Прочитайте онлайн Сильный «слабый пол» | Часть 7

Читать книгу Сильный «слабый пол»
4116+525
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

7

Поезд набирал ход. Даже здесь, раскачиваясь в купейном вагоне, Луиза продолжала работать — знакомилась со сценарием комедийного сериала для телевидения. Удручающее чтение. Похоже, ей не удастся заинтересовать подобным фильмом ни одного из своих клиентов. Сценарий поистине ужасен, такой же скучный, как эта погода, подумала она, бросив взгляд в окно — из-за струй проливного дождя ничего не было видно.

После месяца невыносимой жары, когда все так устали от жаркого солнца, наконец-то были услышаны молитвы вконец измученных жителей — хлынул дождь. Но небеса перестарались — вот уже несколько недель льют проливные холодные дожди.

И настроение — под стать погоде. Все из-за этого Майка! — злилась Луиза, как всегда мало беспокоясь об объективности своих суждений. Конечно, нельзя приписать его проискам отвратительную погоду, но что касается остальных аспектов ее жизни, то тут уж, бесспорно, все события последних недель являлись прямым следствием ее разладившихся отношений с Майком Дэем. Вот и эта поездка тоже. Хотя… если быть до конца честной, не следовало винить его одного во всех неурядицах, связанных со съемкой «Наваждения».

И все-таки если бы Майк не был агентом Чарлза Коллинза и много лет назад не женился на темпераментной актрисе Доминик Дюмон, то Луиза не попала бы сейчас в такую переделку. И уж, конечно, именно этот человек виноват в том, что телефонный звонок разбудил ее сегодня ни свет ни заря — кажется, не было еще и шести. Пришлось в спешке отменять все назначенные встречи, очертя голову торопиться на поезд, который уносит ее на север страны, в глухое местечко на морском побережье.

Каждый раз, вспоминая свое фривольное поведение в лифте, Луиза заливалась краской стыда. С того дня она старательно избегала встреч с Майком, но не могла отделаться от ощущения, что он, хоть и косвенно, продолжает влиять на ее жизнь. Возможно, ей и удалось бы прекратить с ним всякие контакты, если бы не ее обещание связаться с продюсером фильма «Наваждение» и устроить встречу для мистера Дэя.

После того как дело было сделано, Луиза погрузилась в водоворот текущих дел, но однажды утром, придя в офис, она обнаружила на рабочем столе огромный букет роз и карточку от Майка, в которой тот благодарил ее за помощь и ставил в известность, что Коллинз получил роль в фильме, обещающем стать событием киногода.

Тем бы дело и кончилось, если бы несколько дней спустя ее не огорошили новостью, что сама Доминик Дюмон дожидается в ее приемной и хочет поговорить с мисс Дайзерт.

— Ты ничего не перепутала, Линда? — Луиза нахмурилась, не зная, что и думать. — Я хочу сказать, с чего бы это мадам Дюмон добивается свидания с мисс Дайзерт? Да и о чем нам с ней, прости меня, разговаривать?

— Не имею ни малейшего понятия. — Линда пожала плечиками. — Но нет никаких сомнений, что обворожительная леди сидит в приемной и жаждет свидания с тобой. Причем всем своим видом показывает, что готова просидеть у дверей твоего кабинета хоть весь день.

Было от чего прийти в изумление! Знаменитая актриса, чья слава по сей день продолжает расти, не имела обыкновения дожидаться кого бы то ни было. А тут дело касается всего лишь директора небольшого театрального агентства!

— Чего в жизни не бывает! — воскликнула Луиза, оправившись от первого шока. Она откинулась на спинку кресла и задумалась. Потом обратилась к Линде с улыбкой:

— Ничего не поделаешь — тащи ее сюда!

Застигнутая врасплох внезапным вторжением Доминик, Луиза и подумать не успела о том, как ей следует вести себя в присутствии знаменитости, с которой она даже не была знакома. Удивительно, но ее совершенно не смущало то обстоятельство, что речь идет о бывшей жене Майка Дэя. Она не почувствовала ни малейшего укола вполне, казалось бы, оправданной ревности.

Позже, анализируя свою реакцию на появление в офисе этой необычайно красивой женщины, Луиза не могла решить, что же именно избавило ее от душевных терзаний, — то ли Доминик настолько хороша собой, что просто не стоило тратить время на совершенно напрасную женскую зависть, то ли, вопреки ожиданиям, ее заворожила личность элегантной дамы, эгоцентризм которой был доведен едва ли не до абсурда.

Совсем нетрудно было понять, почему знаменитая звезда экрана возбуждала такие восторги и повышенный интерес к своей особе на протяжении стольких лет. Однажды известный театральный критик так отозвался о женщине, которая сейчас грациозно откинулась в кресле у рабочего стола Луизы: «Она — воплощение всех моих эротических фантазий. Под ангельской внешностью скрыты изощренные страсти».

Опустим очевидные изъяны ее характера, главное — Доминик Дюмон, без сомнения, изысканно хороша с ее огромными кошачьими глазами, аристократической бледностью лица и блестящими волосами, уложенными в тяжелый пучок у основания длинной лебединой шеи.

Уже к концу встречи Луиза пришла к выводу, что оба — тот сластолюбивый критик и Майк Дэй — безусловно правы. Женщина прелестна, необыкновенно хороша, наделена особой сексуальной привлекательностью. Не вызывает сомнения: если бывшая жена Майка пожелает получить кого-то или что-то, она сметет со своего пути любые препятствия.

А началась встреча легко и непринужденно. Актриса выразила свое восхищение тем, что мисс Дайзерт осмелилась открыть собственную фирму и за довольно короткий срок добилась очевидного успеха. Луиза не сразу и заметила, как попалась в сети неотразимого обаяния Доминик и ее ни с чем не сравнимого таланта манипулировать людьми по своему усмотрению.

— Дело в том, дорогая, что в настоящий момент я нахожусь в несколько затруднительном положении. — Кинодива решила наконец перейти к делу после того, как Линда принесла им по чашечке кофе. — Я сыта по горло своим нынешним агентом. Мне кажется, что я могла бы добиться куда большего, если бы моей карьерой занимался кто-то молодой, полный интересных замыслов. Вы понимаете, что я имею в виду? Именно по этой причине я решила обратиться к вам, дорогая.

— Почему именно ко мне? — полюбопытствовала Луиза, с трудом понимая, каким образом она, новичок в кинобизнесе, могла оказаться полезной такой именитой актрисе. — Вы хотите сказать?..

— Да, разумеется, дорогая, — проворковала Доминик с очаровательной улыбкой, — я слышала, что вы вышли на кое-какие весьма полезные контакты, к тому же имеете друзей в высоких сферах! Так что я ничуть не сомневаюсь, что вы отлично позаботитесь о моем благополучии.

Пытаясь скрыть охватившее ее возбуждение и восторг по поводу перспективы подписания контракта с такой известной звездой, Луиза старалась по возможности сохранить деловой тон.

— Конечно, я буду очень рада, если вы станете клиентом нашего агентства. Но прежде надо выяснить несколько моментов. Например, я бы хотела знать ваши планы на ближайшее будущее, — добавила она с приветливой улыбкой. — Полагаю, что какое-то время вы еще будете заняты в постановке, которая идет с таким большим успехом?

Доминик пожала роскошными плечами.

— Дело в том, дорогая, что я не имею никаких определенных планов. Все несколько сложнее, чем вы думаете. Но, возможно, если я введу вас в курс дела, вы сможете помочь бедняжке Доминик?

Немного позже, откинувшись на спинку кресла, Луиза сосредоточенно просматривала некоторые записи, в то время как Доминик пила кофе из маленькой чашечки, кокетливо отставив мизинчик. Если абстрагироваться от дружеских обращений типа «дорогая» и притворного самоуничижения в духе «бедняжка Доминик», дело, по всей видимости, обстояло так: с театром отношения разладились, но и контракт пока не расторгнут. Если найдется для нее, Доминик Дюмон, нечто интересное, то она пойдет на окончательный разрыв с руководством театра, несмотря на то что пьеса имеет шумный успех, а исполнительница главной роли — тем более. Версия правдоподобная, и ее вполне бы хватило Луизе для ведения переговоров с примадонной. Но дальше выявилось еще одно обстоятельство, которое до конца разъяснило, почему звезда подмостков решила обратиться в агентство мисс Дайзерт. Сюда Доминик, по ее собственному признанию, пришла вот почему:

— Дело в том, дорогая, что я влюбилась и совершенно потеряла голову! На этот раз все по-настоящему, у меня нет никаких сомнений! — радостно объявила Доминик, счастливая память, которой не сохраняла следов от вереницы мужей, которых было пятеро, не говоря уже о многочисленных любовниках.

И когда актриса доверительно призналась, что теперешним ее любовным наваждением стал не кто иной, как «любимец» мисс Дайзерт — Чарлз Коллинз. Луиза едва не застонала вслух, услышав подобное признание. Сумасшедший Коллинз был не только на десять лет моложе этой прелестницы, но и умудрялся хранить верность каждой очередной даме сердца не более двух недель. На большее его не хватало. «Бедняжке Доминик» предстоит пережить жестокое разочарование.

— Я слышала, что именно вы нашли моему дорогому Чарлзу потрясающую роль в новом фильме. Я читала сценарий. «Наваждение» — просто шекспировский размах! Какие страсти! Какая любовь! — Голос Доминик звенел как колокольчик. — Нет, кроме шуток, дорогая, роль главной героики Фелиции Тейлор как будто для меня написана! Я верю, я чувствую, что рождена для этой роли. Вам так не кажется?

— О да, несомненно! — откликнулась Луиза, в душе поражаясь, каким чудом ей удается сохранять серьезный деловой вид. Коллинз, который с превеликой радостью переступит через любого, чтобы получить свое, идеально подходил на роль обольстительного тирана, главного героя фильма. А сейчас перед ней сидит та, которой не придется искать ключ к роли страстной самовлюбленной Фелиции Тейлор. Действительно, Доминик права: персонаж не то что написан для нее — он списан с нее!

— Вы бы превосходно сыграли Фелицию, — согласилась Луиза. — Есть только одна проблема: предложение уже сделано известной французской актрисе — не буду называть ее фамилии, — и я не вижу, каким образом…

— О, пожалуйста! Я решительно не желаю слышать ничего неприятного. — Доминик сразу изменила тон, в нем впервые за время разговора послышался легкий оттенок угрозы. — Хочу сказать, дорогая, что ситуация, в сущности, очень проста. Если вы действительно заинтересованы в том, чтобы я подписала контракт с вашим агентством, вы из-под земли достанете для меня роль леди Тейлор. И я нисколько не сомневаюсь, что это вам под силу, — добавила она, решительно сверкнув своими кошачьими глазами. — В конце концов, вы хотите стать моим новым агентом, так ведь, дорогая?..

— Фью-ю! — присвистнула Линда, которая немедленно возникла перед Луизой, едва несравненная Доминик Дюмон величаво выплыла из офиса. — Если тебе и впрямь удастся подписать контракт с капризной звездой, можно быть уверенной, что наше агентство состоялось. Мартин будет в восторге. — Девушка возбужденно тряхнула белокурыми локонами. — Тогда все, просто все без исключения, будут ломиться к тебе, зная, что мисс Дюмон в числе твоих клиентов!

— Эй, остынь! — одернула Луиза размечтавшуюся приятельницу. — Нет нужды так возбуждаться по поводу контракта с известной звездой. И учти, что если в случае с Коллинзом у меня уже были наработанные связи, чтобы обеспечить ему роль в новом фильме, то с его подружкой картина выглядит иначе. Мои шансы на эту минуту равны нулю. Поэтому, к сожалению, должна тебя разочаровать — в нашем офисе, по всей вероятности, мы видели несравненную Доминик в первый и последний раз.

Однако, охладив разгоряченное воображение Линды, Луиза не собиралась сидеть сложа руки. Нужно было что-то предпринять.

Либо миссис Дюмон родилась под счастливой звездой, либо прелестнице удалось сглазить французскую соперницу, наслав на нее порчу, но не прошло и недели, как актриса, которая вот-вот должна была явиться на съемки, отказалась от роли. Непредвиденные обстоятельства: женщина вынуждена остаться в Париже, чтобы ухаживать за мужем, известным оператором. Инфаркт. Положение крайне серьезное.

— Черт меня дернул связаться с этим фильмом! — жаловался продюсер Луизе, когда она позвонила ему, чтобы узнать, чем закончилась очередная катастрофа, связанная со съемками фильма «Наваждение». — Вот уж действительно — наваждение! Просто рок какой-то преследует этот фильм!

— Сожалею, что у вас неприятности, — выразила сочувствие Луиза, — однако, возможно, я смогу предложить приемлемое решение вашей проблемы.

Когда она объяснила отчаявшемуся продюсеру, что может предложить замену несчастной француженке, и не кого-нибудь, а саму Доминик Дюмон, тот был на седьмом небе от счастья.

— О мисс Дайзерт, спасительница, ты просто прелесть! — вскричал продюсер, в трубке раздался вздох облегчения. — Ты обеспечила мне Коллинза — огромная удача! И теперь вот Доминик. Да я и мечтать об этом не мог. Есть ли кто-нибудь среди знаменитостей, кто бы оказался для тебя недосягаемым? — добавил он со смехом.

Только мужчина, которого я люблю всем сердцем, грустно подумала Луиза, положив трубку. Однако какой смысл изводить себя мыслями о Майке Дэе! Надо выкинуть его из головы!

Луиза не особенно удивилась бы, если, получив заветную роль, капризная актриса тут же забыла о своем обещании стать клиентом ее агентства. Однако на этот раз Доминик сдержала свое обещание. После торжественного подписания контракта она присоединилась к Коллинзу и всей съемочной группе, которая направилась в горную часть северного побережья страны.

Казалось бы, все идет неплохо. Можно спокойно заняться делами фирмы и забыть недавние треволнения… Но, к сожалению, спокойная жизнь, видимо, не для нее — вскоре Луиза вновь услышала телефонные жалобы продюсера по поводу того же проклятого фильма. А первый сигнал надвигающейся беды был получен от самого Майка Дэя, который позвонил ей в офис.

— Бросай все и выезжай как можно скорее, — сказал он, не скрывая волнения, что было так нехарактерно для его обычно самоуверенной и сдержанной манеры поведения. — «Благодаря» отвратительной погоде большую часть труппы чуть не смыло в открытое море, поэтому натуру перенесли в старинный готический замок несколькими милями южнее намеченного.

— И что из этого следует? Запад, юг — мне-то что за дело! Не вижу, какое отношение все это может иметь к моему агентству? — как можно равнодушнее высказалась Луиза, в то же время поспешно собирая со стола документы и озабоченно поглядывая на часы. Она уже опаздывала на деловую встречу с важным директором киностудии. Этот господин не привык ждать и будет очень недоволен ее опозданием. — Не могу понять, зачем ты позволил втянуть себя в эти проблемы. Неужели работники киностудии не в состоянии сами справиться с ситуацией?

— Меня буквально притащили сюда, потому что эта милая парочка, Доминик и Коллинз, устроили ссору двух безумно влюбленных, и теперь не разговаривают друг с другом. — Майк был явно раздражен и не скрывал своей досады.

— Понятно, но я уверена, что ты прекрасно со всем справишься и без меня, — быстро проговорила Луиза и, положив трубку, поспешно покинула офис.

— Мне кажется, что я уже просила тебя никогда не соединять меня с Майком Дэем, — недовольно напомнила она Линде, вернувшись после встречи, которая прошла удачно. — По-моему, я дала ясно понять, что не желаю иметь с ним ничего общего!

— Да, но… — Линда виновато отвела глаза в сторону. — Майк так настаивал. Он был взволнован и сказал, что ты нужна ему по очень срочному делу. Поэтому…

— Хорошо, хорошо. — Луиза не стала выслушивать дальнейших оправданий и досадливо поджала губы. — Мне ли не знать силу обаяния этого сукина сына! Когда ему что-то нужно, он способен убедить самого Бога в истинности атеизма.

— Путь настоящей любви не усеян розами! Напротив, он темен и тернист. — Умница Линда понимающе улыбнулась.

А ее начальница грустно вздохнула.

— Насчет терний ты абсолютно права. Каждый раз, когда я думаю, что мне удалось выбросить этого мерзавца из головы, случается что-то непредвиденное, и мои благие намерения летят ко всем чертям. Но я не собираюсь сдаваться.

Этого человека интересуют исключительно отношения, вся суть которых умещается в одном коротком слове — секс. И поскольку словарный запас мистера Дэя не включает таких слов, как «любовь» и «верность», то единственно правильный выход — постараться не иметь ничего общего с роковым красавцем. Однако, отчаявшись дозвониться в ее офис, этот настырный нахал, долго не раздумывая, осмелился потревожить ее дома чуть ли не среди ночи.

— Имей совесть, Майк! — сонно пробормотала Луиза, когда телефонный звонок поддал ее из теплой постели в шесть часов утра.

— Просыпайся, дорогая, — нисколько не смущаясь, потребовал Майк. — Нам нужно обсудить очень важный вопрос.

— Ты, должно быть, шутишь! Сейчас, считай, еще ночь! — возмутилась еще не до конца проснувшаяся Луиза.

— Глупости! Вся труппа, и я в том числе, уже час как на ногах. Но это неважно! Важно другое: у нас здесь возникли действительно серьезные проблемы, и в основном они связаны с твоим новым клиентом, Доминик Дюмон.

— Она, конечно, мой клиент, но, насколько помнится, еще и твоя бывшая жена! Поэтому, какие бы проблемы не возникли, ты лучшая кандидатура на роль арбитра.

В трубке послышался нетерпеливый вздох.

— Доминик и раньше никогда не прислушивалась к моим доводам, а сейчас и вовсе не станет меня слушать, — признался Майк уже более спокойно. — Проблема нынешней ситуации заключается в том, что твоя клиентка заперлась в своем номере и отказывается выходить. Коллинз тоже выкидывает номера.

— Что еще новенького?

— Ни одна из враждующих сторон не желает уступить и идти на перемирие. Они, понимаешь ж, не разговаривают друг с другом, и в связи с этим не могут участвовать в съемках. Что не мешает им получать космические гонорары, — продолжал Майк. — Поэтому ты должна как можно быстрее приехать сюда и помочь мне разгрести эту навозную кучу.

— Еще чего! Ты хоть понимаешь, что говоришь? Не могу я разом все бросить.

— Можешь и должна бросить! — разозлился Майк. — И пока ты не сказала ничего лишнего, я беру на себя смелость напомнить тебе о некоторых малоприятных обстоятельствах, — сердито добавил он. — Если Доминик и впредь будет вести себя в такой скандальной манере, непозволительной для серьезного профессионала, ей больше никогда не предложат роли в кино. И еще одно — если мы срочно не предпримем меры, фильм провалится. А уж если это произойдет, то киностудия наверняка оштрафует как Коллинза, так и эту чертову Дюмон за потерю потенциальной прибыли.

— Да брось ты! Неужели наши денежные мешки способны пойти на такие крайние меры? Сомневаюсь…

— В самом деле? Возможно, ты считаешь вполне реальной ситуацию, когда спонсоры прощальным жестом спокойно машут рукой вслед своим миллионам? Я бы на твоем месте не стал слишком полагаться на это!

Луиза закусила от досады губу. Он наверняка несколько сгущает краски, но ситуация действительно тревожная. Так что ни в коем случае нельзя сейчас самоустраняться и ждать, когда Доминик совершит профессиональное самоубийство.

— Ну как? — переспросил Майк. — До тебя наконец дошло, что есть повод для беспокойства?

— Дошло. Я тебя поняла. — Луиза неохотно сбросила с себя одеяло и спустила ноги на пол, сонно зевая и шаря рукой по ночному столику в надежде найти блокнот и ручку. — Я записываю, где и когда ты меня встретишь. Постараюсь выехать как можно скорее.

Вот каким образом она оказалась в поезде, направляющемся в глухомань, природа которой способна добавить мрачных красок будущему фильму. Хотя Луиза так и не поняла, почему директор картины решил снимать натуру именно на горных отрогах морского берега, а не, скажем, в Испании, где, согласно сценарию, и развернулись кровавые события «Наваждения».

— Я прямо-таки тебя заждался. — Майк встретил ее этими словами и повел к месту парковки своего автомобиля.

— Будь добр, направь свою жалобу в Министерство путей сообщения, — съязвила Луиза, усаживаясь в большую и удобную машину. — Мне удалось успеть буквально за минуту до отправления поезда, так что твой упрек не по адресу. Даже перекусить не успела, считай, со вчерашнего дня у меня крошки во рту не было. Учти на будущее: когда я голодна, со мной трудно иметь дело, так что не испытывай судьбу!

— Расслабься, дорогая!

— И избавь меня от своей глупой манеры называть меня «дорогая»! — огрызнулась она, стиснув зубы от нарастающего раздражения.

— Почему нет? Ты же знаешь, как мы любили друг друга.

— Вот уж чего не знаю, того не знаю да и знать не хочу! — не на шутку разозлилась Луиза, в то время как серые глаза ее спутника искрились весельем. — И прекрати смеяться, — хмуро добавила она. — Нет ничего смешного в ситуации, когда бывшая любовница вынуждена заниматься проблемами бывшей жены. Весь этот бардак — чистое безумие и полный абсурд!

— Узнаю мою девочку! — Майка не покидало приподнятое настроение. — Она может быть голодной, холодной, уставшей, но и тогда не потеряет своей очаровательной манеры доводить собеседника до словесного нокаута! Однако, — добавил он с улыбкой, — оставим на время проблемы злосчастной Доминик и лучше подумаем, как тебя накормить.

Повернувшись на сиденье, Майк достал небольшую плетеную корзинку и поставил Луизе на колени.

— Я так и предполагал, что ты будешь голодна, поэтому сделал для тебя заказ в гостинице. Кажется, все предусмотрел — термос с горячим кофе и изрядное количество бутербродов.

— Хм… спасибо, это более чем кстати! — Она набросилась на бутерброды и некоторое время спустя уже могла думать о человеке, сидящем рядом, с большей долей объективности.

— Еще кофе?

Она молча кивнула. Дэй с улыбкой наблюдал, с какой жадностью Луиза накинулась на очередной бутерброд.

— Объясни мне, — наконец спросила она, — с чего бы режиссер и операторы выбрали эти места? Не лучше ли была бы Испания? И пейзаж там повеселей, и есть прекрасные замки.

Майк только пожал плечами.

— Понятия не имею, — откровенно признался он. — Кажется, причина в том, что директор картины вырос в этих местах и всегда мечтал снять фильм на фоне этого серого пустынного побережья. Объективности ради замечу, что замок, выбранный для съемок, действительно смотрится загадочным и зловещим. Если нам удастся привести в чувство Доминик и Коллинза, фильм, на мой взгляд, может стать настоящей сенсацией.

— Дай-то бог! — вздохнула Луиза. Майк взял с ее колен корзинку и перебросил на заднее сиденье. — Похоже, мне не обойтись без твоих советов, прежде чем я приступлю к работе. Введи меня в курс всего, что произошло за эти дни.

— Да, собственно, ничего такого, чего бы мы не знали о темпераментных звездах с неуравновешенной психикой, — ответил Майк не без сарказма в голосе. Он повернул ключ зажигания. — Обычный скандал между двумя любовниками, пораженными звездной болезнью. Надутая трагедия и беспрерывная череда истерик!

Майк осторожно ехал по узкой проселочной дороге, наконец вырулил на автостраду и повернул к северу.

Откинувшись в удобном кресле и с удовольствием вдыхая приятный запах дорогой кожаной обшивки, Луиза прикрыла глаза, чувствуя сонливую расслабленность. Она знала, что рано или поздно пожалеет о том, что откликнулась на сигнал Майка о бедствии, но что было делать? Ведь под угрозой профессиональная репутация Доминик Дюмон. Как они все надоели! Надо попытаться выбросить из головы дурные мысли. И в какой-то момент ей это удалось.

Чувствуя рядом сильное мужское тело, видя, как смуглые пальцы лежат на руле, она впервые за многие недели почувствовала себя счастливой. Конечно, этот самоуверенный тип порой бывает невыносим и доводит ее просто до отчаяния. Но надо отдать ему должное — он умеет быть и необыкновенно привлекательным, умеет волновать чувства и способен, когда захочет, и успокоить, и развеселить. Как же она любит его!..

— Луиза, проснись!

— Что?.. — Она растерянно заморгала, удивленно глядя сонными глазами на мужское лицо, склонившееся над ней.

— Все в порядке. Ты очень устала, и я решил дать тебе поспать до конца поездки, — сказал Майк, заботливо поправляя выбившийся из ее прически локон.

— О-о-х… ужасно себя чувствую, — пробормотала Луиза. Она зевнула и выглянула в окно. — Куда это мы заехали? Слава богу, что хоть дождь прекратился.

Дэй открыл дверцу.

— Выходи, тебе полезно подышать свежим воздухом.

— Пожалуй, ты прав, — согласилась она, расстегнув ремень безопасности. Он подал ей руку, и Луиза ступила на мягкий травяной ковер.

В следующий момент сильный порыв ветра чуть не сбил ее с ног. Если бы Майк все еще не держал ее за руку, дело могло плохо кончиться — здесь ничего не стоило сорваться с крутого утеса на прибрежный песок, белеющий внизу.

— Мне обещали свежий воздух, — ахнула Луиза, — но это уже чересчур!

— Осторожно! — Майк обнял ее за талию и крепко прижал к себе. — Здесь высокий обрыв, с которого прекрасно видна широкая панорама местности.

— Какая красота! — Она была потрясена видом величественного замка, возвышающегося на утесе, о камни которого с грохотом разбивались штормовые волны.

— Нечто нереальное, правда? — громким голосом спросил Майк, пытаясь перекричать шум ветра и плеск волн. — Теперь ты понимаешь, почему директор и оператор так настаивали на съемках в этом замке?

— Конечно! — прокричала в ответ Луиза и поежилась от пронизывающего холода.

Майк повел ее обратно к машине, при этом пытаясь защитить от ветра. Как приятна подобная забота.

— У тебя есть еще кофе? Есть? Не иначе на склоне лет ты с успехом овладел даром ясновидения.

Дэй в ответ громко рассмеялся.

— Если ты не против, не будем касаться моего возраста, хотя мне самому кажется, что за последнюю неделю я постарел на несколько лет. Обычно хватает одного Коллинза или Доминик, чтобы к концу дня уже лезть на стену. Но когда сразу оба… — Он сокрушенно покачал головой. — Должен сказать, что этот несовместимый союз напоминает взрывоопасную смесь.

— Так я тебе нужна как специалист по разминированию? Много ли от меня будет толку? — Луиза пожала плечами. — Допустим, тебе удастся обезвредить Коллинза, но с чего ты взял, что я способна уладить дело с Доминик? Уж если ты не смог справиться со своей бывшей женой, которая, насколько я могу судить, столь же хороша собой, сколь эгоистична и упряма, то почему мне должно повезти больше?

— Понимаешь, мне пришло в голову, что можно будет сыграть на идее женской солидарности. Другого не остается — мы уже перепробовали, кажется, все возможные средства. — Майк тяжело вздохнул. — А вообще, честно говоря, я уже начинаю жалеть, что втянул тебя в этот отвратительный скандал.

— И все-таки я не понимаю…

— Давай проясним ситуацию, — прервал ее Майк. — Да, я когда-то, причем достаточно давно, был женат на Доминик, в то время мы оба были молоды — ей было восемнадцать, а мне двадцать два — и наш так называемый брак просуществовал всего несколько месяцев. Вина за эту неудачу, вероятно, лежит на обоих. Я с удовольствием вкалывал на работе, мало заботясь о том, что молодой жене следует уделять внимание. Теперь мне тридцать восемь, и у меня было достаточно времени, чтобы подумать и пожалеть, что совершил глупость, женившись на женщине только потому, что она божественно красива. Когда нам с ней приходится сталкиваться, это скорее напоминает встречу двух, скажем… старых знакомых. Но когда я узнал, что Доминик стала клиентом агентства мисс Дайзерт, меня чуть удар не хватил. И вовсе не потому, что я еще питаю нежные чувства к бывшей жене. Скорее наоборот. За прошедшие годы эта женщина мало изменилась. И хотя я отдаю ей должное, она великая актриса, — с нею очень трудно иметь дело. Честно говоря, дорогая, на этот раз я подумал, что ты взвалила на себя непосильную ношу.

— Хм… И хотела бы поспорить, да нет аргументов, — неохотно призналась Луиза. Ее тронула исповедь Майка, понравилась и его объективность — он отдает должное достоинствам бывшей супруги. Имеет дело со вздорной капризной женщиной, но говорит — великая актриса! И еще впечатляющий штрих: Дэй, узнав об их с Доминик контакте, выразил беспокойство не о миссис Дюмон, а о мисс Дайзерт…

— Да, — раздумчиво проговорил Майк, — в таланте Доминик не приходится сомневаться. Я наблюдал за первыми дублями — еще до того, как она выкинула свой фортель, — и должен сказать, что она оживляет своим присутствием любую сцену. Вот почему очень важно попытаться уговорить ее вернуться на съемочную площадку.

— Что, с твоей точки зрения, мешает этому?

— Разумеется, кашу заварил Коллинз! — Дэй недовольно поджал губы. — Ты думаешь, этот недоумок способен хранить верность своей новой возлюбленной хоть несколько дней? Как бы не так! Не успела съемочная группа толком обосноваться здесь, он тут же принялся обхаживать молоденькую гримершу. Через несколько дней после приезда Доминик она застает Коллинза в постели с этой девчонкой. Очевидцы уверяют, что ее реакция по своей разрушительной силе была сродни атомному взрыву! Вот с того момента противоборствующие стороны и не обменялись ни единым словом.

В наступившей тишине Луиза сделала последний глоток кофе, поставила чашку на щиток и, откинувшись на спинку кресла, задумчиво уставилась в окно.

— Да, ситуация за гранью реального! — наконец произнесла она. — Я, согласись, уже не девочка, но пасую перед подобными неопрятными взаимоотношениями, как у Доминик и Чарлза. Какой-то истерический разгул, экзальтированные страсти!.. Они, играя в фильме, ведут себя естественней, чем в жизни… Так хочется держаться подальше от их фальши, от всей этой грязи…

— Мне жаль, милая. — Майк полуобернулся, чтобы мельком посмотреть ей в глаза. — Но раз уж ты не устояла перед соблазном и заключила контракт с Доминик, то придется расхлебывать эту кашу. Неприятно, конечно, но, знаешь, я совершенно уверен, что ты сумеешь нормализовать ситуацию. Я знаю твою особенность — сконцентрировать все силы, когда проблема кажется неразрешимой.

Луиза с сомнением покачала головой.

— Хотела бы я быть так же уверена. Но… — Она неожиданно замолчала, ощутив всем существом мужскую притягательность спутника.

Проблемы Доминик и Коллинза ничто в сравнении со сложностью ее отношений с Майком. Почему, когда они обсуждают дела, связанные с агентством или театром, ей так легко удается подавлять свои эмоции, но стоит ему взглянуть на нее искристыми серыми глазами, как она чувствует, что почва уходит из-под ног?

— И все-таки ты справишься, милая, — прошептал Майк, почти касаясь губами ее уха. Аромат знакомого одеколона приятно щекотал ноздри. Она ощутила на щеке его дыхание и, повернувшись, увидела, что его губы тянутся к ее рту. Ну и сразу, конечно, накатила привычная слабость в теле. Мгновенно закружилась голова.

— О, Майк, нет… Правда, не надо… — выдохнула она, но ее слабый протест не был услышан. Он поцеловал ее. Его руки скользнули под ее пальто, затем под кашемировый свитер и накрыли холмики упругих грудей. Этот чувственный жест подействовал на Луизу подобно спичке, брошенной в керосин. Неудержимое желание вспыхнуло в ней, подобно большому костру. Она беспомощно всхлипнула, однако после этого возникло вдруг странное ощущение потери. И лишь потому; что Майк умерил страсть и с неохотой отстранился от нее.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Луиза с недоумением, он — с каким-то отрешенным видом изучая ее реакцию на то, что так резко оборвалась их несостоявшаяся близость.

— Это же… это не что иное, как… эмоциональный шантаж! — возмутилась Луиза и поморщилась, недовольная тем, что невольно выдает свое состояние. А он вел какую-то игру.

— Но ведь ты поможешь мне разобраться в этой сумасшедшей ситуации, правда, милая? — тихо сказал Майк и осторожно взял ее лицо в ладони. Его губы… они так близко… — Нет, нет, не волнуйся — я не трону тебя. Но один-то раз можно поцеловать? Только раз.

— О, Майк, — простонала Луиза, понимая, что выглядит полной дурой. Вот что значит — потерять остатки здравого смысла. Она попалась, как муха, запутавшаяся в паутине паука.

А коварный Майк Дэй мягко провел губами по ее губам, трепещущим в жажде поцелуя, и снова с притворной печалью произнес, будто вымаливая нечто невозможное:

— Ну что тебе стоит? Только один раз, хорошо?