Прочитайте онлайн Спасенная любовью | Глава 5

Читать книгу Спасенная любовью
4418+3164
  • Автор:
  • Язык: ru

Глава 5

Брайан покосился на Арианну. Что-то она вела себя уж очень тихо, за все утро произнесла едва ли дюжину слов. Он до сих пор чувствовал вкус их поцелуя. При одном воспоминании о нем вся кровь устремилась в пах, и он быстро прогнал эти мысли. Вместо этого он снова сосредоточился на загадке, почему леди Арианна выскочила из его объятий так, словно он представлял угрозу, а не вызывал у нее желание. Вот уж кем он никогда ни для одной женщины не был, так это угрозой. Он никогда не навязывал свои знаки внимания женщине силой и никогда не лгал, чтобы получить то, чего хотел. Кроме того, простой поцелуй не должен был так испугать женщину, которая несколько лет была замужем.

Если только муж ее не бил. Брайан нахмурился и снова бросил взгляд на нее. Он спрашивал себя, не ошибся ли, подумав, что Клод просто не дал ей почувствовать вкус страсти. Брайану доводилось видеть, как ведут себя женщины, пережившие мужское насилие, у Арианны он ничего подобного не заметил. Самое главное, что она позволила ему разлучить ее с мальчиками и отделить от всех остальных, согласилась поехать с ним вдвоем и проявила только вполне естественную настороженность, хотя не знала о нем ничего, кроме имени. Да и эта настороженность уже начала проходить.

В конце концов Брайан вернулся к мысли, что покойный Клод, по-видимому, просто был очень плохим любовником. Брайан чувствовал, что Арианна – страстная натура, и если покойный муж никогда не возбуждал в ней страсть, то вполне возможно, что незнакомый жар и желание ее испугали. Даже при беспощадном свете дня Брайан не сомневался, что Арианна чувствовала в его объятиях такой же огонь, какой охватил и его самого. Может, у него и не такой богатый опыт, как у некоторых его братьев, но распознать, когда женщина отвечает на его поцелуй, он умел, и Арианна отвечала. Это напомнило ему о том, что он решил прошлой ночью: он должен развеять ее страхи, потому что намеревался поцеловать ее снова, и, если повезет, дело у них не ограничится поцелуями. Вот только если бы он знал, как эти страхи развеять. И сколько он над этим ни думал, пока не уснул, так и не нашел ответа.

– Мы скоро сделаем остановку, дадим лошадям отдохнуть и отдохнем сами, – сказал Брайан. Он уже запланировал, где именно они остановятся. – Может быть, и поедим.

– Это было бы хорошо, – сказала Арианна.

Она ненадолго встретилась с ним взглядом и быстро отвела глаза. Теперь ее взор был устремлен только на тропу, убегающую назад под копытами лошади. Достаточно было ей только взглянуть на сэра Брайана, как она краснела. Ей было до сих пор неловко оттого, что она почувствовала, когда они целовались, – жар во всем теле и томительное желание, которое она не вполне понимала. Но больше всего ее смущало то, как она отреагировала на поток ощущений, охвативших ее, когда его губы коснулись ее губ: она отскочила от него, словно от прокаженного. Такое поведение пристало молоденьким девственницам, но не зрелой вдове двадцати трех лет от роду. Более того, Арианна подозревала, что даже самые скромные девушки и те ведут себя лучше. Ей надо было с большим достоинством покинуть его объятия. «Хорошо, что я хотя бы не потеряла голову», – подумала она с примесью отвращения к себе. И с неохотой признала, что была близка к этому. Клод ее целовал, занимался с ней любовью, но сейчас она подозревала, что, вполне возможно, он просто по обязанности исполнял супружеский долг. Ни разу он не вызвал у нее такой бури ощущений. Бóльшую часть времени Арианна просто желала, чтобы Клод поскорее закончил с этим. А когда ее целовал сэр Брайан, мысли у нее были совсем другие. Именно это ее и пугало, наконец призналась себе Арианна. Она струсила. Очень может быть, что страсть, которую разбудил в ней поцелуй сэра Брайана, и есть то самое, о чем вздыхали ее замужние подруги и чего она сама всегда хотела. И что же она сделала, когда ей наконец довелось отведать вкус того, чего она жаждала? Она от этого сбежала. Арианна не знала, что ей теперь делать, и следует ли делать вообще хоть что-то.

– Думаю, вот это будет подходящее место для привала.

Глубокий голос сэра Брайана вывел Арианну из задумчивости. Она огляделась. Они остановились в прекрасном месте возле быстрого ручья. Берега его покрывали дикие фиалки, а между деревьями Арианне были видны колокольчики, покачивающиеся на легком ветерке.

– Несмотря на все трудности, которые еще не кончились, я несказанно рада, что вернулась сюда, – сказала Арианна, слезая с коня.

– Я слышал, что Франция красивая страна. – Брайан тоже слез с коня, подошел к Арианне и остановился рядом. – Подозреваю, что владения вашего мужа были живописны и наверняка земля была очень плодородной.

– Да, это так, но Франция совсем не похожа на Шотландию. – Арианна встала на колени на берегу ручья и вдохнула аромат фиалок. – Кажется, я скучала по этой земле не меньше, чем по моей семье.

Брайан достал из вьюка овсяные лепешки и сыр, сел рядом с Арианной и передал часть еды ей. Пока они ели, Брайан смотрел вокруг и думал, что это место особенно красиво и что если бы ему пришлось покинуть Шотландию, он бы по ней очень тосковал. Столь же суровая, сколь и прекрасная, с переменчивой погодой, нелегкая для жизни, эта страна была его домом. Шотландия у него в крови. И он подозревал, что в крови Арианны тоже.

– Что же, за все время, пока вы там были, они не разрешили вам хотя бы один раз съездить домой? – спросил Брайан.

– Клод время от времени обещал, что отвезет меня домой погостить, но скоро я поняла, что он говорит это в основном, чтобы меня успокоить. Не думаю, что он вообще когда-нибудь планировал приехать в Шотландию. Он даже называл эту страну варварской, когда думал, что я его не слышу. Точно так же считали его родственники. И получалось, что я маленькая дикарка, которую они вынуждены терпеть ради моего богатого приданого.

В ее словах послышалась легкая горечь, но Брайан удивился, что именно легкая, не более того. Из всего, что она рассказала ему про Клода и его семью, Брайан заключил, что ее не приняли, и она безропотно терпела это все годы своего брака. У нее есть все основания испытывать горечь. Когда ее отправили во Францию, она не только лишилась своей семьи, но и не обрела новую.

– А еще я думаю, – продолжала Арианна, – что после того, как я узнала о существовании его любовницы, они боялись, что если я поеду домой, то не вернусь обратно. – Она пожала плечами. – Может быть, я и не вернулась бы, тогда бы их это очень унизило.

Брайан выругался себе под нос.

– Похоже, они никогда не задумывались о том, как этот негодяй с вами обошелся. Они ни разу не подумали о том, как вы страдали.

Услышав в его голосе гнев, Арианна посмотрела на него с удивлением.

– Да, но я ведь была его женой, а жены должны терпеть, разве нет?

– Если бы мужья женщин из моего клана обращались с ними так, как Клод с вами, им бы очень не поздоровилось. И вот еще что: если бы какую-то из этих женщин предал муж, а его родня попыталась бы свалить вину на нее, эта родня была бы послана далеко и надолго.

Арианна усмехнулась.

– Да, большинство женщин моего клана так бы и поступили. – Она вдруг нахмурилась. – Вообще-то довольно странно, что никто из моих родных за мной не приехал. Я им писала, что мне приходится выносить. То, что сделал Клод, должно было привести их в ярость.

Арианна чувствовала себя покинутой родственниками, и ей было трудно это понять, трудно найти довод, который бы помог ей их оправдать.

– Вот как? Скажите, свои письма к родным вы передавали кому-то из людей вашего мужа, чтобы они их отправляли? – Арианна побледнела, ее глаза широко раскрылись. Брайан кивнул. – Я подозреваю, что ваши письма перед отправкой читали, и те, в которых вы писали о том, как плохо с вами обращаются, отправлялись прямиком в огонь. – Брайан сжал кулаки, борясь с настойчивым желанием заключить ее в объятия и облегчить ее боль и горечь, которые он читал на милом лице. – У вас ведь было богатое приданое, не так ли?

– Да, довольно богатое. И им оно было очень нужно, потому что они слишком много тратили.

Глаза Арианны защипало от слез. Это не должно было стать таким болезненным потрясением. В семье Клода ее явно не приняли с распростертыми объятиями. Мужчина, за которого она вышла замуж, по-видимому, никогда ее не любил. Теперь Арианна знала и другое: если бы у нее родился ребенок, он бы тоже не был всецело принят семьей ее мужа. Ей самой не верилось, что она могла быть такой наивной и так доверять им. Людям, которые обращаются с кем-то так, как они обращались с ней, доверять нельзя. Хуже того, она допустила мысль, что всем ее родственникам безразлично, как с ней обращаются, и это поселило в ее сердце недоверие к родной семье. Этого она Люсеттам никогда не простит.

– Ну, моим родным это не понравится, – прошептала она. – Ох, да что я говорю, они придут в ярость, когда узнают, как меня обманули, да не только меня, их тоже. Услышав, что вся эта чертова семейка обращалась со мной плохо и украла мое приданое, они будут просто в бешенстве.

– Как вы думаете, они захотят воевать с Люсеттами?

– Они захотят, но, думаю, в конце концов дело ограничится войной слов и требованием вернуть приданое. Дело в том, что между их семьей и нашей есть родство, и кровное, и через брак. В каком-то давнем поколении. Мой брак должен был возобновить эту связь. И в семье Люсеттов есть очень хорошие люди. Им я тоже писала. – Арианна вздохнула. – Подозреваю, что эти мои письма тоже отправились в огонь, и именно поэтому я никогда не видела тех Люсеттов, с которыми встречалась раньше, тех, которые более тесно связаны с моим кланом.

Брайан уже собирался сказать, что он думает о том, как с ней обращались Люсетты, как вдруг услышал стук копыт приближающихся лошадей. Он тут же взял Арианну за руку и потянул, поднимая ее.

– Нам нужно уходить!

Арианна поспешила сесть на лошадь.

– Думаете, это они? – спросила она.

– Да, подозреваю, что они. Заезжайте за деревья, там нас не заметят. Я хочу их увидеть, чтобы знать точно. Но даже если это не они, думаю, лучше, если мы не будем попадаться на глаза. Не нужно, чтобы кто-то мог рассказать, где нас видели.

– Но если они проедут мимо нас так близко, неужели они нас не увидят?

– Они по другую сторону ручья.

Арианна и Брайан заехали в тень деревьев. Арианна наклонилась вперед и погладила кобылу по шее, пристально глядя на другую сторону ручья. Потом закрыла глаза и напряженно прислушалась. Наконец она услышала то, что еще раньше услышал Брайан. По другому берегу ручья определенно ехали всадники. Ее поразило, насколько острый у Брайана слух. Она бы сама сидела у всех на виду и, вероятно, не слышала бы их приближения. Она открыла глаза и снова стала смотреть на противоположный берег. Всадники появились в поле зрения. Амиэля она сразу узнала. Этот человек сидел на лошади с таким же ледяным высокомерием, какое демонстрировал постоянно, когда имел дело с другими людьми. Арианна сочувствовала бы слугам Люсеттов, если бы они чуть ли не все до единого не презирали ее и мальчиков точно так же, как родня Клода.

Им явно не повезло с хозяевами, но это не оправдывало их черствость. Клод вел себя с ней бесчувственно, его родители – точно так же, но Амиэль был еще и жесток. Арианна с самого начала увидела это в нем.

Арианну беспокоило, что, как бы Брайан ни скрывался, Амиэль все так же шел по их следу. Нельзя было исключить, что те немногие, кто заметил их в пути, сообщили о них Амиэлю и его людям, но все равно удивительно, что им до сих пор не удалось сбить преследователей со следа. Можно было подумать, что Амиэль точно знал, куда они могут пойти, и он не столько шел по их следам, сколько следовал тем путем, которым, по его мнению, должны были ехать они.

Арианна посмотрела на Брайана, собираясь спросить, что он по этому поводу думает, но он сделал ей знак следовать за ним. Она так и сделала. Ей казалось, что каждое ее движение между деревьями получается оглушительно громким. Ее не покидало ощущение, что Брайан знает намного больше, чем говорит ей. Потом она вспомнила, что прошлой ночью он уезжал шпионить за Амиэлем, но не рассказал ей, что он узнал и узнал ли хоть что-нибудь. И она намеревалась потребовать, чтобы он рассказал ей все, – как только они будут достаточно далеко, чтобы их не услышал враг.

Когда Брайан наконец дал знак остановиться, солнце уже почти садилось. За все это время они едва обменялись несколькими словами, важнее всего было двигаться быстро и бесшумно. Арианна больше не верила, что они оторвались от Амиэля, они всего лишь удалились от него на безопасное расстояние. Сойдя с лошади, она сказала:

– Брайан, я думаю, Амиэль знает, что ищет.

– Да, вас и парнишек.

Занимаясь лошадьми, он бросил взгляд на Арианну и поморщился. Она стояла, уперев кулаки в боки, и пристально смотрела на него. Хорошенькое лицо было хмурым. Она не наговорила ему резкостей, не обвинила его во лжи напрямую, но вся ее поза красноречиво говорила именно об этом.

– Думаю, пока вы вчера вечером рыскали вокруг, вы что-то узнали, – сказала она.

– Я никогда не рыскаю.

Арианна пропустила это возражение мимо ушей и продолжала:

– Но вы не потрудились рассказать мне, что узнали. Амиэль – изнеженный придворный, ему бы не хватило смекалки и умения выйти на наш след и держаться так близко от нас. К тому же он слишком тщеславен, чтобы допустить, что кто-то другой может лучше него знать, что делать, так что я сомневаюсь, что он прислушается к мудрому совету хорошего следопыта.

– Арианна, давайте позаботимся о лошадях и приготовим себе поесть, – сказал Брайан. – А потом я расскажу вам все, что узнал.

После недолгого колебания Арианна кивнула. Но пока она чистила лошадь, в ее душе нарастала тревога. Брайан узнал нечто такое, о чем не хотел ей рассказывать. Это всколыхнуло все ее страхи за безопасность Мишеля и Аделара. К тому времени, когда они сели бок о бок возле тлеющего костра и стали подкрепляться холодным мясом, хлебом и сыром, Арианна была уже так напряжена, что каждый кусок пищи, казалось, падал в ее желудок словно камень.

– Хорошая новость, – начал Брайан, – состоит в том, что Амиэль и его люди далеко не такие умелые следопыты, как может показаться. Дево и Амиэль в самом деле разбили своих людей на три группы, как мы и думали, но они каким-то образом наладили между собой связь и сообщают друг другу обо всем, что происходит и что им удалось узнать.

– Они знают, кто нам помогает.

Арианна не удивилась, услышав в собственном голосе страх.

– Да, по-видимому, это выяснила одна из групп, преследующих моих братьев. Ее ведет некий лорд Игнатий. Полагаю, он Дево.

– Да, это самый младший брат главы семьи. Про него известно, что он хитрый и жестокий, но, кажется, эти черты характера – обычные для всех представителей рода Дево. – Арианна задумчиво нахмурилась. – Хотя… кажется, есть еще один Дево по имени Игнатий. Дальний родственник. Среди Дево это имя очень популярно. Очень надеюсь, что это именно тот Игнатий.

– Почему?

– Потому что, насколько мне известно, он не воин, а винодел. Не имеет ничего общего с другим, более хитрым и жестоким.

– Не думаю, что они отправили бы в погоню за нами винодела. Так что, вероятно, это более известный Дево. Однако, может, он и умный, и коварный, но едет по незнакомой стране и по пути пытается добывать сведения у упрямых людей, многие из которых не имеют желания помогать какому бы то ни было незнакомцу.

– Про этого печально известного лорда Игнатия говорят, что он очень хорошо умеет заставлять людей говорить то, что хочет узнать. Иногда даже король обращался к нему за помощью. Меня это пугает: почему король, у которого есть и темницы и палачи, считает, что лорд Игнатий лучше умеет заставить людей говорить. Остается только гадать, что он может сделать такого, что заставляет людей склониться перед его волей, когда они не склонились перед волей короля и выдержали пытки в королевских темницах.

– Верно, но эти места он все равно не знает. – Брайан провел рукой по волосам. – Я только молюсь, чтобы люди, которые попадаются ему на пути, оказались бы достаточно умными, чтобы при его приближении скрыться. Меня больше беспокоит, что у него есть возможность поддерживать связь с остальными, например он послал сообщение Амиэлю. Мы не знаем, как дела у остальных, и они про нас ничего не знают, и план у нас только один – как можно быстрее укрыться за какими-нибудь крепкими стенами.

– Очень хороший план.

Он протянул руку и взял Арианну за руку.

– Арианна, с вашими мальчиками все будет хорошо. В этом можете на меня положиться. Никто, каким бы он ни был умным или коварным, не сможет поймать Макфингэла, если он не хочет быть пойманным. Да, мы предпочитаем драться, но мы быстро усвоили, что иногда лучше всего уйти от драки, по крайней мере до тех пор, пока ты не сможешь сам выбрать место, где драться.

Арианна глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь побороть страх.

– Вы думаете, Мишель и Аделар уже за стенами Скаргласа?

– Аделар – да, вероятнее всего. Мишель – возможно, но это зависит от того, насколько извилистый путь выбрал Нейт. И я не удивлюсь, если узнаю, что Дево потерял нескольких человек.

– Но если они знают, что мальчики не с нами, почему они все равно нас преследуют?

– Из-за вас. – Арианна побледнела. Видя это, Брайан вздохнул и обнял ее за плечи. – Они все еще думают, что если схватят одного из вас, то это приведет к ним в руки всех остальных.

– Я никогда не отдам им мальчиков!

Она прислонилась к нему так, словно надеялась, что его уверенность передастся ей, впитается в ее кровь.

– Я знаю, но это не значит, что они это понимают. Амиэль считает, что им достаточно схватить одного из нас, помахать перед нашими носами толстым кошельком, и мы отдадим ему вас и мальчиков.

– Нет, вы никогда этого не сделаете.

В ее словах прозвучала твердая уверенность, и это согрело Брайану душу. Он знал, что репутация его клана постепенно улучшается, но знал он и то, что многие до сих пор презирают их как сборище распутных глупцов. Арианна верила в его силы, в его способность уберечь ее и мальчиков, и ему это было очень приятно. Не часто кто-нибудь выражал такую веру в одного из членов его семьи.

– Нет. Никогда. И ни один из моих людей тоже этого не сделает. – Он решил, что стоит рассказать Арианне все. Будет лучше, если она будет полностью сознавать, в какой она опасности. – Вы им нужны не только для того, чтобы добраться до мальчиков.

– Дево хотят заполучить кого-то из клана Марри, – догадалась Арианна.

– Да, вы правильно предположили. По-видимому, кто-то из вашего клана вызывает у них яростную жажду мести.

– Я знаю, но это не важно. Важно только, чтобы Мишелю и Аделару ничего не угрожало.

С этим Брайан не был согласен, но спорить не стал.

– Нам нужно помнить вот что: этот идиот Амиэль не идет по нашим следам, он скачет туда, куда, по его мнению, мы направляемся. Я не могу сказать, что он совсем не получает по пути никакой помощи, но в том деле, которое ему поручили, он разбирается плохо. И ему, как и Дево, не нравится эта страна, он не знает ее так хорошо, как я и мои братья. Хотел бы я стряхнуть его с нашего хвоста, но не думаю, что смогу это сделать. Однако я совершенно уверен, что он до нас не доберется и не схватит вас.

– А Дево не доберется до ваших братьев и не схватит одного из мальчиков, правда?

– Правда.

– И все это из-за двух мальчишек, которых все равно скоро объявят незаконнорожденными. Я просто не понимаю, зачем это все.

– И мы можем никогда этого не узнать, если только не поймаем одного из них и не заставим рассказать. Но готов побиться об заклад, ни один из этих людей, которые едут с Амиэлем и этим лордом Игнатием, не знает всей правды. Да они об этом и не задумываются, просто делают то, что им велят.

Арианна кивнула.

– А те, кто едет с Дево, хорошо знают, как дорого им придется заплатить, если они не будут делать то, что им велено. Думаю, Амиэль не сильно от него отличается.

Брайан передвинул ладонь под ее подбородок и приподнял ее голову.

– Арианна, мальчики в безопасности, и я намерен позаботиться, чтобы и вы были в безопасности.

Арианна знала, что он собирается снова ее поцеловать, еще до того, как он стал наклоняться к ее лицу. Она знала, что ей нужно отстраниться от него, но не сделала этого. Просто не смогла. Несмотря на страх и растерянность, она не могла выкинуть из головы первый поцелуй, все время думала о том, какой у него был вкус и как приятно было чувствовать себя в объятиях Брайана. По крайней мере до тех пор, пока не поднял свою уродливую голову ее страх. На этот раз Арианна была полна решимости насладиться поцелуем, а потом отстраниться со спокойным достоинством.

Брайан легко коснулся губами ее губ. Она не отстранилась в то же мгновение, и тогда он быстро углубил поцелуй. Желание вспыхнуло в нем с невиданной силой, но он пытался держать его под контролем. Арианна – не какая-нибудь искушенная куртизанка и не игривая вдовушка. Брайан начинал понимать, что, несмотря на годы брака, она почти так же невинна и так же мало знает о том, что может происходить между мужчиной и женщиной, как девушка из хорошей семьи, росшая защищенной от внешнего мира. Но действовать медленно было нелегко. Брайан хотел ее так, как никогда еще не хотел ни одну женщину. От желания почувствовать прикосновение ее плоти к своей, оказаться в ней все его тело напряглось. Брайан чувствовал, что и в ней поднимается желание под стать его собственному, и от этого ему стало еще труднее сдерживаться, действовать медленно и осторожно.

Он стал гладить ее талию и бедра, и Арианна затрепетала. Его поцелуй стал более страстным, более жадным, и вскоре она уже была рада этой страсти. Когда Брайан провел рукой вверх от талии и погладил ее грудь, она испытала такое удовольствие, что невольно ахнула. Восторг перешел в желание, и вот уже она сама забралась к Брайану на колени… и в этот момент в ней зашевелился страх. Как Арианна ни старалась, она не могла сосредоточить все мысли и чувства только на удовольствии от его поцелуя и прикосновений. Она начала думать о собственной худобе, о том, какие маленькие у нее груди, о том, что ей не хватает приятных округлостей, которые любят мужчины. Снова Клод – это его голос нашептывал в ее сознании, напоминая обо всем, чего ей не хватало как женщине. К этому прибавился и другой страх: Арианна испугалась того, что почувствовала в объятиях Брайана, что это было слишком много и слишком быстро, а его желание неизбежно сменится презрением, когда он поймет, что она не в состоянии удовлетворить его так, как надо удовлетворять мужчину. Арианна вырвалась из объятий и вскочила на ноги. Брайан выругался, и ее это не удивило.

Арианна смотрела на него, прижав ко рту руку. Брайан, нахмурившись, посмотрел на нее и взлохматил пальцами свои густые волосы. Арианна с удивлением обнаружила, что у нее прямо-таки руки чешутся от желания сделать то же самое, и она не понимала, откуда это взялось. Она стала быстро меняться: у нее возникло желание делать с ним всякие вещи, которые ей даже в голову не приходило делать с человеком, которого она считала своим мужем. Да и с каким-то другим мужчиной, если уж на то пошло.

– Милая, я не причиню тебе вреда, – сказал он. – Ты могла просто сказать «нет», и я бы без вопросов тут же тебя отпустил.

– Я знаю.

И она действительно это знала. Ее пугало не то, что он может взять ее силой. Она чувствовала сердцем, что Брайан никогда этого не сделает. Страх Арианны был порожден сознанием, что она готова была уступить желанию, которое он пробудил в ней и, кажется, испытывал сам, но потом неизбежно прочтет в его глазах отвращение, которое всегда было написано на лице Клода, когда он покидал ее постель. Арианна знала, что если она увидит такое же выражение на лице Брайана, это разобьет ей сердце.

– Однако когда ты от меня убежала, на твоем хорошеньком личике читался страх.

– Я боюсь не тебя. – Рассказать все Брайану будет нелегко, возможно, даже унизительно. Но Арианна чувствовала, что обязана объяснить ему свое странное поведение. – Я боюсь тебя разочаровать.

– Как ты можешь меня разочаровать? Может, я не такой блудливый кот, как многие из моего клана, но кое-какой опыт у меня есть. Когда мы целовались, я почувствовал, что ты хочешь меня так же, как я тебя.

– Да, но что будет после того, как ты попытаешься удовлетворить свое желание? Я в этом деле не хороша.

– Откуда ты можешь это знать? Я абсолютно уверен, что твой муж был не ахти какой любовник.

– Верно, – согласилась Арианна, – но это потому, что я такая плохая партнерша в постели. Он не раз вставал с нашей кровати, ворча, что я не владею искусством ублажить мужчину. Мне было бы невыносимо увидеть, как ты смотришь на меня таким же взглядом. Вот я и подумала, что лучше нам перестать целоваться и не желать большего.

Брайан вскочил на ноги и сердито воззрился на нее. Она попятилась.

– Я не такой, как этот ублюдок Клод! – рявкнул он.

– Я знаю, но…

– Не надо. Садись. Мы поедим, потом отдохнем и двинемся дальше.

Она осторожно села, наблюдая, как Брайан меряет шагами маленькую опушку. Потом он сел рядом с Арианной. Она старалась не напрягаться. Было ясно, что она его рассердила, но как успокоить этот гнев, она не знала. Если разобраться, она даже не была уверена, стоит ли его успокаивать. Если он продолжит на нее сердиться, поцелуев больше не будет. От осознания этого у нее защемило сердце, и она мысленно выругалась.

– Я не Клод, – снова сказал Брайан. Он передал Арианне бурдюк с сидром и стал доставать из поклажи овсяные лепешки, холодное мясо и сыр. – Теперь я понимаю, что он хотел заставить тебя сомневаться в себе, быть не уверенной ни в чем. Мне казалось, что ты уже должна была понять, что все его слова – ложь.

Во рту у Арианны был сидр, поэтому она просто кивнула. Встретиться взглядом с Брайаном было трудно, но она заставила себя это сделать. Вот если бы еще этот разговор не смущал ее так сильно. Одно дело – в пылу поцелуя забыться в объятиях очень красивого мужчины, и совсем другое – обсуждать это. Она только сейчас осознала, как мало знала об отношениях между мужчиной и женщиной. Клод делал только то, что было необходимо, чтобы она забеременела. Арианна знала, что это не все и существует что-то еще, и немало, но она не догадывалась, что это, даже несмотря на услышанные когда-то разговоры между замужними женщинами из их клана.

– Мужчина может подавить женщину двумя способами. Он может колотить ее кулаками, а может колоть жестокими словами до тех пор, пока у нее совсем не останется гордости и воли ему противостоять. Тебе нужно усвоить, что все, что говорил Клод, было враньем. Таким способом он пытался обеспечить себе спокойную жизнь, чтобы ты не создавала ему проблем. Ну и чтобы можно было переложить вину за свои собственные ошибки на тебя.

– Я знаю, – прошептала Арианна.

Она начала задумываться о причинах поведения Клода еще тогда, когда узнала, что он в действительности не был ее мужем.

– Арианна, если он не получал удовольствия с тобой в постели, то в этом виноват только он сам. Я чувствую в тебе страсть, ты горячая и сладкая. А он запер твою страстность на замок, потому что она была ему не нужна. Ты должна ее освободить. Перестань думать, будто тебе чего-то не хватает и поэтому мужчина останется холодным. Поверь мне, когда я держал тебя в своих объятиях, я чувствовал что угодно, только не холод.

– Скажи, как бы ты себя чувствовал, если бы женщина, вставая с твоей кровати, ясно дала тебе понять, что ты не удовлетворил ее желания? И что если бы эта женщина была твоей женой и говорила тебе это каждую ночь?

О таком Брайан не хотел даже думать. Он знал, что если бы нечто подобное случилось в реальной жизни, это бы разъедало его изнутри.

– Это бы отпечаталось в моем сердце и уме, как отпечаталось в твоем. Только ты можешь выкинуть из головы эту чушь, выбросить ее туда, где ей и место, – на свалку. Я бы тебе сказал, что бы я еще сделал, но боюсь, это будет выглядеть так, будто я просто пытаюсь заставить тебя сделать по-моему.

– А что бы ты сделал?

– Я бы нашел женщину и выяснил, в ком была причина, во мне или в той, которая утверждала, что я не оправдал ее ожидания. Если это со мной было что-то не так, то я бы постарался сделать все, что могу, чтобы это исправить, потому что я знаю, что во мне есть страсть, что мне только нужно научиться делиться ею с другими. А теперь ешь. Нам нужно отдохнуть, а тебе, я думаю, необходимо еще и победить нескольких призраков.

Арианна поела и отправилась спать. За все это время она не произнесла больше ни слова. Ее мысли были настолько заняты тем, что сказал Брайан, что она даже не пыталась завести разговор. А еще она была недовольна собой. Ведь она в самом деле знала, чего Клод добивался своими постоянными оскорблениями и холодным бездушием, но его слова все еще на нее влияли, и ей было очень трудно освободиться от их власти. Прошлое держало ее в своих тисках слишком крепко и слишком долго. Она очень хорошо помнила жар поцелуя Брайана и то, как ее кровь вскипела в венах, когда он положил руку на ее грудь. Какая-то часть ее существа требовала, чтобы она позволила себе сполна испытать вкус наслаждения, которое ей обещал Брайан, но другая часть трепетала от страха, что и он тоже сочтет ее ущербной. Храбрость – вот что ей нужно. Арианна решила, что она найдет в себе эту храбрость. И найдет в себе силы изгнать страх, который поселил в ее душе Клод. Она наберется храбрости и примет то, что предлагает Брайан. В конце концов она вдова и может не отказывать себе в удовольствии из страха перед людским осуждением. К тому времени, когда они снова остановятся на ночлег, Арианна хотела быть готовой узнать правду. Она хотела убедиться, что все, что Клод ей внушил о ее женских качествах, не более чем очередная ложь.