Прочитайте онлайн Сильвестр | Часть 10

Читать книгу Сильвестр
4618+3481
  • Автор:
  • Перевёл: Сергей Мануков
  • Язык: ru

10

Том облегченно вздохнул, увидев улыбку на лице герцога, но она не развеяла его сомнений.

— Прошу прощения, сэр, — сказал он. — Мне показалось, будто с вами можно откровенно говорить, коли вы не собирались делать Фебе предложение. Ведь вы не собирались, правда?

— Конечно, не собирался! И чем я заслужил такую острую неприязнь мисс Марлоу?

— О, я не знаю, — смущенно ответил Том. — Наверное, вы просто не в ее вкусе.

— Кстати, а куда вы собирались ее везти?

— К бабушке. Пожилая леди живет в Лондоне, и Феба уверена, что она станет на ее сторону, если в этом возникнет необходимость.

Сильвестр неожиданно поднял голову и посмотрел прямо в глаза Тому Орде.

— Вы имеете в виду леди Ингхэм? — спросил он.

— Да, — кивнул Том. — Была еще одна леди Ингхэм, но та давно умерла. А вы знакомы с этой леди Ингхэм, сэр?

— О да! — весело ответил Сильвестр. — Она моя крестная…

— В самом деле? Тогда вы должны хорошо ее знать. Как по-вашему, она разрешит Фебе остаться? Феба не сомневается в этом, но я никак не могу прогнать сомнения, будто бегство из дома может шокировать солидную даму, и она отправит внучку обратно. Что скажете, сэр?

— Что я могу сказать? — ответил герцог Салфорд вопросом на вопрос. — Мисс Марлоу, насколько я понял, не собирается отказываться от своего плана, хотя сейчас ей уже можно не бояться моего предложения.

— О да! Я заметил, что теперь ей незачем ехать в Лондон, но она все равно туда собирается. И по-моему, Феба права… Если только леди Ингхэм согласится приютить ее. Знаете, сэр, леди Марлоу, между нами говоря, настоящая дрянь. Феба знает, что не может рассчитывать на помощь отца… Он ей, кстати, сам сказал об этом, когда она умоляла помочь… Сейчас она говорит, что ни в коем случае не вернется в Остерби. Но что же нам теперь делать? Даже если завтра снег растает, я не смогу отвезти ее в Лондон. С одной стороны, я прекрасно понимаю, что не должен отпускать ее одну. С другой стороны, если мачеха разыщет ее в «Голубом вепре», положение Фебы станет невыносимым!

— Напрасно вы так нервничаете, сэр Галахад[7], — успокоил юношу герцог Салфорд. — Пока мисс Марлоу не угрожает никакая опасность. Я не сомневаюсь, что вы найдете способ избежать неприятностей. Если хотите, я могу вам помочь.

— Как? — заинтересовался Том.

— Где-то по дороге из Остерби сейчас застрял мой фаэтон, — сообщил Сильвестр, вставая. — Когда я был в Хангерфорде, я заехал в гостиницу «Медведь» и попросил передать, чтобы фаэтон направили в «Голубой вепрь». Так что я с удовольствием готов сопровождать мисс Марлоу к ее бабушке в Лондон.

Лицо Тома Орде посветлело, и он радостно воскликнул:

— Правда, сэр? Это отличный выход… Если только Феба согласится поехать с вами.

— Не беспокойтесь. Мы найдем выход, даже если мисс Марлоу откажется ехать в Лондон со мной. Я бы на вашем месте сейчас попытался уснуть. Сон для вас лучшее лекарство. Надеюсь, вы устроились удобно и сможете заснуть.

— Доктор Апсолл оставил мне лекарство на случай бессонницы. Маковый сироп или что-то в этом роде. Поэтому скорее всего я буду спать, как убитый.

— Если проснетесь ночью или вам что-нибудь понадобится, постучите в стену, — посоветовал Сильвестр. — Я услышу ваш стук, поскольку всегда сплю очень чутко, и немедленно пошлю к вам Кейгли. Спокойной ночи!

Герцог Салфорд вышел из комнаты, кивнув и улыбнувшись юноше на прощание. Вместо того, чтобы последовать совету Сильвестра, Том принялся размышлять. Он решил, что лучше вообще не сомкнет глаз, чем разбудит своего нового благородного знакомого. Потом к нему заглянул Кейгли, который достаточно вольно отнесся к инструкциям доктора и заставил юношу выпить большую дозу снотворного. Том крепко проспал всю ночь. Его не мучили кошмары, хотя после ухода герцога Салфорда юноша пожалел, что так много рассказал. Правда, ему удалось убедить себя, что сомнения — лишь плод его больного воображения. Том еще раз вспомнил разговор и не нашел ничего, что могло бы рассердить или обидеть герцога Салфорда. Молодому мистеру Орде природой не было дано понять чувств человека, которого всю сознательную жизнь приучали к мысли, что он благороднее и лучше всех остальных.

Сильвестр же пришел в бешенство, когда узнал, что Феба сочла его недостойным ее руки. Пока он думал, что мисс Марлоу бежала из дома со своим возлюбленным, чтобы тайно обвенчаться, то не обижался. Но после разговора с Томом все предстало в совершенно ином свете. И чем больше Сильвестр думал над этим, тем сильнее страдало его самолюбие. Он считал, что оказывает большую честь молоденькой деревенской девочке, некрасивой и простоватой, выбрав ее на роль своей жены из множества дебютанток сезона, а у нее, оказывается, хватило бы наглости отказать ему. Причем этот отказ выставил бы его последним дураком. Такое оскорбление Сильвестр был не в силах забыть. Куда ни шло, если бы она любила другого, но когда Сильвестр узнал, что бегство Фебы из Остерби вызвано не теплыми чувствами к Тому Орде, а страхом перед его предложением, он не только не смог простить оскорбление, но и пожелал преподать мисс Марлоу хороший урок! Он ничуть не сомневался, что она горько раскается, когда поймет, что ей никогда не дождаться предложения хотя бы наполовину такого же выгодного, как предложение Сильвестра. Но самолюбивого герцога Салфорда задело не только это. Феба не только нанесла оскорбление его знатному происхождению, но, судя по всему, сочла его самого отвратительным. Том так и сказал: ничто на свете не заставит ее выйти за вас замуж! А вам не кажется, что вы слишком самоуверенны, мисс Марлоу? Но лучше подумаем, как заставить вас пожалеть о своей дерзости?

Сильвестр заснул с мыслями о мести. Том ни разу не постучал в стену, разделяющую их комнаты, и поэтому герцог Салфорд проспал до десяти часов следующего утра. Его разбудил Кейгли, который принес завтрак. Сильвестр заметил, что у его верного слуги не только мутные и опухшие глаза, но и охрипший голос. Поэтому герцог приказал:

— Немедленно ложись в постель, Джон. Господи, не хватало еще, чтобы из-за меня ты слег по-настоящему. Пусть миссис Скейлинг поставит тебе на грудь горчичник. А теперь иди.

Кейгли начал шепотом уверять хозяина, будто здоров, но ему помешал договорить приступ кашля.

— Джон, не упрямься! Я не хочу из-за тебя терзаться угрызениями совести. Отправляйся в постель. И вели разжечь огонь в твоей комнате. Передай, что я приказал!

— Ну как же я могу лечь в постель, ваша светлость? — огорченно прошептал Кейгли. — Кто будет ухаживать за мистером Орде, если я слягу?

— С мистером Орде ничего не случится! Неужели полоумный не сможет за ним присмотреть? Если не сможет, тогда я сам буду за ним ухаживать. Что нужно делать?

— Пока ничего. Я уже сделал все необходимое, ваша светлость. Я проверил серых, но…

— Тогда ты напрасно беспокоишься! Хватит спорить! Немедленно отправляйся к себе и ложись в постель. Не веди себя, как последний идиот, Джон! Ты только заразишь Тома, если будешь находиться рядом.

— Он и без того простужен, — прокаркал Кейгли.

— Не может быть! Ну тогда я не хочу заразиться от тебя. Так что изволь не подходить ко мне до тех пор, пока не поправишься. — Герцог увидел, что Кейгли раздирают желание лечь в постель и опасения лишиться статуса приближенного слуги, и потому угрожающе произнес: — Если мне сейчас придется встать по твоей милости, Джон, ты сильно пожалеешь об этом!

Эти слова заставили Кейгли рассмеяться, а смех вызвал новый приступ кашля. Прокашлявшись, старший конюх герцога Салфорда почувствовал такую слабость, что с радостью повиновался приказу.

Часом позже Сильвестр в роскошном халате, обшитом тесьмой из алой и золотой парчи, вошел в комнату Тома и весело приветствовал его.

— Доброе утро, сэр Галахад! Значит, вы ухитрились заразиться от Кейгли? Такое могло случиться только с самым последним остолопом! Спали хорошо?

— Благодарю вас, сэр. Спал, как убитый. Что касается простуды, то мне все равно валяться целую неделю. Поэтому ничего страшного, если я слегка простудился. Но мне чертовски жаль Кейгли. Он чувствует себя прескверно!

— Не горюйте о Кейгли! Скоро вам придется жалеть самого себя, поскольку я велел Джону лечь в постель, и вам придется терпеть мою заботу. А сейчас скажите, что для вас сделать?

— Ничего! — с испугом ответил Том Орде. — Я ни за что не позволю вам ухаживать за мной.

— У вас нет выбора.

— Нет есть! Все необходимое может сделать мальчик.

— Что, слабоумный сын хозяйки? Если вы предпочитаете его мне, Том, то ваш выбор оскорбляет меня.

Том рассмеялся, но упрямо заявил, что сейчас ему ничего не нужно, за исключением (тяжелый вздох) одного. Ему хочется хоть чем-нибудь заняться.

— Да, надо найти какое-нибудь занятие, — согласился Сильвестр. — Если миссис Скейлинг не найдет колоду карт, нам придется играть в шарады или во что-нибудь еще в том же духе. Хотите почитать «Рыцаря святого Иоанна»? Его издали в прошлом году. Автора вы должны знать. Это мисс Портер, она написала «Венгерских братьев». Я принесу вам книгу.

Том, как известно, не принадлежал к любителям чтения. Сильвестр принес первую часть нового романа мисс Портер и сказал:

— Это не так интересно, как «Венгерские братья», но книга довольно живая и интересная.

После этих слов Том облегченно вздохнул, так как понял, что Сильвестр принес ему роман. Он сильно опасался какого-нибудь исторического трактата. Юноша с благодарностью принял книгу и после задумчивой паузы полюбопытствовал, много ли читает герцог Салфорд?

— Все, что попадется под руку. А почему вы спрашиваете?

— Да так просто! — неопределенно ответил Том. — Я подумал, а вдруг вы не любите читать.

Сильвестр слегка удивился, но через несколько секунд заметил:

— А, вы, наверное, подумали, что коли моя мать пишет стихи, то и я должен любить поэзию? Ничего подобного!

— Ваша матушка пишет стихи? — раскрыв рот, испуганно пробормотал юноша.

— Да, герцогиня на самом деле пишет стихи, но надо сказать, что и к прозе не относится с презрением. Мне кажется, она покупает все книги, которые издаются. Чтение — ее единственное развлечение, поскольку она тяжело больна.

— О!.. — только и сказал Том.

— Я должен пойти проверить лошадей, — сообщил Сильвестр. — Насколько я понимаю, мисс Марлоу уже на конюшне. Наверное, прикладывает лошади свежую припарку к потянутому подколенку. Остается только надеяться, что я не вызову ее неудовольствия столь поздним появлением.

Герцог отправился переодеваться. Поручив Джона Кейгли заботам миссис Скейлинг, он вышел во двор. По-прежнему валил сильный снег, но на конюшне горела жаровня. Феба яростно драила щеткой находящегося в стойле Верного.

— Доброе утро! — поздоровался Сильвестр, снимая редингот и засучивая рукава. — Позвольте вам помочь, мисс Марлоу. Как подколенок?

— По-моему, лучше. Я только что приложила свежую припарку. Боюсь, Тому не понравится, если я поручу лошадей вам, герцог.

— А вы ему не говорите, — предложил Сильвестр, забирая у нее щетку. — Неужели он думает, будто я не смогу почистить лошадь?

— Вовсе нет! Но он питает самое глубокое почтение к вашему высокому происхождению и считает, что вы не должны чистить лошадей. Но, уверяю вас, что в общем Том не такой уж глупый малый.

Эти слова сопровождала такая искренняя улыбка, что Сильвестр не выдержал и рассмеялся. Девушка взяла другую щетку и продолжала чистить Верного, но Сильвестр остановил ее, заметив, что юбка у нее и так уже засыпана конским волосом. Он посоветовал Фебе переодеться, а это платье отдать почистить Алисе. Мисс Марлоу покачала головой и объяснила, что у нее, кроме этого, есть только платье из муслина, в котором можно замерзнуть до смерти.

— К тому же Алиса отправляется к старому мистеру Шапу за свиньей. Правда, свинья еще молодая, так что он может и не продать ее.

— Почему?

— Потому, что позже он получит за нее больше денег. К тому же на него может найти очередной бзик.

— Что на него найдет?

Феба с улыбкой посмотрела на герцога, перестав на минуту очищать юбку.

— По-моему, это должно означать, что у него может оказаться плохое настроение. Но я уверена, что Алиса все равно раздобудет свинью. Она довольно энергичная девушка.

— По-моему, у вас с ней так много общего, что вы бы отлично поладили, — заметил герцог Салфорд, разворачивая Верного другим боком.

Услышав замечание Сильвестра, Феба вновь подняла голову и склонила ее набок.

— Вы считаете меня энергичной? — спросила она. — О, смею вас уверить, вы сильно ошибаетесь.

— Ошибаюсь? Тогда давайте скажем по-другому: неустрашимая!

Феба печально вздохнула.

— Хотела бы я быть неустрашимой. Только вся беда в том, что я ужасная трусиха.

— Ваш отец описывал вас совсем иначе.

— Я действительно не боюсь прыгать на лошади через изгороди.

— Чего же тогда вы боитесь?

— Людей… Некоторых людей. Порой жестокость просто убивает меня!

Сильвестр, слегка нахмурившись, посмотрел на мисс Марлоу и собирался было попросить разъяснений, но ему помешало появление Алисы. Девушка вошла на конюшню и принялась громко топать башмаками, чтобы сбить с них налипший снег. За ней брел дряхлый старик, у которого осталось всего несколько зубов, но зато глаза были хитрющие. Алиса назвала его противным старым глистом, который отказывается продавать свою свинью до тех пор, пока не убедится, что она будет съедена настоящим герцогом, а не каким-нибудь самозванцем, выдающим себя за герцога.

Сильвестр растерялся, поскольку еще ни разу в жизни не попадал в ситуацию, когда его высокое происхождение вызывало у кого-либо сомнения, не говоря уже о том, чтобы его принимали за «какого-нибудь самозванца».

— Даже не знаю, как его убедить, — пожал плечами герцог Салфорд. — Разве что показать ему мою визитную карточку?

Но от этого предложения мистер Шап отказался, мотивируя отказ неумением читать. Наверное, он посчитал, что вывел обманщиков на чистую воду, поскольку страшно развеселился и принялся громко хохотать. Когда же Феба попыталась заверить его, что Сильвестр является настоящим герцогом, старик снисходительно ответил, что она сама клюнула на этот фокус.

— Напрасно вы слушаете эту глупую девчонку, мисс, — сказал старик, показывая большим пальцем на Алису. — У ее брата не все дома, да и сама она порядочная дура!

Потом мистер Шап несколько раз с хитрым видом покачал головой и язвительно поинтересовался, где это видано, чтобы настоящий герцог чистил своих лошадей. Сильвестр, изрядно разозленный представлением, вытащил из кармана кошелек и коротко спросил:

— Сколько?

Мистер Шап тут же назвал цену, которая заставила Алису гневно вскрикнуть. Девушка принялась уговаривать Сильвестра не платить такие бешеные деньги этому злому старому скряге, но Сильвестр, который уже устал от мистера Шапа, опустил три соверена в мозолистую ладонь и велел старику убираться. Такое высокомерие тут же развеяло сомнения мистера Шапа, и он пришел к выводу, что перед ним настоящий герцог. Дав Сильвестру отеческий совет быть настороже со вдовой Скейлинг, мистер Шап поковылял прочь. Выходя со двора, он крикнул на ходу старческим дребезжащим голосом, чтобы Уилл приходил за свиньей.

— Ну что ж, — сказала Алиса, собираясь идти следом, — от него следовало этого ожидать. Но можете не сомневаться, ваша честь, что теперь-то он твердо уверен, будто вы настоящий герцог, и станет всем об этом рассказывать. — Девушка кивнула, и ее глаза загорелись от радостного ожидания. — Сдается мне, все соседи сбегутся к нам, чтобы посмотреть на вас собственными глазами! В наших краях никогда не было ничего подобного… Хотя нет, когда-то к нам заезжала девушка с двумя головами. Отец вез ее в Лондон на большую ярмарку. Тогда к нам съехалась половина Хангерфорда и Кинтбэри, и через несколько часов в доме не осталось ни капли спиртного.

Сильвестр с ужасом слушал эти простодушные откровения, а Феба уже долго с большим трудом сдерживала смех. Наконец она не выдержала и расхохоталась. Алиса сочувственно улыбнулась ее веселью и отправилась следить за перевозкой свиньи мистера Шапа. Сильвестр с некоторым сарказмом пожелал узнать: что, по мнению Фебы, вызовет больший интерес у местных жителей, он или уродка с двумя головами?

— Конечно, уродка! — ответила Феба, вытирая глаза от слез. — Ведь сами по себе вы ничем не примечательны, герцог. Все дело в том, что «Голубой вепрь» — гостиница не для таких путешественников, как вы. Мне кажется, что, остановись вы в «Пеликане», ваше присутствие не вызвало бы никакого интереса.

— Как бы я хотел сейчас находиться в «Пеликане»! — воскликнул Сильвестр. — Только подумайте, какая славная у нас сейчас была бы компания! Нет, лучше не думать об этом, чтобы не расстраиваться.

— Мне не из-за чего расстраиваться! Я и не собиралась останавливаться в «Пеликане»! — весело парировала Феба. — «Пеликан» не самое удачное место для девушки, оказавшейся в такой ситуации. Если завтра Кейгли станет лучше, то, может быть, вам удастся пробиться в Спинхэмланд. До него рукой подать!

— И бросить вас с Томом на произвол судьбы? Если вы такого низкого мнения обо мне, тогда понятно, почему вы испугались моего предложения, мисс Марлоу!

Щеки Фебы залил пунцовый румянец. Утром Том успел предупредить ее, что накануне сболтнул лишнего, но поведение герцога Салфорда вселяло надежду, что он не заведет разговор на эту щекотливую тему.

— Прошу прощения! Конечно, я не хотела… Все было не… Я хочу сказать, произошла глупая ошибка, — запинаясь, произнесла девушка.

Отважившись взглянуть в лицо собеседнику, Феба увидела в его глазах насмешку и поняла, что он наслаждается ее смущением. Но по мере того, как в ее груди рос гнев, насмешка исчезла из глаз Сильвестра, и мисс Марлоу не оставалось ничего другого, как признать, что у герцога действительно очаровательная улыбка. Это наблюдение сильно удивило ее. Она впервые встречалась с такой обезоруживающе обаятельной улыбкой. Еще каких-то несколько секунд назад ее не было и в помине. Поэтому Феба хоть и отнеслась к ней с подозрением, но не могла удержаться и не ответить на нее.

— Да, просто глупая ошибка! — успокоил он ее. — Хотите, я не стану ухаживать за вами и говорить комплименты? Если вам будет от этого легче, я с удовольствием так и поступлю.

Но Феба только рассмеялась и сказала, что больше не опасается Сильвестра. Через некоторое время мисс Марлоу ушла в дом, и герцог Салфорд увидел ее только через час в комнате Тома. Девушка полировала куском наждака бирюльки, которые Том с большим искусством вырезал из какой-то дощечки, выпрошенной у миссис Скейлинг. Том с улыбкой поднял глаза и поинтересовался:

— Играете в бирюльки, сэр? Я большой мастер по этой части и всегда вызываю на поединок знакомых и друзей.

— Вам меня не запугать, — покачал головой Сильвестр и протянул юноше огромную оловянную кружку. — Выпейте. Это домашнего приготовления, Томас… Лучшее, что у нас здесь есть!.. Ваше мастерство, возможно, и выше, но, бьюсь об заклад, мне приходилось больше тренироваться. Если, конечно, у вас нет младших братьев или сестер.

— У меня нет ни братьев, ни сестер, — улыбнулся Том. — А у вас?

— У меня тоже нет, но я часто играю со своим племянником, — ответил Сильвестр.

Стук в дверь, и просьба Уилла Скейлинга навестить его, отвлекла внимание Сильвестра. Он повернулся к двери и не обратил внимания, какой ужас промелькнул на лицах его молодых друзей при упоминании о том, что у него есть племянник. Пока герцог пытался предотвратить попытку Уилла уронить тяжелый поднос на ноги Тому, они сумели взять себя в руки и более-менее спокойно встретить его взгляд.

Том с Фебой еще долго не могли обсудить новость, поскольку после полдника Сильвестр опять вернулся в комнату Тома. Он оставил их вдвоем только тогда, когда пришло время идти на конюшню проверять лошадей.

Миссис Скейлинг выудила из глубины буфета колоду засаленных карт, и отрезанным от внешнего мира путешественникам не пришлось довольствоваться лишь бирюльками или играми в слова. Они отважились сыграть в несколько азартных игр, использовав сушеные горошины вместо фишек и придумав несуществующих партнеров для нужного количества. Правда, такое развлечение не могло занять их надолго. И тут на помощь скучающим постояльцам «Голубого вепря» пришел талант Фебы, которая могла с большим юмором сочинять забавные истории о людях со смешными именами. Сильвестр быстро последовал ее примеру и сам выдумал двух чудаков-оригиналов, после чего это развлечение превратилось в своего рода шараду. Оказалось, что и Сильвестр обладает богатой фантазией, а Тому, который не мог похвалиться такими талантами, не оставалось ничего иного, как покатываться со смеху. Однако ему это развлечение показалось довольно опасным, потому что время от времени Феба слишком увлекалась. В ее персонажах Том узнал несколько героев из «Пропавшего наследника». Хотя он лично и не был знаком с их прототипами, но, если судить по быстрым ответам Сильвестра, Феба описала их портреты очень точно.

— Я тебя умоляю, будь осторожнее! — предупредил Том Фебу после того, как Сильвестр вышел из комнаты. — Если герцог прочитает твою книгу, не сомневаюсь, что он вспомнит эту игру и твои пародии. Потом его светлость быстро сложит два и два, ведь он далеко не дурак. Знаешь, Феба, мне кажется, тебе бы следовало внести кое-какие изменения в свой роман. Я хочу сказать, что после того, как он нам помог, было бы большой подлостью делать из него злодея! Никак не могу понять, почему ты вывела его злодеем, и с чего взяла, что он страшно гордый? Герцог ведет себя вполне нормально, как самый обычный человек.

— Должна признаться, что не ожидала от него подобного поведения, — призналась Феба. — Правда, вести себя высокомерно, как и подобает знатной особе, в таком месте, как «Голубой вепрь», — в высшей степени абсурдно, и я рада, что он это понимает.

— Феба, ты должна переписать книгу! — настаивал Том. — Во-первых, мы выяснили, что он читает почти все новые романы, во-вторых, он заявил, что у него есть племянник! Господи, я не знал, куда спрятать глаза!

— Я и сама была готова сквозь землю провалиться, — согласилась девушка. — Однако, по-моему, мы напрасно так перепугались. В конце концов, у всех есть племянники! Почему бы и герцогу Салфорду не иметь их. Главное отличие, о котором ты, наверное, забыл, заключается в том, что Максимилиан — сирота и полностью находится в руках графа Уголино. Поэтому между племянниками герцога Салфорда и графа Уголино не может быть никакого сходства.

— А какая у Салфорда семья? — поинтересовался Том Орде.

— Точно не знаю. В мире великое множество Рейнов, но какие родственные узы связывают их с нашим герцогом, я не знаю.

— Я удивлен, Феба, что прежде чем вводить его в свою книгу, ты не узнала о нем побольше! — строго произнес Том. — Не может быть, чтобы у твоего отца не было «Книги пэров».

— Я понятия об этом не имею, — с виноватым видом призналась девушка. — Никогда не думала… я хочу сказать, что когда писала книгу, мне и в голову не могло прийти, будто ее издадут. Признаюсь, сейчас и я жалею, что сделала Салфорда злодеем. Пожалуй, во всем виноваты его злосчастные брови. Если бы у Салфорда не было такого свирепого взгляда, я бы никогда не додумалась сделать его злодеем.

— Что за чепуха, — рассердился Том Орде. — Подумать только — у герцога свирепый взгляд! У него очень приятное лицо.

— Ну, это уж слишком! — не выдержала наконец Феба. — Согласна, у него приятная улыбка, но выражение лица высокомерное и безразличное… Я чуть не сказала презрительное, но не стану обвинять его в том, что он презирает своих знакомых. Он просто не обращает на них внимания.

— Теперь ты, наверное, скажешь, будто он и на меня не обращает внимания? — с сарказмом осведомился Том.

— Нет, не скажу. Ты ему понравился, и он получает удовольствие, когда ведет себя с тобой со льстивой учтивостью. Еще мне кажется, — продолжила Феба, прищурив глаза, словно стараясь лучше вообразить Сильвестра, — нашего герцога здорово задело, когда он узнал, что не нравится мне.

— Я очень жалею, что вообще заговорил на эту тему.

— Не вини себя! Я уверена, ваш вчерашний разговор пошел ему только на пользу! — беспечно заметила девушка. — Уверяю тебя, Том, во время нашей первой встречи в Лондоне герцог Салфорд вел себя совсем по-другому. Тогда он совсем не горел желанием понравиться такой невзрачной деревенской девушке как я. Сейчас же герцог оказывает мне всевозможные знаки внимания, пока в конце концов я не почувствую себя обязанной влюбиться в него.

— А что, можешь и влюбиться, — подхватил Том. — Хочу тебе заметить, Феба, что если тебе суждено все-таки попасть в Лондон, то это произойдет благодаря герцогу, а не мне. Салфорд предложил отвезти тебя в Лондон в своем фаэтоне, так что, ради Бога, веди себя с ним повежливее!

— Не может быть! — удивилась Феба Марлоу. — Он на самом деле предложил отвести меня в Лондон?… Должна признаться, это крайне мило с его стороны, но, конечно же, я не поеду. Я не могу оставить тебя одного в таком положении. Только настоящее чудовище может допустить такой бесчеловечный поступок, — шаловливо добавила девушка. — Так что мне вовсе не обязательно вести себя с ним вежливо, не так ли?