Прочитайте онлайн Слишком большой соблазн | Глава 10

Читать книгу Слишком большой соблазн
2816+822
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 10

Она опять отставала от поезда и бежала за ним, бежала. Ошметки грязи вылетали из-под колес и попадали в лицо, поезд набирал скорость и быстро удалялся.

— Подождите меня, подождите!

Юля открыла глаза. Опять дурацкий сон с поездом! Действительность была гораздо приятней и позитивней, чем сон, солнечные лучи щекотали нос и разбегались по лицу веселыми зайчиками. Юлька чихнула и рассмеялась. Она вспомнила, как радовались вчера за нее коллеги, как поздравляли с выходом новой громкой статьи. Наконец ее заметили, оценили материал. А ее следующая публикация будет еще лучше, Юля это знала и была счастлива. Егор Петрович в нее поверил, помог, а она уж расстарается, не подведет Главного. Сенсация досталась ей, и она воспользовалась улыбкой судьбы. Весь тираж газеты ушел влет, и вечером пришлось допечатывать, а все оттого, что читатели хотели прочесть именно материал журналистки Сорневой.

«Вы очень смелая» — так говорили люди, звонившие в редакцию, и благодарили ее.

Юля понимала, что ее смелость тут совсем ни при чем, вернее — это не ее смелость, а Егора Петровича, если бы он не сказал «добро», статьи не было бы совсем, а уж писать ее учили на журфаке целых пять лет.

Отец приедет из командировки через неделю, и у нее есть время пригласить девчонок из редакции, чтобы отметить первую яркую статью, — закатить пир на весь мир. Она купит хорошего красного вина, говорят, что оно полезно для организма, купит фруктов и закажет суши. Готовить Юля не любила, но сейчас так много продается всякой вкусной еды, что уметь готовить совсем не обязательно. Единственное, что плохо, ответсекретарь Мила — женщина курящая, и квартира пропахнет сигаретным дымом.

Юля вспомнила, как, будучи абитуриенткой, она впервые увидела курящую женщину. Ну так вот сложилось в ее жизни, что до семнадцати лет она не видела, как женщины курят. Она вообще почти не знала курящих людей. Папа не курил, его друзья тоже, а школьный сторож дядя Федя, куривший на заднем дворе, делал это украдкой и был пожилым человеком, вроде для него это было нормой жизни. Она даже до сих пор помнит, что звали эту курящую девчонку Нина Уфимцева и как она сказала Юле, смотревшей на девушку удивленными глазами:

— Ты что глазками-то меня сверлишь?

— Мне кажется, курить не очень правильно.

Нинка зашлась от смеха:

— Тебе неправильно — ты не кури, а я буду.

Уже потом, когда чуть ли не каждая вторая девчонка с курса смолила сигаретку, Юля укоряла себя: «Дебилка великовозрастная, взялась народ поучать…»

Но курить так и не пробовала.

Для нее на первом курсе вообще произошло много жизненных открытий. В комнате студенческого общежития они жили втроем, познакомились и подружились, откровенничали, и Юля опять удивлялась, но уже ничего не говорила вслух, когда ее соседка Шура рассказывала о своей семье.

— У меня папка очень красивый, и дамочки к нему просто липнут. Как там сейчас мать без меня управляется? Мы тут недавно с мамой ходили бить любовницу отца. А нечего на чужих мужиков заглядываться!

Юля про себя решила, что Шура все придумала, чтобы интересней рассказать, недаром на факультете журналистики учится, вымысел здесь приветствуется.

«Какая такая любовница отца! Бред! Мой папа вообще никогда не обсуждал других женщин, а чтобы вот так… Бред!» — думала Юля.

«Наивная дурочка ты была, журналист Сорнева. Все твои беды в личной жизни от того, что ты не можешь снять свои «розовые очки», они стали уже частью твоего лица, словно приросли к нему. Жизнь тебе уже понаставила много подножек, а ты ждешь какой-то неземной любви. Тебе Игоря не хватило? Скоро тридцатник грохнет, а ты прикидываешься ласковой пони и бегаешь по кругу, а на самом деле — ты старая рабочая лошадь. Ну, хватит самокопаний! — И она набрала телефон Милы Сергеевны. — Надо устроить праздник!»

Редакция, словно большой муравейник, у каждого своя траектория движения, на первый взгляд не совпадающая, и редакционная работа непосвященному непонятна — ходят люди, кофе пьют, разговоры разговаривают, а потом раз — и выходит газета. Как кажется, что нет проще сооружения муравьиной кучи — всего лишь стожок сена, а там проросли корешки, дают всходы растения, и фундамент муравейника получается такой крепкий, что не смоет его ливень и не снесет ветер. Внутри муравейника — целый муравьиный город с подземными галереями и куполами, каждый «житель муравейника» имеет свою профессию, как и в газете, — у каждого своя задача, но труд артельный, и поэтому, как муравьишки передвигаются по отдельным тропкам, так и люди, к одной большой дороге каждый несет только ему понятную ношу. Если кто-то думает, что между муравьями и творчеством связи нет — глубоко заблуждается. Образ муравья-труженика часто используется в сказках, баснях, детских рассказах, в мифах и легендах, а уж если вспомнить Сальвадора Дали, на картинах которого встречаются муравьи, вопрос снимется сам собой, именно муравьи стали символом творческого порыва. Юлька любила эту «муравьиную неуспокоенную творческую жизнь».

Редакционные девчонки пришли вовремя. Мила говорила за нее тосты, но как лесники все время говорят о лесе, журналисты — только о своей работе, и ответсек газеты здесь была лидером информации.

— Уедет скоро прокурор, помяните меня, уедет. Он перевода ждет, мне жена прокурорская шепнула.

— А зачем ему тогда скандал с Вороткиным?

— Да это Вороткин прокурора недооценил, прослушку сунул, нашел кому!

— И что будет?

— Ничего! Кочетов уедет с репутацией борца с коррупцией, которому пытались помешать. В выигрыше только прокурор и наша Юлька. Молодец, девчонка, написала остро, живо, интересно. Народ оторваться не может. В общем, давай за тебя выпьем.

Дамы чокнулись бокалами, и Мила продолжала:

— Мне и дома у тебя понравилось. Говоришь, папа ученый, на Байконуре работает?

— На Байконуре.

— Может, о нем написать в День космонавтики? Наверное, ему есть что рассказать.

— Нет, девочки, у него тематика работ закрытая, я сколько его в детстве выспрашивала, только отшучивался, говорил, что нажимает на кнопку и запускает космический корабль.

Римма зашептала на ухо Миле:

— Только про мать не спрашивай, матери у нее нет.

— Спасибо, Риммасик, а то бы ляпнула. Юля! А курить у тебя можно?

— Нельзя, но если очень хочется!

Мила не дослушала ответ, закурила сигарету и затянулась.

Хорошая девчонка Юлька, открытая, честная, без подлости, есть нюх на молодежь у главреда.

До интервью с Владимиром Яценко тогда оставалось десять дней.