Прочитайте онлайн Спасенная любовью | Глава 14

Читать книгу Спасенная любовью
4418+3161
  • Автор:
  • Язык: ru

Глава 14

Арианна сидела на каменной скамье под деревом и со слабой улыбкой наблюдала, как в саду играют дети Камеронов. Ей было приятно смотреть на детей, но одновременно и грустно, потому что она очень тосковала по Мишелю и Аделару. Ей нравилось в Дабхейдленде, и четыре дня, которые она здесь провела, были ей жизненно необходимы, но все же она с нетерпением ждала, когда они продолжат путь в Скарглас. Пора уже положить конец козням Амиэля.

– А ты уверена, что тебе можно уже вставать с постели?

Услышав голос Брайана, Арианна вздрогнула от неожиданности и повернулась к нему. Он смотрел на нее, хмурясь.

– Уверена. Джолин тебе еще в первый день сказала, что у меня ничего не сломано и нет кровотечений внутри. Синяков осталось еще много, но они постепенно бледнеют.

Арианна не собиралась рассказывать ему, что у нее все еще кое-где немного побаливает, а до некоторых синяков больно дотрагиваться.

Брайан что-то пробурчал и сел рядом с ней.

– Ты меня не одурачишь, я знаю, что ты еще не совсем поправилась. Даже по тому немногому, что я видел, понятно, что этот подонок собирался забить тебя до смерти.

При воспоминании об Амиэле Арианна невольно содрогнулась.

– Я не рассказывала ему, где именно скрываются дети, я решительно отказалась помогать ему добраться до них. Он страшно разозлился, настолько вышел из себя, что даже забыл, что я нужна Дево живой. А когда он понял, что я знала о его планах и о том, что ему уже известно, где мальчики, то рассвирепел еще сильнее. Мне вот что показалось странным: когда его люди напомнили ему, что я нужна лорду Игнатию живой, он должен был прийти в ужас. Любой разумный человек испугался бы. Но на него это вообще не подействовало, он продолжал меня избивать. – Арианна глубоко вдохнула и медленно выдохнула, стараясь не вспоминать, как ей было страшно тогда и какой беспомощной она себя чувствовала. – Я просто думаю, что нам пора все-таки двигаться в Скарглас.

– Сомневаюсь, что ты достаточно окрепла, чтобы ехать дальше.

– Сколько времени займет путь?

– Это зависит от скорости. Дня три. Может быть, чуть больше. Может быть, чуть меньше.

– Я спокойно это перенесу, если мы не будем всю дорогу мчаться галопом. – Брайан по-прежнему хмурился. Видя, что ее заверения его не убедили, Арианна сказала: – Мы знаем, что Люсетт с остатками своих людей присоединится к остальным. К тому времени, когда они подойдут под стены Скаргласа, нам нужно быть уже в замке.

– У них мало шансов проникнуть за эти стены.

– И когда они попытаются это сделать, я бы предпочла быть внутри, а не пытаться найти способ попасть в замок и не быть при этом убитой.

Брайан тоже предпочел бы. Количество людей, которых Люсетт и Дево привезли с собой, поубавилось, но они могли нанять еще. И до него дошли слухи, что они именно этим и занимаются. Невозможно предсказать, что произойдет, когда они увидят высокие неприступные стены Скаргласа, откажутся ли они от своей затеи и вернутся во Францию или, набрав целую армию наемников, все-таки решатся напасть. Вполне возможно, они решат, что выгода в случае победы стоит того, чтобы рискнуть.

– Мы двинемся в путь завтра, – сказал Брайан. Арианна обняла его. Он вздохнул. – Я не думал, что после того, как мы провели столько времени в седле, ты будешь так рада продолжить путь.

– Ты прав, я не жажду снова сесть на лошадь. Но мне очень хочется поскорее уехать туда, где находятся мои мальчики. Мне нужно их увидеть. Они – все, что у меня есть, и если предстоит битва за их жизни, то я должна быть рядом с ними. – Она потерлась щекой о его рубашку и сама удивилась, что стала такой открытой в проявлениях нежности. – Возможно, кроме них, у меня никого и не может быть, – тихо добавила она.

Брайан отклонился назад, положил ладони на ее щеки и повернул ее лицом к себе. По ее глазам он понял, что она запоздало осознала, что только что сказала, и хочет, чтобы он пропустил это мимо ушей. Но он не мог этого сделать.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Брайан.

– Ничего, – пробормотала Арианна. – Совсем ничего.

Она почувствовала, что краснеет, теперь Брайан сразу поймет, что она лжет.

– Арианна, что ты имеешь в виду? Мало того что у тебя очень много родных, ты еще молода, ты сможешь снова выйти замуж и завести своих детишек.

Стоило Брайану только представить Арианну с другим мужчиной, как от ревности все его внутренности скрутило узлом. Он знал, что Арианна не может принадлежать ему, что он для нее недостаточно хорош, но при этом он не мог смириться с мыслью, что она создаст семью с другим мужчиной. Было трудно признаться самому себе, что он оказался эгоистом, но так оно и было.

– Нет, я не могу.

Арианне было неловко делиться с Брайаном своими опасениями, однако, хотя Брайан никогда даже не намекал, что хочет на ней жениться, она считала своим долгом объяснить ему, почему из нее получится плохая жена для любого мужчины.

– Я уверен, как только станет известно, что ты свободна, тут же у тебя появится много кавалеров знатного происхождения с толстыми кошельками, желающих на тебе жениться.

Арианна не поняла, при чем тут происхождение мужчины или толщина его кошелька, но удержалась от расспросов. Такими вопросами было бы очень легко увести разговор в сторону от правды, которую она скрывала. Но Брайан должен знать правду, она просто обязана ему рассказать.

– Брайан, мужчина хочет иметь детей. Я не смогла дать Клоду ребенка, хоть мы и прожили в браке пять лет. В единственный раз, когда я зачала, я очень быстро потеряла ребенка.

В ее тоне и во взгляде сквозила такая печаль, что Брайан снова привлек ее к себе. Он гладил ее по спине и одновременно пытался придумать, что бы такое сказать, чтобы облегчить ее печаль. К сожалению, он мало что знал о женских болезнях, о рождении детей и о том, как и почему женщина может потерять еще нерожденного ребенка.

– Причина могла быть в Клоде, – сказал он наконец. Сказал и поморщился: аргумент даже ему самому казался слабым.

Арианне показалось немного странным, что Брайану прежде всего пришла в голову именно эта мысль, но она лишь сказала:

– Клод подарил Мари-Анн двух здоровых сыновей. А мне одного, который не смог во мне прижиться, и все. Нет, боюсь, что я не способна выносить ребенка.

– Я в это не верю, но в таких вещах не разбираюсь. Не хотел разбираться. – Арианна тихо засмеялась, и он улыбнулся. – Тебе нужно поговорить с женщинами, которые знают в этом толк. Джолин замужем семь лет, у нее уже трое детей и еще один на подходе. Она же должна кое-что в этом понимать, как ты думаешь? Фиона из твоего клана обучена искусству врачевания. Так что она знает о деторождении не только то, чему научилась на собственном опыте, но и все, чему ее научили врачевательницы из вашего клана.

Арианна кивнула, но она знала, что не последует совету Брайана. Ей было трудно говорить на эту тему с Джолин и так же трудно сейчас признаться в своем изъяне Брайану. Но обсуждать это с другой женщиной, особенно с той, у которой уже есть ребенок, и еще раз слушать заверения, что она может и не быть бесплодной… это почти невыполнимая задача. Арианне было бы невыносимо видеть жалость в глазах женщины, а она наверняка ее увидит. И все же она понимала, что было бы разумно поговорить с кем-то, кто в этом вопросе разбирается. Даже если они подтвердят ее опасения. По словам Клода, врач сказал, что она, вероятнее всего, не может понести, а если даже ей повезет забеременеть, то она не сможет выносить ребенка до конца. Фиона вполне могла знать больше, чем Джолин.

Брайан встал, взял ее за руку и потянул на себя, чтобы она встала.

– Пойдем. Раз уж мы решили продолжить путь, нам надо идти собираться.

Только когда Арианна упаковывала одежду, щедро подаренную Джолин, она по-настоящему осознала, в чем призналась Брайану. Она вдруг поняла, почему ей так необходимо было поделиться с ним этой болезненной, глубоко личной правдой. Потому что она хотела увидеть его реакцию. Он ее подбадривал и сочувствовал ей, но не сказал того, что она жаждала услышать. Он не сказал, что для него это не имеет значения.

– Глупая женщина, – сказала Арианна вслух.

Она села на кровать и уставилась невидящим взглядом на тонкую льняную сорочку, еще один дар от Джолин.

– Почему вы называете себя глупой?

Арианна вздрогнула от неожиданности. Потом посмотрела на Джолин, мысленно спрашивая себя, как получается, что людям удается подкрадываться к ней совершенно неслышно. Может быть, когда она тонула в море, у нее что-то случилось с ушами? После пяти лет несчастливой жизни с Клодом ей было нелегко вспомнить в подробностях, как все было в предыдущие годы, однако Арианна была уверена, раньше она не была такой невнимательной к тому, что происходит вокруг нее или кто к ней приближается.

– Почему вы хмуритесь? – спросила Джолин. – Я вас чем-нибудь обидела?

– О нет! Я просто думала, что я, похоже, не способна почувствовать, когда ко мне кто-то подкрадывается, и пыталась понять, почему так происходит. Наверное, «подкрадываться» – слишком резкое слово. Я хочу сказать, частенько случается, что Брайан ко мне подходит, а я не слышу его приближения. Я даже понятия не имела, что ко мне сзади подбирается Люсетт, пока не стало слишком поздно. А теперь вот вы просто… ну, вы оказались здесь, а я перед этим не слышала ни звука. Я начинаю подозревать, что когда нам пришлось спасаться с корабля и прыгнуть в море, проклятая вода повредила мои уши.

Джолин засмеялась и села на кровать.

– Не думаю, что это так. Я подозреваю, что у вас просто голова слишком занята разными проблемами, у вас много поводов для беспокойства, поэтому вы часто уходите в себя и ничего не замечаете вокруг.

Арианна кивнула и улыбнулась. Все время, пока Джолин была здесь, Арианна старалась не смотреть на ее очень большой живот и не показать, как сильно она ей завидует. Она была рада за Джолин, женщина понравилась ей почти с первого взгляда, но она так мечтала подержать на руках собственного ребенка! Арианна отчетливо помнила все, что Джолин сказала ей в ответ на ее опасения по поводу бесплодности. Тем не менее ей хотелось поговорить на эту тему еще. Некоторое время Арианна колебалась, но потом решила, что Джолин поймет ее.

– Джолин, вы правда думаете, что я могу и не быть бесплодной, или вы просто сказали это, чтобы подбодрить?

Арианна поморщилась, запоздало поняв, что почти обвинила Джолин во лжи.

– Подбодрить женщину в этих вопросах никогда не мешает, но я в самом деле верю в то, что я вам сказала, – ответила Джолин. – После нашего разговора я еще об этом думала. Если в семье нет детей, люди всегда первым делом смотрят на женщину. Но ведь чтобы зачать ребенка, нужны двое, значит, и когда ребенок не может появиться, тоже нужно смотреть на обоих. Если от лихорадки или серьезной раны мужчина может стать слабым, как увядший цветок, то, мне кажется, вполне может быть, что такие вещи влияют и на его семя.

Арианна села рядом с женщиной и кивнула.

– А ведь верно! И, как вы уже заметили, довольно странно, что после того, как мы с Клодом поженились и я первый раз забеременела, Клод больше не сделал ребенка ни мне, ни Мари-Анн. Если мужчина примерно два года спит с двумя женщинами, и ни одна из них за это время не понесла, это наводит на размышления.

– Вполне возможно, что и первый ребенок не закрепился как надо в вашем теле, потому что в семени Клода уже тогда что-то было не так.

– Ну, теперь я этого уже не узнаю. Если с ним что-то и случилось, то это произошло до того, как мы поженились, и я же не могу расспрашивать об этом его родных сейчас.

– Вы хотите остаться с Брайаном.

– Ох, я-то хочу, но даже если я ему нужна, я не могу обречь его на брак без детей.

– Значит, мы опять возвращаемся к тому же: вам нужно сначала забеременеть.

– По-моему, до того, как хотя бы попытаться привязать Брайана к себе с помощью ребенка, я должна быть уверена, что он вообще хочет меня удержать.

– Я по-прежнему считаю, что он этого хочет, но я понимаю, что вам нужно более весомое подтверждение, чем мое мнение. А еще стоит учесть вот что: возможно, он считает, что он вас не достоин.

– Но Брайан очень уверен в себе, иногда это доходит даже до высокомерия. С какой стати ему считать себя недостойным меня?

– Его отец пользуется дурной славой, вся семья известна тем же, и еще учтите, что он младший сын без земли и почти без денег. И у него нет никаких перспектив получить что-нибудь в наследство. Мужчинам трудно понять, что женщины превыше всего этого ценят любовь. Думаю, они считают своим долгом обеспечить нам изобилие и не понимают, что многие из нас могут быть счастливы, когда просто есть крыша над головой, достаточно еды, чтобы не голодать, и кто-то сильный рядом, чтобы защитить нас и детей, которые у нас появятся. Ну и, может быть, иногда новое платье, чтобы не всегда ходить в лохмотьях. И… – она усмехнулась и погладила свой живот, – красивые толстенькие младенцы.

Арианна улыбнулась, но потом задумалась и нахмурилась.

– Странно, что Брайан, который временами бывает по-настоящему высокомерным, беспокоится, что он меня не достоин. Жалко, что я не могу просто спросить его напрямик, что происходит в его маленьком мужском мозгу. – Джолин засмеялась, и Арианна снова усмехнулась. – Надо будет об этом подумать, может быть, найдется какой-нибудь способ узнать его истинные чувства так, чтобы ему не пришлось ничего говорить. Я слишком большая трусиха, чтобы просто так открыть сердце мужчине. Мне нужно, чтобы хоть что-то намекало, что он ко мне неравнодушен, что между нами есть нечто большее, чем просто желание.

Джолин встала и пошла к двери.

– Можете для начала подумать о том, как он себя вел, когда вы были ранены. – Она шагнула за порог и оглянулась на Арианну. – Он от вас не отходил.

Об этом было невозможно не думать. Эта мысль вертелась у Арианны в голове постоянно. Когда она была ранена, Брайан действительно вел себя так, будто она ему небезразлична, это нельзя было сбросить со счетов. Но вопрос был в том, насколько глубоко это чувство. Арианна хотела, чтобы это было так, она желала этого всем сердцем, но не могла быть уверена. Она подумала над предложением Джолин зачать ребенка от Брайана, но ее совесть противилась этому плану. Конечно, то, чем они занимались вместе, приводит к появлению детей, и Брайан не принимал никаких мер предосторожности. Но всерьез планировать привязать его к себе при помощи ребенка или, что еще хуже, отнять у него ребенка, если он не даст ей того, что ей нужно, это совсем другое дело. Как она может даже думать о таком, ее матери было бы за нее стыдно!

Арианна почувствовала, что у нее постепенно начинает болеть голова. Она потерла виски. Ее разум ухватился за вероятность, что она небесплодна, и никак не отпускает эту мысль. Но в конце концов бесплодна она или нет, не имеет значения. Важно другое: нужно решить, хочет ли она бороться, чтобы удержать мужчину, который ей нужен, хватит ли у нее смелости хотя бы попытаться его удержать. Ведь если Брайан просто отвергнет ее, он может сломить ее дух гораздо сильнее, чем это сделал Клод, постоянно принижая ее пять долгих лет.

– Ты уверен, что они еще не собрались все возле Скаргласа? – спросил Брайан.

Он расхаживал взад-вперед перед большим сколоченным из толстых досок столом Сигимора. Сигимор положил ноги на стол и посмотрел на кузена. Брайан метался по комнате, как зверь по клетке.

– Ты подвергаешь сомнению слова моего человека? Который, между прочим, еще и мой кузен.

Брайан выругался, порывистым движением плюхнулся на тяжелый дубовый стул и сел по другую сторону стола лицом к Сигимору.

– Большинство твоих людей – либо твои братья, либо кузены, – проворчал он. – Нет, я в его словах не сомневаюсь, и ты это прекрасно знаешь. Просто я должен быть абсолютно уверен, прежде чем увезти Арианну из-под защиты этих стен. – Он нахмурился. – Может, стоит заставить ее переждать здесь, пока все это не кончится.

– Ты не сможешь ее заставить. Она хочет быть с теми мальчишками. Не забывай, что мне в свое время пришлось очень нелегко с моей Джо, потому что она защищала своего племянника. Может, эти мальцы Арианны и надежно спрятаны за толстыми стенами Скаргласа, но их враги-то никуда не делись, они по-прежнему им угрожают. И эта девушка не остановится, пока не доберется до них. Если ты попытаешься оставить ее и ехать один, она найдет способ последовать за тобой.

– Не последует, если я прикую ее цепью к кровати. – Они обменялись улыбками, но Брайан снова быстро посерьезнел. – Ей угрожает опасность ничуть не меньше. Я взял на себя ответственность за нее и мальчиков, предоставить тебе ее охранять было бы с моей стороны неправильно.

– Если хочешь, можешь предоставить это мне. Ты же знаешь, что она будет под надежной защитой.

– Да, знаю, но будет лучше, если она поедет со мной. Если я оставлю ее здесь, есть опасность, что она натворит глупостей. Она понимает, что неразумно уезжать отсюда одной, и вообще она не дура, но желание быть со мной и с теми мальчиками может все равно толкнуть ее на какой-нибудь неразумный поступок.

– Ты все еще надеешься, что один только вид Скаргласа обратит этих ублюдков в бегство и они удерут во Францию?

– Да, но если судить по высокомерию Люсетта и его пренебрежению к нам, они все равно могут попытаться напасть. Неприятно это говорить, но хотя Эван и принес нам мир, все равно найдется немало таких, кто не прочь поднять на нас меч. А если за это предложат деньги? Да они за такую возможность двумя руками ухватятся.

– Люди, которые сражаются только ради денег, легко отступают, – заметил Сигимор. – И учти еще, что те, кого французы найдут поблизости от Скаргласа, знают, что Макфингэлы имеют репутацию отличных воинов. Репутацию, которую вы заслужили.

Брайан кивнул, признавая справедливый комплимент.

– Я не думаю, что битва будет долгой.

– Но ты все-таки ожидаешь, что битва будет?

– Не могу избавиться от мысли, что они попытаются напасть хотя бы раз.

– Может быть, несколько моих парней подъедут и помогут.

– Ты хочешь сказать, что они поедут за нами.

Сигимор пожал плечами.

– Не слишком близко. Помимо всего прочего, несколько человек из моего замка, двигающиеся в сторону Скаргласа, скорее привлекут внимание, чем двое, едущих в том же направлении.

– Сигимор, это может поставить их под угрозу, – возразил Брайан, хотя его заинтересовала идея отвлечь врагов таким способом, он сразу понял, что мысль хорошая.

– Не только Макфингэлы умеют быть неуловимыми, как дым.

– Это у нас в крови, – согласился Брайан. Он встал. – Пожалуй, мне пора на боковую. Я собираюсь делать как можно меньше остановок и ехать так быстро, как только возможно без вреда для Арианны. – Он поморщился. – А я все еще так хорошо помню, что с ней сделал Люсетт, когда она попала к нему в плен, что все равно не смогу спать, пока мы не будем в безопасности за стенами Скаргласа.

– В таком случае тебе надо хорошенько выспаться этой ночью.

В дверях Брайан помедлил и посмотрел на Сигимора.

– От Марри по-прежнему никаких вестей?

– Нет. Но я не удивлюсь, если, приехав в Скарглас, ты застанешь нескольких Марри там.

– Что ж, я уверен, Арианна будет рада увидеть своих родных.

Он закрыл дверь под смех Сигимора и направился в спальню, которую они делили с Арианной. Брайан надеялся, что Арианна сказала правду и она в самом деле быстро поправляется. Если надо, он был готов обращаться с ней очень бережно, как со стеклянной, но этой ночью он намеревался заняться с ней любовью. По дороге в Скарглас им такого шанса не представится, а если в замок уже прибыли ее родные, то, возможно, у них и в Скаргласе возможности не будет.

Брайан вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Арианна сидела у камина и расчесывала волосы, уже при одном только взгляде на нее у Брайана все внутри сжалось от желания. Арианна была в одной сорочке, открывающей взгляду ее сильные стройные руки. На светлой коже были еще заметны побледневшие синяки. Брайан посмотрел на ее маленькие ступни, выглядывающие из-под подола сорочки, и покачал головой. Он обнаружил, что даже зрелище ее изящных босых ступней действует на него возбуждающе.

– Я вижу, ты готова уезжать утром, – сказал он, кивнув на вьюк с ее вещами.

– Да. – Арианна начала заплетать косу и настороженно посмотрела на Брайана. – Я думала, мы так и решили.

– Да, верно. Не могу сказать, что я от этого в восторге, но мы так решили. Мы же не можем этого избежать, не правда ли? Потребность в отдыхе, необходимость залечить раны, – мы не можем себе позволить оставаться из-за этого. Нам предстоит битва.

– Но почему? – Арианна встала и повернулась к нему лицом. – Ты же говорил, что Скарглас – неприступный замок, и Сигимор говорит то же самое. Так зачем Амиэлю и Дево пытаться взять замок, который явно неприступен? Особенно когда у них мало своих людей, и им придется полагаться на наемников. Зачем им штурмовать замок?

Брайан обнял ее и уткнулся подбородком в ее макушку.

– Понятия не имею. – Она тихо засмеялась, он улыбнулся. – Может быть, я ошибаюсь. Может быть, битвы не будет. Даже если Люсетт такой сумасшедший, что попытается штурмовать Скарглас, возможно, Дево хватит ума решить, что никакой клочок земли этого не стоит.

Арианна обхватила его талию.

– Вот что, лучше я выкину из головы эту безумную головоломку и просто подожду, пока мы доберемся до Скаргласа и своими глазами увидим, что происходит.

Брайан поднял ее на руки, понес к кровати и бережно опустил на покрывало. Пока он срывал с себя одежду, Арианна смотрела на него таким взглядом, что в его крови разгорелось желание. Щеки Арианны слегка зарумянились, глаза потемнели от вожделения, равного его собственному. Пусть им придется заниматься любовью очень осторожно, чтобы не задеть ее раны, но Брайану было достаточно видеть, что она тоже его желает, в большем поощрении он не нуждался.

Арианна поразилась, что вид обнаженного Брайана так сильно на нее подействовал. Брайан, несомненно, являл собой прекрасный образец мужественности. Высокий, худощавый, мускулистый, кожа тронута легким загаром, как будто он лежал нагишом на солнце. Ноги у него были длинные, сильные и хорошей формы. Он был не таким волосатым, как многие мужчины, лишь небольшой островок волос на широкой груди и узкая линия волос, спускающаяся от пупка к паху, где темные кудри окружали средоточие его мужественности – когда оно не восставало гордо и прямо, как сейчас. Его руки и ноги с легкой порослью волос выглядели тоже очень мужественно.

Глядя на него, Арианна решила, что он из тех мужчин, на которых приятно посмотреть каждой женщине, из тех, кто легко заинтересует любую.

Клод тоже был хорош собой, напомнила себе Арианна. Однако при виде его ее сердце не начинало биться чаще. И такой потребности прикоснуться к коже Клода у нее не было. И мужское достоинство Клода не вызывало у нее особого интереса. Но вид обнаженного Брайана вызывал у нее сильную реакцию. А еще при виде его она начинала думать обо всех вещах, которые ей хотелось бы проделать с этим красивым сильным телом.

Брайан присоединился к Арианне на кровати, быстро снял с нее сорочку и отбросил в сторону. Арианна не возражала, ей нравилось чувствовать прикосновение своей кожи к его. Он поцеловал ее, и она начала гладить его тело, которое так ей нравилось. Из горла Брайана вырвался одобрительный рык – он оценил ее смелость.

Когда он стал целовать ее груди, она поежилась от удовольствия, наслаждаясь постепенным нарастанием желания. Она вдруг вспомнила кое о чем, что Клод несколько раз велел ей делать. Тогда он говорил, что только этим способом она может возбудить его настолько, чтобы он мог исполнить свои супружеские обязанности. Арианна до сих пор не вполне поверила всем лестным словам Брайана, но в том, что он ее желает, она не сомневалась. И вот она подумала, если то, чего требовал от нее Клод, нравилось мужчине, который ее не желал, то как же оно должно понравиться мужчине, который ее желает? Не давая себе времени задуматься и растерять одновременно и храбрость, и желание, она толкнула Брайана на спину и оседлала его. Он посмотрел на нее вопросительно, но она проигнорировала его молчаливый вопрос и начала прокладывать дорожку из поцелуев вниз по его сильному телу. Когда она нежно прикусила его упругий живот, Брайан напрягся, но по тому, как он погрузил пальцы в ее волосы, она поняла, что его напряжение не означает, что ему это не нравится. Она устроилась между его ног и провела языком вверх по всей длине его естества. Брайан издал низкий рык, для Арианны это было самым лучшим поощрением.

Брайан закрыл глаза, но быстро открыл их снова, он хотел наблюдать, как Арианна занимается с ним любовью своим ртом. Но когда она взяла его в рот, он понял, что не сможет наслаждаться этим очень долго, удовольствие было слишком острым. Потребность в разрядке достигла такой остроты, что почти причиняла боль, он стиснул зубы, подхватил Арианну под мышки и потянул на себя. Она попыталась подвинуться в сторону и лечь на спину, но он удержал ее.

– Нет, милая, сегодня ты будешь сидеть на мне верхом, – прохрипел он.

– Ты хочешь, чтобы я была сверху?

По ее ошеломленному тону Брайан понял, что с Клодом она всегда только лежала под ним.

– О да, любовь моя. Я хочу, чтобы ты была сверху, и хочу быть глубоко в тебе. Сейчас.

Вначале ему пришлось ей помочь, но он не возражал, несмотря на отчаянное желание. Это было еще одним доказательством, что Арианна в таких вещах неопытна. Она была удивлена так же, как когда он показал ей, что они могут заниматься любовью стоя, и как когда он занимался с ней любовью своим ртом. Сознание, что она делает с ним то, чего никогда не делала с Клодом, будь он трижды проклят, доставляло Брайану такое удовольствие, что не передать словами. Но задуматься, с какой стати так происходит, и забеспокоиться по этому поводу он не успел: Арианна начала проявлять настоящее мастерство наездницы, и Брайан потерял способность думать о чем бы то ни было, кроме удовольствия, которое она ему доставляла.

Удовлетворенную Арианну охватила приятная истома, она даже бровью не повела, когда Брайан омыл ее от остатков их любовного соития. Как только он вернулся под одеяло и привлек ее в свои объятия, она притулилась рядом с его теплым телом и счастливо вздохнула. Не исключено, что утром ей будет неловко за свое поведение, но она дала себе слово, что не даст волю этим чувствам. В конце концов она взрослая женщина, вдова, наслаждалась с любовником, и ей не к лицу краснеть, как девственнице, из-за каждого удовольствия, которое они вместе испытали.

– Ты ведь не задела свои раны? – спросил Брайан, лениво поглаживая ее по спине.

– Ни одной, – ответила Арианна.

– Спасибо, милая.

– За что? За то, что я не задела свои раны?

Брайан засмеялся.

– Нет, за удовольствие, которое ты мне доставила.

– А-а. Это было удовольствие и для меня, – прошептала Арианна.

– Хорошо. Ты не должна делать ничего, что тебе самой неприятно. – Он поцеловал ее в макушку. – Спи, любовь моя. Теперь тебе нужно отдохнуть.

И Арианна вскоре уснула, Брайан почувствовал, как ее тело рядом с ним обмякло. А он лежал, смотрел в потолок и очень старался не думать о том, что скоро в его жизни не будет Арианны.