Прочитайте онлайн Симфония любви | Глава 7

Читать книгу Симфония любви
2816+1021
  • Автор:
  • Перевёл: В. С. Нечаев
  • Язык: ru

Глава 7

Лили задумчиво смотрела вперед, все еще обдумывая возможные варианты, когда на подъездной дороге к дому увидела какой-то блестящий движущийся предмет. Сначала она решила, что это глаза животного, прячущегося в кустах на обочине дороги, — в конце концов, это Вермонт, славящийся своими лесами. Но затем поняла, что предмет этот металлический, имеет конусообразную форму и движется бесцельными кругами.

— О Боже! — простонала Лили.

— Что случилось? — Ник резко затормозил и выключил мотор.

— Это ПЭР, — коротко объяснила она и, выбравшись из машины, побежала к маленькому роботу. Оказавшись рядом с ним, Лили нагнулась и торопливо нажала на какую-то кнопку. Робот тут же безжизненно замер на месте.

Подошел Ник и встал рядом с ней.

— Да, похоже, у нашего мистера бродяги большие неисправности.

— С чего ты решил, что это он?

— Но ведь его зовут ПЭР? Кстати, еще один показательный пример того, что мужчин невозможно запрограммировать, они всегда стремятся к непослушанию.

— Очень остроумно. У этого просто сбой в программе, вот и все, — состроила гримаску Лили и неуверенно добавила: — Хотелось бы надеяться, что это так.

Ник показал рукой на открытую входную дверь:

— Я тоже на это надеюсь. А что он должен делать, если кто-то заберется в дом?

— Вызывает полицию. И подает сигнал тревоги, который слышен во всем доме. Но сейчас ведь тихо?

— Действительно, тихо, — согласился Ник и огляделся вокруг. — Пойду посмотрю, что там случилось.

При этом он свирепо взглянул на Лили, пресекая всякую возможность возразить и тем самым покуситься на его право мужчины выходить вперед и заслонять собой женщину при любой опасности.

— Не надо так на меня смотреть, я не собираюсь с тобой спорить.

Развернувшись, Ник решительно зашагал к дому. Лили подхватила с земли ПЭРа и, войдя в дом, отнесла его в компьютерную комнату на первом этаже, около прихожей. Положив его на стол, она запустила программу в режиме отладки, чтобы разобраться, что же случилось с машиной.

Занимаясь роботом, она слышала, как Ник ходит по второму этажу. От звука его шагов на душе у нее стало спокойнее. Получается, руководство института оказалось право — если бы она жила здесь одна, Бог знает, каково бы ей было в этой ситуации. Конечно, она справилась бы, вызвала бы полицию. Но присутствие Ника оказалось очень кстати.

Его шаги донеслись теперь из холла.

— Похоже, все в порядке, — сообщил он, останавливаясь на пороге комнаты.

— С машиной вроде тоже все в порядке — и с механикой, и с программой, — разочарованно добавила Лили. — Такое впечатление, что вообще ничего не произошло. Из снятой информации следует, что ПЭР работает в режиме ночного патрулирования, а весь дом проверен и нарушений безопасности не обнаружено. — Она покачала головой: — Я ничего не понимаю, но скорее всего это какой-то сбой.

— А как же он выбрался наружу?

— Очень хороший вопрос. Ответа на него у меня нет.

— Он может сам открыть двери?

— Только входную, запор подключен к системе слежения и отпирается с компьютера. Но он не должен был выходить наружу, этих действий просто нет в его программе.

— А вдруг произошел какой-то сбой? Тогда он вполне мог это сделать.

Лили задумчиво покусала нижнюю губу:

— В принципе такое я могу допустить.

— Значит, вовсе не обязательно, что во всем случившемся замешан человек.

— Выходит, что так, — неуверенно согласилась Лили. — Вообще-то говоря, компьютер не зафиксировал на первом этаже никаких нарушений, даже никаких изменений температуры, что произошло бы при открывании входной двери. Ни один сигнал тревоги ни разу не включался. Тогда получается, что ПЭР — единственный элемент, в котором произошел сбой.

— Я же с самого начала сказал, что это мистер бродяга.

Лили подняла голову и посмотрела ему прямо в лицо:

— Придется в понедельник утром попросить Майкла разобраться с этой штукой. А пока проверю-ка я всю систему охраны дома.

Она легко пробежала пальцами по клавиатуре и стала ждать, пока система выполнит заданные команды. Ситуация немного прояснилась, напряжение ушло, и Лили вдруг поняла, насколько же она измотана. Был уже час ночи, и она чувствовала, что еще немного, и ее тело забастует, если она не отправится спать.

Она посмотрела на Ника. Вид у него был бодрый и очень спортивный. Он стоял, небрежно прислонившись к косяку и наблюдая, как она управляется с компьютером. На лоб ему упала прядь волос, которую он скорее всего просто ленился убрать. Темные глаза были, как всегда, внимательны, а губы поджаты, как если бы он напряженно что-то высчитывал.

Сегодняшний вечер с Ником совершенно лишил Лили сил. Но вот он, ее временный муж, не сводит с нее внимательных глаз, и ее тело начинает жить собственной жизнью, откликается на взгляд и вытягивает из памяти живые воспоминания недавнего прикосновения. Она четко помнит, какими требовательными и настойчивыми оказались его губы и как за обычной мужской страстью она вдруг ощутила присутствие нежности и совсем уж неожиданной ранимости. Она ни мгновения не боялась, что он сделает ей больно или принудит к чему-то.

У нее пересохли губы, потому что она вдруг поняла, что вид у него еще более рассерженный, чем после чтения буклета на свадьбе Айви и Стива.

Она осторожно выбралась из кресла.

— Спасибо за поддержку.

— Я твой муж, Лили. — Легким движением плеча он оттолкнулся от стены и выпрямился, сразу заполнив своим большим телом весь проем двери и отрезая ей путь к отступлению. — Это часть моих обязанностей.

Сейчас она не была настроена затевать с ним очередной спор, тем более посреди ночи, и ограничилась вежливой улыбкой.

— Ты не хочешь спросить, какова вторая часть этих обязанностей?

— Я и так это знаю, — парировала она, стараясь говорить легкомысленным тоном, чтобы не выпустить ситуацию из-под контроля. Слава Богу, он не может слышать, как громко колотится ее сердце. — Тебе приходится жить в этом суперсовременном доме вместе со мной, твоей очаровательной компаньонкой, и если я очень ласково попрошу тебя, то ты даже сыграешь роль любящего мужа ради моих друзей и коллег по работе.

— Ты забыла кое-что упомянуть.

— Что же именно?

— В мои обязанности входит еще вот что: гарантировать, чтобы, когда закончится год, мы расстались быстро и без взаимных претензий. Тогда каждый из нас сможет добиться своих целей, как если бы этой маленькой интерлюдии вовсе и не было. Мы же заключили договор. Этот договор предполагает, чтобы мы изображали, когда это необходимо, влюбленных друг в друга супругов, а во всем остальном мы свободны в своих действиях. Обычные супружеские обязательства нигде в нашем контракте не упоминаются! — У него даже глаза заблестели, и он, шагнув вперед, схватил Лили за руки выше локтей и крепко прижал к груди. — Если ты, конечно, хочешь, чтобы я приступил к исполнению своих супружеских обязанностей в постели, я буду более чем рад угодить вам, сударыня, в этом отношении.

— Как это благородно с вашей стороны, — язвительно ответила она голосом, полным сарказма. — А не боишься слишком увлечься вопросами физической интимной близости? Она же может вызвать эмоциональные затруднения.

— С тобой я готов испытать судьбу.

От этих слов Лили помимо воли почувствовала себя польщенной. Реакция совершенно безумная и безрассудная, ведь он предлагал ей воспользоваться его телом, и не более того. Если она займется с ним любовью, в их отношениях он получит преимущество, от которого никогда не откажется, и постарается воспользоваться им сполна. Она вдруг поняла, что Ник всерьез считает себя неспособным влюбиться, и, может быть, он в чем-то прав. При таких обстоятельствах стоит ли рвать себе сердце?

Здравый смысл говорил ей, что просто глупо увлечься мужчиной, который о любви и говорить-то не умеет, а все твердит об эмоциональных затруднениях. Однако она подумала, что все еще может получиться лучше некуда, надо только очень постараться, а для этого необходимо постараться.

— Отменное предложение, но я не могу допустить, чтобы ради меня ты так рисковал собой, — наконец сказала она, слегка улыбнувшись. Удивительное дело, но она могла поклясться, что ее слова откровенно его расстроили. Видимо, злую шутку сыграл с ней неяркий свет в комнате. Ведь ничего, кроме облегчения, он испытывать сейчас не мог.

Ник отпустил ее руки и отступил на шаг.

— Я так и знал, что, когда ты призналась мне в любви, ты просто брала меня на пушку.

— Отчего ты это говоришь? Только потому, что я не хочу лечь с тобой в постель? Прости, Ник, но это ничего не доказывает.

— Мне это доказывает многое. У женщины есть два беспроигрышных средства, чтобы поймать мужчину в свои сети: сначала дать ему на себе жениться, завлекая в постель, а потом, когда торжественные обещания о верности до гроба произнесены, отказывать ему в этой постели как можно чаще. Ты пользуешься последним. И с большим мастерством, должен это признать. Морские узлы вяжешь отлично.

Лили была потрясена до глубины души и какое-то время просто не знала, что и ответить. Он что, спятил? Или крыша поехала у нее?

— Ты, конечно, можешь сказать, что я тебя на себе женила, допускаю. Но как ты можешь говорить, что я не пускаю тебя к себе в постель, когда между нами ни разу ничего не было?

— Вот в этом ты глубоко заблуждаешься, — мягко заметил он.

Он взял ее за руки, поднял их вверх и положил себе на шею, потом взял за талию и крепко прижал к себе. Она смогла даже разглядеть золотые искорки, что проскальзывали в глубине его темно-карих глаз.

— Я могу говорить о том, что меня не пускают в постель к супруге, именно из-за этого.

Он с нежностью потерся щекой о ее щеку, Лили закрыла глаза и с наслаждением вдохнула его запах. Когда он повернул голову и его губы оказались прямо напротив ее губ, Лили не смогла отвернуться. Зачем, раз она мечтала, чтобы он ее так обнимал?

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — прошептала она.

Тугой комок стеснения в груди вдруг куда-то исчез, оставив после себя непривычное чувство успокоения и свободы. Ничего подобного в своей жизни она еще не испытывала. В сердце горело чистое и светлое пламя любви, любви к мужчине, который стоял перед ней и держал ее в своих объятиях, подобно раненому зверю, исполненный недоверия ко всему и упрямо не желающий принимать помощь. Возможно, если ей удастся рассеять его недоверие к женщинам вообще, он подпустит ее ближе. И тут Лили вдруг поняла, что ей достанет сил, чтобы справиться и с захлестывающими ее чувствами, и с его безумной опасливостью.

Ник смотрел ей прямо в лицо. Ему нравилось в Лили все, начиная с нежной кожи и кончая огненно-рыжими волосами, обрамлявшими ее тонкое лицо подобно солнечному ореолу. Она закрыла глаза и чуть приоткрыла губы. Плоть ее уже во весь голос кричала, что готова принять его, а он все продолжал себя сдерживать, хотя дышал как загнанная лошадь. Слишком хорошо, слишком сильно искушение. Где-то тут заготовлена ловушка, и будь он проклят, если позволит дать себя поймать.

Как бы почувствовав его мучительные сомнения, Лили тихонько открыла глаза и посмотрела на Ника. Выражение лица у нее было удивительно умиротворенным. От этого в душе у него все размякло и потекло жаром, как только что сваренный знаменитый вермонтский кленовый сироп. А когда Лили начала ласково и не спеша целовать ему подбородок, он весь напрягся от удивительно приятного и не совсем понятного ощущения.

— Лили… — Он поперхнулся, с трудом узнавая свой хриплый голос. Кашлянув, попробовал снова: — Лили, остановись, пожалуйста. Я ошибся. Я не хочу…

— Тише, Ник, тише, — негромко сказала она, целуя по очереди уголки его губ, как бы запечатывая так и не выговоренные им слова. — Все хорошо. Я тебя ни о чем не прошу.

Закинув руки за голову, он рывком убрал ее руки и отстранился от Лили. Стиснув зубы с такой силой, что на щеках заиграли желваки, он сумел удержать в повиновении руки, которые готовы были привлечь Лили обратно к нему на грудь и уже никогда не отпускать.

— Нет, — еще раз повторил он, на этот раз скорее для себя, чем для нее. Капкан уже готов был захлопнуться, а клетка казалось такой удобной, что даже сейчас, не прикасаясь к Лили, он все еще сомневался, что сможет устоять.

— Прости, Ник. — В глазах Лили стояли слезы, но она не плакала. Руки она стиснула на груди, прическа совершенно растрепалась, и волосы огненными потоками растеклись по ее плечам. — Я знаю, тебе не хочется, чтобы я испытывала к тебе подобные чувства, но я ничего не могу с собой поделать. Это случилось как-то вдруг. — Глаза ее показались ему сияющими голубыми сапфирами. — Если ты хочешь все отменить, поверь, я тебя пойму. Только, пожалуйста, подожди до утра и тогда скажи, хорошо? На сегодня у меня уже не осталось сил.

Она торопливо отвернулась и, неестественно прямо держа голову, направилась по коридору к лестнице на второй этаж. Отчего-то он не смог пошевелиться, чтобы ее удержать, и поэтому молча стоял и смотрел, как она поднимается по ступенькам, еле переставляя ноги. Наконец она исчезла за дверью своей комнаты.

Челюсти Ника свело с такой силой, что даже непроизвольно задергалась щека. Он устало провел ладонью по лицу и бессильно скрипнул зубами. Стало чуть полегче, но не надолго.

Он потащился следом за ней на второй этаж. Тело переполняла энергия, которая так и не нашла выхода. Войдя к себе в комнату, Ник подошел к окну. Там, в темноте, не было ни огонька, ни движения.

Чертовка! Ведь она сказала, что любит его, а если любит, то должна спать с ним без всей этой никому не нужной фанаберии, хотя и теперь ему не очень верилось, что в их отношениях она готова зайти так далеко. Да если даже и готова, как насчет последующих попреков и претензий, с готовностью мелькнула спасительная мысль. Он видел, как его отец всю свою жизнь безропотно сносил беспрерывные капризы матери. Если он сейчас уступит Лили, она тут же наложит на все руку.

Однако отказаться от нее было невыносимо. «Ты только посмотри на себя, — мрачно подумал Ник. — Мечешься по комнате, как зверь в клетке». Слишком поздно, капкан был поставлен мастерски и захлопнулся вовремя. Он уже не сможет не думать о ней, не сможет не желать ее близости. «А куда ты денешься, парень, ведь придется на это согласиться», — признался он себе. Другого выхода не было. Гордость и его мужское начало не оставили ему выбора.

А что, если ему стать полуночником, сочинять музыку, когда она уже будет спать? Мысль сама по себе сулила неплохие возможности. Так он сможет никогда с ней не встречаться, даже в выходные, просто потому, что днем будет отсыпаться. Пока он все обдумает, ему нужно постараться избегать встреч. Может быть, тогда чары, которыми она околдовала его, развеются, и он обретет свободу.

Согласиться жениться на Лили и прожить с ней в этом доме целый год было самой большой ошибкой в его жизни.

— Как проходит медовый месяц, Лили? — на край ее рабочего стола присел улыбающийся красавец Майкл.

— Потрясающе! — Сегодняшняя среда выдалась хуже некуда, но Лили удалось растянуть губы во вполне сносной улыбке.

— Никаких проблем?

— Конечно, никаких. Мы очень счастливы.

— Вот и хорошо, — кивнул Майкл, чуть наклонив голову набок и внимательно посмотрев на Лили. — Дело в том, что я в скором времени собираюсь разбить ваш междусобойчик.

— О чем это ты?

— Да вот Уагман выдал мне разрешение остаться в доме на пару ночей, проверить, что там все-таки с системой охраны. Если вы, конечно, не против моего вторжения, — добавил Майкл, снова расплываясь в той улыбке, от которой хватались за сердце лаборантки. — Обещаю, что ни в коем случае не нарушу покой влюбленных голубков. Воркуйте себе на здоровье, вы даже знать не будете, что я в доме.

Лили чуть дурно не стало. Как там — беда не приходит одна, так, что ли? Похоже, передышки ей не видать как своих ушей.

— Э-э… конечно, Майкл, — выговорила она, понимая, что выбора у нее нет. — Всегда тебе рады. А… когда нам тебя ждать?

— Сегодня к вечеру. Когда я получаю задание, всегда стараюсь поскорее с ним разделаться.

— К вечеру…

Слова отозвались у нее в ушах похоронным звоном. Ник больше не заводил разговора про ту вечеринку в клубе, но приезд Майкла мог стать последней каплей, и после этого ей не избежать объяснений в кабинете Уагмана, а уж весть о ее позоре не замедлит разбежаться по институту в мгновение ока. От такой перспективы Лили внутренне содрогнулась.

— Ну да. Скорее всего я приеду после ужина. Раньше никак. — Майкл шутливо ей подмигнул. — У меня свидание с моей сестрой и девятилетней племянницей.

— После ужина, — деревянным голосом повторила Лили и торжественно кивнула.

— Увидимся. — Майкл поднялся и направился к двери, но уже на пороге обернулся и шутливо бросил: — До моего прихода спать не ложитесь!

— Постараемся, — выдавила из себя Лили.

Рабочий день заканчивался, и она начала потихоньку собираться домой, хотя сейчас это больше походило на подготовку к собственной казни. Смысла задерживаться на работе не было никакого, все равно сейчас она ни на что не способна. Да и домой нужно успеть пораньше, чтобы переговорить с Ником о спальне. Он, конечно, не удержится от комментария, кто бы сомневался, но Лили до смерти боялась, что он просто соберет свои вещи и уйдет. В хозяйской спальне у стены есть маленькая кушетка. Если она пообещает ему, что будет спать на ней, то, может статься, он сменит гнев на милость и на время присутствия Майкла переберется к ней. В конце концов, это дело всего лишь пары ночей.

Когда Лили перешагнула порог, в доме царила гробовая тишина. Иного она и не ожидала, потому что Ник взял за правило ускользать к себе на второй этаж до ее возвращения и оставаться там весь вечер. Иногда, уже лежа в кровати, она слышала, как он крадучись спускается по лестнице. Тогда она испытывала легкое удовлетворение от мысли о том, что он считает ее такой же опасной, как стая голодных хищников, но легче ей от этого не становилось.

Бросив пальто на скамью в холле, она прошла к лестнице и начала медленно подниматься по ступенькам. Она знала, что безобразно волочит ноги, но свидетелей ее трусости, слава Богу, вокруг не было. Остановившись перед дверью спальни Ника, она сглотнула застрявший в горле комок, несколько раз глубоко вздохнула и наконец решилась поднять руку и неуверенно постучать костяшками пальцев по мореному дубу двери.

— Да.

Голос бесстрастный, ни намека на гостеприимство или дружелюбие.

— Мне нужно с тобой поговорить.

Последовало молчание, оно все тянулось и тянулось, но наконец дверь открылась. На пороге появился Ник в джинсах и фланелевой рубашке. Вид у него был надменный и неприступный и до обожания замечательный после трех дней воздержания от любых контактов и встреч.

— В чем дело?

— Кое-что, что тебе наверняка не понравится.

На лице его не дрогнул ни один мускул.

— Слушаю.

Лили не смогла удержаться от кривой усмешки.

— Руководство института хочет, чтобы Майкл провел здесь пару ночей и проверил, в чем неполадки у робота.

По выражению его глаз она поняла, что он по этому поводу думает, но Ник поспешил взять себя в руки и коротко бросил:

— Ясно.

— Он приедет сегодня вечером. Можешь не беспокоиться, в спальне есть кушетка, мне на ней будет вполне удобно. Обещаю, что не воспользуюсь обстоятельствами.

— На кушетке буду спать я. И ничего обещать не буду. Он уперся в нее тяжелым взглядом: — Если не устраивает, еще есть время все переиграть.

— Переигрывать не придется, — возразила Лили, а сердце ее в это время колотилось как сумасшедшее. — Все думают, что мы по-настоящему женаты, и, пока я не скажу им другое, будут продолжать так думать.

— Отлично.

— И вот еще что, Ник. Если ты не чувствуешь особого желания разыгрывать сегодня вечером счастливую семейную пару, я могу завернуть Майкла и сказать ему, что мы с тобой поссорились.

Ник высокомерно скрестил руки на груди и саркастически усмехнулся:

— Имеешь в виду размолвку влюбленных? Но тогда нам придется целоваться и опять делать вид, что мы влюблены друг в друга, верно? А это может выйти за рамки нашего договора, — насмешливо фыркнул он. — Оставим все как есть. Ни от тебя, ни от Майкла мне ничего не нужно.

— Прекрасно. — Она поняла, что вести деловой разговор с Ником ей следует с осторожностью. Очевидно, трех дней наедине с самим собой оказалось для него многовато. Со своей стороны, Лили надеялась, что справится с ситуацией.

Она спустилась на первый этаж приготовить ужин, скорее ради того, чтобы не видеть, как Ник перетаскивает свои пожитки к ней в спальню. Ближе к ночи станет труднее, пусть даже спать они будут на разных кроватях.

Когда какое-то время спустя затренькал дверной звонок, Лили чуть не свалилась со стула, хотя трезвон этот не был для нее неожиданностью. Ник остался наверху, так что она понятия не имела, что он собирается делать после прихода Майкла. Но пусть уж лучше все идет так, как идет.

Она подошла и открыла входную дверь.

— Привет, Майкл, заходи.

Майкл подхватил небольшой саквояж и с приветливой улыбкой шагнул в холл.

— Привет, Лили. — Он с любопытством огляделся по сторонам: — Я уже и забыл, как здесь здорово. А где твоя вторая половина?

— Он у себя наверху.

— А я-то думал, что он ублажает тебя на диване.

— Мы воздержались от подобных утех, потому что знали, что ты скоро придешь.

— Не повезло вам, — ухмыльнулся Майкл, понимающе загибая бровь. — Послушай, не будешь возражать, если я немного поброжу по вашему жилищу, познакомлюсь с окрестностями? С того дня, когда его открыли, я здесь вообще не был.

— Вперед!

Лили смотрела ему вслед и удивлялась, что напрочь забыла о том, как Майкл обожает всех подначивать, особенно в том, что касается всевозможных щепетильных тем.

Она не очень представляла себе, чем заняться, и поэтому вяло отправилась на второй этаж на поиски Ника. У них могли возникнуть проблемы, окажись они хотя бы на короткое время вместе, но сейчас они оказались по одну сторону баррикад против общего противника. Она была просто потрясена, обнаружив Ника в своей комнате.

— Вроде звонили в дверь?

— Да, он здесь.

Ник окинул ее изучающим взглядом:

— Что такое, в чем дело?

— Да ничего, — запротестовала она с виноватым видом.

— Неправда. Что он тебе наболтал?

— Он любит меня поддразнивать, — пожала плечами Лили, — и в этот раз прошелся по поводу нашей активной брачной жизни.

— Да, я помню, как ловко ты и твои подружки управлялись с этим сюжетом.

— Сейчас дело другое.

— Отчего же? — Он облокотился на письменный стол и одним движением отправил в выдвинутый ящик разную свою мелочевку, включая ключи. — Это от того, что ты его начальница?

— На самом деле он мне не подчиняется. Он работает в другом отделе, но директор поручил ему работать со мной в этом проекте.

— Ну и что?

Лили нахмурилась, пытаясь подобрать слова для объяснения.

— Думаю, он из тех, кто всегда цепляется за какой-то момент, которого тебе не хотелось бы затрагивать. Порой, когда он язвительно проходится по твоему адресу, невольно хочется освободиться от того, что вызывает стеснение и дискомфорт. И освобождаешься. У меня самой сколько раз так бывало после его насмешек.

— Вот как? — вкрадчиво переспросил Ник.

— Да. Я стала больше следить за собой, за тем, как себя веду, как разговариваю.

Неожиданно в приоткрытой двери возникло улыбающееся лицо Майкла.

— Не обращайте внимания на меня, — радостно сообщил он. — По правде сказать, я и глазом не моргну, если ты хочешь схватить жену в охапку и потащить ее на первый этаж, чтобы проверить упругость той набитой гелем кушетки, которую я заприметил в гостиной.

Ник что-то невнятно пробурчал в ответ.

— Ребятки, а скажите, сколько времени вы женаты?

— Двенадцать дней.

— А говорят, что влюбленные часов не замечают! — рассмеялся Майкл, отступил в коридор и направился к комнате напротив, успев при этом окинуть откровенным взглядом Лили, вставшую на пороге хозяйской спальни. Ник не замедлил оказаться рядом с ней и выразительно обнял ее за талию. — Вот это моя комната?

— Да. Ванная и туалет на первом этаже прямо по коридору.

— Отлично. Может быть, уже сегодня ночью я кое-что проверю в этом роботе, так что не паникуйте, если услышите, как я брожу вокруг. Вообще не обращайте внимания. Спокойной ночи, Лили, спокойной ночи, Ник. Не залеживайтесь допоздна.

— Спокойной ночи, — выдохнула Лили. Голова ее была занята совершенно иными мыслями. Позади стоял Ник, и она чувствовала и тепло его тела, и сильную мужскую руку на талии. Еще она чувствовала, что его скрытая враждебность к Майклу не стала меньше. Она знала своего мужа уже достаточно хорошо, чтобы понять, как его сдерживаемые эмоции могут обернуться против нее. Не приведи Господь, если такое произойдет, потому что тогда, если ее не охранит Бог, она, как спичка, без следа сгорит в испепеляющем огне его ярости.

Как же она собирается провести ночь в одной спальне с Ником Донахью и не оказаться в его объятиях?