Читать онлайн Сокровища фараона | Глава 8 Похищение и скачать fb2 без регистрации

Прочитайте онлайн Сокровища фараона | Глава 8 Похищение

Читать книгу Сокровища фараона
2816+874
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 8 Похищение

Вечер уже клонил солнце к закату. Саша, звонко засмеявшись, попросила Генри, проводить ее до дома.

Удивленно подняв брови, Картер сказал, что об этом, вообще, не стоило просить, ведь это его прямая обязанность. Саша, снова рассмеявшись, протянула ему руку.

— Ну, пойдемте. А фильм очень даже ничего, — она, значительно покачав головой, спросила: — Мне всегда было интересно, в Америке действительно такие крутые полицейские, и, вообще, как ваши фильмы похожи на реальную жизнь?

Генри, улыбнувшись, покачал головой.

— Естественно, у нас все не так, и демократии у вас в России больше, чем в Америке. Хотя ваша демократия похожа на хаос, может потому, что я привык к своей стране и к своему укладу жизни. Мы очень разные, хотя сейчас я вижу, что вы двигаетесь в правильном направлении. Только мне кажется, вам нужен совсем другой лидер, вы понимаете, о чем Я.-конечно, многое, меня не устраивает, но давайте не будем о политике, а то разговоры о ней нас заведут в непроходимые дебри.

Они подошли к дому, где жила Саша, и Картер, нежно сжав ей руку, взял с нее обещание, что завтра она и ее сестра ужинают вместе с ними. Саша, сказав, что, наверное, получится и нужно будет созвониться, попрощалась с Генри и вошла в подъезд. Поднявшись по лестнице, она позвонила в дверь, Таня должна быть уже дома. Когда она увидела сестру, то сразу поняла, что что-то случилось. Татьяна была какая-то бледная, и в ее глазах было что-то похожее на страх.

— Сестренка, что случилось? — Саша взяла ее за руку и почувствовала, как та вся дрожит.

— Да все нормально, Сашуль, все хорошо, — Татьяна повернулась к окну и, что-то напевая себе под нос, начала поливать цветы.

— Таня, ты чего? — Саша тронула ее за плечо. — Что ты делаешь? Ты ведь сейчас мне все цветы зальешь? У тебя что, какие-то проблемы? — в ответ сестра только покачала головой. — Может, на работе что случилось?

Обернувшись, Татьяна выронила из рук стеклянный кувшин, из которого поливала цветы, и, упав, он разлетелся на множество осколков.

— Что же я сделала, — Таня опустилась на колени и, начав собирать осколки, порезалась. Посмотрев на Сашу, она сделала такое лицо, будто бы у нее боль не в пальце, а в сердце.

— Не нравится мне все это, — начала Саша, но Таня, не дав что-либо сказать, быстро встала и, выбежав из кухни, направилась к входной двери.

— Таня! Куда ты?! — девушка кинулась вслед за старшей сестрой, но та уже была далеко внизу. — Что за ерунда!

Саша вернулась на кухню и, убрав осколки стекла, поставила чайник. Ей было непонятно поведение Татьяны. Если бы она только знала, что стало причиной такой резкой перемены, если бы только знала… Немного поразмыслив, она решила позвонить подруге Татьяны, с которой они вместе работали в консерватории. Она уже была готова поднять трубку, но что-то остановило ее. На минуту, Саша почувствовала, как по ногам пробежал холодок какого-то недоброго предчувствия. Она быстро набрала номер Картера и, услышав его голос в трубке, вздохнула с облегчением.

— Генри? Как я рада вас слышать. Не знаю, но с моей сестрой что-то произошло…да, понимаю…и я. Ничего что уже поздно? Так я вас жду.

Саша закрыла пылающее лицо руками и, подойдя к окну, отодвинула занавеску. Начинало смеркаться, и небо, над горизонтом, было располосовано красными росчерками лучей заходящего солнца. Сначала, края нежно-воздушных облачков стали багрово — красными, потом они заметно позолотели. Когда же солнце совсем исчезло за холмами и крышами домов, облака начали быстро терять свой недавно праздничный, сверкающий вид, словно погасшие лампы, и вдруг стали тусклыми и совсем скучными. Саша закрыла окно, ей показалось, что стало немного прохладно и, вытащив из холодильника тарелку, на которой лежало несколько бисквитов, налила себе молока.

Через полчаса раздался звонок в дверь, Саша не сомневалась, что это Генри, но когда она открыла дверь, то перед ней стоял незнакомый человек. Незнакомец был среднего роста, спортивного телосложения, а в его серых глазах играл огонек, что заметно насторожило девушку.

— Кто вам нужен?

— Вы.

Ее поразила его наглость и, вопросительно посмотрев на мужчину, Саша попыталась закрыть дверь, но тот быстро помешал сделать ей это, вставив ногу в дверной проём.

— Я не поняла, кто вы? Убирайтесь! — она с силой толкнула его в грудь, но он, только усмехнувшись, схватил ее за руку и, притянув к себе, быстро вошел в квартиру, захлопнув за собой дверь.

— Теперь мы можем поговорить, — незнакомец толкнул ее на стул и, сплюнув на пол, вынул из кармана пачку сигарет. — У меня мало времени, так что ты должна быть паинькой.

Саша не хотела с ним больше спорить, она знала, что это бесполезно. Ее беспокоило только то, что в любую минуту могла прийти и Таня, и Генри.

— Ну, что ты язык проглотила, я и так здесь задержался, — он, сильно затянувшись, выпустил ей в лицо клуб дыма. — Где карта, ты должна знать?

У вас может возникнуть вопрос, от чего Тёрнер, а это был вне всяких сомнений он, стал таким нервным. Дело в том, что он не мог знать о небольшой поломке телефона Картера. Генри отключил его, и Скотт на какое-то время потерял с ним связь. Когда это продолжалось несколько часов, он еще был спокоен, но когда прошло три дня, а абонент был по прежнему недоступен, его терпению пришел конец. Позже, он понял, что это было роковой ошибкой в его погоне за картой, ведь профессионал не имеет права идти на поводу своих чувств.

Саша гневно посмотрела на него, затем на тяжелую вазу, стоявшую на комоде. Скотт еле увернулся от летящей в его голову посудины и, злобно взглянув на Сашу, попытался ее ударить, но тут же получил от летящего в него зимнего ботинка Татьяны. Таня всегда, когда искала что-то, частенько не убирала, раскиданные в поисках, вещи. Теперь ее младшей сестре это было под руку. Тёрнер, увернувшись несколько раз, получил гораздо больше, чем хотел. Когда, наконец, обувь в прихожей кончилась, Саша «перешла» к книжному шкафу, однако Тёрнер воспользовался короткой паузой и, ударив девушку по голове, чем-то тяжелым, отбросил ее в сторону. Вдруг, ему в голову пришла одна интересная мысль, он криво усмехнулся и, подняв Сашу, взвалил ее себе на плечо.

Когда Картер поднялся на третий этаж, где жили Тумановы, он увидел, что дверь приоткрыта. Толкнув ее носком ботинка, Генри вошел в прихожую и, увидев раскиданные вещи, насторожился. В комнате стояла гнетущая тишина, пахло табачным дымом и чем-то еще. Этот запах что-то напомнил Картеру, но что, он не мог вспомнить.

«Что тут произошло?»- Генри, наклонившись, поднял с пола металлическую вазу, к которой прилип окурок. И, нахмурившись, сунул руку за пояс, вытаскивая пистолет.

— Саша, Таня? — он осторожно осмотрел кухню, гостиную и остальные комнаты. Он сразу подумал о Тёрнере, потому что знал, больше не кому пытаться навредить сестрам. «Но как узнать, что здесь произошло?»- Генри подошел к телефону и набрал номер гостиницы, где его ждал Тоб.

— Тоби, срочно приезжай… — Генри вздрогнул от удара по голове, в глазах потемнело и, покачнувшись, он упал на пол.

Когда Генри пришел в себя, голова раскалывалась. Он обвел комнату туманным взглядом и когда увидел Татьяну, сидевшую напротив него, удивленно посмотрел на нее. Он попытался подняться со стула, но вдруг понял, что крепко привязан к нему.

— Таня, что здесь произошло? Почему меня связали? — ему не нравилось, как девушка смотрела на него, в ее голубых глазах сверкали льдинки, она исподлобья посмотрела на него и, наконец, покачав головой, спросила.

— Долго ты собирался охмурять мою сестру?

— Что?! — Генри нервно рассмеялся. — Таня, что происходит, Саша мне позвонила и попросила приехать…

— Сволочь, — процедила сквозь зубы Татьяна. — Саша — самое дорогое, что есть у меня, если хоть один волос упадет с ее головы, я убью тебя, Картер.

Генри, перестав улыбаться, серьезно спросил девушку:

— Не знаю, что здесь произошло, но мне хотелось бы услышать от вас, Таня, где Саша, почему я связан, и, черт возьми, почему вы так разговариваете со мной?

Таня, медленно поднявшись со стула, подошла к телефону.

— А это, вы узнаете позже.

* * * *

Все тело ныло, девушка открыла глаза, но ничего не увидела, она вдруг поняла, что ее глаза завязаны, так же как и ее руки, и ноги. Саша не могла понять, где она, пахло сыростью и где-то, совсем близко, капала вода. Она попыталась позвать на помощь, но рот был залеплен скотчем, причем так крепко, что ей было трудно дышать.

Услышав, что девушка пришла в себя, Скотт подошел к ней и, отодрав с ее рта скотч, поднял на ноги.

— Ну, что, детка, теперь ты больше не будешь кидать в меня всякие тяжелые предметы?

— Кто вы, и что вам нужно? — тихо спросила Саша, чувствуя, как ее ноги становятся слабыми. Голова кружилась, во рту все пересохло, Саша покачнулась и упала на холодный пол.

— Что вы сделали со мной, почему мне так плохо? — ее мутило и знобило, Саша ни чего не видела, и от этого ей становилось совсем страшно. Она ощущала себя такой беспомощной и беззащитной, словно кролик в гостях у удава.

Тёрнер ничего не ответил, он вновь заклеил ей рот и, оставив ее одну в холодном и мрачном подвале, поднялся наверх.

Днем раньше, Скотт, предчувствуя, что ситуация может выйти из-под контроля, снял небольшой домик на окраине Москвы. Так же, он взял напрокат в салоне машину. Имея большие деньги, он мог воплощать в жизнь все свои замыслы.

Интуиция его не подвела, все прошло, как он задумал. Тёрнер хотел таким способом получить карту и избавиться от Генри и его друга навсегда. Татьяна была уже настроена против американцев, дело следовало за картой. Скотт знал, что пока милиция будет разбираться с похищением Саши и причастностью к этому Картера, он сможет заполучить карту и уехать в Каир.

Через некоторое время, он вернулся и продолжил свой допрос. Саша устала и, чувствуя, что долго не протянет, спросила.

— Вы меня убьете? Можете не отвечать, я чувствую, от вас исходит запах смерти.

Скотт сухо рассмеялся и, склонившись к ее лицу, прошептал:

— Можешь поверить, не только мне это доставит удовольствие. Я могу подсказать тебе, вы очень близко знакомы.

— О ком вы? — смутная догадка мелькнула в мыслях Саши, почему-то она подумала о своей сестре. Но она тут же отогнала от себя эту страшную идею, что Таня, могла быть подельницей, …на мгновение Саше стало все ясно, этот человек неспроста появился в ее жизни. Странное поведение Татьяны, и рассказ Генри о типе, преследовавшем его и Тобиаса, натолкнули ее на мысль, что этот незнакомец и есть тот самый Скотт Тёрнер. Глаза Саши были завязаны, как она жалела, что не видит своего мучителя, который упивался своей безнаказанностью. Саша напрягла все свое внутренние силы и попыталась увидеть то, что происходит по ту сторону повязки. По вискам струился пот, все мышцы напряглись до предела. Наконец она увидела темный силуэт, все вокруг было окрашено в бледно зеленый цвет, но когда незнакомец приблизился, Саша узнала в нем того человека, что так бесцеремонно ворвался в ее квартиру. Она хорошо запомнила его лицо с холодными глазами-колючками. Он мог быть тем самым Тёрнером и чтобы проверить свою догадку, Саша окликнула его:

— Скотт Тёрнер? — он обернулся и, засмеявшись, покачал головой:

О чем ты, детка, — оставив ее одну, он выключил свет и, хлопнув тяжелой железной дверью, повернул ключ в замочной скважине.

Саша поняла, что это он, она была почти уверенна в этом. Несмотря на то, что он почти не среагировал на то, как она окликнула его, он был очень похож на того человека, которого описывал Картер. Он был совершенно бесстрастным или хотел казаться таким.

Саша чувствовала, что ее начинает мутить, голова закружилась, и она упала на холодный пол, потеряв сознание.

А в это время в квартире Тумановых, Татьяна описывала во всей красе похождения Картера и его друга. Они же, сидели прикованные наручниками и смотрели на Татьяну, которая вела себя так, будто бы это они заварили всю эту кашу. Таня, злобно посмотрев на Генри, ударила его ногой.

— Куда ты дел мою сестру, сволочь?! Я догадывалась, что здесь что-то не так!

— Таня, — не один мускул не дрогнул на лице Генри. — Ты же знаешь, что я никогда бы не сделал Саше ничего плохого, мне…

Она не дала ему договорить, залепив звонкую пощечину.

— Гражданка Туманова! Прекратите этот цирк! — резко одернул ее майор Баскаков. — Мы сами разберемся, что к чему. У меня пока мало оснований верить вам до конца.

— Но фотографии… — начала, было, Татьяна.

— Откуда они у вас? — Баскаков, нахмурив брови, посмотрел на Тобиаса и Генри. — Говорите, подбросили?

— Да, сколько еще можно это повторять!

— Нам нужно все проверить, — он подвел ее к окну и тихо добавил. — Поймите, Туманова, если эти люди ни в чем не замешаны,…я не хочу скандала. По этому прошу вас впредь держать себя в руках. А фотографии мы проверим.

Он положил снимки в папку и, вернувшись, посмотрел в сторону Картера, который потерянным взглядом смотрел сквозь него. Баскакову почему-то казалось, что в этих обвинениях мало логики. Он был склонен верить больше Картеру, чем Татьяне.

— Картер, вы меня слышите? — Генри, устало, улыбнувшись, посмотрел на милиционера.

— Повторяю, здесь нелепая ошибка.

— Мы разберемся, кто прав, кто виноват. Посудите сами, сейчас у вас нет с собой документов…

— Но Саша сама позвонила мне…

— Фотографии очень убедительны. Да и рассказ Татьяны очень похож на правду. По этому все нужно проверить, и если вы ни к чему не причастны, вам нечего бояться.

Поговорим позже, вам придется проехать с нами. Мы выясним ваши личности и все обстоятельства данного происшествия. Надеюсь на быстрое разрешение этого недоразумения.

Альмадеро напряженно посмотрел в сторону Татьяны, он видел, в ее руках знакомый сверток.

— Генри, мне кажется, я только что видел карту в руках Татьяны.

Генри посмотрел в ее сторону и, когда их глаза встретились, она улыбнулась, будто бы ей удалось провернуть выгодное дельце.

— Черт возьми. Боюсь, что здесь без Тёрнера не обошлось. — Два милиционера, расстегнули наручники на руках задержанных и, отцепив их от трубы батареи, вновь защелкнули их на запястьях иностранцев.

Все, двигай вперед!

Генри обернулся, чтобы посмотреть на Таню, она довольно улыбалась и совсем не была похожа на несчастную, у которой похитили сестру.

Когда за Тобом и Картером закрылась дверь, Татьяна подошла к зеркалу и, запустив пальцы в пышные кудрявые волосы, засмеялась: «Я всегда была лучше тебя, поэтому тебе не может доставаться все… Дар…дурацкий дар, который помогает тебе делать всякие глупые вещи. А главное у тебя есть он», — внезапно ей стало невыносимо.

— Почему он выбрал тебя? — Таня взяла в руки фотографию Саши в стеклянной рамке. — Если он не стал моим, то не будет и твоим!

Она размахнулась и бросила, что есть силы фотографию на пол. Осколки стекла разлетелись по полу, словно тысячи брызг.

— Вот так, — она наступила ногой на фотографию. — Ты будешь, разбита и растоптана, а я… — она посмотрела на свое отражение и, улыбнувшись, подмигнула сама себе, — я буду хозяйкой жизни.

* * * *

Несколько раз Майкл Бенсон пытался связаться с Картером и Альмадеро, но телефон оглушительно молчал. Это навевало тревожные мысли, с которыми Майкл поспешил поделиться с Милагресс:

— Не понимаю, — Майк не захотел даже пить принесенный женой кофе. — Не нравится мне все это, уже две недели я не могу связаться с Картером.

— Наверное, что-то случилось, — осторожно начала Милли. — Не хочу тебя пугать, но Россия страна сюрпризов и не известно, что там может произойти с американскими гражданами. Еще вчера нас разделял так называемый «железный занавес», и я не знаю…

— Милли, не говори глупостей, — он завернулся в теплый махровый халат, став похож на большую нахохлившуюся птицу. — Дай мне лучше сигареты.

— Дорогой, не стоит курить на голодный желудок, — начала было Милагресс, но суровый взгляд мужа заставил ее покориться. — Тебе принести еще что-нибудь, милый.

— Телефон, — буркнул Майкл. — Не обижайся. Мне нужно подумать, что делать со всем этим.

— Да, конечно…

— Не начинай.

— Не буду, — она налила себе кофе и вышла из гостиной на кухню.

— Вот женщина, слова ей сказать нельзя, — пробурчал себе под нос Бенсон, набирая номер Тумановых.

На другом конце послышался приятный женский голос.

— Это Саша? — Майкл почувствовал, что ответ будет отрицательным, и он не ошибся.

— Нет, здесь такой! — рявкнула женщина в трубку.

— Ничего себе, — Майкл даже вспотел и снова набрал этот номер.

— Это кто?! Что вы сюда звоните! — Майкл извинился и обескуражено посмотрел на жену.

— Там действительно что-то произошло, я чувствую это.

— Ты стал совсем как Генри, улыбнулась Милли, но тут же поняла, что сейчас подобные шутки не совсем уместны. — Я поняла, нужно собираться.

Бенсон, ни чего не ответив, закрыл глаза и тяжело вздохнув, пробормотал:

— Сегодня не получится, а завтра в самый раз. Собирайся, Милли, а я займусь оформлением билетов.

Через двадцать минут Бенсон ехал в российское посольство, он заметно нервничал, ведь такого поворота дел ни кто не ожидал. Ни он с Милагресс, ни Генри с Тобом. Да Силва с Тёрнером не плохо все рассчитали, и эту кашу, что они заварили, придется расхлебывать всем.

* * * *

Татьяна накрывала на стол, когда зазвонил телефон и она, подняв трубку, улыбнулась:

— А это ты ну, сколько можно ждать тебя. Да, и я тоже, — она подошла к зеркалу и, поправив выбившийся из прически локон, налила себе шампанского. Затем, чокнувшись со своим отражением, сказала:

— За тебя, моя прелесть. Как ты все хорошо придумала.

Пока Татьяна расставляет на столе приборы, хочу вернуться немного назад в день похищения Саши.

Когда плачущая Татьяна выбежала из дома, ей преградила дорогу синяя BMV. Из окна на нее смотрел Лепре. Таня, словно спохватившись, кинулась к нему, как к последней надежде. Если бы она знала, кому отдает в руки свою судьбу.

— Лепре, как хорошо, что вы здесь! — она заплакала еще сильнее, когда он вышел из машины и обнял ее, пытаясь успокоить. — Я не знаю, как мне быть, она любит его, а я не могу ничего ей рассказать. Я боюсь, что произойдет что-то ужасное, не поправимое.

— Так вы ни чего не сказали?

— Конечно, нет, вы же меня просили. Я не могу так рисковать…

— Вот и хорошо, успокойтесь, Танюша, — Тёрнер вышел из машины и, оглядевшись, прижал ее к себе, — я хотел бы с вами поговорить, а пока погуляйте, успокойтесь. Встретимся через час в городском парке, это рядом кажется.

— Да, — Таня вытерла слезы, и, сжав руку Тёрнера, посмотрела в его пронзительные глаза.

— Надеюсь, вам можно доверять? — спросил он, сжимая ее руку, но, не причиняя ей боль, — я могу помочь вам, не вмешивая во все это вашу сестру.

— Конечно. — Таня произнесла это словно сомнамбула. Она не почувствовала, что ее голос стал немного другим, и как-то странно похолодели руки. Единственным ее желанием было пойти в городской парк, сесть на деревянную скамейку, около высохшего фонтана и ждать.

— Вот, возьмите, — он протянул ей пакетик с леденцами, — это поможет вам успокоиться.

— Вы так добры, — пробормотала Таня и, запустив руку в пакет, вынула от туда конфету.

— Вот так, сейчас вы успокоитесь и придете в себя, — произнес Тёрнер таким тоном, словно он был врачом психиатром и разговаривал со своим пациентом. — Мы встретимся немного позже, обязательно дождитесь меня, — Тёрнер с довольной улыбкой проводил ее взглядом.

Татьяна совсем не хотела возвращаться домой, внезапно проснувшиеся чувства, казались ей истинными, а некоторые болезненно обострились. Если ей сначала нравился Картер, теперь она начала, перебирая в голове мысли понимать, что он для нее подходит гораздо лучше. Теперь, когда в моей жизни появился настоящий мужчина, он безвозвратно потерян, Она вспомнила тот вечер, когда впервые увидела Генри. Как они сидели рядом, и она гладила его широкую горячую ладонь. Если бы я встретила его раньше Саши, то смогла сделать все, чтобы он был моим. Татьяна всегда завидовала сестре ее внезапно открывшимся паронормальным способностям, но всегда старалась подавить в себе эти негативные эмоции. Теперь же зависть переросла в ненависть. А желание понравиться Картеру, в желание обладать им. Через всего, каких — то полчаса, Таня перестала себя контролировать, ее темная сторона вышла на волю, заточив истинную сущность Татьяны где-то в недосягаемой глубине подсознания. Это все произошло так незаметно, что только человек знающий ее, смог определить эту перемену.

Тёрнер хорошо владел гипнозом, особенно когда человек находился в неустойчивом психическом состоянии. А психотропные «леденцы» усилили эффект. Теперь ее целью стало заполучить Генри Картера и навсегда вычеркнуть сестру из своей жизни. Пока Татьяна еще не поняла, что Лепре и Тёрнер один и тот же человек. Раньше Татьяна и думать не могла что, человек, которого они так боялись с Сашей, станет для нее решением всех проблем.

Когда Скотт увез Сашу в домик, который он снял в пригороде Москвы, та долго не приходила в себя. Когда же она, наконец, очнулась, Тёрнер сделал ей успокоительный укол. Вскоре, Саша уже крепко спала, а Скотт, заперев тяжелую подвальную дверь, закрыл гараж. Он был доволен, что теперь инициатива в его руках. Как вовремя снял он этот домик в районе Битцевского парка, теперь Картеру будет трудно найти свою Сашу.

Поменяв синее BMV на другой автомобиль, Тёрнер направился в парк, где его ждала Татьяна.

Увидев ее тоскливо пьющую сок из баночки, Тёрнер присел рядом с ней.

— Как быстро пролетело время, только что мы столкнулись у подъезда, а теперь вы уже здесь, — сказала она словно в пустоту.

— Ты веришь, что желания могут исполняться, нужно только очень захотеть?

— Да, — Татьяна, продолжая смотреть никуда, добавила. — Бойтесь своих желаний, ибо они могут исполниться.

Тёрнер усмехнулся, понимая, что она не так далека от истины.

— Что ты хочешь? — прямо спросил он. — Хотя можешь не отвечать. Дай подумаю, ты хочешь отомстить сестре за то, что ей все время везет в этой проклятой жизни. А так же ты хочешь заполучить Картера на блюдечке с гарниром. Не так ли?

— Вы умеете читать мысли, как Генри…

— Немного, — усмехнулся Скотт, — если я помогу тебе, ты поможешь мне, — утвердительно закончил он. Его тон не терпел возражений. — Предлагаю устранить одновременно две проблемы и получить приз. Только не шути со мной. Подумай еще раз, если я тебе открою свои карты, у тебя не будет пути назад.

— Я согласна, Тёрнер, — улыбнулась Таня. — Даже не смотря на то, что я о вас слышала. Мне всегда нравились такие целеустремленные мужчины.

Скотт не ожидал такого поворота дел. Но то, что Таня его раскусила, говорило о том, что с ней еще нужно будет поработать. Она должна как можно реже оставаться одна, чтобы ее собственные мысли не заглушали его психическую кодировку.

— Ладно, не буду тебя запутывать, я не Лепре, но ты должна понять… я обо всем тебе расскажу чуть позже. Не скрою, ты мне сразу понравилась, в тебе что-то есть и, думаю, мы сработаемся.

— А если я скажу, нет, — Татьяна хотела знать, есть ли у нее хотя бы малейший шанс на отступление. Тёрнер вдруг стал серьезным:

— Это было бы глупо с твоей стороны, ты вольна делать все, что захочешь. Не смей только мешать мне, — он посмотрел на Таню в упор. — Но я уверен, ты не отступишься, у тебя на лице написано, чего ты хочешь. Насчет Картера не обещаю, а вот сокровища фараона гораздо ближе к нам, чем ваш Генри.

Таня, опустив глаза, взяла Тёрнера за руку и, сжав губы, кивнула. Челюсти будто бы свело, слезы подступили и брызнули из глаз. Какая-то ее часть еще сопротивлялась и просила не заключать сделку с совестью, но сил уже не было. Все негативные чувства, повинуясь гипнозу Скотта, не давали ей изменить свое решение.

— Что я должна делать?

Он знал, что Татьяна будет на его стороне. Обняв, Скотт потрепал ее по руке и, ухмыльнувшись, добавил:

— Из нас выйдет неплохая парочка.