Прочитайте онлайн Сингапурские этюды | Там, где было море

Читать книгу Сингапурские этюды
2616+2643
  • Автор:
  • Язык: ru

Там, где было море

С моря подул ветер, он принес с собой крепкий запах рыбы, морских водорослей и радостное ощущение прохлады. Легкий бриз как-то вдруг сбросил душное ослепительное покрывало влажной жары, в которой таяли дома, пальмы, бульдозеры, утюжившие соседние бурые холмы, одинокие корабли вдали.

— Наконец грянул муссон, — тихо улыбнулся Ясин, — он немного запоздал в этом году.

В Сингапуре нет привычного для нас чередования сезонов — «все то же лето тешит глаз». Листки календаря словно слиплись в густом, вязком воздухе. И даже свойственное другим тропическим странам деление на сухой и дождливый сезоны тоже отсутствует. Дожди могут нагрянуть в любое время, но зато и длятся недолго, хотя, как правило, весьма обильны. С 1962 по 1965 год зафиксированы восемь случаев, когда более половины всех осадков месяца падало на один день. Местные жители скептически относятся к таким понятиям, как самый жаркий или самый влажный месяц, хотя и принято считать январь самым мокрым, а июль самым сухим. Словно в подтверждение их скепсиса несколько лет назад рекордсменом по дождю стал октябрь.

Как-то я пытался убедить одного сингапурского знакомого, что в мае, конечно же, намного жарче, чем в ноябре. Ох уж эта неистребимая страсть к сравнениям, свойственная нам, жителям умеренных широт! Сингапурец решительно отвергал разницу, и, когда все аргументы были исчерпаны и мы остались при своих мнениях, он молча положил передо мной таблицу метеорологических наблюдений: за 30 лет разница между самым теплым и самым холодным месяцами составляла чуть больше одного градуса! Самый длинный дождь продолжался 24 часа. Он был зарегистрирован метеорологической станцией 9 декабря 1969 года. В эти сутки выпала почти пятая часть годовой нормы. Необычные холода наступили, например, в декабре 1973 года. Сводка погоды звучала так: «Холодно, плюс 22 градуса». Жители забеспокоились, говорят, резко возросла продажа одеял. Но если учесть, что средняя дневная температура плюс 26,3 градуса, то, как видите, разница небольшая. Случается, правда, и такое. Нагрянул как-то шторм, и в течение получаса была зафиксирована температура плюс 7,2 градуса. Прямо-таки драматическое изменение погоды. Но это из области абсолютных рекордов.

Онлайн библиотека litra.info Силуэты Сингапура

И все-таки не правы те, кто думает, что здесь сезонов нет вообще.

Малайцы, например, различают мусим ронток (пору листопада). Чем не наша осень! Правда, мимолетны эти осенние дни, только-только дерево сбросило засохшие листья и вот уже снова стоит одетое в первозданную зелень. Или сезон дуриана. Два раза в году мускусный дурманящий запах то и дело напоминает о себе, заглушая все другие запахи. Но и, наконец, муссоны. Само слово «муссон» происходит от арабского «маусин» («сезон»). Если море и широта, на которой расположен Сингапур (всего 130 километров к северу от экватора), стирают грани между сезонами, то муссоны влияют на сезонные колебания.

Ученые различают здесь четыре сезона. С декабря но март дует северо-восточный муссон — зимний. Он приносит дожди. Сюда пробираются холодные ветры из Сибири и северной части Тихого океана. Долог их путь, и когда они проходят над теплыми морями, то теплеют сами. Порой они, правда, меняют направление и идут над материком. Тогда Сингапур может испытать прохладную волну. В апреле — межсезонье. Северо-восточный муссон медленно отступает, и на смену ему идет муссон юго-западный, летний. Он суше и теплее. В мае — сентябре этот муссон — на вахте. Но вот парадокс. Здесь он редко бывает именно юго-западным. Такая строгость в направлениях ветра скорее свойственна Малаккскому полуострову. В Сингапуре же муссон может быть южным и даже юго-восточным. Происхождение этих воздушных масс — австралийское и южнотихоокеанское. Май-сентябрь — самое сухое время года. Осадки выпадают гам, где тихоокеанская ветвь муссонов встречается с другой ветвью — из Индийского океана, но эта «зона конвергенции», как говорят метеорологи, крайне редко проходит над Сингапуром. В октябре-ноябре — еще одно межсезонье. Юго-западный муссон отступает, а северо-восточный медленно приближается и в конце ноября-декабря берет бразды правления в свои руки. Но изменчив его нрав. Нет-нет да и покинет он остров раньше времени, и в январе вместо положенной влажной погоды воцаряется сухая. Совсем рядом, в Индонезии, бушуют наводнения, а в Сингапуре власти обращаются к населению с настойчивым призывом экономить воду.

Мы стоим у окна в маленькой уютной квартире многоэтажного дома, открытого морю и ветру, в новом жилом районе, возникшем совсем недавно на юго-востоке Сингапура. Я не первый раз встречаюсь с Ясином и каждый раз поражаюсь основательности — не по годам — его суждений. Импонирует мне и неспешная манера его речи. Говорит, словно перебирает четки.

— Раньше на этих местах возвышались бурые холмы, — рассказывает Ясин, — но, когда возникла идея изменить ландшафт восточного побережья, стали осушать море и наращивать берег, понадобилась земля, много земли. На месте полосы берега, когда-то затопляемой приливом, и дальше, на месте морского дна, стали создавать твердую «подушку» для будущих дорог, парков, домов. Срезали холмы. Вот они — перед нами, эти дома, видите, чуть вдали, словно корабли на рейде, — Ясин показывает туда, где в мареве тают белоснежные дома, — Приморский бульвар. Так что выходит — наши холмы дали им землю.

Слишком мало свободной земли в Сингапуре, а плотность населения — одна из самых высоких в мире (3812 человек на квадратный километр). И при нынешних темпах прироста не далее как в конце нашего столетия численность населения должна превысить три миллиона. Как решить проблему? Прежде всего за счет неба. Стали строить дома повыше — 30, 40, 50 этажей уже не редкость. Особенно в районе делового сити, где вверх поползли небоскребы банков, морских и страховых компаний, торговых фирм.

У берега и моря свои счеты. Море родило Сингапур, дало толчок его росту и вот теперь отступает, помогает утолить земельную жажду. Вся история Сингапура — это история взаимодействия моря и берега. Сингапур и начинался-то с осушения болот. Сингапур родился как порт, и, когда потребовалась земля для его причалов, болота пришлось потеснить.

На месте мангровых зарослей возник и Паданг — зеленая равнина перед серым правительственным зданием «Сити-холла», откуда была провозглашена независимая республика. Выпуклая чаша Национального стадиона с огромными световыми башнями, превращающими ночь в день в пору жарких футбольных баталий, лет шестьдесят назад была убежищем крокодилов и питонов. В этих болотистых местах некогда скрывались от правосудия самые опасные преступники.