Прочитайте онлайн Сильвестр | Часть 15

Читать книгу Сильвестр
4618+3441
  • Автор:
  • Перевёл: Сергей Мануков
  • Язык: ru

15

Прежде чем Феба вновь увидела Сильвестра, она встретилась с еще одним членом семейства Рейнов. Как-то утром она поехала с бабушкой в гости и там познакомилась с леди Генри Рейн.

В тот день несколько пожилых дам решили заехать к старой миссис Стауэр. Из молодых были только леди Генри и мисс Марлоу.

Леди Генри, которую привезла мать, леди Элвастон, так сильно скучала, что даже приход незнакомой девушки послужил для нее облегчением. Ианта воспользовалась моментом, чтобы поменяться с кем-нибудь местами и оказаться около Фебы. Очутившись рядом с мисс Марлоу, она произнесла с приятной улыбкой:

— Мне кажется, мы уже встречались. Только я всегда забываю имена!

— Вряд ли можно сказать «встречались», — ответила Феба со своей обычной прямотой. — Я вас видела всего два раза, но нас так и не представили друг другу. Первый раз мы виделись в прошлом году на балу у леди Джерси, а второй — в Опере. Боюсь, что только мой пристальный и наглый взгляд привлек ваше внимание. Но вы были так красивы, что я не могла оторвать от вас глаз! Прошу простить меня! Вы, должно быть, сочли меня очень бесцеремонной.

Неудивительно, что Ианта не нашла в этой речи ничего наглого. Ее собственные слова служили одной-единственной цели — завязать разговор. Хотя она совершенно не помнила, чтобы когда-либо встречалась с Фебой, леди Генри возразила:

— Ну что вы! У меня и в мыслях не было считать вас бесцеремонной! Какая жалость, что до сих пор нас никто не познакомил. Я редко бываю в Лондоне. — Она сделала паузу и добавила с печальной улыбкой: — Дело в том, что я вдова.

— О!.. — В голосе Фебы послышался искренний ужас. Она с трудом могла в это поверить, поскольку полагала, что новая знакомая всего на несколько лет старше ее самой.

— Я вышла замуж совсем молоденькой девушкой, — объяснила Ианта. — Да и сейчас еще совсем не стара, хотя уже несколько лет, как овдовела.

— А я думала, мы с вами ровесницы, — откровенно заявила Феба.

Этих слов оказалось достаточно, чтобы скрепить дружбу. Ианта, посмеявшись над этим недоразумением, поведала мисс Марлоу, что ее единственному ребенку уже шесть лет.

— О нет, это просто невозможно! — воскликнула Феба и оказалась в совершенно незнакомой для себя роли Главного Доверенного Лица.

Не прошло и двадцати минут, как она уже знала, что уединенную жизнь Ианту заставляют вести родственники ее мужа, которые считают, будто она должна носить траур в деревенской глуши.

— Я удивлена, что вы подчиняетесь таким варварским требованиям! — в ужасе заметила Феба.

— Увы, есть человек, обладающий оружием, против которого я бессильна! — печально объяснила Ианта. — Он единственный опекун моего бедного мальчика. Судьба одним ударом лишила меня и мужа, и сына. — Заметив испуг на лице Фебы, леди Генри добавила: — Опекунство над Эдмундом поручено не мне. Я не должна говорить об этом, но я вижу, что вы поймете мое отчаяние. Я уверена, что могу вам довериться. Вы себе представить не можете, какое это облегчение — говорить откровенно. Мне постоянно приходится быть осторожной. Но хватит о моих бедах и трудностях!

Даже если бы Ианта захотела продолжить рассказ о своих бедах, она не смогла бы сделать этого, поскольку леди Элвастон уже встала, чтобы попрощаться с хозяйкой. Ианта протянула руку Фебе, заметив мягким голосом:

— Я вижу, мама собирается уходить. Значит, я тоже должна прощаться. Вы надолго в городе? Я бы с удовольствием увиделась с вами еще. Может, вы доставите мне радость и как-нибудь навестите меня? Я бы хотела, чтобы вы увидели моего маленького мальчика!

— А он с вами в Лондоне? — удивилась Феба. — Я вспомнила. Я хочу сказать, что с радостью навещу вас, мадам.

— Уверяю вас, мое решение привезти Эдмунда в город никто не одобрил, — жалобно сообщила Ианта. — Но даже опекун не может запретить мне отвезти его погостить к моим родителям. Мама очень любит внука и сильно расстроилась бы, если бы я приехала без него.

Леди Генри Рейн пожала руку Фебе и отбыла, оставив девушку терзаться муками сомнения и любопытства.

С самого начала знакомства Фебу очаровала красота Ианты. Поговорив с ней несколько минут, девушка была очарована ее обаятельными манерами и восхитительной улыбкой, с которой Ианта поведала ей, как смело она борется с трудностями. Однако Феба отличалась не только мягкостью и добротой, но и недюжинным умом. Пока ее романтическая душа купалась в трагической ауре, окружавшей Ианту, прозаический ум безжалостно указывал на некоторые несоответствия ее рассказа и заставил усомниться в правдивости откровений, которых она вдоволь наслушалась за столь короткий срок.

Фебе очень хотелось выяснить, кто же является родственником Ианты. Она знала, что та носит фамилию Рейнов, но этот род был очень многочисленным. Так что Феба понятия не имела о степени родства леди Генри с Сильвестром, но просветить ее в этом вопросе бабушка, несомненно, могла.

— Ианта Рейн? — переспросила пожилая леди, когда они возвращались домой от миссис Стауэр. — Красивая женщина, ты не находишь? Конечно, глуповата, но ее нельзя не пожалеть. Она дочь Элвастона и вышла замуж за бедного Генри Рейна в первый же свой сезон в высшем свете. Генри умер, когда их сын был совсем еще маленьким. Страшная трагедия! По-моему, причину его смерти так и не выяснили. Внешне казалось, что здоровее Гарри никого нет на свете! Единственное, что я слышала: болезнь таилась внутри. Ах, если бы они пригласили тогда моего милого сэра Генри Халфорда!

— Я знаю, что она была замужем за представителем рода Рейнов, мадам… Но кто был ее мужем?

— Кто был ее мужем? — повторила вдова. — Ну, конечно же, брат Сильвестра! Они были близнецами, и оттого смерть Гарри была для него во много раз тяжелее.

— Тогда ребенок… Маленький сын леди Генри?… — запинаясь, произнесла Феба.

— О, с ним все в порядке, по крайней мере я ничего страшного не слыхала! — ответила вдова, нагнувшись, чтобы заглянуть в витрину шляпного магазина. При этом она не переставала говорить: — Моя милая, интересно, эта шляпка из соломки?… Нет, эти розовые цветы тебе не пойдут! Что ты сказала? Ах, да, о сыне Гарри! Очаровательный малыш, насколько я поняла из рассказов! Сама я его не видела, поскольку он живет в Чансе.

— И он… я так поняла из слов леди Генри… находится под опекой герцога Салфорда?

— Да, и является его наследником, хотя это скорее всего и не имеет особого значения. Ианта жаловалась тебе? — Леди Ингхэм проницательно посмотрела на Фебу и мягко произнесла: — Мой тебе совет, дорогая: поменьше верь тому, что она тебе наговорила. Все дело в том, что Ианта никогда не ладила с Сильвестром. Она страшно разозлилась, когда узнала о завещании мужа. Мне кажется, Сильвестру следовало бы и ее сделать опекуншей мальчика, но он повел себя с ней не очень тактично.

— В это я легко могу поверить! — вставила Феба. — Он очень привязан к мальчику, мадам?

— Думаю, Сильвестр его любит. Ведь он — память о Гарри, хотя все говорят, что мальчик — копия матери. Но дело в том, моя дорогая, что молодые люди чаще всего не испытывают особой любви к маленьким детям. Как бы там ни было, герцог Салфорд, вне всяких сомнений, выполнит свой долг перед племянником.

— Мачеха тоже выполнила свой долг передо мной, — заметила Феба. — Мне кажется, я понимаю чувства леди Генри.

— Ерунда! — покачала головой леди Ингхэм. — Не стану от тебя скрывать, моя дорогая, поскольку ты все равно услышишь от кого-нибудь еще: в данный момент отношения между Сильвестром и Иантой обострены из-за того, что эта дурочка всерьез подумывает о втором замужестве и знает, что Сильвестр не разрешит ей увезти мальчика из Чанса.

— Ох! — вскрикнула Феба, и глаза ее запылали. — Как герцог Салфорд может быть таким жестоким? Неужели он надеется, что она до самой смерти останется вдовой? На мой взгляд, Ианта и так достаточно натерпелась, выйдя замуж за одного из Рейнов. По-моему, на всем свете не найти более высокомерных людей.

— Прежде чем так поспешно судить, — сухо заметила вдова, — тебе нужно учесть, что если именно это высокомерие заставило Сильвестра запретить своему наследнику жить с Наджентом Фотерби, то мальчику, несомненно, повезло, что его опекун столь высокомерен.

— Наджент Фотерби? — открыв рот, переспросила Феба. Весь ее праведный гнев сразу куда-то улетучился. — Бабушка, вы не шутите? Это посмешище, которое не может повернуть головы, потому что ему мешает высокий воротник? Представляете, этот Фотерби позволил папе выманить у себя три сотни гиней за такого худого гнедого, что только идиот мог этого не заметить?

Захваченная врасплох, вдова пробормотала:

— Я абсолютно не разбираюсь в лошадях. А что касается твоего отца, то если он уговорил Фотерби купить плохую лошадь, это, по-моему, просто нечестная сделка.

— О нет, мадам! — серьезно покачала головой Феба. — Уверяю вас, в этом не было ничего нечестного. Если человек, который не в состоянии отличить хорошую лошадь от плохой, строит из себя знатока, он должен быть готов, что его могут обмануть.

— Пожалуй, ты права, — согласилась вдова.

После нескольких минут молчания Феба задумчиво заметила:

— Но, конечно, мадам, нельзя винить Салфорда за то, что он не позволяет своему племяннику жить с таким человеком!

— Я с тобой полностью согласна! И это еще не все… Мне кажется, в вопросе о замужестве Ианты мнения Салфорда и Элвастона совпадают. Элвастону наверняка не нравится Наджент Фотерби, но, думаю, он оставит свое мнение при себе.

— А мой отец обязательно возразил бы, — откровенно призналась Феба. — Он даже как-то заявил, что если мне придет в голову выйти замуж за балбеса-миллионера, не способного отличить породистую лошадь от обычной и позволяющего всем бездельникам в городе околачиваться около него, он снимет с себя всякую ответственность за мою дальнейшую судьбу.

— Если лорд Марлоу считает возможным употреблять в разговорах с тобой такие выражения, то чем скорее он это сделает, тем лучше, — язвительно произнесла леди Ингхэм.

Феба сильно смутилась и попросила у бабушки прощения. Остаток пути до Грин-стрит она молча размышляла.

Настроение мисс Марлоу испортилось не из-за неразборчивости Ианты, а потому, что у леди Генри был сын, который остался без отца.

Узнав об этом, Феба страшно перепугалась. Чуть позже на смену ужасу пришло твердое убеждение, что Судьба и Сильвестр толкнули ее на это проклятое дело с одной-единственной целью — погубить. Феба давно подозревала, что Судьба является ее врагом. Во всех этих совпадениях была виновата только Судьба. Конечно, не вина Сильвестра, что у него есть племянник, опекуном которого он является, но любой человек, хоть немного знающий характер герцога, должен моментально признать, что поведение, описанное леди Генри, весьма типично. Он никогда не оказался бы романным злодеем, если бы не его сатанинские брови или если бы, с обидой подумала писательница, он вел себя более вежливо с создательницей «Пропавшего наследника» на балу у леди Сефтон, а не произносил банальные учтивости и не глядел на нее с таким холодным безразличием, что ей показалось, будто он ее совсем не замечает. На том злополучном балу Фебе впервые показалось, что у герцога Салфорда вид злодея. И только потом она узнала, что когда он улыбается, вся холодность и жестокость с его лица куда-то исчезают. Мисс Марлоу удивленно подумала, что хотя он часто доводил ее чуть ли не до бешенства во время их вынужденного пребывания в «Голубом вепре», она ни разу не заметила в нем ничего злодейского.

Эти мысли напомнили Фебе, как много для нее сделал Сильвестр, и как она ему обязана. У девушки сразу испортилось настроение, и ей никак не удавалось поднять его. В голову пришла только одна спасительная мысль. Герцог Салфорд может и не догадаться, кто написал «Пропавшего наследника». Но это слишком слабое утешение. Даже если Сильвестр и не узнает, кто написал роман, она все равно будет чувствовать себя предательницей.

Если бы Феба Марлоу и Ианта Рейн не встретились снова совершенно случайно два дня спустя, желание Ианты поближе познакомиться с внучкой леди Ингхэм скорее всего остыло бы. Но Судьба еще раз вмешалась в жизнь мисс Марлоу. Феба в сопровождении Мукер отправилась на Бонд-стрит выполнять кое-какие бабушкины поручения и наткнулась на элегантное ландо. Ианта, само олицетворение любящей очаровательной матери, помогала в этот момент сыну взобраться в коляску. Когда леди Рейн увидела Фебу, она радостно вскрикнула и тепло пожала девушке руку.

— Как замечательно! У вас очень важное поручение? Тогда поехали к нам домой! Мама отправилась в Уимблдон навестить одну из моих сестер, так что мы будем совсем одни, и никто не помешает нам насладиться приятной беседой! — Ианта очень обрадовалась согласию Фебы, свысока кивнула Мукер и сказала, что мисс Марлоу приедет домой позже в ее экипаже. Потом она усадила Фебу в коляску и велела мастеру Рейну поздороваться, как положено воспитанному маленькому мальчику.

Мастер Рейн снял с головы шапочку с кисточкой и подставил ветру золотистые локоны. Мисс Марлоу сразу обратила внимание на сильное сходство мальчика с матерью. Он обладал таким же нежно-белым лицом, огромными голубыми глазами и шелковистыми золотыми локонами. И лишь крепкая фигурка и решительный рот с волевым подбородком спасали его от того, чтобы быть похожим на хорошенькую девочку. После бесстрастного осмотра новой знакомой Эдмунд решил сделать ее своим доверенным лицом.

— А у меня есть перчатки, — сообщил он.

— Верно! И очень красивые! — с восхищением кивнула девушка.

— Если бы я был дома, — произнес мастер Рейн, бросив мрачный взгляд на родительницу, — я бы ни за что не надел их.

— Эдмунд!..

— Но ведь тебе нравится в Лондоне, не так ли? — спросила Феба, дипломатично меняя тему разговора.

— Конечно, нравится! — ответила за сына Ианта. — Можете себе представить, дедушка обещал Эдмунду покатать его утром в Парке, правда, мой дорогой?

— Если я буду хорошо себя вести, — с нескрываемым пессимизмом уточнил Эдмунд. — Но я все равно не пойду опять выдергивать зуб.

Ианта печально вздохнула.

— Эдмунд, ты же помнишь, что я тебе сказала. На этот раз не нужно будет идти к мистеру Тилтону.

— Ты и раньше говорила это, когда мы приезжали в Лондон, — безжалостно напомнил мальчик. — Но дядя Вестр все равно сказал, что мне нужно идти… И я пошел. Я не хочу, чтобы у меня вырывали зуб. Пусть мне даже разрешат положить его в маленькую коробочку, все равно не хочу! — с горечью сообщил Эдмунд.

— Я не сомневаюсь, что ты вел себя очень смело, — вмешалась в разговор Феба Марлоу.

— Да, — согласился племянник Сильвестра. — Мне больше ничего не оставалось, ведь дядя Вестр пригрозил, что я пожалею, если разревусь. Знаете, мне совсем не нравится, когда дядя Вестр заставляет кого-то о чем-то жалеть. Это больно!

— Видите? — тихо воскликнула Ианта и бросила на Фебу многозначительный взгляд.

— Кейгли сказал, что я вел себя храбро, когда упал со своего пони, — похвалился Эдмунд. — Я тогда ни разу не крикнул. У меня хватило настоящей закваски.

— Эдмунд! — не на шутку рассердилась Ианта. — Я тебе уже сто раз говорила, что нельзя повторять все те вульгарные слова, которые ты слышишь от Кейгли. Немедленно попроси у мисс Марлоу прощения! Что она может о тебе подумать?

— О нет, прошу вас, не заставляйте его просить у меня прощения! — взмолилась Феба, заметив, как мастер Рейн упрямо выставил вперед подбородок.

— Кейгли, — провозгласил Эдмунд с горящими огнем глазами, — старший конюх и мой близкий друг.

— Это неудивительно, — откликнулась Феба, прежде чем Ианта успела отругать сына за таких друзей. — Я сама с ним немного знакома и не сомневаюсь, что Кейгли прекрасный человек. Это он научил тебя ездить верхом? Я хочу, чтобы ты рассказал мне о своем пони.

Эдмунда не пришлось просить дважды, и он пустился описывать достоинства своей лошадки. К тому времени, когда коляска подъехала к дому лорда Элвастона на Альбемарл-стрит маленький мальчик и мисс Марлоу достигли полного взаимопонимания. Дело дошло до того, что Эдмунд не хотел уходить от новой знакомой. Но его мать, судя по всему, была сыта по горло обществом сына. Ианта отослала мальчика в детскую, объяснив гостье, что если она разрешит ему остаться с ней хотя бы раз, он будет требовать от нее этого постоянно, а присутствие детей раздражает леди Элвастон.

— Маме не нравится, когда Эдмунд бегает по гостиной. Она позволяет ему играть там только полчаса перед сном.

— А мне показалось, вы говорили, будто она сильно любит мальчика! — заметила Феба, забыв о том, что у нее язык без костей.

— О да, любит! Только мама считает, что детей надо воспитывать в строгости, — произнесла Ианта с похвальной самоуверенностью. — А сейчас мы пойдем наверх в мою комнату. Там вы сможете снять шляпку и мантилью. Можете мне поверить, я вас теперь не скоро отпущу.

И в самом деле, только несколько часов спустя Фебу усадили в экипаж Элвастонов и отправили на Грин-стрит. К тому времени мисс Марлоу была в курсе всех подробностей личной жизни Ианты. Она узнала многое, если не все о ее семейной жизни, о том, как несладко быть вдовой, и о предполагаемом втором замужестве. Еще до того, как они встали из-за стола, на котором был накрыт легкий обед, Феба узнала, что Сильвестр никогда не захочет брать на себя хлопоты по воспитанию своего племянника. Ей довелось выслушать немало примеров, иллюстрирующих его грубое обращение с Эдмундом. Ианта сообщила, что Сильвестр злой человек и специально подговаривает мальчика не слушаться матери. Фебе даже показалось, что граф Уголино менее отталкивающий персонаж, чем ярко описанный Иантой герцог Салфорд. Но неужели он не испытывал никакой привязанности к своему брату-близнецу? О да, испытывал, но это была эгоистичная холодная привязанность. Вдова Гарри торжественно пообещала до самой смерти помнить бесчувственное поведение деверя, когда Гарри после долгих дней мучительных страданий едва слышно произнес свое последнее желание.

— Сильвестр вел себя так, словно ничего не произошло. Если бы вы его тогда видели, мисс Марлоу, то, наверное, подумали бы, будто он сделан из мрамора. Ни слезинки, ни слова утешения! Можете представить мое состояние, я была так огорчена, что едва не сошла с ума. Когда я увидела, как Сильвестр опустил голову моего любимого супруга на подушку, и услышала, как он в своей привычной бездушной манере сообщил, что Гарри мертв, мне стало так плохо, что доктора встревожилась за мой рассудок. У меня три дня не прекращалась истерика, но Сильвестру было, конечно, наплевать. Я даже думаю, что он и не узнал о моей болезни, поскольку вышел из комнаты, не взглянув на меня, и я много недель не видела его после того рокового дня.

— По-моему, некоторые люди, — заметила Феба, смущенно слушая печальные воспоминания леди Рейн, — не выставляют свои чувства напоказ. Вы меня, конечно, извините, но это еще не означает, будто они совсем не переживают.

— О, я вовсе так не думаю, но подобная сдержанность вызывает у меня только отвращение! — твердо заявила Ианта. — Честно говоря, я сильно сомневаюсь, что Сильвестр обладает настоящими человеческими чувствами. Я в жизни не встречала такого бессердечного и жестокого человека. Знаете, он испытывает хоть какие-то теплые чувства только к своей матери. Я считаю, что он любит ее даже слишком сильно… По-моему, эта любовь временами доходит до абсурда!

— Но, насколько я поняла из ваших слов, старая герцогиня и вам симпатична? — осведомилась Феба в надежде направить мысли собеседницы в более спокойное русло. — Она хорошо к вам относится?

— О да, но даже герцогиня не понимает всей меры страданий, которые мне приходится терпеть! Я, например, не смею даже надеяться, что она когда-нибудь попытается убедить Сильвестра не отбирать у меня моего ребенка, ведь герцогиня тоже души не чает в своем сыне! Как мне жаль его будущую жену! Бедняжка скоро обнаружит, что ей придется во всем слушаться мать-герцогиню.

— Ну, может, герцог Салфорд навсегда останется холостяком, — попыталась успокоить Ианту Феба.

— Можете мне поверить, Сильвестр женится хотя бы только ради того, чтобы лишить маленького Эдмунда прав наследства. Моя мама убеждена, что Сильвестр вовсю занят поисками подходящей невесты и может в любой момент жениться.

— Может, герцог Салфорд и ищет подходящую невесту, но для того, чтобы создать семью, нужно согласие двоих.

— Вы хотите сказать, что Сильвестр может получить отказ?

— А почему бы и нет? — поинтересовалась Феба.

— Сильвестр? Вы только представьте, кто сможет отказать герцогу! Нет, Сильвестр никогда не получит отказ! Я, правда, хотела бы, чтобы такое случилось. Ему это пойдет только на пользу. Но я ни капельки не сомневаюсь, что если он и получит отказ, то приложит все силы, чтобы заставить девушку полюбить себя, а потом сделает предложение другой.

— С какой стати кто-то должен влюбляться в герцога Салфорда? — горячо воскликнула Феба.

— Я тоже не понимаю секрет его обаяния, но вы бы немало удивились, если бы узнали, сколько женщин по нему сохнет!

— Вполне возможно! — пылко согласилась мисс Марлоу. — Но лично мне кажется, что они влюбляются в его титул.

— Титул, конечно, играет немалую роль, но не главную. Сильвестр способен пробудить у девушек нежные чувства, даже если поначалу не вызывает у них никакой симпатии. Он знает, что пользуется популярностью у прекрасного пола и однажды даже заключил пари с Гарри, что заставит мисс Уарф влюбиться в себя. Можете не сомневаться, он выиграл пари!

— Пари?… — изумленно переспросила Феба, раскрыв рот. — Как… какая низость! Неужели настоящий джентльмен может пойти на такое?

— Но вы же знаете мужчин! — сказала Ианта, явно обращаясь не по адресу. — Должна также заметить, что холодность мисс Уарф в том сезоне была притчей во языцех. Красавица, богатая наследница, она не испытывала, естественно, недостатка в поклонниках и отказывала всем подряд. О неприступности мисс Уарф стали слагать легенды, и она даже получила прозвище — Неприступная Крепость. Гарри сказал Сильвестру — в шутку, конечно, они всегда много шутили, — будто даже Сильвестру не удастся покорить эту Крепость. Сильвестр поймал его на слове и тут же спросил, на каких условиях Гарри готов заключить пари? Если мне не изменяет память, даже в клубах тогда делали большие ставки. И Сильвестр одержал победу. Мужчины такие гадкие!

С последним утверждением Феба была полностью согласна. Она покинула дом на Альбемарл-стрит, имея обильную пищу для размышлений. Мисс Марлоу была достаточно умна, чтобы не обращать внимания на большую часть того, что услышала от Ианты по поводу грубого обращения Сильвестра с племянником, хотя бы потому, что мастер Рейн не производил впечатления робкого запуганного ребенка. С другой стороны, леди Рейн, сама того не осознавая, выставила себя в невыгодном свете. Все многочисленные истории, которые она поведала Фебе Марлоу, говорили прежде всего о глупости леди Рейн. Скорее всего, пришла к выводу Феба, Сильвестр не питал к Эдмунду особой любви, но решил из чувства гордости выполнить свой долг перед мальчиком. Эта мысль вызвала у нее неприятные воспоминания о непрерывно повторяемых ее мачехой, Констанцией Марлоу, словах о долге, который та выполняет, воспитывая падчерицу.

Самые серьезные и неприятные размышления вызвали у Фебы последние слова леди Рейн. Девушка понимала, что в них есть доля истины, поскольку и сама начала подозревать, что доброта Сильвестра вызвана его намерением заставить Фебу пожалеть о том, что она так грубо его оттолкнула. Все поведение герцога Салфорда во время последнего визита на Грин-стрит, даже скрывающаяся в глазах улыбка, были рассчитаны на то, чтобы доставить девушке удовольствие. Да, вынуждена была признать Феба, Салфорд знал, как вскружить голову неосмотрительным женщинам. Сейчас она оказалась перед сложной дилеммой: дать ему отпор или поощрять ухаживания, ни на минуту не забывая о том, что он поставил ей ловушку?

Вопрос оставался без ответа до следующего дня, когда Феба Марлоу вновь повстречалась с Сильвестром. Она каталась по Парку в компании мисс Мэри и мисс Эмебел Ингхэм, молодого мистера Дадли Ингхэма и двух конюхов, которые следовали за не бросающейся в глаза процессией на подобающем расстоянии. Феба изрядно скучала. Мисс Ингхэм были очень милыми девушками, но не отличались ни особым умом, ни чувством юмора. Их брат Дадли, второй сын лорда Ингхэма, подающий большие надежды, в самом скором будущем запросто мог стать членом какого-нибудь кабинета министров, поэтому вел себя слишком важно.

Фебе для прогулки одолжили тихую и спокойную лошадь-полукровку.

Сильвестр ехал на прекрасном гнедом в сопровождении двух друзей — лорда Ярроу и мистера Ашфорда. Он бросил на скромную процессию изумленный взгляд, мгновенно оценил ситуацию и взялся за дело с необычайной ловкостью. Никто, кроме него самого, не понял, каким образом две компании слились в одну. Пока его несчастные друзья вежливо беседовали с кузинами мисс Марлоу, Сильвестр с Фебой чуть поотстали.

— О, мой бедный Воробей! — насмешливо произнес герцог Салфорд. — Я никогда еще не видел такой душераздирающей картины. Неужели вы взяли эту лошадь напрокат?

— Нет, — покачала головой Феба. — Это любимая лошадь моей кузины Анны. Она очень тихая и идеально подходит для дамы, герцог.

— Прошу прощения, но что-то я не заметил, чтобы она могла идти аллюром.

Феба Марлоу бросила на собеседника взгляд, полный высокомерной насмешки.

— Она не способна на аллюр, зато у нее очень элегантная шаркающая походка, потому что ей слегка подвязали колено.

— Но какая у нее грудь!

Феба больше не могла сохранять серьезное настроение. Она не выдержала и громко расхохоталась. Мисс Мэри Ингхэм оглянулась и с мягким упреком посмотрела на кузину.

— О, Господи… вы когда-нибудь видели такую клячу? — спросила Феба у герцога.

— Нет. Довольно печальное зрелище!.. Но я точно так же не видел леди, которая лучше вас сидела бы в седле! Не позволите ли мне одолжить вам приличную верховую лошадь, пока вы находитесь в городе?

Феба была так изумлена подобным предложением, что лишилась дара речи. Она молча посмотрела на герцога, который с улыбкой объяснил:

— Моя невестка привыкла много ездить верхом, поэтому и мне приходится держать для нее в Чансе несколько лошадей. Нет ничего легче, чем послать туда человека и велеть привести в Лондон пару лошадок.

— Ездить на лошадях леди Генри? — испуганно воскликнула Феба. — Да вы, наверное, с ума сошли! Мне такая мысль даже в голову не могла прийти!

— Это мои лошади, а не леди Генри!

— Вы сами только что сказали, что держите их для своей невестки. Поэтому она имеет полное право считать их своими. К тому же, да будет вам известно, я не могу позволить, чтобы вы одолжили мне лошадь для верховой езды.

— Пожалуй, вы правы, — задумчиво согласился Сильвестр. — И все же у меня сердце кровью обливается, когда я вижу вас на такой ужасной кляче.

— Спасибо… вы очень добры, — растерянно пробормотала девушка.

— Я что?… Воробей, умоляю вас, не позволяйте леди Ингхэм прививать вам чересчур хорошие манеры! Вы прекрасно знаете, что вовсе я не добрый, а злой. Ведь именно мои зловещие намерения заставили вас покинуть дом. — Сильвестр замолчал, ожидая, когда Феба посмотрит ему в глаза. Ее взгляд задержался на лице герцога не больше доли секунды, но выражение глаз девушки заставило его забыть о смехе. После небольшой паузы Сильвестр спросил: — В чем дело? Почему вы на меня так посмотрели? Что я такого сказал?

— Ничего, — щеки Фебы залил румянец. — Я даже не заметила, что посмотрела на вас как-то особенно.

— У вас сейчас был такой же взгляд, как тогда в Остерби, когда вы смотрели на свою мачеху. Словно вы чем-то поражены!

Феба с трудом выдавила из себя смех.

— Какая глупость! Боюсь, у вас слишком живое воображение, герцог.

— Очень хочется надеяться на это, — откликнулся Сильвестр.

— Можете не сомневаться! Меня просто… шокировали ваши слова. Как вы могли предположить, что после всего того, что произошло, я буду считать вас… злым человеком. Не может быть, чтобы вы говорили серьезно. Вы, конечно, шутили!

— Шутил. Но когда я сказал, что не хотел вас расстроить, я говорил абсолютно серьезно.

Мисс Марлоу повернула голову и опять посмотрела на своего собеседника. Только на этот раз в ее взгляде сквозила откровенная оценка.

— А я так и не думала. Хотя, по-моему, вы все-таки могли сказать это со злорадством.

— Позвольте вас уверить, что все было не так.

— …Я хочу уверить, что я не считаю вас злодеем.

— О, это гораздо более трудная задача! — шутливо запротестовал Сильвестр. — Когда я вспоминаю о приеме, который был мне оказан на том ужасном постоялом дворе, у меня возникают самые серьезные сомнения.

Феба Марлоу рассмеялась, но отказалась принять вызов. Герцог Салфорд тоже больше об этом не заговаривал. Они несколько минут ехали молча, потом Феба прервала затянувшееся молчание, поменяв тему разговора:

— Чуть не забыла вам рассказать, герцог, что вчера имела удовольствие познакомиться с вашим племянником. Вы должны очень гордиться им. Эдмунд — прекрасный мальчик!

— Эдмунд очень избалованный мальчишка. Значит, вы знакомы с моей невесткой?

— Мы познакомились несколько дней назад. Леди Генри оказалась настолько добра, что пригласила меня вчера днем в гости.

— А… Тогда мне понятен ваш испуганный взгляд! — заметил герцог Салфорд. — Не иначе как она описала меня в качестве бесчувственного и жестокого деверя или злого дяди.

Феба решила промолчать, поскольку не успели эти слова слететь с губ Сильвестра, как его внимание отвлекла женщина, шедшая рядом с дорожкой для верховой езды. Она помахала рукой, — герцог узнал свою кузину, миссис Ньюбэри, и тут же попросил Фебу остановиться.

— Если вы еще не встречались, я хотел бы познакомить вас с миссис Ньюбэри, мисс Марлоу. Миссис Ньюбэри — одна из самых приятных моих кузин. Я не сомневаюсь, что вы быстро подружитесь… Джорджи, что за удивительное зрелище! Почему вы прогуливаетесь так скромно? А где верный супруг? Неужели у вас не осталось ни одного кавалера?

Миссис Ньюбэри весело рассмеялась и протянула руку.

— Я согласна с вами. Такой позор! Лион на службе, а все мои кавалеры меня покинули. Те из них, что еще не похоронены в деревне, сейчас сидят, сунув ноги в таз с горчицей. Поэтому пришлось довольствоваться пешей прогулкой в компании одной дамы, да и та меня только что покинула.

Сильвестр склонился к руке кузины и, многозначительно пожав ее, поинтересовался:

— Не верю, что вы довольствуетесь только этим! Вы знакомы с мисс Марлоу? Или можно ее вам представить?

— Ах, вот кто вы такая! — улыбнулась Фебе миссис Ньюбэри. — Как же я сразу не догадалась! Ведь я всего минуту назад раскланялась с вашими кузинами. Вы внучка леди Ингхэм, и вы… едете на ужасной кляче Анны Ингхэм. Но вы не должны ездить на такой лошади, это же невыносимо! Хотя, даже в таком невыгодном положении вы затмили всех.

— Я пытался уговорить мисс Марлоу, чтобы она позволила мне одолжить ей лошадь для верховой езды, но она считает, будто это невозможно, — объяснил Сильвестр. — Однако мне только что в голову пришла отличная мысль. Думаю, ваша вторая лошадь идеально подойдет мисс Марлоу.

Миссис Ньюбэри имела только одну лошадь, но с той самой секунды, как герцог многозначительно пожал ей руку, она была готова к любой неожиданности. Поэтому любимая кузина герцога Салфорда выслушала эти слова, не моргнув глазом, и тепло прервала смущенные протесты Фебы:

— О, только не говорите, что откажетесь взять ее, мисс Марлоу. Вы даже представить себе не можете, как я буду вам обязана, если вам удастся хотя бы изредка выезжать со мной на прогулки. Терпеть не могу ходить пешком, но и ездить верхом в одиночестве, когда за вами в отдалении следует лишь конюх, тоже скучно. Я так тоскую по славному галопу, но разве можно проехать галопом в Гайд-парке! Сильвестр, если мне удастся уговорить мисс Марлоу, не откажетесь ли вы сопровождать нас в Ричмонд-парк в первый же по-настоящему теплый весенний день?

— С превеликим удовольствием, дорогая кузина, — ответил герцог Салфорд.

— Ну, не молчите, мисс Марлоу. Скажите поскорее, что хотите отправиться в Ричмонд-парк! — попросила Фебу миссис Ньюбэри.

— Я бы очень хотела поехать с вами, мадам, но мне страшно неловко доставлять вам столько хлопот.

— Обещаю вам, что не доставите мне никаких хлопот. Сильвестр знал, что я буду очень рада напарнице… К тому же, если бы я не хотела ехать с вами, я бы могла что-нибудь придумать. Ну, допустим, сказать, что моя вторая лошадь захромала или… что я продала ее. Я обязательно заеду к леди Ингхэм и попрошу ее дать согласие на наши прогулки.

С этими словами миссис Ньюбэри отошла от них и, когда Сильвестр и Феба поехали дальше, бросила на кузена удивленный вопросительный взгляд. Он улыбнулся, и миссис Ньюбэри заключила, что герцог остался доволен ею. Она отправилась по пешеходной дорожке, спрашивая себя, решил ли Сильвестр проявить просто галантность или на самом деле пытается ухаживать за мисс Марлоу? Последнее казалось маловероятным. Неужели Салфорд выбрал эту девушку для своего очередного увлечения? Или, может, он просто так внимательно и заботливо относится к девочке потому, что она внучка леди Ингхэм и приехала из деревни? О, нет, кто угодно, но только не Сильвестр, решила миссис Ньюбэри. Он бывал добр, но только тогда, когда хотел этого. Все это казалось очень интригующим… Что же касается ее самой, то она была готова оказать кузену любую помощь, какая ему потребуется. Дареному коню в зубы не смотрят! И уж тем более лошади, которую якобы подарил Сильвестр.