Прочитайте онлайн Сокровища фараона | Глава 6 Сентиментальный вор

Читать книгу Сокровища фараона
2816+900
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 6 Сентиментальный вор

Кочетко не стал ждать рассвета, было уже начало пятого, он еще раз презрительно взглянул на Насера и набрал номер Тумановых.

— Я разбудил тебя? Да… а что с ней? — Сергей, покачав головой, злобно посмотрел в сторону неудачливого вора. — Кажется, я знаю, в чем тут дело, ты должен зайти ко мне… вместе с Анной, и посмотри, чтобы в коридоре ни кого не было… да, но нам не нужны лишние вопросы.

— Что ты хочешь со мной сделать? — в голосе Насера больше не было страха, — я понимаю, на твоем месте я поступил так же…

— Лучше замолчи! — Сергей, грозно сверкнув глазами, потряс здоровенным кулаком перед самым носом эль-Акима, — иначе я тебе еще добавлю.

— Мне уже все равно, но один человек, может из-за этого умереть…

— Не нравится мне все это, эль-Аким…

Стук в дверь заставил его прервать перепалку с Насером, Сергей открыл дверь и в номер вошел Петр, несший на руках бесчувственную Аню. Он аккуратно положил ее на диван и, подойдя к Кочетко, мотнул головой в сторону Насера.

— Это он был у нас в номере?

— Да, — кивнул Кочетко, — благо на меня не действуют его штучки, к своему несчастью, он не знал, что во время войны я работал в секретном проекте и у меня иммунитет на эти фокусы.

— Дайте мне все объяснить, — начал Насер, — а потом делайте…как вам позволит ваше сердце.

— Ты посмотри, как он красиво сейчас заговорил, — усмехнулся Сергей, — ты бы слышал, какими словами он меня называл, когда мы боролись на ковре.

— «На ковре»… будто на ринге, — усмехнулся Туманов и затем, серьезно посмотрев на Насера, добавил: — Ты сейчас же вернешь мою жену, или я сам прикончу тебя здесь, а потом мы поговорим, мне многое хотелось бы от тебя услышать.

Сергей подошел к эль-Акиму и начал развязывать ему руки, на минуту он засомневался и, покачав головой, сказал ему:

— Без фокусов, иначе ты узнаешь…

— Хорошо, — спокойно прервал его Насер.

— Стой. — Сергей толкнул его к стене и, приказав поднять руки, быстро обыскал его. — Вот! — он кинул на стол небольшой мешочек с галюцинагенным порошком, нож и бумажник Насера. — Теперь мне стало немного легче, с помощью этого ты довел Аню до такого состояния?

— Не только, — парень посмотрел в сторону бесчувственной женщины, — если позволите, я сейчас же приведу ее в чувства.

Под бдительным взглядом двух мужчин, Насер склонился над Тумановой. Он погладил ее по волосам и тихо прошептал:

— Приди в себя, проснись и не вини меня не в чем.

— Что ты там шепчешь, подлое отродье? — Петр боялся, что Насер сделает ей еще хуже.

— Погоди, — Сергей взял его за руку, — сейчас все будет ясно и если что…

— Если что, я убью этого подонка, — процедил сквозь зубы Туманов.

Через несколько минут Анна открыла глаза и, увидев перед собой Насера, ни чуть не испугалась его, к своему несчастью, она хорошо поддавалась внушению. Она не понимающе огляделась вокруг и, увидев себя в одной сорочке, быстро накрылась одеялом.

Пришлось ей объяснять, почему она оказалась в постели Кочетко и кто в этом виноват.

Она не могла поверить, что почти час находилась в глубоком трансе и что Насер, она его сразу узнала, хотел украсть карту.

— Я прошу выслушать меня, — взмолился парень, — мне, не нужна эта чертова карта, она нужна одному богачу, который сейчас держит мою сестру, в своем гареме наложницей.

— Не понимаю, это что еще одна сказка из тысячи и одной ночи? — Анна недоверчиво склонила голову на бок.

— Позвольте, мне все рассказать с самого начала и быть может, вы сможете все понять. Мужчины переглянулись и Сергей, пожав плечами сел рядом с Анной:

— Присаживайся, мистер вор, может мы, и выслушаем тебя.

— Но это не значит, что поверим. — Туманов вынул из кармана халата пачку сигарет и, предложив их Сергею и «гостю», поудобнее устроился в кресле у двери. Насер знал, что не сможет сбежать, русские ученые оказались не робкого десятка, как он сначала подумал, и смогли дать ему достойный отпор.

— Я начну с того, что однажды в кафе, моего отца, остановился иностранец. Мы так же сдавали несколько комнат, тем и жили. Мы не были богаты, но и не бедствовали, у меня три брата Али, Нугман, Ходжа. И две сестры Фарида и Лала. Мы приехали в Каир десять лет назад, из Ирана. Мне было всего двадцать лет.

Так вот, этот иностранец приехал из Лимы как он сказал, это где-то в Латинской Америке. Он сразу начал как-то по-особому смотреть на Лалу, ей было только восемнадцать лет, а она уже была такая красавица.

Как-то вечером, я заметил, что на заднем дворе Лала была не одна, я обошел дом и через дыру в заборе увидел, как она целовалась с этим иностранцем. Меня словно кипятком ошпарило. В тот вечер мы сильно поругались, я грозился, что расскажу все родителям, если она не перестанет позорить нашу семью. Она плакала, умоляла меня ни чего не говорить, а потом через две недели, исчезла. Позже я нашел письмо, которое она мне оставила.

«Милый мой, брат Насер. Я очень люблю и тебя и всю нашу семью, но не могу поступить иначе. Хуана-Антонио я люблю больше жизни.

Ни чего не осталось от моей гордости, мне стыдно за свои чувства, но я не могу представить, как буду дышать без моего любимого Хуана-Антонио. Прости меня, если сможешь, не ищите меня.

Любящая вас Лала».

Вот так она сбежала с этим латиноамериканцем. Но это только начало, я рассказываю все это, чтобы были понятны мотивы, толкнувшие меня на преступный путь.

Прошел год. Как-то в один из праздников, меня и моих коллег из университета, а я действительно там работаю, пригласили на банкет. Там я увидел Омара Капу, это богатейший человек не только Каира, но и, наверное, всего Египта.

Сначала мне показалось, что одна из девушек, сопровождавших его, похожа на Лалу, но позже я понял, что это она. Полуобнаженная, в прозрачных шароварах она танцевала для него и его друзей. Она была похожа на… — его голос дрогнул и Насер, сглотнув комок, подступивший к горлу, продолжил, — в ее глазах я видел одну пустоту, хотя она улыбалась и весело разговаривала с господином Капу.

Когда все подошло к концу, и гости начали расходиться, я подошел к Омару и спросил его, что делает у него моя сестра? Тогда он рассмеялся, и его охрана оттеснила меня в сторону. Но я не унимался и вскоре нашел его. Омар долго не хотел меня слушать, но, наконец, я совсем достал его и он согласился меня принять.

Лала и несколько других девушек сидели возле Омара и когда мы встретились с ней глазами, она в ужасе закрыла лицо. Стыд заставил ее лицо залиться краской, боль превратила ее глаза в ручьи и, видя ее страданья, Омар сжалился над ней. Он приказал девушкам оставить его, и рассказал, что Лалу ему продал богатый иностранец из Лимы, его хороший приятель.

Позже он разрешил мне поговорить с Лалой в его присутствии, но отпускать ее не собирался.

Сестра мне рассказала, что Антонио любил ее, но однажды его номер в гостинице обокрали и ему нужны были деньги. Он поехал к своему, как он сказал другу и, заняв у него немного денег, оставил ее на пару дней погостить у Омара. Сам же он хотел утрясти дела с полицией, по поводу ограбления и позже собирался забрать Лалу с собой в Лиму. Эти пара дней, продлились почти год. Оказывается Антонио да Силва — это было его полное имя, просто продал Капу приглянувшуюся девушку.

Я просил отпустить ее, обещал, что сделаю все, что он прикажет, лишь бы Лала снова вернулась домой и не носила позорное клеймо наложницы.

Сначала он отнекивался, и я совсем отчаявшись, уехал к себе домой, но потом его люди разыскали меня и привезли к Омару. Он сказал, что я смогу забрать свою сестру, если выполню одно очень важное для него дело.

У него, якобы, была древняя карта сокровищ какого-то фараона, но она исчезла. Вскоре, его люди выяснили, что карта пропала после визита да Силвы, и кроме него никто не мог ее видеть, сам Омар ему показывал ее. У меня было задание, найти и вернуть роковую карту.

Я выехал в Могадишо, там по донесению охранки Омара, находился да Силва. Я нашел его не без труда, но произошла идиотская случайность, такое бывает только в кино. В одном поселке Сомали, близ Могадишо, какой-то оборванец выхватил у него из рук портфель, в котором была карта. Антонио клялся, что даже заявил в полицию, и после небольшой проверки оказалось, что он прав. Я был в отчаянье и не знал что делать, мне не везло, вскоре такой же портфель заметили у одного сомалийца, но там ничего не оказалось. Так прошла неделя и вдруг я вижу, уже перед самым моим вылетом в Каир, в аэропорту иностранца, белого. У него был точь — в точь такой же портфель. Я сообщил своим и попросил его проверить на всякий случай, им оказался гражданин Америки Горден Ларсен, за которым я последовал в Советский Союз. Я и раньше говорил, что учился там.

В общем, я остановился у однокурсника Саида эль-Фарука, Егора Ракова и хорошенько заплатил ему, чтобы он помог мне. О гибели Ларсена я узнал от него и то что карта у русских, то есть у вас, тоже. Но в Советском Союзе сложно было добраться до вас, и карту вы спрятали в надежное место.

— Ты обыскивал наши квартиры? — Анна с презрением посмотрела на Насера, — как тебе это удалось?

— Мне это было сделать чрезвычайно трудно, так как мимо постоянно ходили люди, которые знали друг друга и вас, а бабушки, что сидели около подъезда вашего дома так подозрительно смотрели на меня, что я не решился прийти вновь. Хотя я это сделал, почти перед самым вашим отъездом в Москву и… столкнулся с вами, когда вы входили в подъезд.

Аня вспомнила, того странного типа, который отвез ее с рынка домой, и тут она вспомнила, что из подъезда вышел именно Насер. Почему в аэропорту, когда они прибыли из Москвы, она не узнала его.

Так я проследовал за вами до самого Каира и старался не попадать в ваше поле зрения, что мне и удалось… ну, а остальное вам известно.

— А как же обморок Анны в день нашего знакомства, или он был не случайным? — спросил Петр, потирая бороду.

— Может это гипноз? — Сергей сосредоточенно посмотрел сначала на Аню, потом на Насера.

— Немного внушения и галюцинагенного порошка… в цветы.

— Да — а, — протянул Петр, — даже не знаю, что теперь делать. Мне жаль тебя и твою сестру, этот латиноамериканец очень подло поступил с ней.

— Но это не лишает тебя ответственности за попытку украсть нашу карту, — добавила Анна, она посмотрела на часы, было половина седьмого. — Ну, что будем с ним делать?

— Я не знаю, но и с полицией не хотелось бы связываться. — Туманов потер усталые глаза, — а ты что думаешь, Сережа?

На минуту Кочетко задумался, но потом сказал, что они не смогут держать Насера взаперти, так же как не могут сдать его полицейским:

Может, стоит ему помочь выкрасть сестру, и он отстанет от нас, хотя найдутся другие охотники, может быть более изощренные в своих методах. Ведь за большие деньги здесь можно все купить и продать.

Они говорили по-русски, но Насер понял, о чем они говорили и, опустив голову, обхватил ее руками.

— Я не стану больше вас преследовать, — спокойно сказал он таким тоном, что ему можно было верить. — Омар дал мне три дня, для того чтобы найти карту, за это время, вы успеете уехать на раскопки…

— Нам ни чего больше не остается. Как последовать твоему совету, — вздохнул Петр и, встав с кресла, поплотнее запахнул халат, — времени уже много нам пора, но если ты не сдержишь слова, то пеняй на себя.

Туманов протянул Насеру руку, тот нерешительно пожал ее.

— Выручай свою сестру, тут тебе действительно нужна удача.

— Но если все это россказни, — Анна мало верила эль-Акиму, — я даже не знаю…

— Оставим его, Аня. — Туманов посмотрел на Сергея, пыл которого еще не остыл и, похлопав его по плечу, направился к двери и повернул ключ.

Насер немного замешкался, посмотрев в сторону Сергея, но тот только тяжело вздохнув, махнул рукой и вышел на балкон.

Петр открыл дверь и дал Насеру спокойно уйти. Аня накинула халат, принесенный Петром, и они отправились к себе в номер.

* * * *

Уже через несколько часов вся компания искателей сокровищ, ехала по направлению Каир — Мемфис.

Вагон был очень грязный и шумный, у нас такой называется «общим». Там и сям сновали люди, преимущественно местные жители. Громкоголосые торговцы предлагали все, от жареной кукурузы и дешевого вина, до полотенец, глиняной посуды и всякого товара сомнительного качества. Было душно, а от этих торговцев еще больше разило потом, чем от всех остальных пассажиров. Ехать предстояло около двух часов. Друзья опасались за свои вещи, поэтому взяли с собой только самое необходимое, но и этого было достаточно для подозрительных взглядов.

Ровно в шесть вечера по местному времени, группа исследователей стояла на перроне маленького вокзала Мит — Рахане.

Здесь не было так чисто, как в Каире, иностранцев тоже не столько, в основном местные жители-арабы и негры.

Остановившись в небольшой гостинице, путешественники решили немного перекусить. Они спустились в кофейню, которая находилась на первом этаже двухэтажного здания мотеля и, расположившись за большим столом, заказали себе все, что могли позволить их европейские желудки, не привыкшие к местным блюдам.

После ужина, когда все немного отдохнули, Сергей и Джордан отправились к Абу Нувасу, зажиточному местному жителю, державшего большое стадо верблюдов и лошадей. Жара немного спала, и по небу плыли легкие облачка. Вскоре они подошли к добротному, каменному дому Нуваса. Дверь открыл слуга-негр и, узнав, что хотят господа, впустил их.

Сергей и Джо были приглашены на террасу, которая была обвита какими-то необычными растениями, похожими на плющ. Внутри было прохладно и пахло восточными благовониями.

За столиком в плетеном кресле сидел пожилой, но довольно-таки крепкий мужчина. Его седые, слегка вьющиеся волосы, были собраны в пучок на затылке. А под косматыми бровями, блестели живые, полные мысли, глаза.

— Добро пожаловать, — сказал он на своем языке, но Сергей хорошо знал арабский и, протянув Абу Нувасу руку, поприветствовал его.

— Асс Алям алейкум.

Старик, доброжелательно улыбнувшись, предложил им присесть в кресла напротив него и, позвав негра, приказал принести им напитки и фрукты.

Сергей, сказал, что они приехали из разных стран, и составляют международную группу ученых. Им нужно приобрести девять лошадей и четыре верблюда, а так же найти одного или двух проводников.

— Путь предстоит долгий, вглубь Ливийской пустыни и мы хотели бы, чтобы вы помогли нам снарядить экспедицию в ближайшие два дня. О вас очень хорошо отзывались мои знакомые. — Улыбнулся Сергей, и Абу прищурившись, рассмеялся:

— Два дня? Это будет стоить в два раза дороже, и чем вы платите?

— Американскими долларами, — Сергей вынул из кармана бумажник и, положив стодолларовую купюру на стол, добавил, — все остальное заплатим потом. Не подведите нас, господин Нувас.

Старик немного задумался и, забрав деньги, утверждающе кивнул:

— Хорошо, можете прийти завтра утром и выбрать самых лучших лошадей.

— А мне бы еще хотелось знать, — Сергей задумчиво посмотрел на Джо, — где здесь поблизости хороший базар. Где можно приобрести все необходимое и не… сомнительного качества?

— Я понимаю, — Абу проводил их до ворот и, выйдя на улицу, пообещал, что все необходимое снаряжение для их группы, будет готово через два дня.

* * * *

Солнце уже скрылось за горизонтом и когда стало темно, за высокой оградой метнулась легкая тень.

Насер спрятался в кустах и ждал, когда начнется вечерняя молитва. Вот Омар вышел на балкон и о чем-то спорит с…да это же Антонио. Что он здесь делает, негодяй?

Насер еще раз посмотрел в бинокль, это, несомненно, был.

Остался один день, и раз с картой не получилось, я попробую выкрасть Лалу. Никто не помешает нам. Как бы этот да Силва не забрал ее с собой. О чем они спорят? — не мог понять эль-Аким, — что там происходит?

Он оглянулся, вокруг ни кого не было, охрана сидела в будке у ворот и главного входа. Осторожно пробираясь сквозь заросли сада, парень вплотную подошел к дому Капу и встал под балконом, скрывшись в кустах шиповника. Он порвал рубашку на плече и разодрал руку. Ничего страшного, Насер сморщился от боли и прислушался, что же там происходит. Он слышал только обрывки разговора.

— Да я повторяю, — да Силва захлебывался слюной, — не нужна мне была твоя чертова карта, я не знаю, как она оказалась у меня!

— Ладно, дело не в карте, а в знаках, которые в ней, только я один знаю тайну как правильно ими воспользоваться. Мы могли бы сделаться самыми богатыми людьми на всей планете. Так как в склепе заточены семь тайн мироздания. Человека, открывшего их, постигнет величайшая мудрость.

— Я клянусь тебе, Омар, — продолжал Антонио, — если бы я украл карту, разве я вернулся бы к тебе. Не смотри на меня так, я знаю, что прошло много времени, но я боялся, что ты не поверишь мне. Да и в Лиме дел было по горло.

— Что мне тебе сказать, — тяжело вздохнул Капу, — если ты не виноват, то прости меня, но если ты обманываешь меня, Аллах покарает тебя, и я тоже…

— А что за эти семь тайн? — да Силве казалось, все это было очень интересно, — нет, ты ни чего не подумай, простое любопытно.

Насер тоже с удовольствием внимал все эти россказни о карте, и мало верил во все это.

— Эти семь тайн мироздания подразумевают под собой: Тайны земли, воды, человека, времени, космоса, жизни и смерти, мира духов. Но тот, кто не имеет ключа, сказано в карте, погибнет от проклятия Аменмеса.

Он немного помолчал и затем сказал, что устал и хочет отдохнуть. Когда да Силва заикнулся о Лале, Насер весь покрылся потом. Этот мерзавец еще хочет видеть ее, какой же он гнусный тип, этот Антонио. Омар почему-то отказал ему, и дальше Насер уже ни чего не слышал.

Вскоре, когда во всех окнах погас свет, парень, немного подождав, вышел из кустов. Поцарапанная рука еще ныла, но он крался к тому месту, где жила Лала. Это был второй этаж, северное крыло огромного дома Омара, где жили его наложницы и служанки. Эль-Аким взобрался легко, как кошка по массивным ветвям лианы, которая оплела весь балкон. У самых перил, он чуть было не сорвался, рукавом зацепившись за ветку. Ему удалось достичь своей цели, но как назло, дверь оказалась запертой, Насер прильнул к стеклу и начал всматриваться внутрь комнаты. Там стояло три кровати, и трудно было определить, кто из девушек Лала. Долго бы ему пришлось там стоять, но вдруг одна девушка поднялась со своей постели и включила свет. Насер отскочил от окна и увидел, что его сестры здесь нет.

Тяжело вздохнув, он услышал голос Омара, который готовился к молитве перед сном, из других комнат доносились голоса славящие Аллаха. Насер осторожно подошел к следующему окну, и услышал тихий голос сестры, она плакала и молилась так тихо, что, пожалуй, один он и услышал ее причитания. Парень слегка стукнул по стеклу, и когда девушка обернулась, показал ей знаком открыть дверь. Лала, оглядевшись, прижала палец к губам и, повернув ручку балконной двери, вышла к брату.

— Насер, — прошептала она, — что ты здесь делаешь, и у тебя такой вид… — она погладила его по плечу, кровь на ране запеклась, но успела испачкать рукав.

— Я пришел сказать тебе, что сейчас мы уходим вместе. Я пришел за тобой, Лала.

— Но как? Омар найдет и поймает нас, он убьет тебя. — Насер обнял ее и подвел к краю балкона, — решай сама, или тебе нравится такая жизнь?! — в его голосе она услышала вызов. Слезы хлынули из глаз и Лала, закрыв лицо руками, замотала головой:

— Убежим, я не могу больше видеть его, а теперь еще и Хуана-Антонио… но как, что мы будем делать?

— Иди за мной, я уже все продумал.

— Но они найдут нас…

— Лала? — послышался вдруг женский голос, и на балкон вышла девушка, — что ты здесь делаешь?! Я немедленно позову… — Насер не дал ей договорить, ударив наложницу, он схватил Лалу за руку и бросился к спасительным ветвям лианы, помогая сестре перелезть через перила. Ей было неудобно в длинном шелковом халате, у самой земли, ее нога сорвалась, и девушка беспомощно повисла, ветка треснула, и она упала в колючий шиповник. Насер, быстро спустившись, помог ей встать, и оторвал кусок полы, волочившейся за ней.

— Я ободрала все руки и ноги. — Лала, сморщившись, схватилась за руку Насера, — кажется, я занозила ногу.

— Быстрее, Лала!

— Да, а то Нариман поднимет всех… — она не успела договорить, Нариман пришла в себя и побежала звать на помощь.

Насер и Лала неслись изо всех сил, держась за руки, они видели, как в окнах всего дома зажегся свет, залаяли собаки. Подбегая к высокой ограде, они остановились, чтобы перевести дыхание, еще немного и они, миновав это препятствие, с радостью обнялись. Их радость прервал выстрел, который грянул как гром среди ясного неба, Насер покачнулся и, разжав пальцы, выпустил сестру из объятий, струя крови брызнула в лицо девушке.

— Насер — она, вскрикнув, пала на колени и склоняясь над ним, трясла его за плечи, ты жив, мой дорогой брат, ты жив?!

— Беги, — прохрипел эль-Аким из последних сил, — ведь они убьют тебя!

Она видела, как к ней приближаются люди из охраны Омара, Лала сжала последний раз руку брата и бросилась прочь.

— Мне она нужна живой! — крикнул Омар, — поймайте эту девку!!!

Лала бежала что было сил, она не чувствовала ни боли от заноз в ступнях ни осколков на земле. Обернувшись, она увидела собаку, приближающуюся к ней, которая, оскалив свои острые зубы, рычала и лаяла, брызгая слюной. Лала, завизжав, бросилась к ближайшему дереву папайи и, ловко взобравшись на него, вся тряслась от ужаса. Она ни чего не чувствовала, кроме страха, который рос у нее внутри, словно снежный ком, охрана Омара была уже близко.

Рядом, совсем рядом была крыша дома, она видела, что расстояние было не большое, но боялась прыгнуть. Лай собак усиливался, вот один охранник полез вслед за ней, ругаясь и показывая ей свой огромный кулак. Лала еще раз посмотрела вниз и с визгом прыгнула на крышу, поскользнулась, чуть не сорвавшись, и влезла в разбитое окно на чердаке. Немного отдышавшись, девушка кинулась вниз по лестнице, то и дело, тарабаня в двери. Наконец одна дверь открылась и мужчина, который стоял на пороге, ни чего не спросив, затащил ее в комнату.

— Не бойся, я видел из окна, как ты убегала из дома господина Капу…

— Не выдавайте меня, прошу вас?! — Лала, покачнувшись, потеряла сознание и незнакомец, взяв ее на руки, отнес на диван. Накрыв ее одеялом, он подошел к окну, люди Омара двигались совсем в другую сторону от его дома. Он улыбнулся и, посмотрев в сторону бесчувственной девушки, задвинул шторы.