Прочитайте онлайн Снегурочка с динамитом | Глава 20ЧИСТО АНГЛИЙСКАЯ ЛАПША НА УШИ

Читать книгу Снегурочка с динамитом
2716+1632
  • Автор:

Глава 20

ЧИСТО АНГЛИЙСКАЯ ЛАПША НА УШИ

– Все прилично выглядят? – Кисонька окинула строгим взглядом их отчищенные в поместье у Галки куртки и вымытые физиономии, придирчиво поправила падающие на воротник завитые локоны и скомандовала. – Тогда пошли! – и выбралась из машины.

– Сан Саныч? – с благожелательной светскостью поинтересовалась она у мужчины в камуфляже.

Тот, не отрываясь от телефона, оскалился в такой же светской улыбке – правда, слегка вымученной. На лице его застыло восторженное выражение – как будто звонивший ему был как минимум председателем Международной ассоциации охотников и рыболовов, предлагающим собеседнику сразу же после новогодних праздников занять его место.

– Знаю, знаю, – прикрывая микрофон рукой, прошептал Сан Саныч. – Мне как раз сейчас звонят. И-есс, и-есс, – судорожно кивая, будто собеседник мог его видеть, выдавил он уже в трубку. – Офф косс, сер... сэр... Лорд!

Из микрофона его мобилки вырывался приглушенный, кажется, мужской голос, что-то авторитетно вещающий по-английски.

Выражение лица у Кисоньки стало хищно-пронзительным. Остальные никогда не видели настоящих охотничьих собак, но, наверное, именно так они выглядят, учуяв близкую добычу.

Кисонька властно протянула руку к мобилке:

– Дайте мне! Мне нужно с ним поговорить! – нетерпеливо вскричала она.

Сан Саныч отвел мобилку от уха...

– Отключился, – извиняющимся тоном сказал он. Из трубки неслись короткие гудки.

На личике Кисоньки отразилось такое разочарование, что Катька аж задохнулась от жалости.

– Хотя бы какой у него голос? – жадно заглядывая в глаза Сан Саныча, спросила Кисонька.

– Какой голос? – опешил мужик.

Мурка прибегла к испытанному средству – ткнула сестру в бок. Кисонька опомнилась:

– Я просто хотела узнать, все ли в порядке. В смысле, какое у него настроение... С этими англичанами никогда не поймешь.

– Во-во! – оживился мужик. – Я, конечно, все понимаю, что он тут на своем английском говорил, – заверил Сан Саныч, помахивая сотовым. – Но все-таки не могли бы вы мне как-то попроще... – Лицо у него стало смущенным. – Своими словами, что ли...

– Здесь будем разговаривать? – приподняв брови, поинтересовалась Кисонька.

– Нет, конечно! Машину оставьте на стоянке, пожалуйста, пойдем пешком, – объявил Сан Саныч и махнул рукой, предлагая двигаться дальше по асфальтовой дорожке, рассекающей запорошенное снежком поле. Насупленный парень шел на шаг позади сыщиков, бросая на них короткие неприязненные взгляды из-под сдвинутых бровей.

– Ситуация такая, – авторитетным тоном утонувшей в светских хлопотах дамы начала Кисонька. – Наша тетя – младшая мамина сестра...

Мурка, ставшая вдруг обладательницей никогда не существовавшей тети, даже не дрогнула.

– Вышла замуж за англичанина, – продолжала Кисонька, – за лорда! – В голосе ее прозвучали восторженные нотки настоящей любительницы высокого гламура. – Тетя Аня теперь – леди Энн! – и горделиво покосилась на Сан Саныча.

Тот немедленно проявил соответствующее случаю восхищение – покрутил головой, поцокал языком.

– У них все семейство помешано на охоте! И вы представляете, они все вот-вот приедут к нам! Им понравилась идея отметить Рождество два раза – у себя по их календарю, и у нас по нашему! Причем приедут все – вся наша новая английская родня! И наш новый дядя лорд Чарльз, и его дети от первого брака – наш новый английский кузен сэр Фредерик и наша новая английская кузина леди Патриция...

Катька подумала, что иметь в агентстве такую актрису, как Кисонька, – настоящая удача. Рыжая перечисляла «наших новых английских родственников» с таким искренним упоением, что собеседники невольно верили.

– И наша новая двоюродная тетя леди Маргарет, и наш новый двоюродный дядя, ее муж, герцог... герцог Манчестер! И... – продолжала бурлить восторгами Кисонька, – сэр Пол Маккартни, вот! Наш... Наш...

– Нашему новому забору двоюродный плетень, – мрачно прокомментировал нахмуренный пацан.

– Это сынок мой. Вася, – продолжая глядеть Кисоньке в рот, буркнул Сан Саныч, что звучало примерно как «Не обращайте внимания, это местный сумасшедший!».

– И всех их надо развлекать! – разводя руками, с картинным отчаянием выдохнула Кисонька.

– В парк их сводите. На карусельки, – опять буркнул Вася.

У Кисоньки стало интересное выражение лица – видно, представила себе, как Пол Маккартни, с гитарой под мышкой, меланхолично вертится на скрипучей парковой карусели и его длинные ноги волочатся по земле.

– Они хотят охоту, – демонстративно, даже не взглянув на Васю, с достоинством сообщила Кисонька.

– Маккартни тоже хочет у нас охотиться? – покачал головой Сан Саныч.

– А что такого? – вмешалась Мурка. – Макаревич же может у нас тут дайвингом заниматься, казацкие «чайки» со дна Днепра доставать. Почему Маккартни не может у нас охотиться? Было бы на кого! – при этом она, в отличие от сестры, уставилась на Васю в упор.

– Вот именно! – подхватила Кисонька. – Наши знакомые – ну, вы знаете, которые страусов разводят, – сказали, что только вы можете обеспечить настоящую, профессиональную охоту, – Кисонька с застенчивым восхищением поглядела на Сан Саныча из-под ресниц, – с местным колоритом! Вот мы и приехали договориться...

– Родители ваши, конечно, договориться не могли. Вас послали, – в пространство высказался Вася.

– А не дурак, – по-прежнему не глядя на сына, хмыкнул Сан Саныч. – Родители-то чего не приехали?

– Но это же очевидно! – удивилась Кисонька, – родители как раз сейчас в Англии! У нашего нового дяди лорда Чарльза и наших новых кузенов сэра Фредерика и леди Патриции, и...

– Понял, понял! И сэра Пола Маккартни...

– А нам велели все осмотреть и тщательно проверить, потому что в нашей стране часто обманывают, – восхищение в Кисонькином голосе сменилось строгостью. – Так считает и наша новая двоюродная тетя леди Маргарет, и наш новый двоюродный дядя, ее муж...

– Весь «Манчестер Юнайтед», – покивал Вася. – А вас, значит, в Англию не взяли...

– Нас не отпустили до конца семестра! У нас очень строгая школа, – сурово сдвинула брови Кисонька. – Так считает вся наша семья – и мама, и папа, и наша тетя леди Энн, и наш дядя...

– Давайте я вам все покажу! – Сан Саныч поспешил прервать очередное перечисление родственников. – Проходите, проходите – прямо!

Он слегка приотстал, поравнявшись с сыном, и Катька расслышала, как он прошипел:

– Ты чего к ним цепляешься, Васька? Мало того что эти английские лорды бабла за охоту отвалят, так еще наши узнают, что у нас тут сам Маккартни, – представляешь, какой шум начнется?

– Угу, – все так же мрачно буркнул Вася. – А если еще Джон Леннон с того света подъедет – шуму вдвое больше будет! Слишком большая конфетка, чтобы быть настоящей.

Катька досадливо переглянулась с остальными сыщиками – и откуда ты взялся, умный Вася!

– Что у вас здесь? – требовательно поинтересовалась Кисонька, рассчитывая отвлечь внимание Сан Саныч от сына.

– Где? Это стрелковые стенды! Между прочим, оборудование, лучшее во всей Восточной Европе, – не без гордости заметил Сан Саныч. – Здесь же после стрельбы и закусить можно горяченьким...

– О, прекрасно! – с энтузиазмом вскричала Кисонька. – И что вы можете предложить для наших английских гостей такого... местного? Самобытного?

– Местного... Самобытного... – Сан Саныч призадумался. Потом лицо его озарилось, и он радостно выпалил: – Английский глинтвейн, польский охотничий бигос и фондю франш контэ!

– Из них английский глинтвейн, конечно, самый местный, – пробурчал Сева.

– Он просто с салом, – с усмешкой предположил Вадька.

И без того хмурый Вася нахмурился еще больше, а его отец обвел компанию недоумевающим взглядом:

– Ну если не устраивает, наш повар отличное парижское фуа-гра готовит, – пробормотал он.

Стоящая за спиной Сан Саныча Катька издала шипение обозленной кобры, от которого Сан Саныч подскочил и принялся нервно оглядываться.

– А латиноамериканскую охоту на змей вы устраиваете? – невинно поинтересовалась Кисонька.

– Да... Нет... То есть... – все еще оглядываясь, забормотал Сан Саныч. – Для змей не сезон... Мерзнут на лету... То есть, на ползу... А еще мы охотничье снаряжение в аренду сдаем! – в отчаянии выпалил он, даже не заводя, а почти вталкивая ребят в каморку.

– Я и не знала, что для охоты придумано столько всякой одежды! – ахнула Кисонька, разглядывая выложенные на полках защитные костюмы с трехмерным рисунком, на которых изображались то листья и ветви, то снег, то болота... – А это охотничья косметика?

– Ну да! – с энтузиазмом согласился Сан Саныч. – Против комаров, клещей и еще специальный состав, чтоб зверь не почуял запах человека.

– Если кроме охотничьей одежды и охотничьей косметики найдутся еще специальные охотничьи сережки, охотничьи колечки и охотничьи браслетики, Кисонька заделается охотницей, – над ухом у Вадьки тихонько захихикала Мурка.

– Ваши англичане из чего стреляют? – выводя ребят из «гардеробной», спросил Сан Саныч.

На физиономии Кисоньки читалось острое желание заглянуть в файл с «охотничьим» инструктажем от Большого Босса.

– Кажется... Называется «Голланд-Голланд», – наконец выдавила она.

Сан Саныч аж споткнулся на идеально укатанной асфальтовой дорожке:

– «Голланд-Голланд»? – благоговейным шепотом переспросил он. – Ружье, которое делается пять лет, только на индивидуальный заказ, и стоит по двести тысяч баксов каждый экземпляр?! Да такое ружье разве что у членов королевской семьи... Когда? Когда они приедут? – по его тону было ясно, что появление в его охотничьем комплексе владельцев ТАКОГО ружья равноценно сошествию божества на землю.

Но Кисонька не ответила. Глаза ее затуманились, на губах заиграла мечтательная улыбка...

– Все, – с отчаянной, безнадежной ревностью в голосе выдохнул Сева. – Теперь она решит, что ее Большой Босс – принц!

Катька уставилась на него с возмущением. Ну понятно! Севу интересует только то, о чем думает Кисонька! Кисоньку интересует Большой Босс – она и думает о нем! А кто поинтересуется ею, Катькой? В смысле, кто подумает об Евлампии Харлампиевиче!

– А охотиться на кого будем? – злобно вопросила Катька, тоже почему-то глядя на Васю.

Физиономия Сан Саныча стала одновременно торжествующей и лукавой – точно как у Деда Мороза перед вручением подарков.

– Рекламу нашу видели? – заговорщицким шепотом сообщил он. – Все чистейшая правда! Завезли птичек, вот прямо сегодня утром и завезли!

Катька почувствовала, как у нее холодеет в груди и невольно поджимаются пальцы на ногах. Она судорожно хватанула ртом воздух...

– Здесь Евлампий Харлампиевич, здесь! – нервно шепнул Сева. – Обязательно! Не бойся, найдем.

И Катька сразу ощутила, как отпускает ее накопившаяся за день злость на белобрысого.

– Такой набор птиц! Все, что водятся в нашей местности! – продолжал завлекательно вещать Сан Саныч. – Утки для любителей охоты с лодок, можно будет прямо на реке бить, – он кивком указал туда, где бережок охотничьего хозяйства спускался к воде. – Кто из «засидок» предпочитает – шалаши построили, высунул ружье и лупи! Для хороших стрелков – бекасы, они верткие, не сразу и попадешь! А для тех, что похуже, мы откормленных гусей завезли! Те пока взлетят – любой дурак... гхм, я имел в виду, даже неопытный стрелок не промажет!

– А еще у вас тут курятник и пулемет на входе, – в тон ему добавила Катька, с ненавистью глядя на Сан Саныча. – Для совсем неопытных стрелков! Чтоб уж точно не промахнулись!

– Ты что, совсем сдурела? – мгновенно утратив всякое сочувствие к языкатой девчонке, зашипел ей в ухо Сева. – Хочешь, чтоб нас отсюда вышвырнули, ты, борец за птичьи права! Можно подумать, сама курицу не ешь! А твой гусь, между прочим, червяков склевывает!

– Ем, – с достоинством сообщила Катька. – Когда голодная. И гусь червяков ест. Только никто еще не видел, чтоб гусь расстреливал червяков из рогатки исключительно для собственного прикола. Птица – создание благородное! Это только человек... – Катька осеклась, поняв, что и Сан Саныч, и Вася смотрят на нее в упор. При этом у Васи играла торжествующая улыбка, а на физиономии Сан Саныча читалось подозрение. Кисонька дергала хозяина комплекса за рукав камуфляжной куртки и лепетала:

– Ой, а это те самые птички, на которых мы будем охотиться? – указывая на плавающую у кромки воды стайку, пыталась она отвлечь внимание Сан Саныча от рассвирепевшей Катьки. – Но здесь же только уточки!

– На этих уток не охотятся, – мельком глянув на воду и возвращая взгляд к Катьке, бросил Сан Саныч. – Это подсадные, они своим криком других, диких уток подманивают, чтоб охотник мог выстрелить.

– Утки-предатели! – на лице Катьки отразилось глубочайшее потрясение.

– Вот тебе твои благородные птицы, – тихо хмыкнул Сева. – Совсем как люди!

– Прикольные вы охотники – элементарных вещей не знаете, – протянул Вася.

Кисонька уже хотела возразить, что охотники вовсе не они, а их новые английские родственники – дядя Чарльз, тетя Маргарет, кузен Фредерик... Но позади них вдруг послышался автомобильный гудок, и прямо на тропу у реки неторопливо, по-хозяйски выкатил небольшой закрытый фургончик.

– Нас вы заставили выйти из машины! – решив, что лучший способ защиты – это нападение, немедленно накинулась на Сан Саныча Кисонька. – Я на ваших, с позволения сказать, дорожках каблучок поцарапала! – обличающе указывая на свои сапожки, вскричала она. – А каким-то, значит, можно!

– Этим каким-то – всюду можно, – глядя на фургон с той же ненавистью, с какой Катька только что смотрела на него самого, процедил Сан Саныч. – Во всяком случае, они так думают!

Дверца фургона распахнулась, и наружу выбрался высокий и довольно молодой парень с чемоданчиком в руках и в белом медицинском халате поверх теплого свитера. Лицо у него было открытое и симпатичное – во всяком случае, Кисонька автоматически принялась поправлять локоны. Правда, сейчас на этом симпатичном и открытом лице не было написано ничего, кроме горячей, как вулканическая лава, злости! Парень поглядел на Сан Саныча и его сына с искренним, нескрываемым отвращением:

– Отмазались все-таки, – вместо приветствия с горечью произнес он.

– Поздороваться не хотите, господин санинспектор? – с натянутой улыбкой процедил Сан Саныч.

Санинспектор? Сыщики мгновенно обратились в слух – Катьке казалось, что у нее аж уши шевелятся под волосами.

– А я вовсе не желаю вам здоровья! – выпалил молодой врач. – Нет, ну классная у нас страна! Если у тебя есть крутая «крыша» в мэрии, можно любые мерзости творить!

– Многие люди любят охоту, даже те, которые из мэрии. – Сан Саныч пожал плечами. – Не понимаю, чего вы беситесь?

– Вы рискуете жизнью людей! – санинспектор просто захлебнулся от негодования, – Вирус H5N1 – это очень серьезно! Мало вам предыдущих! А теперь я узнаю, что вы завезли новую партию!

– У вас тут какой-то вирус? – с деланым удивлением осведомилась Кисонька.

– Все ясно – и от клиентов скрываете! – выпалил санинспектор.

– Наши новые английские родственники не любят вирусы! И дядя Чарльз не любит, и тетя Энн, и кузина Патриция...

С безысходной ненавистью глядя на санинспектора, Сан Саныч взвыл:

– Компьютерный вирус у нас, компьютерный! И от клиентов мы ничего не скрываем! Васька! Веди их в оружейную! – хватая санинспектора за плечо и волоча его куда-то в сторону, велел сыну Сан Саныч. – Пусть видят, как мы от них ничего не скрываем!

– А как же птички? Вы обещали нам птичек! Когда мы будем их смотреть? – немедленно возмутилась Кисонька.

– А, так я был прав! Все-таки завезли! – возрадовался санинспектор, выдираясь из хватки Сан Саныча.

– Пошли, пошли, пошли... – напирая на ребят и оттесняя их в другую сторону, заторопился Вася. – Пошли, говорю!

Сыщики переглянулись – возможность отыскать Евлампия Харлампиевича опять срывалась. Катька увидела, как Мурка сжала кулак, а потом выразительно покосилась на Васю. Вадька досадливо цыкнул зубом – и отрицательно покачал головой, запрещая рыжей решить вопрос просто и быстро. Катька опять разозлилась на брата – если они не найдут Харли сейчас, они не найдут его никогда! Она представила себе завтрашний Новый год – в квартире, в которой больше никогда не раздастся шлепанье гусиных лап! Содрогнулась и стремительно повернулась вслед протестующему санинспектору, которого упорный Сан Саныч волок прочь...