Прочитайте онлайн Спасенная любовью | Глава 10

Читать книгу Спасенная любовью
4418+3137
  • Автор:
  • Язык: ru

Глава 10

Арианну еще окутывал туман сна, когда она почувствовала, как по ее венам разливается огонь. И всего через мгновение она поняла, почему ее охватил такой жар и такое сильное желание: она увидела у своей груди голову Брайана, это его губы и язык доставляли ей удовольствие настолько острое, что оно граничило с болью. Она тихо застонала и погрузила пальцы в его густые темные волосы, удерживая его голову и без слов приглашая его делать так, как ему нравится. Под его ласкающими руками и жаркими поцелуями она беспокойно заметалась. На мгновение ее поразило, что с Брайаном она стала такой распутной, но это удивление быстро уступило место восторгу, ведь Брайан помог ей познать страсть. Но потом она почувствовала, что он прикоснулся губами к самому средоточию ее желания.

– Брайан! – ахнула она.

Арианна попыталась увернуться, но он взял ее руками за бедра и удержал на месте.

– Спокойно, любовь моя, уверяю, это тебе понравится.

Арианна напряженно застыла. Он стал целовать ее там и дразнить языком нежную плоть. Незадолго до свадьбы Арианны женщины из ее клана в разговорах с ней пару раз упоминали о таком способе заниматься любовью, но она была совершенно уверена, что такая интимность – не для нее. Однако когда ее желание, поначалу приглушенное смущением, разгорелось с новой силой и она открылась для его поцелуев, она решила, что была тогда безнадежно наивной. Каждое движение его языка, каждое нежное прикусывание, каждый поцелуй, даже то, как он ласкал своими большими руками ее бедра, – все это приводило Арианну в неистовство. Потребность почувствовать его в своем теле быстро достигла такой остроты, что она больше не могла ждать. Арианна словно со стороны услышала свой собственный, до неузнаваемости хриплый голос, требующий, чтобы он вошел в нее. Брайан стал медленно продвигаться вверх вдоль ее тела, покрывая ее кожу поцелуями, и Арианна схватила его за плечи, у нее не было сил терпеть его медлительность. В тот же миг, когда он стал погружаться в нее, она обхватила его ногами и притянула к себе так, чтобы он вошел глубже. Он наполнял ее, она крепко обнимала его, сдерживая нарастающую с каждым его толчком потребность в разрядке. Эта часть особенно нравилась Арианне, хотя она наслаждалась всем, что он с ней делал. Именно в такие мгновения они были так близки, как только могут быть близки два человека: они были единым целым.

Эта мысль разорвала в клочья последние остатки ее самоконтроля. Разрядка сотрясла все ее тело с небывалой силой, она выкрикнула имя Брайана и почувствовала, что его толчки стали быстрее и сильнее, потом он прорычал ее имя и содрогнулся в ее объятиях, тоже обретя освобождение. Она почувствовала, как он излился в нее, и обмякла, по всему ее телу разлилось блаженство.

Арианна начала приходить в себя, только когда почувствовала, что Брайан бережно обтирает низ ее живота влажной тряпицей. Ее охватило смущение, она пыталась его побороть, но это было нелегко. Ее не смущало, когда Брайан прикасался к ней в этом месте или входил в нее, но целовать ее там? Смотреть на самую интимную часть ее тела? Да, конечно, тем самым он привел ее в полное неистовство, но теперь, когда ее желание остыло, осталось только сознание, что она не продемонстрировала подобающей леди скромности и сдержанности. Стыд словно червяк пытался пробуравить ее сердце и разум и разрушить остатки угасающего наслаждения. Брайан отбросил в сторону тряпицу и быстро вернулся на кровать к Арианне. Он притянул ее к себе и поцеловал впадинку в том месте, где плечо переходит в шею. По телу Арианны прошла легкая дрожь, и ему это было приятно, однако он отчетливо чувствовал в ней напряжение.

– Милая, ты слишком много думаешь, – сказал он.

Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. От этого ее груди приподнялись и опустились, касаясь его кожи, и в нем снова вспыхнуло желание. Брайан был поражен. Похоже, в объятиях этой женщины его тело становится ненасытным в своей жажде наслаждений.

– Вполне возможно, – пробормотала Арианна. – Понимаешь, это было чудесно, но…

– Никаких «но». Мы с тобой два взрослых человека, которые просто доставляют друг другу удовольствие.

– Я знаю. – Она перевернулась на спину, натянула на грудь простыню и потерла рукой лоб. – Дело в том, что когда меня охватывает желание, я уже не знаю, кто я.

– Когда желание такое сильное, это благословение, а не грех и не повод для беспокойства.

Она поморщилась.

– Я не удивляюсь, что так говорит мужчина. С моим мужем у меня никогда такого не бывало.

Брайан приподнялся на локте.

– Он не был твоим мужем. Я думаю, что он и любовником был никудышным. Во всяком случае, с тобой.

Арианна побледнела, а глаза потемнели до глубокого карего цвета. Брайан мысленно отругал себя за несдержанность на язык.

– Арианна, я идиот, болтаю всякую…

Она прижала палец к его губам.

– Нет. Ты сказал чистую правду. Он не был ни моим мужем, ни моим любовником. Не знаю, почему мне так трудно это запомнить. Знаешь, ведь я перестала называть его фамилию как свою, представляясь, только когда мы приехали сюда. И даже тогда меня саму это потрясло. Казалось бы, раз я до сих пор слышу слова, которые Клод мне говорил, я должна помнить и то, что мой брак был ложью.

– До сих пор слышишь слова, которые он тебе говорил? Что ты имеешь в виду?

Брайана кольнуло неприятное чувство, и ему не стоило большого труда понять, что это была ревность. Он мысленно приказал себе не быть идиотом. Клод не был Арианне мужем. И хотя она, не зная, как обстоит дело, пыталась сделать их брак счастливым, она его не любила. Так что ему не нужно бороться с призраком потерянной великой любви – ее просто не было. Но с чем ему все еще нужно было бороться, и Брайан понял это еще яснее, так это с ядом, которым Арианну отравлял ее так называемый муж. Клод Люсетт взял в жены милую жизнерадостную девушку, уверенную и сильную, и превратил ее в женщину, которая на каждом шагу сомневается в себе. Брайан искренне пожалел, что не он убил этого мерзавца.

– Его голос у меня в голове. – Арианна покраснела, думая, что, наверное, она кажется Брайану сумасшедшей. – Я злюсь и негодую на Клода за все, что он мне сделал, но в то же время какой-то противный голосок у меня в голове как будто повторяет его оскорбления и упреки, и это до сих пор меня мучает. Потом я чувствую себя настоящей дурочкой, что вообще его слушала, но его слова каким-то образом засели у меня в памяти и в сердце. Ох, кажется, я говорю какую-то ерунду.

Брайан снова привлек ее в свои объятия и положил подбородок на ее макушку.

– Нет, не ерунду. Я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду, я понял это уже некоторое время назад. Этот человек тебя отравил.

– Нет, он…

– Он травил тебя медленно, день за днем, тебе пришлось пять долгих лет страдать от этого лживого мерзавца. Я тебе уже говорил, слова могут быть острым оружием, и Клод очень умело использовал это оружие против тебя. Ты вышла за него замуж почти девчонкой, тебя забрали из любящей семьи и отправили туда, где о тебе никто не заботился, никто тебя не защищал и даже не уважал. Возможно, ты почувствовала себя неуверенно в новом месте, и Клод этим воспользовался, чтобы сделать тебя еще более неуверенной.

И это до сих пор причиняет ей боль, поняла Арианна. Она кивнула.

– Твой мужчина должен был тебя поддерживать, он должен был строго наказывать всякого, кто обращался с тобой неподобающим образом. А он вместо этого сам изо дня в день ранил тебя жестокими словами, отравлял твой разум, и не было никого, кто бы тебе помог избавиться от его яда. Но ты вылечишься. Этот мерзавец умер не так давно, тебе просто нужно больше времени, чтобы очистить свое сердце и разум от всего, чем он их отравил. И тебе очень поможет, если ты будешь постоянно помнить несколько вещей.

Брайан не объяснил сразу, что он имеет в виду. Тогда Арианна подняла голову и посмотрела на него.

– О чем я должна помнить?

– Что Клод был трусом и что он не был твоим мужем. Он сам знал, что он трус, но не мог смириться с этим фактом и предпочитал винить во всех своих ошибках тебя. Все его поведение с тобой было насквозь лживым. Думаю, он быстро смекнул, что ты умная и тебе хватит духу причинить ему кое-какие неприятности, поэтому он стал делать все, что мог, чтобы сломить твой дух. Понял он и то, что ты сообразительная, поэтому ему нужно было подавить тебя, чтобы ты не пустила в ход эту свою сообразительность и не стала разбираться, почему ваш брак не такой, каким должен быть.

– Ну, я наконец-то отбросила его имя, – пробормотала Арианна.

– Это начало. Теперь тебе нужно так же освободиться от остальной его лжи.

Арианна собиралась ответить, но вдруг забыла, что хотела сказать. Она оглядела спальню, комната была ей незнакома, и она не сразу вспомнила, где они. А когда вспомнила, ахнула:

– Брайан! Тебе нужно поскорее возвращаться в свою комнату! Скоро проснутся Камероны, нехорошо, если они застанут тебя крадущимся по коридору.

– Я в своей комнате, – возразил Брайан.

У Арианны глаза на лоб полезли, это было так забавно, что Брайан с трудом сдержал улыбку.

– Я сама пришла к тебе прошлой ночью?

– Нет, милая, у нас с тобой одна спальня. Мне предлагали другую комнату, но я сказал, что останусь с тобой.

Арианна покраснела от смущения, хотя ей и было приятно это слышать.

– Камероны подумают, что у меня нет ни чести, ни совести. Ведь я недавно овдовела, и даже вдовы, когда пройдет период траура, ведут себя более прилично.

Брайан поцеловал ее и прижался лбом к ее лбу.

– Милая, их это не волнует.

– Откуда ты знаешь? Я познакомилась с Джолин, она настоящая леди, благородного происхождения и благовоспитанная.

– Ну да, она такая, и она вышла замуж за Сигимора, который уж никак не придворный вельможа. Она даже не была вдовой, но я тебя уверяю, она недолго оставалась непорочной в его обществе. Когда она выходила за него замуж, она думала, что это вынужденная мера, чтобы защитить ее честь.

– И это было так? – спросила Арианна, озадаченная.

– Нет. Она была нужна Сигимору. Он позволил ей думать все, что она хочет, но на самом деле он не собирался ее отпускать и ни за что бы не допустил, чтобы она уехала из Шотландии или ушла от него. Он хотел, чтобы она осталась, и сделал все что мог, чтобы этого добиться.

У Арианны вдруг возникло желание спросить, хочет ли Брайан, чтобы она осталась с ним, но она прикусила язык. Дело не только в том, что после такого вопроса ей придется выслушивать, как он пытается объяснить, почему не стремится ее удержать. Брайан заслуживает лучшего. Он заслуживает полноценную женщину, которая сможет подарить ему детей, у которой на сердце нет ран, оставленных пятью годами брака, больше похожими на пять лет ада.

– Ловкий парень, моим родным бы это понравилось, – прошептала Арианна. Потом она вдруг вспомнила, чем он занимался, когда она ложилась спать. – Ой, как я могла забыть! Поверить не могу, что я могла быть такой невнимательной! Ты не ранен? Никто из Камеронов не ранен?

Брайан рассмеялся. Она нахмурилась.

– Я так и знал, что ты это забудешь. Мы говорили об этом прошлой ночью, когда я пришел в эту постель. Никто из нас не ранен. Мы изрядно сократили отряд Амиэля, но не поймали его самого. Не успели его догнать до того, как стемнело. Так что, когда мы отсюда уедем, за нами будет охотиться меньше народу, если вообще кто-нибудь будет. Сигимор предполагает, что они могли поехать к остальным, чтобы объединиться с ними, я тоже думаю, что это возможно.

Арианна вздохнула. Мысль снова сесть на лошадь так скоро ее не прельщала, но она понимала, что это необходимо.

– Тогда нам лучше вставать и завтракать. Хорошо бы выехать пораньше и добраться до Скаргласа, пока нам не придется пытаться обойти незаметно целую армию.

– Милая, мы можем подождать еще одну ночь.

Под глазами Арианны темнели круги, Брайан понимал, что она еще не совсем отдохнула. Если Амиэль направился в Скарглас, чтобы соединиться с остальными, то он к этому времени уже далеко впереди них. Его не поймать и не обогнать, так что спешить в Скарглас нет смысла. Чтобы оправиться от всего, что она перенесла, Арианне нужно, наверное, еще несколько дней отдыха, но еще одну ночь они могли себе позволить. У Брайана были и свои личные мотивы: он мог провести с Арианной еще одну ночь, не беспокоясь о том, кто может к ним подкрасться и как быстро они смогут вскочить в седла и ускакать. Он притянул ее к себе и стал целовать в шею. Арианна наклонила голову набок, чтобы ему было удобнее это делать, но все же спросила:

– Хм, разве нам не нужно вставать и быстро отправляться в путь?

– Мы так и поступим, но позже.

– Но мы ведь только что это делали.

– Ох, милая, ты еще не знаешь, что такую сладкую и страстную женщину, как ты, мужчина хочет всегда. Утром, днем и вечером. – Он помолчал, потом поцеловал ее в губы. – У тебя еще болит тело от езды верхом?

У Арианны мелькнула мысль сказать «да», потому что кувыркаться на простынях с мужчиной, который ей не муж, да еще когда она гостит в чужом доме, ужасно неприлично. Но потом она отбросила сомнения и решила не думать, осудят ее или нет. У них с Брайаном мало времени, и она никому и ничему не позволит отнять у нее первые по-настоящему спокойные моменты, которые они могут провести вместе. Никто не гонится за ними по пятам, никто не вынудит их убегать через черный ход, никто не заставит их скакать на лошади столько времени, что это навсегда отобьет у нее охоту ездить верхом. Кроме того, если будет предано огласке то обстоятельство, что ее брак с Клодом не был настоящим, на ней все равно будет клеймо шлюхи, хоть это и несправедливо. Так почему бы по крайней мере не совершить грех, о котором будет приятно вспомнить?

– Нет, не болит, – ответила она.

Арианна притянула его голову к себе, чтобы поцеловать его со всем пылом проснувшегося в ней желания.

– По-моему, тебе надо жениться на этой женщине, – сказал Сигимор, передавая Брайану большую кружку эля.

Брайан нахмурился. Когда кузен потянул его за руку в свой маленький кабинет, он подозревал что-то другое. То, что Сигимор завел речь о том, что он должен и чего не должен делать с Арианной, было очень странно. К тому же это совершенно его не касалось, но Брайан знал, что говорить это Сигимору бесполезно.

– Сигимор, мне нечего предложить этой женщине, – сказал он.

– Ты предложишь ей себя.

– Ну, это не обеспечит ей хороший дом, еду, красивую одежду и драгоценности.

– Не думал, что ее очень интересуют все эти вещи. Конечно, она захочет оставить мальчишек у себя. Не в этом ли дело?

– Нет, конечно! Сигимор, Арианна за любым столом займет более почетное место, чем я, а последние пять лет она была графиней. Мы оба с тобой знаем, что Марри – могущественный клан, они пользуются уважением и далеко не бедны. А некоторые из них чертовски богаты. Да, ее брак оказался ложью, и этот тип, которого она считала своим мужем, был холодным бессердечным ублюдком, но она все равно пользовалась всей роскошью, которую дает женщине такое положение. А я даже не могу себе позволить переселиться из башни, в которой у меня есть лишь маленькая комнатка, причем не очень-то уединенная. Может статься, я смогу построить небольшой коттедж в деревне, но не более того. Нет, ей нужно вернуться к своей семье.

– Какая глупость! Между прочим, Джолин была дочерью английского лорда, и что, разве меня это остановило?

– Ну, ты – лэрд и правитель Дабхейдленда. А я – младший сын человека, которого многие считают законченным безумцем. У меня больше братьев, чем нужно любому мужчине, и большинство из них бастарды.

– А может, тебе надо все-таки попытаться выяснить, чего хочет она сама?

– Женщины не всегда делают разумный выбор.

Сигимор издал короткий смешок, но Брайан не стал обращать на это внимание.

– Значит, она нужна тебе, только чтобы согревать твою постель, и ты не хочешь, чтобы она стала чем-то большим? Впрочем, я думаю, ты прекрасно понимаешь, что если станет известно, что ее брак был недействительным, она будет опозорена.

– Она не такая! – отрезал Брайан. – Все не так, как ты пытаешься представить.

– Однако ты не предлагаешь ей ничего, кроме нескольких ночей, и отсылаешь ее домой?

– Да, потому что я не могу предложить ей больше. Я недостаточно хорош для нее, и ее семья мне быстро об этом скажет. И вряд ли ей стоит волноваться, что ей повредит известие о ее фальшивом браке. Люсетты постараются об этом не распространяться. Хотя бы только для того, чтобы Марри не возжаждали их крови. И вот еще что, прежде чем ты упомянешь Грегора, он заполучил жену из клана Марри только потому, что они вместе путешествовали, и она была девушкой. Если бы не это, он бы никогда в жизни не замахнулся так высоко. У них и выбора особого не было, просто она хотела сохранить свою честь, а он – свою. Им просто повезло, что они хотели быть вместе. Если бы у меня уже была земля, хотя бы небольшой дом и кое-какие деньги, я бы мог попытаться посвататься к Арианне. Но у меня пока ничего этого нет.

– Брайан, если ты будешь ждать, пока у тебя будет все то, что, по-твоему, ей нужно, в конце концов ты будешь сидеть в одиночестве в своем прекрасном доме с толстым кошельком, смотреть из окна на свою землю и жалеть, что ты дал ей уйти, но будет поздно. Ну а она к тому времени будет жить где-то еще с новым мужем, и у нее уже родятся пять-шесть ребятишек.

От этой мысли Брайан весь похолодел, но быстро выкинул ее из головы.

– Думаю, я бы лучше потолковал с тобой об этих проклятых Дево и Амиэле. – Сигимор только молча посмотрел на него. Брайан вздохнул. – Я подумаю о том, что ты сказал, но, может быть, все-таки сейчас мы поговорим о том, что все еще угрожает ее жизни? Сдается мне, это более насущная проблема.

– Как хочешь.

Сигимор стал делиться своими соображениями, что делать с охотниками за Арианной и мальчиками. Большинство его предложений касались способов, какими их можно убить. На то, чтобы выкинуть из головы слова Сигимора, что он мог бы удержать Арианну, у Брайана ушло несколько минут. Это потому, что кузен советовал ему именно то, чего он сам хотел. Но в конце концов Брайан заставил себя сосредоточиться на том, как избавиться от угрозы, которую представляли Амиэль и Дево. Только об этом будущем он мог позволить себе думать.

Арианна смотрела, как Джолин устраивается на стуле перед камином. Она налила хозяйке кружку сидра и подала ей, потом налила себе. Арианна пыталась разглядеть в глазах женщины намек на презрение или хотя бы неодобрение ее поведения, но не увидела ни того ни другого.

– Ваш брак ведь был неудачным? – спросила Джолин. Она взяла со стоявшего между ними подноса овсяное печенье с медом.

– Да, несчастливый. – Арианне было неловко говорить на эту тему, она уже пожалела, что вернулась в свою комнату, где леди Джолин так легко застала ее в одиночестве. – Брайан вам ничего не рассказывал о моих трудностях?

– Вы имеете в виду о том, что ваш муж вам врал, а его брат теперь хочет убить мальчиков и, возможно, даже отдать вас давнему врагу вашей семьи?

– Да. Я надеялась добраться до моей семьи раньше, чем нас кто-нибудь найдет, но мой план не удался. Я немного чувствую себя виноватой, но кто бы мог подумать, что враги, от которых мы бежали, будут готовы потопить целый корабль, только чтобы убить мальчиков.

– Никто не мог, это бы удивило кого угодно. Вам очень повезло, что вы упали прямо в руки Макфингэлов. Они несколько грубоваты, резковаты и малость необузданные, но, несмотря на это, хорошие люди.

– Да, я знаю, что хорошие. Брайан меня много раз уверял, что его братья благополучно доставят мальчиков в Скарглас. И они доставили. А ведь мальчики им даже не дальние родственники, мало того, за ними тянется хвост – враги, готовые убить любого, только чтобы до них добраться. Это доказывает, что они хорошие люди. А грубоватые манеры и некоторая необузданность – это пустяки.

– В таком случае, может быть, вам стоит подумать, не оставить ли Брайана при себе?

Арианна чуть не подавилась кусочком печенья, ей пришлось быстро запить его сидром.

– Сэр Брайан ничем не давал понять, что он хочет остаться со мной.

– Вот как? Он решительно потребовал, чтобы его поселили вместе с вами в этой спальне, хотя, пока вы здесь, вы в его защите не нуждаетесь. Когда он это говорил, я видела перед собой мужчину, который не желает спать один.

– Но это не значит, что он хочет меня удержать. Мы оба знаем, что мужчины сплошь и рядом спят с женщинами, не имея ни малейшего желания удержать их при себе.

– Мужчинам обычно нелегко говорить о таких вещах.

– Вы предлагаете мне самой его спросить, хочет ли он со мной остаться? То есть я должна добровольно поставить себя под удар, который последует, когда он скажет: «Нет, благодарю покорно»?

– Вполне возможно. Это зависит от того, насколько сильно вы хотите, чтобы он остался с вами. Арианна, вам нравится этот мужчина?

– Если бы не нравился, я бы не стала шокировать весь замок тем, что сплю с ним в одной постели.

– Это верно, только я говорю не о страсти. Сэр Брайан Макфингэл – красивый мужчина, почти все Макфингэлы красавцы, но я надеялась, что вы честно скажете, что у вас на сердце.

– Кажется, я его люблю.

– Только кажется?

– Я пять лет прожила с мужчиной, который почти каждый раз, когда заговаривал со мной, твердил, что я состою из одних недостатков. Он говорил, что у меня все плохо, начиная с внешности и заканчивая тем, что я не способна ни одному мужчине доставить удовольствие в постели. А потом появился сэр Брайан, и я внезапно узнала, что имели в виду женщины из моего клана, когда они обсуждали желание, любовь, страсть. Возможно, это затуманило мой разум, а может быть, и нет, я не знаю. Когда испытываешь чувства, каких никогда раньше не знала, сильные чувства, которые временами полностью тебя захватывают, довольно трудно судить, что у тебя на сердце.

Джолин кивнула:

– Это я могу понять. Однако я уверена, что женщина ничего подобного бы не чувствовала, если бы ее сердце уже не было отчасти затронуто.

– Да, наверное, вы правы. – Арианна покачала головой. – Я пытаюсь держать мое сердце закрытым от него.

– Боже мой, это еще почему?

– Потому что, даже если он меня убедит, что все слова Клода были ложью – а на это, боюсь, уйдет много времени, – я все равно не имею права привязывать его к себе. Это было бы нехорошо по отношению к нему. Хватит и того, что, если все узнают, что мой брак был ненастоящим, я буду считаться шлюхой. У Макфингэлов и сейчас не очень хорошая репутация, так что им совсем ни к чему иметь в своем клане такую женщину. – Джолин пробурчала, что это все чушь, но Арианна не обратила на это внимания и продолжала: – К тому же я почти уверена, что не могу иметь детей.

Джолин дотянулась через стол и накрыла сцепленные пальцы Арианны своей рукой.

– Вы уверены?

– Я потеряла ребенка. Это было в самом начале, я только-только поняла, что я в положении, и вскоре потеряла его. Мы еще несколько раз пытались, но я больше не смогла зачать. Потом Клод присылал ко мне врача, тот меня осмотрел и сказал, что я не могу выносить ребенка.

– Однако один раз вы же забеременели, мне не верится, что выкидыш на таком раннем сроке мог что-то повредить. Вам было очень плохо? Было сильное кровотечение?

– Нет. Я не думаю, что в том, как это произошло, было что-то очень страшное, страшно было только то, что это вообще случилось.

Арианна высвободила руки из-под руки Джолин и стерла со щеки слезинку.

– После того как я потеряла ребенка, мы старались завести ребенка еще целый год, но ничего не произошло. С тех пор Клод делал еще несколько попыток, но я так и не забеременела. Обычно это случалось после того, как родители отчитывали его за то, что у него нет наследника и он не спит со своей женой. А от Мари-Анн у Клода есть двое здоровых сыновей, так что дело не в нем.

Джолин откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

– Врач мог ошибиться. Я подозреваю, что очень немногие из них на самом деле разбираются в женщинах и рождении детей. Обычно они ужасно не любят вообще иметь с нами дело. А такое, что женщина потеряла первого ребенка, случается не так уж редко. Скажите, сколько лет младшему из сыновей Клода?

– Пять с хвостиком, почти шесть.

– И все время, пока вы пытались забеременеть от Клода, он продолжал спать со своей любовницей, и она больше не понесла?

Арианна заморгала. Некоторое время она молча обдумывала слова Джолин, стараясь не допустить, чтобы огонек надежды, вспыхнувший в ее сердце, разгорелся слишком жарко.

– Об этом я не подумала. То есть вы подозреваете, что Клод мог каким-то образом потерять свою… хм, мужественность?

– Такое случается. Бывают болезни, которые делают мужчину бесплодным. Все работает как надо, но семя мертвое. Я бы на вашем месте не стала так быстро отказываться от надежды завести ребенка.

– Джолин, беда в том, что я могу убедиться, что не бесплодна, только одним способом: если я забеременею. Это лучше всего делать будучи замужем. Но что, если я выйду замуж, а потом окажется, что я не могу зачать? Получится, что я обманула мужчину, который на мне женился. Хуже того, меня даже могут обвинить в обмане, сказать, что я вышла замуж за мужчину, зная, что не смогу родить ему детей.

– Тогда, может быть, вам стоит попытаться зачать, вообще не задумываясь о замужестве. – Джолин поморщилась. – Звучит как какая-то махинация.

Идея и правда звучала сомнительно, но она запала Арианне в голову, даже когда они с Джолин сменили тему и заговорили о своих семьях. Она помнила о ней и несколькими часами позже, когда Брайан лег к ней в постель и притянул ее к себе. И тогда Арианна не могла освободиться от мысли о ребенке, жажда материнства не давала ей выбросить эту мысль из головы. Арианна поклялась своей душой, что если она действительно забеременеет от Брайана, то не воспользуется этим, чтобы втянуть его в брак, которого он не хочет. Судя по тому, что она слышала о Макфингэлах, в их клане внебрачные дети были вполне обычным делом, и у них их было много. И если она собиралась проверить, бесплодна она или нет, вряд ли кто-то подходил для этой цели лучше, чем представитель известного своей плодовитостью клана Макфингэлов.

– Завтра нам придется снова садиться на лошадей, – сказал Брайан, снимая с Арианны сорочку и бросая ее на пол.

Арианна поморщилась от этой мысли.

– Но ведь это будет последняя наша поездка?

Она провела рукой по его упругому животу, ей было приятно чувствовать тепло его гладкой кожи и ощущать игру его мускулов. Впервые после неловких попыток, которые она предпринимала в самом начале ее брака, Арианне захотелось исследовать мужское тело.

– Когда мы доберемся до Скаргласа, наше путешествие будет окончено. Тебе не обязательно сразу куда-то ехать, ты можешь задержаться там столько, сколько захочешь.

Брайан надеялся, что она предпочтет немного побыть там, прежде чем уехать к своей семье, хотя он и сознавал, что от этого ему будет еще тяжелее с ней расстаться, чем если бы они расставались сейчас.

– Хорошо. Я подозреваю, что мне еще очень долго не захочется садиться на лошадь.

Брайан собирался спросить, как долго это может быть, но в это время она обхватила своими гибкими пальцами его восставшую плоть. Он застонал, крепко обнял ее и приподнял бедра в безмолвной мольбе, чтобы она его ласкала. И когда она откликнулась на эту просьбу, стала гладить его и даже скользнула рукой между его бедер, он потерял способность думать.

Арианна наслаждалась своей властью над этим сильным мужчиной, ее удивляло, что ее прикосновение так сильно на него действует. Она раздумывала, что бы еще сделать, чтобы он продолжал стонать и шептать ей всякие лестные слова, но в это время он неожиданно толкнул ее на спину. В этот раз Брайан занимался с ней любовью яростно, его неистовая страсть требовала от нее такого же неистовства. Когда он соединил их тела воедино, в его движениях не осталось нежности, но Арианну это не волновало. Ее страсть быстро нарастала и скоро сравнялась по силе с его страстью, и вот уже она сама поощряла его своими словами и движениями. В экстазе она выкрикнула его имя и вцепилась в него так, словно падала в пропасть и ухватиться могла только за него. Когда он достиг разрядки и излился в нее, он держал ее так крепко, что Арианна была уверена, у нее останутся синяки, но ей было все равно.

Все еще дрожа от мощи разделенной страсти, Арианна открыла глаза и посмотрела на мужчину, крепко спящего в ее объятиях. Она подумала о том, как часто он изливал в нее семя, и крошечный огонек надежды разгорелся в ней чуть ярче. Если есть хотя бы малейший шанс, что она не бесплодна, такая бурная и жаркая страсть, какая кипела между ними, должна была принести плоды. Если бы она вернулась в свой клан с ребенком и без мужа, это вызвало бы массу неприятностей, но ее это не волновало. Если Брайан не захочет остаться с ней и отошлет ее прочь, по крайней мере у нее останется частица его. Арианне оставалось только надеяться, что ей будет этого достаточно, но с каждой минутой, проведенной в его объятиях, она все яснее понимала, что не хочет его отпускать.