Прочитайте онлайн Спасенная любовью | Глава 13

Читать книгу Спасенная любовью
4418+3298
  • Автор:
  • Язык: ru

Глава 13

– Спокойно, дружище, ты же не можешь просто влететь к ним на всем скаку.

Сигимор схватил поводья жеребца, чтобы не дать Брайану пустить его галопом. Брайан чуть было не вырвал поводья из рук кузена, но здравый смысл возобладал над яростью. Сигимор был прав, хотя Брайан скорее дал бы отрезать себе язык, чем признал это. Его ослепила ярость, когда Фергюс сообщил, что происходит с Арианной совсем недалеко, в получасе быстрой езды от них. Брайан злился на себя: было бы глупо опрометью броситься вперед, руководствуясь одним лишь страхом за Арианну. Он ехал по правильному пути только потому, что его спокойно и уверенно вел Сигимор. Страх за Арианну и злость на себя за то, что он не сумел ее уберечь, боролись в душе Брайана с той самой минуты, когда он узнал, что ее захватили враги. Еще хуже было сознавать, что по всем признакам это не было тщательно спланированным нападением. Люсетт и его люди просто наткнулись на ту, за кем охотились по всей Шотландии. И Брайан мог винить в этом только себя. Он ведь знал, что Люсетт околачивается где-то здесь, знал, что француз очень хорошо осведомлен о местах, где Арианна может искать убежища. Зная все это, он должен был лучше о ней заботиться.

– И сколько еще времени ты намерен посыпать свою голову пеплом? – спросил Сигимор, подавая своим людям знак спешиться и привязать коней.

– Мне надо было оставаться с ней! – Брайан слез с коня и повел его туда, где деревья росли гуще, потом привязал уздечку к низко нависающей ветке. – Я знал, что Люсетту известно, куда Арианна может бежать, и все же я оставил ее одну, чтобы пойти на разведку и посмотреть, где именно находится этот ублюдок. Я знал, что он был на той же тропе. И нечего было мне туда переться, чтобы увидеть это собственными глазами.

– Ты поступил правильно. Может, Амиэль и знает, куда она направляется, но не знает, каким именно путем и как на него выйти.

– Но это не имело значения. Поскольку их не было в поле зрения и они не наступали нам на пятки, я мог бы просто махнуть на это рукой.

– Нет, не мог. И ты сам это поймешь, когда малость остынешь. – Брайан открыл было рот, чтобы возразить, но Сигимор сделал ему знак молчать. – Погоди. Сюда кто-то едет. – Сигимор обнажил меч. – Он один. И едет медленно. Прячемся.

Брайан вместе с остальными бесшумно скользнул в полумрак под деревьями. На небольшую опушку, где они только что стояли, выехал всадник. Брайан сразу его узнал, это был сэр Антон, один из людей Люсетта. Держась рядом с кузеном, он шагнул вперед и вышел на открытое место. Сигимор тем временем стремительно выхватил поводья из рук изумленного сэра Антона и направил на него меч. Сэр Антон медленно поднял руки и сказал:

– Я вам не враг.

– Не враг? Я видел тебя с Люсеттом, – сказал Брайан. – Ты ехал вместе с этой свиньей. Он послал тебя за нами следить?

– Нет. Ему не пришло в голову посмотреть, не следит ли кто-нибудь за ним, не ищут ли леди Арианну. Он слепо презирает эту леди точно так же, как и его брат, и не только ее, а всех, кто живет в этой стране. А я всего лишь пытаюсь вернуться домой.

– Ты бросил службу у этого господина?

– Я у него никогда не служил. Отправиться вместе с ним в Шотландию меня попросила леди Дево, а Дево не отказывают, тем более что я женился на женщине из их рода. А теперь я собираюсь вернуться домой. Заберу свою семью и уеду, поселюсь на земле моего отца. Я не уверен, что мне будет грозить опасность, но подозреваю, что леди Дево не лучше многих других членов этой семьи.

– Прежде тебе не помешает остановить кровь, – заметил Сигимор. – Похоже, ты чем-то прогневил своего идиота лэрда.

Сэр Антон недоуменно нахмурился, но потом сказал:

– А, ты имеешь в виду Люсетта. Да, я его разозлил. Мне не нравится, как он обращается с этой женщиной, леди Арианной. Когда я только отправлялся с ним в эту поездку, я не до конца понимал, что они запланировали. А когда узнал правду, было поздно, я уже стоял на шотландском берегу. Я думаю, они все здесь умрут, поэтому я могу спокойно отправиться домой.

– Сойди с коня, мы перебинтуем твою рану, и я тебе расскажу, как попасть на корабль, – сказал Сигимор.

– Это очень любезно с вашей стороны. – Сэр Антон начал слезать с коня, но покачнулся, и Сигимор ему помог. – Сэр, вы очень добры. Думаю, я убрался оттуда как раз вовремя. Вы ведь их всех перебьете?

Сигимор стал перевязывать ножевую рану на боку сэра Антона.

– Думаю, мой кузен хочет видеть мертвым Люсетта, но если остальные будут драться, они тоже умрут.

– Люсетт не тот человек, которого кто-нибудь будет оплакивать. Думаю, даже его мать не будет горевать.

– Что они делали с леди Арианной? – спросил Брайан.

Он надеялся услышать что-нибудь, из чего станет ясно, что Фергюс ошибся, что-то неправильно разглядел.

– Они выбивали из нее правду.

– Брайан, отойди в сторонку, – приказал Сигимор. – Ты этого парня пугаешь.

Брайан вдруг заметил, что невольно наступает на сэра Антона, нацеливая меч на его горло. Он медленно попятился и убрал меч в ножны. Было совершенно ясно, что этот человек говорит правду, что сэр Антон обнаружил, что ввязался в дело, которое не одобряет, и пытается из него выйти.

– Скажи, что заставило тебя рисковать жизнью и выступить против Люсетта и Дево? – требовательно спросил он.

– Прежде всего я отказался пнуть леди Арианну ногой, когда она лежала на полу без сознания. Потом я высказал недовольство тем, что Люсетт бьет ее по лицу, даже не давая возможности ответить на его вопрос. Я понял, что ему просто это нравится. Ему очень нравится причинять ей боль. Когда я выразил недовольство, он пырнул меня ножом. Потом я начал понимать, что когда он найдет тех двух мальчиков, то намерен их убить, а я приехал сюда не затем, чтобы убивать детей. Я понял, что больше не желаю иметь с ним ничего общего, и ушел. Теперь я поеду домой. Буду молиться, чтобы все это закончилось здесь и никто не вернулся бы домой рассказать, как я от них ушел. Я не желаю умирать за этого мошенника. – Он стал садиться на коня. Теперь, когда его рану перевязали, его движения стали более уверенными. – Они впереди вас недалеко отсюда.

– Мы знаем, – сказал Сигимор. Он объяснил сэру Антону, как добраться до порта и корабля, идущего во Францию. – Забирай жену и детей и уезжай как можно дальше от Дево. Те, кто сюда приехал, домой не вернутся, и это может разозлить их родню. Тебе лучше не попадаться им под руку, когда они услышат новости. Кроме того, родным леди Арианны может не понравиться, как с ней обращались, и они пожелают отомстить. Ты же не хочешь ввязаться в эту историю.

Сэр Антон уехал. Брайан проводил его взглядом и повернулся к Сигимору:

– Почему ты ему помог?

– Он в этом нуждался, – ответил Сигимор. – Тем, у кого нет власти, легко оказаться втянутыми в дела, в которых они не хотят участвовать, их втягивают те, у кого власть есть. Сэру Антону в конце концов хватило духу сказать «нет» и уйти. Вот я и подумал, что не стоит перерезать ему горло. А теперь пошли спасать твою даму.

– Сигимор, они ее бьют! – прошептал Брайан. Ему хотелось бежать сломя голову туда, где держат Арианну, но его сдерживало сознание, что своей поспешностью он может ее погубить.

– Да, Фергюс нам это сказал, но, может, тебе нужно было сказать это снова? – Сигимор хлопнул его по спине. – Возьми себя в руки, кузен. Теперь уже два человека сказали, что она все еще жива и очень близко от нас.

Сигимор молча сделал своим людям знак двигаться туда, где Люсетт и его приспешники держали Арианну. Брайан спросил себя, почему у него не возникает желания идти первым. Это же его битва. Это он взял на себя обязанность защищать Арианну. Ее взяли в плен, когда она была на его попечении. И спасать ее он должен идти первым. Но потом он сказал себе, что это глупо. Сигимор хороший воин, не хуже любого из Макфингэлов. И то, что он возглавил отряд, правильно, потому что он может оставаться спокойным в любой ситуации, что бы они ни увидели, что бы ни обнаружили. А самого Брайана сейчас так переполняли эмоции, что он был не способен возглавить отряд. Стоит ему только увидеть раненую Арианну, и он начнет действовать безрассудно, все его мысли будут только о том, как добраться до нее и зарубить любого, кто причиняет ей боль.

Двигаясь бесшумно, как и его кузены, Брайан шел между деревьями и пытался обуздать страх за Арианну. Чтобы победить врага, нужно иметь холодную голову и ясный ум. А когда речь идет о спасении человека, это еще важнее, потому что в слепом бездумном гневе можно наломать дров, и та, которую они хотят спасти, может погибнуть. Брайан мысленно дал себе клятву, что если в этот раз он не захватит Люсетта и всех его людей, то удовольствуется тем, что освободит Арианну. Тех, кто причинил ей боль, он заставит за это поплатиться, но позже.

Сигимор остановился, и когда Брайан подошел к нему, взял его за руку выше локтя. И через мгновение Брайан понял, почему кузен его остановил. На земле, силясь подняться, стояла на четвереньках Арианна. Над ней стоял Люсетт со сжатыми кулаками и спорил со своими людьми. Брайан понял, что Арианне больно, даже не видя ее синяков или крови, это было понятно по тому, как она двигалась. Пытаясь сохранять холодное спокойствие, он так крепко сжал рукоятку меча, что украшавшая ее резьба впилась в руку.

– Ей бы не надо вставать, пусть остается внизу, – прошептал Сигимор и подал своим людям знак окружать Люсетта и его приспешников. – Думаю, нам с тобой лучше бежать прямо к ней, потому что остальные слишком близко к лошадям. Увидев нас, они попытаются удрать и бросятся к лошадям, а мы должны позаботиться, чтобы они не прихватили с собой твою даму.

Брайан заставил себя оторвать взгляд от Арианны и присмотреться к людям Люсетта. Все они стояли поблизости от лошадей, и он задался вопросом, не собираются ли они бросить Люсетта, как уже сделал сэр Антон. Он снова посмотрел на Арианну. Его переполняло желание немедленно броситься к Люсетту и пронзить его мечом, и побороть это стремление было так трудно, что он даже дрожал от напряжения. Она в сознании. Если она узнает, что они пришли ее спасти, возможно, сумеет что-нибудь сделать, чтобы Люсетт не схватил ее в заложницы до того, как они на него нападут. Смотреть, как она силится встать, и сознавать, что ей больно, но при этом ждать, было для Брайана сущей мукой. Он шепотом сказал Сигимору:

– Если она повернется к нам лицом, я ей покажусь. Я думаю, что все будут смотреть на нее, и меня не заметят.

Сигимор кивнул:

– Правильно, может быть, тогда она сможет не дать им себя схватить. – Он вытащил из ножен на бедре кинжал. – И когда они все бросятся к лошадям, нам всего лишь нужно быть так близко, чтобы можно было метнуть кинжал в любого, кто попытается прихватить ее с собой.

– А они бросятся к лошадям в тот же миг, как только нас увидят, будь они прокляты. Сомневаюсь, что они останутся и будут драться.

– Сейчас самое главное – забрать у них твою даму.

– Я знаю. Твои люди готовы?

– Да. Они ждут только моего сигнала.

Брайан вспомнил, что сигнал Сигимора – это боевой клич, от которого содрогнутся стены любого замка, и почти улыбнулся. Он присел на корточки рядом с Сигимором и стал пристально смотреть на Арианну, пытаясь взглядом заставить ее повернуться к нему лицом. Если она его не увидит, когда он встанет, он, не колеблясь ни секунды, крикнет ей, чтобы она бежала. Наконец она встала на ноги и подняла голову. У Брайана защемило сердце: ее хорошенькое личико было избито и в крови.

Брайан встал. Сигимор встал с ним рядом. Глаза у Арианны так опухли, что Брайан боялся, она не видит ни его, ни Сигимора. Он покосился на кузена. Сигимор кивнул.

– Арианна, беги! – крикнул Брайан.

Одним мгновением позже Сигимор издал свой боевой клич. К облегчению Брайана, Арианна отшатнулась от Люсетта. Он было двинулся за ней, но в это мгновение воздух прорезал клич Сигимора. Люсетт замер и несколько мгновений в ужасе таращился на Брайана и Сигимора, потом опомнился и метнулся к лошадям. Тем временем его люди уже садились в седла. Брайан бросился за Люсеттом, но он знал, что ему его не догнать. Тогда он выхватил кинжал и метнул. Лезвие глубоко вонзилось в плечо Люсетта, тот завопил, но страх придал ему сил, он все-таки смог забраться на коня и помчался прочь.

Между людьми Сигимора и Люсетта завязалась рукопашная схватка, но Брайан отвернулся от дерущихся и поспешил к Арианне. Она успела пройти совсем немного и рухнула на землю. Когда она пыталась снова встать, к ней подбежал Брайан.

Арианна, проклиная свою слабость, пыталась подняться на ноги. Вокруг нее со всех сторон слышался топот ног, потом стук лошадиных копыт, она слышала несколько вскриков боли, звон стали о сталь. Голос Брайана, крикнувший ей «Беги!», был самым сладким звуком, какой она когда-либо слышала, но даже он не придал ей столько сил, чтобы она смогла убежать далеко. Арианна только надеялась, что все-таки отдалилась на достаточное расстояние, чтобы не мешать своим спасителям, которых она так ждала.

Краем опухшего глаза она увидела, что к ней тянутся чьи-то руки. Она попыталась отползти.

– Арианна, это я, Брайан.

Она остановилась и неуклюже села.

– Брайан?

– Да, милая.

– Их нет? Ты их убил?

– Нет, боюсь, Люсетт сбежал, но он ускакал с моим кинжалом, глубоко засевшим в его плече. Однако рана несмертельная, если только она не воспалится.

– Ладно, по крайней мере ему будет больно.

Брайан осмотрел Арианну и сморгнул выступившие на глазах слезы. Ее глаза заплыли так, что превратились почти в щелочки, губы были разбиты и тоже опухли, из раны на лбу капала кровь. По тому, как она шаталась и дрожала, он понял, что она в любой момент может потерять сознание. Брайан не знал, как и где к ней прикоснуться, чтобы не причинить новую боль.

– Что за ужасный рев раздался сразу после того, как ты крикнул мне, чтобы я бежала?

Арианна протянула руку и дотронулась до него, ей хотелось почувствовать, что он в самом деле здесь. Поскольку видела она сейчас очень плохо, ей нужно было к нему прикоснуться.

– Это кричал Сигимор. – Брайан взял ее руку в свои, стараясь не дотрагиваться до порезов и ссадин на ладони. – Ох, девочка, как же он тебя избил. Не надо было мне оставлять тебя одну!

– Но ты же должен был убедиться, что путь в Скарглас свободен. Это мне нужно было получше спрятаться и не закрывать глаза. А я задремала. Очень глупо. – Она облизнула губы и почувствовала вкус крови. – У тебя есть что-нибудь попить? Сидр или вода?

Брайан очень осторожно обнял Арианну за плечи, потом, увидев Фергюса, попросил его принести попить.

Возле хижины лежало два трупа, оба – людей Люсетта. Из людей Сигимора на первый взгляд никто не пострадал. Быстро подсчитав людей, Брайан понял, что Сигимор послал пятерых вдогонку за Люсеттом, хотя они и не знали точно, в какую сторону тот поскакал. То, что Люсетту удалось сбежать, не сильно разозлило Брайана. Им все равно еще предстоит битва – если только Люсетту и его союзникам не хватит здравого смысла сообразить, что им не добраться до мальчиков, укрывшихся в Скаргласе, – и у Брайана еще будет шанс убить мерзавца.

Сигимор присел рядом с ними на корточки.

– Думаю, прежде чем ехать обратно в Дабхейдленд, нам нужно туго перевязать ее ребра.

Арианна сидела, обхватив себя руками, и Брайан понял, что Сигимор, по-видимому, прав.

– Как думаешь, они сломаны? – спросил он Арианну.

– Нет, только очень сильно избиты. – Она попыталась улыбнуться, хотя и понимала, что представляет собой жуткое зрелище. – Может, слегка помяты. Он меня несколько раз сильно пнул сапогом. Но я его тоже ударила ногой. Один раз.

– Молодчина. Надеюсь, ты ударила его сильно.

– Сильно. Я удивляюсь, что он может скакать верхом. Я ударила его между ног. Думаю, у него там побаливает.

Брайан и Сигимор обменялись усмешками, потом Брайан стал расшнуровывать на Арианне платье.

Сигимор быстро зашел в хижину в поисках чего-нибудь, чем можно обернуть ребра Арианны. Брайан спустил ее платье до талии и поднял ее сорочку до грудей. Арианна тихо ахала от боли, и было очень трудно раздевать ее, не обращая на это внимания. К радости Брайана, все люди Сигимора отвернулись, но это было единственное, что его порадовало. Когда он увидел на грудной клетке Арианны множество больших синяков, он очень пожалел, что не может прямо сейчас добраться до Люсетта. Он дал себе слово, что убьет мерзавца, и смерть его не будет легкой.

Вернулся Сигимор и принес одеяло, разорванное на несколько длинных полос. Он осторожно осмотрел ребра Арианны, проверяя, нет ли признаков переломов. Брайана подмывало потребовать, чтобы кузен убрал от нее руки, особенно когда Арианна зашипела от боли, но он стиснул зубы и сдержался.

– Ничего не сломано, – сказал Сигимор. – Но как вы сами выразились, ребра малость помяты. – Он начал оборачивать ее грудную клетку полосами одеяла. – Это отчасти поможет и хотя бы немного защитит их, когда мы будем ехать обратно в Дабхейдленд.

– Но мы едем в Скарглас, – возразила Арианна. От боли она говорила хриплым шепотом.

– Нет, не едем, – сказал Брайан. – С твоими синяками и ушибами нельзя скакать на лошади так далеко.

– Но Амиэль направляется в Скарглас. Они все туда собираются.

– Если они настолько глупы, что попытаются напасть на Скарглас, то им понадобится намного больше людей, чем у них есть, а на то, чтобы их набрать, нужно время. Я надеюсь, что когда они присмотрятся к Скаргласу, тот участок земли, который Дево хочет получить у Люсеттов, покажется им уже не таким важным, да и желания использовать тебя для мести за какое-то старое прегрешение твоего клана, о котором давно уже надо было забыть, поубавится.

– Тут вопрос не только о земле. Амиэль готов сдать им и свою родню.

– Что ты имеешь в виду?

– Амиэлю не нравится, что титулованных Люсеттов, владеющих землями, слишком много, он намерен уменьшить их число руками Дево.

– Иисусе! – Сигимор сел, а Брайан снова одел Арианну. – Он намерен натравить на Люсеттов их злейшего врага? Чтобы убить своих кровных родственников?

– Да, одного за другим, пока он сам не унаследует все или почти все, – подтвердила Арианна. – А Дево не сможет получить землю, которой он так домогается, пока мои мальчики живы. Эта земля принадлежала лично Клоду, он мог распоряжаться ею как угодно по своему усмотрению. При желании он мог просто от нее избавиться, и он оставил ее по завещанию мальчикам. Я об этом не знала, потому что меня не приглашали на чтение завещания. Так что теперь мои мальчики владеют тем, что нужно Дево. – Брайан помог ей сесть, и она часто задышала превозмогая боль. – Клод назначил меня их опекуншей.

– По сути дела, он повесил вам всем троим мишени на спины.

– Вот именно. И еще, помимо того, что Дево хочет использовать меня, чтобы отомстить моей семье, ему нужно, чтобы я тоже умерла. Как опекунша, я отвечаю не только за мальчиков, но и за эту землю.

Произнеся последние несколько слов, Арианна перестала бороться с собой, уступила темноте, окутавшей ее сознание, и на время избавилась от терзавшей ее боли.

Почувствовав, что Арианна обмякла в его руках, Брайан запаниковал. Он прижал пальцы к ее горлу, понял, что пульс есть, и его страх отступил. Сейчас оно и лучше, что она без сознания, иначе обратный путь до Дабхейдленда был бы для нее долгим и мучительным.

– Она поправится, – сказал Сигимор, вставая.

– Похоже, ты в этом уверен.

Брайан тоже встал, он держал Арианну на руках и старался трясти ее как можно меньше.

– Кости у нее целы, сильного кровотечения из открытых ран не было, а синяки хоть и выглядят страшно, непохоже, чтобы они были от внутреннего кровотечения. Джолин с женщинами еще осмотрят ее получше, но я думаю, мы появились очень вовремя.

– Она вообще не должна была попасть в лапы к этому ублюдку, – пробормотал Брайан. Он был так зол на самого себя, что чувствовал горечь во рту. – Если бы я ее не оставил…

– Тогда они могли найти и тебя заодно, и не было бы никого, кто мог бы пойти и привести к вам помощь. И хотя ты и хороший боец, думаю, что даже тебе было бы трудновато устоять против такого количества врагов. Ты должен был убедиться, что вы не едете прямо в ловушку. И ты все сделал правильно. Думаю, ты сам это поймешь через некоторое время, если немного поразмышляешь.

– Как думаешь, что случилось с хозяевами этой хижины?

– Надеюсь, они сбежали, когда увидели, что приближаются вооруженные люди, – ответил Сигимор.

Они подошли к лошадям, Сигимор подставил руки, чтобы подержать Арианну, пока Брайан сядет на коня.

– Ты уверен?

Брайан сел в седло и снова взял Арианну на руки.

– Да. Брюс нашел их следы. Они вернутся, как только поймут, что незваные гости ушли.

Он быстро огляделся и понял, почему Сигимор так в этом уверен. Трупов возле хижины уже не было, как и не было видно скотины, а это значит, что ее обитатели были каким-то образом предупреждены о приближении вооруженных людей. Когда дом стоит так уединенно, люди, живущие в нем, должны быть всегда начеку и замечать малейшие признаки опасности.

Они двинулись в обратный путь. Брайан обнял Арианну поудобнее. Он старался, чтобы ее как можно меньше трясло при езде. О том, чтобы скакать в Дабхейдленд галопом, не могло быть и речи, поэтому дорога должна была занять немало времени, и Брайан молил Бога, чтобы Арианна подольше оставалась без сознания. Ей еще придется терпеть боль, когда они доберутся до замка Сигимора и женщины будут обрабатывать ее раны.

Джолин вышла из спальни, в которую Брайан отнес раненую Арианну.

– Я очень надеюсь, что ты собираешься убить этого человека, – сказала она. – Он должен умереть медленной смертью.

– Я собираюсь. – Брайан выпрямился. Последние два часа он стоял, прислонившись к стене, и неотрывно смотрел на дверь этой спальни. – Как она?

– Она поправится. Многие ее синяки выглядят страшнее, чем они есть на самом деле. У нее такая же кожа, как у меня. Иногда я замечаю очень яркий синяк, но не могу вспомнить, чтобы я сильно ударилась. Надо прикладывать к синякам холодное полотенце и смазывать их бальзамом, который я оставила возле ее кровати, и они быстро пройдут. Сейчас она спит. А еще ей нужно несколько дней отдохнуть.

– У нее будут эти несколько дней.

– Знаешь, ты имеешь дело с сумасшедшим. Арианна рассказала мне про его планы. Натравить на своих родных их злейшего врага! Убить двух невинных мальчиков и такую же невинную женщину! Убить родного брата! Замышлять убийство едва ли не всех родственников мужского пола, которые могут что-нибудь унаследовать! Такое может придумать только безумец.

– Я знаю. Помимо всего прочего, я постараюсь, чтобы Люсетты поняли, как им повезло, что Амиэль и его приспешники не вернулись из этой страны живыми. – Он увидел, что Джолин устало потирает поясницу. – Иди отдыхать. Об Арианне теперь позабочусь я. Бальзам и холодное полотенце. – Он подмигнул Джолин. – Поешь что-нибудь и ложись отдыхать, пока твой большой муж не начал тебя разыскивать и не поднялся сюда.

Он дождался, пока Джолин благополучно спустится по лестнице, потом вошел в комнату, где спала Арианна.

Он впервые увидел Арианну после того, как передал ее заботам Джолин, и его сердце защемило от жалости. На большой кровати она казалась очень маленькой, ему было больно смотреть на синяки на ее лице и забинтованные руки. Брайан сменил влажное полотенце, положенное ей на глаза, на свежее, более прохладное, потом пододвинул к кровати стул и сел.

Брайан знал, что любит ее. Он понял это, когда думал, что потерял Арианну. Эмоции, которые переполняли его, когда он думал, что она погибла, помогли ему понять правду, и он больше не мог ее отрицать. Однако это ничего не меняло. Прежде всего потому, что он понятия не имел, что чувствует к нему Арианна. К сожалению, тот факт, что он дал ей впервые отведать вкус страсти, мог легко ввести ее в заблуждение. Сам Брайан когда-то воображал себя влюбленным в первую женщину, с которой разделил постель. Очень легко заключить, что страсть рождена другим, более глубоким, богатым и серьезным чувством, особенно если она такая пылкая, как страсть между ним и Арианной.

Кроме того, его любовь не меняет того факта, что Арианна намного выше его по положению. Она заслуживает большего, чем он может ей дать. Брайан повидал немало неравных браков и знал, что неудовлетворенность и горечь могут превратить семейную жизнь в сущий ад. Леди Арианна заслуживает мужчину, равного ей по рождению, богатству и воспитанию, мужчину, который сможет сделать ее счастливой во всех отношениях. Брайан сомневался, что она долго будет оставаться незамужней после того, как он с ней расстанется. И он был уверен, что на этот раз ее семья подойдет к выбору мужа для Арианны намного более осмотрительно. Скоро у нее будет все, чего заслуживает такая леди, как она. Если он ее отпустит и не попытается привязать к себе при помощи страсти, это будет очень благородно с его стороны. Вот только если бы еще сознание собственного благородства хоть немного его радовало!