло озадаченное выражение.

– Сэр, – с неподдельным огорчением проговорил он, с трудом переводя дыхание. – Я прошу простить меня! Я действительно прошу прощения!

И он рассыпался в преувеличенно многословных извинениях. Видимо, доктор Фелл придавал немалое значение человеческим чувствам. Положив шляпу и одну из тростей на столик, он нащупал съехавшие очки и водрузил их на нос.

– Ведь вы… э-э… поймете мое состояние? – обеспокоенно обратился он к Дональду. – Этот прискорбный инцидент произошел только потому, что вы, сэр, неосознанно помогли мне завершить кое-что… Клянусь древними развалинами Афин!.. Я не мог поверить в такую удачу! Видите ли…

– Послушайте, что все это значит? – вмешался Марш.

Доктор Фелл, опираясь на трость, придвинулся к нему:

– Да, да, сэр! Позвольте объяснить вам причину этого внезапного вторжения.

– Ничего страшного, даже рад вашему визиту, – поспешил уверить собеседника Торли, изобразив слабое подобие своей былой сердечной улыбки.

– Видите ли, – принялся вещать доктор Фелл, бесцельно прохаживаясь по галерее, – это уже не первый мой визит в «Касуолл». Когда-то я имел честь быть близко знакомым с покойной миссис Эндрю Деверо, которую, насколько мне известно, вы называли «второй мамочкой».

– «Вторая мамочка»? – пробормотал Торли.

Дону вспомнились загадочные слова Силии, произнесенные прошлой ночью: «Я не знаю, как мне теперь выпутаться. Есть только один надежный человек, старинный друг „второй мамочки“…» Возможно, она имела в виду доктора Фелла. Но Холден не успел обдумать эту идею, потому что Гидеон Фелл обратился прямо к нему.

Сунув руку в карман, доктор извлек оттуда листок, вырванный из маленькой записной книжки, и протянул его Дональду.

– Прежде чем мы… хр-р-р-р… продолжим беседу, – одышливо проговорил он со странным для такого рассеянного человека возбужденным блеском глаз, – не соблаговолите ли вы взглянуть вот на это послание и сказать, насколько верно его содержание.

– Прошу прощения? – ошеломленно произнес Дональд.

– Сэр, пожалуйста, прочтите это, – настаивал доктор Фелл с легким раздражением в голосе, потрясая перед лицом Дона бумажкой.

Холден взял листок в руки. К тому времени сумерки сгустились настолько, что трудно было разобрать хотя бы пару слов, но взгляд собеседника был столь многозначителен, что, опустившись на банкетку у окна, Дональд поднес листок к стеклу и принялся разбирать текст послания. В вечернем безмолвии, окутавшем «Касуолл», отчетливо доносился тихий плеск воды во рву.

Постепенно Холден начал различать написанные карандашом строки.

«Я не могу говорить в чьем-либо присутствии. Не затруднит ли вас после наступления темноты сопровождать меня на кладбище в качестве свидетеля и присутствовать при отпирании склепа. Необходимо проверить, не навещали ли его призраки. Просто ответьте „да“ или „нет“ и верните мне листок».

Дональд перечитал записку дважды, не отводя взгляда. Ни единый мускул не дрогнул на лице Холдена, когда он наконец оторвался от бумажки и, вернув ее доктору, подтвердил:

– Да, здесь все верно.

– Доктор Фелл, вы что-то хотели объяснить нам? – учтиво напомнил сэр Дэнверс Локи.

– Я говорил, что все мои визиты в этот дом, кроме единственного, носили приятный характер. К сожалению, вынужден подчеркнуть, что это посещение носит характер официальный.

– Понятно, – буркнул Торли. – И чьи же интересы вы представляете?

– Я нахожусь здесь по поручению суперинтендента Мэддена, представляющего полицию графства Уилтшир, а также столичного отдела уголовных расследований, – веско произнес Гидеон Фелл. – Речь пойдет, как вы догадываетесь, о смерти миссис Марш.

– Так я и знал! – прошептал вдовец и, дойдя до конца галереи, нажал на три выключателя. Помещение окутал мягкий свет, льющийся с потолка и из-под красных абажуров настольных ламп, расположенных в оконных альковах. Затем Марш вернулся к нахмурившемуся доктору Феллу, нетерпеливо вышагивающему взад-вперед перед оконным проемом.

– Дело весьма и весьма деликатное, – произнес представитель полиции. – Поэтому Хэдли решил сначала направить сюда меня, на случай, если слухи подтвердятся.

– Ах вот оно что! – облегченно вздохнул Марш. – И вы обнаружили, что слухи не подтвердились.

– Нет, – подчеркнуто многозначительно ответил доктор Фелл.

– Хорошо, тогда давайте разбираться, – откликнулся Торли. – О чем у нас пойдет речь?

– Во-первых, по моему мнению, здесь произошло убийство. Миссис Марш была отравлена. Я даже могу определить, каким именно ядом. И сделал это почти наверняка кто-то из семи участников игры в «убийцу» вечером двадцать третьего декабря. Подождите, подождите!.. – внезапно воскликнул он, хотя никто из присутствующих даже не пытался возразить или перебить его. – Прежде чем высказать свое мнение, пожалуйста, выслушайте мое предложение.

– Предложение? – удивился биржевой маклер. – То есть вы намекаете, что дело можно было бы замять?

Доктор Фелл сделал вид, что не расслышал этих слов.

Чувствуя, как что-то жесткое упирается ему едва ли не в самое горло, – это был тот самый большой конверт с пометкой «Не забыть!», именно для этой цели и засунутый в верхний карман жилета, – доктор вытащил письмо и взвесил в Руке.

– Вот здесь у меня находится очень длинное послание, адресованное в Скотленд-Ярд, с изложением всех подробностей дела. Кроме того, благодаря неким обстоятельствам, которые нет необходимости сейчас освещать, я способен разобраться в этой запутанной истории гораздо лучше, чем большинство из вас. – Он перевел взгляд на Локи: – Войдя сюда, сэр, я слышал, как вы взывали к небесам, умоляя разрешить вашу проблему. На самом деле все не так плохо, как кажется. Мое предложение заключается в следующем: ответьте правдиво на мои вопросы, и я разрешу вашу проблему.

В комнате воцарилась тишина.

– И когда же это нужно делать? Сейчас? – поинтересовался сэр Дэнверс Локи.

– Возможно, чем раньше, тем лучше. Для начала я мог бы устроить обмен мнениями между мисс Силией Деверо и мистером Торли Маршем.

И снова сердце Дональда возбужденно забилось, как и у каждого из присутствующих.

– Вы уверены, что сумеете? – с сомнением в голосе отозвался Локи.

– Уверен ли я?! – взревел Гидеон Фелл, откинув голову и издав шипение, напоминающее звук, производимый раскаленным очагом, когда тот поливают водой. – Клянусь бородами афинских старейшин! И этот человек еще спрашивает, уверен ли я!

– Я всего лишь имел в виду… – примирительно начал сэр Дэнверс.

– А судья?.. Судья до конца уверен? Суд присяжных до конца уверен? Да что там! Сам ангел, охраняющий небесные врата, до конца уверен? Да конечно же я не уверен! – Доктор Фелл закончил этот цветистый монолог извиняющимся тоном и почесал нос конвертом, который держал в руке. – Но я обещаю сохранить услышанное в тайне.

С этими словами он проковылял к окну и уселся возле лампы с красным абажуром.

– И кто же написал это письмо? – презрительным тоном поинтересовался биржевой маклер.

– Это письмо? Мисс Силия Деверо.

При упоминании этого имени Дорис Локи вздрогнула, словно при ней заговорили о прокаженной.

– Торли, я только сейчас поняла, в каком ужасном положении ты оказался!

– Не волнуйся, дорогая, – успокоил Марш свою возлюбленную и, улыбнувшись, похлопал ее по руке. – Все будет хорошо.

– Разве я когда-нибудь сомневалась в тебе! Но Силия!.. Наверное, она совсем не отвечает за свои поступки! – Голос девушки внезапно изменился. – Так ли уж обязательно Силии здесь присутствовать?

– Я полностью согласен с мнением доктора Фелла – ее присутствие здесь обязательно, – мрачно заявил Холден. – С вашего позволения, я поднимусь к девушке и приведу ее сюда.

Марш замотал ухоженной шевелюрой:

– Знаешь, старина, я бы не стал этого делать! Силия отдыхает, и я распорядился, чтобы ее не беспокоили.

– Торли, в этом доме я всего лишь гость, – угрожающе начал Дон. – Но если ты берешь на себя смелость отдавать такое распоряжение…

Брови приятеля поползли вверх.

– Если ты хочешь услышать правду, старик…

– Да? – иронично отозвался Дональд.

– Силия не хочет видеть тебя. Не веришь? Спроси Оби.

– Это истинная правда, сэр, – подтвердил доктор Фелл, глядя в глаза Холдена. – Я только что беседовал с мисс Деверо, и она действительно отказывается видеть вас. Девушка заперлась у себя в комнате.

Дональда замутило, и он почувствовал, будто падает в бездну. Когда Холден вспомнил их встречу прошедшей ночью, Силию в его объятиях под уличным фонарем, их разговор о любви, – когда все эти сцены вновь проступили перед его глазами, происходящее показалось ему невероятным. Взгляды собравшихся были устремлены на Дона – взгляды, в которых читалась жалость.

Однако глаза доктора Фелла говорили: «Вы должны довериться мне. Гром и молния, вы должны довериться!» Вид доктора был столь красноречив, что не было необходимости произносить эти слова вслух.

Дону тут же припомнились другие слова, написанные карандашом:

«Я не могу говорить в чьем-либо присутствии. Не затруднит ли вас с наступлением темноты сопровождать меня на кладбище в качестве свидетеля и присутствовать при отпирании склепа, чтобы проверить, не навещали ли его призраки?»

Кошмар снова становился явью. С другой стороны, Дональд понял, что у них с Гидеоном Феллом скоро появится общая тайна. Он вдруг с радостью осознал, что они стали союзниками. Доктор Фелл, видимо, выступает на его стороне, а тем самым и на стороне Силии.

А Дэнверс Локи продолжал:

– Доктор, каковы же ваши вопросы?

– Ах да! Как человек исключительно деликатный, – проговорил доктор Фелл, дернув к себе столик, с которого попадали головные уборы и трости собравшихся, – как человек исключительно деликатный… – настаивал он, не переставая рывками подтягивать к себе стол и уронив чудом не разбившуюся лампу, – я хотел бы подойти к этому вопросу с величайшей осторожностью.

– Разумеется, – согласился Локи, поднимая с пола лампу и возвращая ее на столик.

– Э-э… благодарю, – произнес Гидеон Фелл.

Все уселись в кресла лицом к говорящему вокруг столика, а Торли примостился на подлокотнике кресла Дорис.

Мрачное предчувствие разом одолело всех. Доктор выложил на стол конверт и, приложив пальцы к вискам, закрыл глаза.

– Я прошу вас припомнить тот вечер двадцать третьего декабря, когда вы играли в «убийцу».

– Почему вас интересует именно игра? – заинтересовался Локи.

– Сэр, давайте договоримся, что вопросы задавать буду я, – напыщенно ответил собеседник.

– Простите. Итак?

– Я хочу, чтобы все присутствующие, особенно вы, сэр Дэнверс, подробно обрисовали мне эту игру. Итак, ваши гости и члены вашей семьи надевают личины известных убийц. Сами вы выбираете себе стальную маску палача. Голубое мерцание спиртовой чаши-светильника высвечивает в полумраке мрачные лица.

В комнате воцарилась тишина, слышно было только шумное дыхание доктора Фелла.

– Насколько я понял, сэр Дэнверс, вы лично раздавали маски игрокам?

– Разумеется.

– В тот день вы впервые продемонстрировали гостям свою коллекцию?

– Да.

– По какому принципу вы раздавали маски? – спросил представитель полиции, не открывая глаз. – Не руководствовались ли вы хотя бы отдаленным сходством между участником игры и его персонажем?

Локи выпрямился в кресле и улыбнулся. Свет от лампы подчеркивал его посеребренные сединой волосы и выступающие скулы.

– Бог ты мой, нет, конечно! – смущенно воскликнул он. – Даже наоборот! И я готов подтвердить это!

– Да, пожалуйста, – кивнул доктор.

– Например, миссис Торли Марш… – Локи продолжал улыбаться, хотя все остальные поежились, словно в комнате появился призрак Марго. – Так вот, миссис Марш я собирался выдать маску старухи Дайер, но она отказалась. Марго захотела во что бы то ни стало играть Эдит Томпсон. И я даже догадываюсь почему. Миссис Томпсон, как известно, была редкостной красавицей.

– Да-да… – пробормотал Гидеон Фелл, на секунду приподнявший веки, для того чтобы бросить любопытный взгляд на своего собеседника.

– А моя супруга, – продолжал сэр Дэнверс, – вообще играла Кейт Уэбстер, эдакую здоровенную бой-бабу, ирландку. Что же касается малышки Дорис… – Локи только махнул рукой. – Теперь, надеюсь, вы понимаете?

– Понимаю. Но почему вы решили, что игроки справятся со своими ролями, если не были выбраны случайно.

– Не вполне случайно. Видите ли, обладая такой обширной и разнообразной коллекцией масок…

– Так, так?..

– …а также располагая внушительной подборкой криминальной литературы, я удостоверился, что все наши друзья (за исключением бедняжки Силии, которой отвратительна преступная тематика) прекрасно знакомы с биографиями своих персонажей. Разумеется, я не имею в виду новичка в нашей компании – мистера Херст-Гора.

– Да, да, мистер Херст-Гор, – пробормотал доктор Фелл.

– К счастью, член парламента превосходно справился с возложенной на него задачей. Он был просто восхитителен в роли Смита, душителя невест.

Старинный друг «второй мамочки» приоткрыл глаза, украдкой бросив взгляд в сторону Дорис Локи, до сих пор пребывавшей в состоянии благоговейного трепета перед этой живой горой. Сейчас мисс Локи выглядела маленькой девочкой и все время пыталась нащупать руку Торли, сидевшего рядом.

– Хорошо, – кивнул доктор. – А теперь давайте поговорим о том, как выглядела в тот вечер миссис Марш. Сэр Дэнверс, не могли бы вы описать ее поведение?

– Я… э-э… не вполне понял вопрос, – недоуменно отозвался собеседник.

– Я имею в виду ее эмоциональное состояние перед отъездом домой, где после мнимого убийства она стала жертвой настоящего, – пояснил Гидеон Фелл. – Понимаете?

– Если выражаться старым театральным языком, – задумчиво проговорил Локи, – миссис Марш вела себя как королева трагедии.

– Так-так… А у вас не возникало впечатления, будто она приняла серьезное решение?

– Точно! – согласился пожилой джентльмен. – Вы сейчас очень правильно выразились!

– Вы согласны с этим, мистер Марш? – внезапно спросил доктор Фелл.

– Ерунда все это! – Торли прикоснулся к волосам Дорис, но тут же отдернул руку, словно осознав всю неуместность своего жеста. – Марго всегда так выглядела! Я говорил об этом Дону Холдену вчера вечером. Она всегда казалась взвинченной.

– А все из-за ее мужчины!.. – вырвалось у Дорис.

Доктор Фелл широко раскрыл глаза:

– Прошу прощения?

– Я ничего не говорила, – прошептала девушка, вздрогнув. – Нет, правда, ничего не говорила.

– Ладно. – Трудно было разобрать за очками на мясистом красном носу, поверил ли доктор Фелл ее словам. – Тогда скажите, мисс Локи, вы согласны с только что прозвучавшими умозаключениями о состоянии миссис Торли Марш?

– Боюсь, я не могу вам помочь. – Девушка дернула плечиком. – Если честно, я весь вечер не обращала внимания на эту женщину.

«Осторожней, маленькая дурочка! – подумал Дональд. – Осторожней!»

– Конечно, – спохватилась дочь сэра Дэнверса, прежде чем доктор Фелл успел разоблачить ее ложь, – по ходу игры я «убила» ее. Но только потому, что эта женщина оказалась рядом со мной. Знаете, трудно не заметить в полумраке серебристое платье.

– Вот-вот, оно ведь было именно серебристое? – поспешил вмешаться в разговор Дон. – Вы, Дорис, как всякая нормальная женщина, прекрасно запоминаете цвета и фасоны. Правда?

– Д-да! – В голосе Дорис слышалось облегчение. – Разумеется, я помню.

Гидеон Фелл перевел взгляд на Торли:

– А вы, мистер Марш, согласны с этим утверждением? Платье было серебристым?

– Кажется, да, – неуверенно отозвался тот. – Я не очень обращаю внимание на женские наряды. Не сомневаюсь, доктор Фелл, что вы тоже. Просто иногда замечаешь, что платье женщине к лицу, а иногда наоборот. Но я обычно не задумываюсь почему. Но…

– Что?

– Да, мне кажется, вспоминается какое-то серебристое одеяние без рукавов. Оно бросалось в глаза. Знаете, Марго в посмертной маске миссис Томпсон… Она выглядела даже хуже, чем после своей кончины. – И биржевой маклер содрогнулся всем телом.

– Понятно, – откликнулся Гидеон Фелл. – Итак, ваша компания (как я понял, это были вы, миссис Марш, мисс Деверо и мистер Херст-Гор) покинула «Уайдстэрз» около одиннадцати вечера?

– Да! – кивнул Торли.

– И к этому времени ваша жена еще выглядела абсолютно здоровой?

– Именно так, – подтвердил Марш. – Здоровее некуда.

– Доктор Фелл, позвольте, – перебил его Локи.

– Да? Что такое?

– Вы имеете право упрекнуть меня за вмешательство в ваши расспросы, но мне как-то не по себе от ваших последних слов. Что значит «еще выглядела»? Не подразумеваете ли вы, что Марго могли отравить в моем доме?

– В этом нам еще предстоит разобраться. Впрочем… – Внезапно в голосе доктора зазвучал отзвук прежнего рева, он шумно фыркнул и стукнул кулаком по столу. – Нет! Нет! В таком случае яд начал бы действовать гораздо раньше!

– Ах вот оно что! – с видимым облегчением воскликнул сэр Дэнверс.

– Правда, тогда возникает другой вопрос. Скажите, миссис Марш, случайно, не появлялась в вашем доме чуть раньше – скажем, за несколько часов до игры в «убийцу»?

Едва заметное удивление появилось в глазах Локи, но он не выдал своих чувств.

– Да. Как ни странно, была, – просто ответил хозяин «Уайдстэрз».

– Позвольте узнать, с какой целью?

– Думаю, – улыбнулся Локи, – просто так, поздороваться… Они тогда только что прибыли из Лондона. Хотя… нет… Подождите-ка, я вспомнил. Марго сказала, что ищет мужа. – У Локи был озадаченный вид. – Да, своего мужа!

– И она встретилась с ним?

– Нет. Наш друг Марш к тому времени ушел к ручью с Дорис, где, как я слышал, демонстрировал умение ходить по бревну с закрытыми глазами. – Локи, безукоризненно владеющий интонациями, приправил фразу изрядной порцией иронии. – Я припоминаю, миссис Марш хотела, чтобы я или моя супруга попросили Торли поскорее вернуться домой, – ей срочно требовалось с ним побеседовать.

Старинный друг «второй мамочки» долго не сводил взгляда с Локи, потом откинулся на спинку кресла:

– И что же такое срочное жена сообщила вам, мистер Марш?

– Абсолютно ничего! – В голосе Торли слышалось откровенное возмущение. – Я же повторяю снова и снова: она всегда себя так вела! Она…

– Сэр, – перебил его доктор Фелл. – А не намеревалась ли она попросить у вас развода?

И снова в комнате повисла гнетущая тишина.

Развод? Холден задумался. Марго собиралась потребовать развода! Нет, не может быть! Впрочем… Если отнестись серьезно к заявлению Дорис о существовании у Марго Деверо любовника, что подтверждалось некоторыми деталями в рассказе Силии, то дело менялось в корне. В любом другом случае Марго ни за что не решилась бы развестись и скорее предпочла бы мириться с любыми бедами семейной жизни. Но если она страстно влюбилась и захотела выйти замуж за своего избранника, – то да!

– Поверьте, мне жаль, но я вынужден повторить вопрос. – Доктор и впрямь выглядел огорченным. – Но не намеревалась ли ваша супруга потребовать развода?

– Нет, – буркнул Торли, отводя глаза.

– В таком случае, сэр, я вынужден перейти к еще более неприятным и болезненным для вас вопросам. – Гидеон Фелл Дотронулся до конверта, лежащего на столе. – Вам конечно же известны детали выдвигаемых Силией Деверо обвинений?

– Уж кому-кому, а мне они хорошо известны! – бросил Марш.

– И в частности, ее утверждение, что вы однажды ударили свою жену по лицу ремнем?

– Да! – крикнул Торли. – Но это была всего лишь…

– Всего лишь что? – отрывисто спросил доктор Фелл.

Он даже привстал с кресла, едва не опрокинув лампу. Однако это движение было попыткой надавить на собеседника или напугать его. Торли соскользнул с подлокотника и выпрямился.

– Что это было, мистер Марш? – настаивал собеседник.

– Всего лишь ложь! – отрезал Торли. – Наглая ложь!

Доктор Фелл разочарованно опустился в кресло, словно потухший вулкан, только что извергнувший потоки лавы и тучи пепла.

– Хорошо, возьмем другое высказывание. Правда ли, что вы своим поведением вынудили вашу супругу предпринять попытку самоубийства, приняв стрихнин?

– И это ложь, – твердо ответил вдовец.

Отвратительные подробности этой истории вновь становились известны посторонним. Слушая их, Локи и его дочь сидели неподвижно, словно парализованные.

– А, например, утверждение, что в ночь смерти вашей жены в аптечном шкафчике был обнаружен пузырек с надписью «Яд»?

– Там никогда не было такого пузырька! – раздраженно воскликнул маклер.

– Или вот еще…

– Прекратите! – крикнул Торли, потянувшись рукой к воротничку рубашки, глубоко вздохнул и уже совершенно спокойным тоном добавил: – С меня достаточно. Такого издевательства не вынес бы ни один человек.

– Вот как? – вежливо произнес доктор.

Но Торли уже полностью взял себя в руки.

– Послушайте, сэр, все эти грязные сплетни в мой адрес – просто пустая болтовня, и я мог бы доказать мою правоту в любой момент. Я не пытался защитить себя до сих пор только потому, что не хотел нарушать приличий. Но теперь – хватит! – И в тот момент, когда симпатии большинства присутствующих были на стороне этого несчастного, загнанного в угол человека, тон Торли изменился, и иллюзия мгновенно развеялась. – Господи, да у меня уже в печенках сидит семейная жизнь и эти полоумные сестрицы! Одна холодна как лед, другая окончательно свихнулась! И этот заплесневевший дом… Хоть бы он сгнил ко всем чертям! И эти мерзкие портреты… – Он махнул рукой на стену. – Пусть вытворяют что угодно! Силия говорит, они могут… Силия… Я ведь хорошо относился к ней. Я делал для нее все, что мог! И я терпел все ее выкрутасы, пока она не выносила своих бредней на люди! Но теперь пусть она только попробует высказать что-либо подобное в присутствии посторонних! Пусть только попробует!

Хотя никто не услышал ни шагов, ни скрипа половиц, но вдруг за спиной у Торли беззвучно возникла Силия.